Мудрый Юрист

Признание конституционным судом Российской Федерации не соответствующим конституции Российской Федерации закона, примененного в конкретном деле, как новое обстоятельство для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в гражданском и арбитражном процессах

Петручак Руслан Константинович, аспирант кафедры гражданского процесса Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА).

В настоящей статье автором рассматривается одно из новых обстоятельств, являющееся основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов как в гражданском, так и в арбитражном процессе: признание вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда или суда общей юрисдикции недействительной сделки, которая повлекла за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта по данному делу.

Данное основание отнесено законодателем к числу новых обстоятельств, которые были введены в ГПК РФ и АПК РФ в результате проведения серьезного реформирования института пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в связи с принятием Федеральных законов от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ и от 23 декабря 2010 г. N 379-ФЗ. Среди самых значительных изменений стоит отметить появление в наименовании и содержании статей наряду с вновь открывшимися обстоятельствами и новых обстоятельств. Под новыми обстоятельствами понимаются обстоятельства, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела.

Автор статьи анализирует правоприменение и существующие в юридической научной литературе точки зрения в отношении данного нового обстоятельства как основания для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов. При этом автор отмечает существующие проблемы и выявляет направления для дальнейшего законодательного регулирования.

Ключевые слова: юриспруденция, новые обстоятельства, пересмотр вступивших в законную силу судебных актов, гражданский процесс, арбитражный процесс, Конституционный Суд Российской Федерации, институт пересмотра по новым обстоятельствам.

Acknowledgement by the Constitutional Court of the Russian Federation of the law applied in a concrete case as a new circumstance for re-consideration of judicial acts which have taken legal effect in civil and arbitrazh procedures to be inconsistent with the Constitution of the Russian Federation

R.K. Petruchak

In this article the author deals with one of the new circumstances, which is the basis for the revision become enforceable judgments in civil and in the arbitration process: recognition by a valid court decision of the arbitral tribunal or court of law as invalid transaction, which resulted in a taking illegal and unwarranted judicial decision on the case.

This ground legislator referred to the number of new developments that have been introduced in the Code of Civil Procedure of the Russian Federation and the Code of Arbitration Procedure of the Russian Federation as a result of serious reform institute revision entered into force court decisions on new or newly discovered facts in connection with the adoption of the Federal law of December 9, 2010 N 353-FZ and of December 23, 2010 N 379-FZ. Among the most significant changes is to note the appearance in the title and content of the article, along with new circumstances and new developments. Under the new circumstances mean circumstances that arise after the judicial act, but are essential for the proper resolution of the case.

The author analyzes the enforcement of existing in a legal point of view the literature in relation to the new circumstances as the reason for the revision become enforceable judgments. The author notes the problems and identify areas for further legislative regulation.

Key words: law, new circumstances, the revision entered into force court decisions, civil litigation, arbitration, the Constitutional Court of the Russian Federation, institute for the revision of the new circumstances.

Федеральными законами от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ и от 23 декабря 2010 г. N 379-ФЗ в ГПК РФ и АПК РФ в главы, определяющие порядок производства по пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам, внесены весьма существенные изменения и дополнения как в названия соответствующих глав, так и в содержание ряда статей. Среди самых значительных изменений стоит отметить появление в наименовании и содержании статей наряду с вновь открывшимися обстоятельствами и новых обстоятельств. На законодательном уровне была разрешена проблема классификации оснований пересмотра вступивших в законную силу судебных актов как в гражданском, так и в арбитражном процессе <1>. Отныне все основания для пересмотра на данной стадии разделены на две большие группы: новые и вновь открывшиеся обстоятельства. Вновь открывшиеся обстоятельства - существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу. Под новыми обстоятельствами понимаются обстоятельства, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела.

<1> См., например: Алиев Т.Т. Проблема классификации оснований пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам постановлений суда, вступивших в законную силу, в гражданском судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 1; СПС "КонсультантПлюс".

В рамках настоящей статьи постараемся проанализировать одно из обстоятельств, отнесенное законодателем к числу новых обстоятельств по делу, которое является основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов.

Согласно п. 3 ч. 3 ст. 311 АПК РФ и п. 3 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ новым обстоятельством является признание Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации закона, примененного в конкретном деле, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации.

В законе специально указано, что заявитель по данному основанию должен сам обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации для признания не соответствующим Конституции России закона, примененного в конкретном деле. Получается, что все иные лица быть заявителями по данному основанию не могут. В п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июня 2011 г. N 52 применительно к арбитражному процессу уточняется, что заявителем по данному основанию могут быть лица, участвующие в деле, а также иные лица, не участвующие в данном деле, о правах и обязанностях которых суд принял судебный акт, в связи с принятием которого заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации. Следует заметить, что в отношении судов общей юрисдикции такого разъяснения не содержится. Следовательно, закон не позволяет иным лицам, не обращающимся в Конституционный Суд Российской Федерации, быть заявителем по данному основанию пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по новым обстоятельствам. Такое положение не учитывает правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по вопросу о круге лиц, которые могут обратиться с заявлением о пересмотре по данному основанию и об условиях, при которых это возможно, что создает возможности ограничительного толкования этого основания на практике.

Так, согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 1999 г. N 4-О из вывода о том, что обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации заявитель может лишь при условии, если оспариваемый закон применен или подлежит применению в деле заявителя и затрагивает его права и свободы, Конституционный Суд Российской Федерации установил, что иные лица также не лишены возможности воспользоваться тем правовым результатом, который был достигнут путем принятия Конституционным Судом Российской Федерации указанного решения. Логика Конституционного Суда Российской Федерации при принятии такой позиции вполне ясна. Во-первых, необходимо прекратить исполнение неисполненного или исполненного частично решения в силу императивного характера решения Конституционного Суда Российской Федерации, что не происходит автоматически. Во-вторых, необходимо пересмотреть принятое решение, основанное на признанной неконституционной норме права, что влечет поворот исполнения, т.е. обратное взыскание того, что было исполнено на основании отмененного судебного решения, что возможно лишь в случае, если это прямо предусмотрено отраслевым законодательством, и при соблюдении установленной процедуры. Таким образом, следует привести в соответствие правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации <2> положения ГПК РФ и АПК РФ в части круга лиц, имеющих право обратиться с заявлением о пересмотре по новым обстоятельствам по данному основанию, закрепив такое право за лицами, участвующими в деле, и иными лицами, в отношении прав и интересов которых был принят оспариваемый судебный акт. На данный момент такая возможность закреплена лишь в разъяснениях высших судебных инстанций.

<2> См., например: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 1999 г. N 4-О; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2004 г. N 78-О; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 мая 2004 г. N 211-О // СПС "КонсультантПлюс".

Все решения Конституционного Суда Российской Федерации общеобязательны и окончательны, вступают в силу немедленно и действуют непосредственно <3>. В соответствии со ст. 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" в рамках своих полномочий Конституционный Суд России принимает следующие виды решений: постановления, являющиеся итоговыми решениями по существу; заключение, являющееся итоговым решением по существу запроса о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления; определения, представляющие собой иные решения, принимаемые в ходе осуществления конституционного судопроизводства.

<3> См.: ст. 125 Конституции Российской Федерации // СПС "КонсультантПлюс"; ст. ст. 6, 79, 80 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".

Результатом рассмотрения Конституционным Судом Российской Федерации дела о проверке конституционности нормативного правового акта является признание его или отдельных положений соответствующими либо не соответствующими Конституции Российской Федерации <4>. При этом в случае признания акта не соответствующим Конституции Российской Федерации наступают определенