Мудрый Юрист

Следственная версия - основная разновидность информационных решений следователя (некоторые аспекты теории и практики)

Драпкин Леонид Яковлевич, заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, почетный работник прокуратуры РФ, почетный профессор Уральской государственной юридической академии, профессор кафедры криминалистики Уральской государственной юридической академии (Екатеринбург).

Шуклин Александр Евгеньевич, кандидат юридических наук, старший эксперт следственного управления Следственного комитета РФ по Свердловской области (Екатеринбург).

Рассмотрены сложные проблемы перехода от вероятностных знаний к знаниям достоверным и достаточным. Исследована эвристическая структура следственных версий. Обосновано, что следственная версия является основной разновидностью информационных решений следователя.

Ключевые слова: версия, вероятность, достоверность и достаточность доказательств, информационная неопределенность, следственное решение.

Investigation version - the main type of investigator's information solutions (some aspects of the theory and practice)

L.Ya. Drapkin, A.E. Shuklin

Complex problems of transition from probabilistic knowledge to valid and sufficient knowledge are considered. Heuristic structure of investigative versions is examined. It is proved that the investigation version is a basic kind of information solutions of investigator.

Key words: version, probability, validity and sufficienty of the evidences, information uncertainty, investigative decision.

Расследование преступлений фактически состоит из последовательных и (или) параллельных "цепочек" принятия и реализации информационных, тактических, организационных и управленческих решений следователя. Если в простых ситуациях принимаемые решения примерно одинаковы по значимости, поскольку трудности их формирования и использования несущественны и практически сопоставимы, то в сложных следственных ситуациях, образование которых обусловлено возникновением проблемных, конфликтных, венчурных (рискованных) и неупорядоченных организационно-управленческих препятствий (барьеров), наибольшую трудность представляет преодоление проблемных следственных ситуаций, так как в их основе лежит семантическая неопределенность, напрямую связанная с одним из основных понятий гносеологии и математической логики - понятием истинности <1>. Поэтому ошибочное определение проблемных ситуаций как непроблемных (мнимопростых) влечет значительные негативные результаты: нераскрытие преступлений (неустановление виновных лиц) или же латентность криминальных деяний (невыявление самого события преступления). И наоборот, успешное разрешение проблемных ситуаций достаточно легко приводит не только к раскрытию преступлений и устранению фактора латентности, но и к минимизации других негативных факторов: конфликтности, тактического риска и организационно-управленческой неупорядоченности.

<1> Льюис Р.Д., Райфа Х. Игры и решения. М., 1967. С. 37 - 89, 352 - 353; Райфа Х. Анализ решений. М., 1977. С. 15 - 27; Драпкин Л.Я. Основы криминалистической теории следственных ситуаций: Дис. ... д-ра юрид. наук. Свердловск, 1987. С. 22 - 23.

Проблемные ситуации характеризуются логико-познавательными барьерами, которые обусловлены полным или частичным отсутствием сведений о различных обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовным делам, и об источниках получения этой информации, когда следователь не обладает однозначным и безусловно надежным способом приобретения необходимых данных. Основным поисково-познавательным методом разрешения проблемных ситуаций становятся следственные версии - основная разновидность информационных решений.

Разновидностью информационных решений выступает и метод определения действительного характера возникших в процессе расследования следственных ситуаций. Этот познавательный метод включает логические приемы анализа, обобщения, сравнения и моделирования, позволяет дифференцировать следственные ситуации прежде всего на простые и сложные. Простые следственные ситуации разрешаются, как правило, путем обычного информационного развертывания, с помощью достоверного логического перехода от достаточных исходных данных к известному или высоковероятному "искомому", а также при помощи "вычерпывания" информации из уже известных источников сведений. Что касается сложных следственных ситуаций, то они имеют разветвленную структуру, основанную на их различной внутренней природе, разных содержательных факторах.

Содержательные факторы следственных ситуаций обусловливают их деление на простые и сложные, а сложных - на проблемные, конфликтные, венчурные (рискованные) и неупорядоченные организационно-управленческие. В практической деятельности часто возникают и комплексные ситуации, содержание которых составляют две и более отдельных ситуационных разновидностей.

Разумеется, правильное выявление подлинного характера следственной ситуации, определение ее природы (простой или сложной) - важная задача следователя, поскольку принятие ошибочного решения неизбежно приводит к выбору неправильной тактической позиции и к серьезной неудаче в расследовании. Неверное определение сложной ситуации как простой или, наоборот, простой ситуации как сложной влечет за собой неадекватное тактическое поведение следователя, захват инициативы его процессуальным противником.

Приведем пример, связанный с ошибочными действиями следователя в сложившейся по уголовному делу мнимо простой ситуации. Расследуя убийство предпринимателя Ф., следователь, считая ситуацию по делу простой на основании результатов первоначальных процессуальных действий и оперативных данных, задержал племянника потерпевшего Сергея, который сожительствовал с женой убитого, а затем предъявил ему обвинение в убийстве. Обвиняемый, предполагая, что убийство совершила его любовница и желая спасти ее от наказания, оговорил себя, подтвердив ошибочную версию следователя. Однако в ходе судебного следствия было безоговорочно установлено алиби подсудимого и он был оправдан. Уголовное дело передали другому следователю, который, правильно оценив ситуацию как сложную, выдвинул несколько версий и в ходе проверки одной из них доказал виновность в убийстве некоего Б., который задолжал убитому около 2000000 руб. и, чтобы избавиться от кредитора, убил его <1>.

<1> Уголовное дело по обвинению Б. // Архив Челябинского областного суда за 1999 год.

При другом варианте ошибочной оценки следователем фактически простой (непроблемной) ситуации как сложной (проблемной) следователь, стремясь опровергнуть правдивые показания подозреваемого (обвиняемого) и свидетелей, создал недопустимую обстановку по уголовному делу, нарушил контакты с допрашиваемыми лицами, что привело к сложной следственной (комплексной, проблемно-конфликтной) ситуации, существенно затруднившей, а затем сделавшей невозможным объективное расследование. Лишь после передачи уголовного дела другому следователю был восстановлен психологический контакт с обвиняемым и свидетелями и расследование сравнительно легко было завершено <1>.

<1> Уголовное дело по обвинению Дунаева Е.Н. по ч. 1 ст. 160 УК РФ // Архив Тюменского областного суда.

Однако правильное определение действительной природы (характера) следственной ситуации - хотя и важная, но не самая трудная задача следователя. При установлении проблемного характера ситуации следователь должен принять все необходимые меры для ее успешного разрешения. Для достижения этой цели в распоряжении следователя имеется эффективный поисково-познавательный инструмент - выдвижение и проверка следственных версий, главной разновидности информационных решений.

В психологической и управленческой литературе решение обычно определяется как выбор субъектом деятельности одного или нескольких вариантов действий. Но принятие решения в условиях информационной неопределенности имеет более сложную структуру: выбор решения в таких условиях нельзя отрывать от предшествующего этапа поиска, собирания, проверки и оценки информации <1>. В связи с преимущественно ретроспективной направленностью расследования информационные решения (следственные версии) направлены на установление и доказывание главным образом прошлых, а также (хотя и значительно реже) настоящих и будущих событий. Многонаправленность вектора времени следственных версий основана не только на методологическом принципе "переработки будущих и настоящих событий в события прошлого" <2>, когда субъект расследования использует метод ретросказания, но и на познании объектов будущего, когда следователь использует метод предсказания (прогнозирования) вероятных процессов и явлений будущего и настоящего, возможно, существующих в "ненаблюдаемом мире".

<1> Шуклин А.Е. Особенности принятия информационных и тактических решений в сложных следственных ситуациях: Дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2012.
<2> Никитин Е.П. Объяснение - функция науки. М., 1971. С. 20 - 26, 152 - 154.

Для более полного и всестороннего использования основной разновидности информационных решений - следственных версий используем эффективный (хотя и простой) метод классификации их по различным основаниям.

Первым основанием классификации является природа формирования следственных версий. По этому основанию они делятся на:

а) отражающие содержание исходных данных (всех фактических возможностей разрешения проблемных ситуаций). С учетом доминирующего значения этой классификационной группы входящие в ее состав следственные версии будем условно называть основными (информационные решения первого типа);

б) отражающие логические возможности, выходящие за информационные рамки исходных данных (фактической базы версии), - контрверсии. Контрверсия выдвигается при существенной неполноте и неоднозначности сведений, содержащихся в исходных данных. Возникший при этом "логико-информационный вакуум" ставит перед следователем задачу заполнить этот "вакуум" дополнительным предположением, основанным не на фактической базе, с помощью которой были выдвинуты все основные версии, а на известном методе логического отрицания предшествующих утверждений. Например: "убийство потерпевшего А. совершено М. или не М.".

Применение метода логического отрицания отражает констатацию следователем непреложного факта: фактические возможности выдвижения версий полностью исчерпаны и для устранения незавершенности версионного процесса необходима контрверсия, которая предотвратит ошибки следователя (информационные решения второго типа);

в) отражающие интуитивные решения следователя. Эта группа следственных версий выдвигается на основе интуитивных догадок (озарения) в так называемых тупиковых ситуациях (наиболее острых и трудных для разрешения проблемных ситуациях), когда "не срабатывают" эвристические и логические механизмы построения версий (информационные решения третьего типа).

Вторым основанием классификации является направленность информационных решений на установление и доказывание обстоятельств двух классификационных групп: существенных обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 73 УПК РФ, и иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела (ч. 1 ст. 74 УПК РФ). Если обстоятельства первой группы довольно четко, хотя и в обобщенной форме перечислены в названной норме, то в содержание второй группы включены промежуточные (вспомогательные) факты, трактуемые весьма широко и выполняющие поисковую функцию в отношении первой группы обстоятельств.

Третье основание связано с субъектами принятия и реализации информационных решений. Этими субъектами могут быть следователи, дознаватели, руководитель следственного органа, руководитель следственной группы и прокурор.

Четвертое основание - количественный состав возможных субъектов принятия информационных решений. По этому основанию выделяются решения, принимаемые индивидуально и коллективно (коллегиально).

Пятое основание связано с временной направленностью информационных решений, дифференцирующей их на ретросказательные и предсказательные. Большинство решений носят ретросказательный характер, но принимаются и предсказательные информационные решения. Следует отметить, что предсказательные решения подразделяются на поисковые, направленные на выявление и собирание доказательств и источников доказательств, и розыскные, нацеленные на установление места нахождения уже известных объектов (скрывающихся подозреваемых и обвиняемых, укрытых вещественных доказательств, документов, оружия, ценностей).

Представляется, что основная особенность информационных решений состоит не в познавательных трудностях их принятия, а в вероятностном характере результатов этого эвристического процесса. В связи с этим следователь в соответствии с законом стремится превратить вероятностные знания в знания достоверные и достаточные (ст. 88 УПК РФ). В отличие от эвристического процесса выдвижения версий, процесс их проверки должен привести к строго логическим (дедуктивным) результатам. Хотя часть версий проверяется непосредственным путем, подтверждающим или опровергающим версионный вывод предсказательной версии, например обнаружением в предполагаемом тайнике похищенной из музея картины, большинство версий (ретросказательные версии) проверяются единственно возможным способом - посредством выдвижения логических следствий и их сопоставления с предполагаемыми фактами. В то время как ретросказательные версии не могут быть проверены путем их непосредственного сопоставления с предполагаемыми фактами, логические следствия должны непосредственно сопоставляться с этими фактами, иначе проверка версий становится невозможной.

Эффективность проверки версии существенно зависит от доказательственной силы подтвержденных логических следствий, которая обусловлена следующими факторами.

Первый фактор - число подтвержденных следствий. Совершенно очевидно, что чем больше логических следствий достоверно установлено по уголовному делу, тем больше вероятность (правдоподобие) самой версии. Последовательное подтверждение следственных версий увеличивает надежность версии, из которой они выведены. Объяснить ситуацию иначе становится с каждым новым подтверждением все труднее и труднее.

Логический аппарат этого процесса можно отразить в следующих схемах:

1. Если А, то В                    2. Если А, то В , В , В  ... В
1 1 2 3 n
В - подтверждено В , В , В ... В - подтверждены
1 1 2 3 n
А - более вероятно А - гораздо более вероятно

Второй фактор - разнообразие подтвержденных логических следствий. Этот качественный фактор еще более существен, чем предыдущий количественный, так как относится к самому содержанию процесса доказывания. Логический аспект этого процесса состоит в том, что при подтверждении логического следствия, сходство которого с ранее установленным доказательством минимально, доказательственная сила вновь подтвержденного следствия резко возрастает, поскольку разнообразное следствие выявляет все новые и новые черты, признаки и аспекты такого сложного объекта, как преступление, дополняя уже имеющуюся информацию ранее неизвестными фактическими данными, устанавливая тем самым искомые обстоятельства уголовного дела. В соответствии с теоретическими положениями "мера информации зависит от новизны, неожиданности, содержащейся в сообщении" <1>.

<1> Пойа Д. Математика и правдоподобные рассуждения. М., 1975. С. 250. См. также: Тростников В.Н. Человек и информация. М., 1970. С. 15 - 16, 20, 25.

Логическую структуру этого процесса можно отразить в следующих схемах:

1. А -> В                                2. А -> В
3 3
(следствие В очень похоже (следствие В сильно отличается
3 3
на ранее подтвержденные следствия от ранее подтвержденных следствий
В и В ) В и В )
1 2 1 2
В - подтверждено В - подтверждено
3 3
А - несколько вероятнее А - значительно вероятнее

Третий фактор - конкретность логических следствий. Действительно, чем более конкретная информация содержится в том или ином следствии, тем значительнее она влияет на их доказательную силу. Так, конкретные данные о неустановленном преступнике: "рост около 175 см", "возраст - 30 лет", "не выговаривает букву "р" - более содержательны и обладают большей доказательственной силой, чем такие общие признаки разыскиваемого подозреваемого: "рост - 170 - 180 см"; "возраст - 25 - 35 лет", "имеет дефекты речи".

Логические схемы этого процесса следующие:

1. А -> В                             2. А -> В
1 2
(В - общее, неконкретное логическое (В - очень конкретное логическое
1 2
следствие) следствие)
В - подтверждено В - подтверждено
1 2
А - несколько вероятнее А - гораздо вероятнее

Четвертый фактор - редкость логических следствий, меньшая частота встречаемости: чем более редкая информация содержится в выведенных из версий следствиях, тем более ценными и сильными доказательствами они являются. По уголовному делу по обвинению Б., Бал., Х. и др. в хищении золота на приисках Магаданской области было установлено, что ювелир Х. изготовил из похищенного золота незначительное количество ювелирных изделий, которые сбывал различным лицам. Судебная экспертиза установила, что все эти изделия были изготовлены из золота восточно-сибирского (магаданского) происхождения, тогда как все изделия, официально поставляемые ювелирной мастерской, были изготовлены из золота челябинских приисков. Эта сравнительно редкая характеристика ювелирных изделий, проданных ювелиром, обусловила повышенную эффективность и доказательственную силу рассматриваемого логического следствия.

Логическую структуру процесса можно отразить в следующих схемах:

1. А -> В                             2. А -> В
1 2
(В - обычное, имеющее значительное (В - редкое доказательство, имеющее
1 2
распространение доказательство) чрезвычайно малую распространенность
В - подтверждено В - подтверждено
1 2
А - немного вероятнее А - значительно вероятнее

Пятый фактор - вероятностная характеристика логических следствий: чем менее вероятно выведенное из версий подтвержденное следствие, тем большей доказательственной силой оно обладает. Такая обратная зависимость между понижением вероятности логического следствия и повышением его доказательственной силы кажется странной и даже необъяснимой, но только на первый взгляд. Зависимость логического следствия от вероятности обусловлено специфической связью (зависимостью) между самой версией и следствием, выведенным из нее.

Приведем пример из следственной практики. В сентябре 2007 г. восьмилетняя Тамара была увезена на мотоцикле неизвестным мужчиной в сторону лесного массива и исчезла. Розыски потерпевшей, в которых участвовали сотни людей, не дали положительных результатов. Однако интенсивная следственная и оперативно-розыскная деятельность позволила выявить нескольких подозреваемых (владельцев мотоциклов различных марок), в числе которых был и некий Виктор П. Из версии о совершении преступления Виктором П. были выведены два логических следствия:

    1) "если П.  совершил убийство, то во время  его  совершения он не  мог
быть на работе" (В );
1
2) "если П. совершил убийство девочки, то он должен знать место
сокрытия трупа" (В ).
2
В процессе проверки версии (А) было установлено, что П. действительно
отсутствовал на работе (В ), поскольку почти ежедневно в сентябре ездил
1
домой проверять ход ремонта своей квартиры. Подтвержденное следствие (В )
1
увеличило вероятность версии А, но незначительно, так как П. мог
отсутствовать на работе и по другим (кроме совершения преступления)
причинам: ушел в другой цех, ушел в столовую (было время обеденного
перерыва), ушел ремонтировать свой старый мотоцикл и т.д. Само по себе
логическое следствие (В ) не кажется слишком невероятным, поскольку П. мог
1
отсутствовать на работе во время проверки по различным причинам (о чем он в
ходе допроса и заявил). Таким образом, частое отсутствие на работе П. не
является слишком невероятным событием и может быть не связано с совершением
убийства Тамары, т.е. носит самостоятельный, малозависимый от преступного
события характер.
И наоборот, логическое следствие В (убийца должен знать о месте
2
сокрытия трупа девочки) настолько тесно и неразрывно связано с версией А,
что его самостоятельное (объясняемое иными причинами) существование в
конкретной ситуации совершенно невероятно и невозможно. Подтверждение
следствия В настолько резко и значительно увеличивает вероятность версии
2
А, что она становится по данному уголовному делу достоверным знанием,
разумеется, с учетом других доказательств. В ранее процитированной работе
Д. Пойа уважаемый автор делает осторожное замечание: подтверждение
подобного логического следствия характеризует иные, кроме подтверждаемой,
версии как "почти невозможные". Следует отметить, что Д. Пойа не учитывает
при этом комплекс других, хотя и менее сильных, доказательств,
опираясь лишь на подтверждение одного логического следствия, поэтому он и
применил осторожный термин "почти".

"Трудно оценить вероятность результатов индукций" <1>, но определить направление, в котором изменяется вероятность на трудном пути ее трансформации в достоверное знание, и определить сравнительную силу доказательств не только можно, но и крайне необходимо.

<1> Лаплас П. Опыт философии теории вероятностей. М., 1908. С. 187.

Влияние исследуемого фактора на доказательственную силу подтвержденных логических следствий отражается в следующих схемах:

1. А -> В                             2. А -> В
1 2
(В - само по себе, т.е. без А, (В - само по себе, т.е. без А,
1 2
вполне вероятно) почти вероятно)
В - подтверждено В - подтверждено
1 2
А - немного вероятнее А - гораздо вероятнее (максимально
приближено к достоверности)

Влияние каждого из пяти рассмотренных факторов на доказательственную силу подтвержденных логических следствий, выведенных из проверяемых версий, весьма существенно. Но это влияние неизмеримо возрастает, когда все эти факторы действуют системно, многократно увеличивая доказательную силу логических следствий и трансформируя перспективную версию в достоверное знание по уголовному делу.

Bibliography

Drapkin L.Ya. Osnovy kriminalisticheskoj teorii sledstvennyx situacij: Dis. ... d-ra yurid. nauk. Sverdlovsk, 1987.

Laplas P. Opyt filosofii teorii veroyatnostej. M., 1908.

L'yuis R.D., Rajfa X. Igry i resheniya. M., 1967.

Nikitin E.P. Ob'yasnenie - funkciya nauki. M., 1971.

Poja D. Matematika i pravdopodobnye rassuzhdeniya. M., 1975.

Rajfa X. Analiz reshenij. M., 1977.

Shuklin A.E. Osobennosti prinyatiya informacionnyx i takticheskix reshenij v slozhnyx sledstvennyx situaciyax: Dis. ... kand. yurid. nauk. Ekaterinburg, 2012.

Trostnikov V.N. Chelovek i informaciya. M., 1970.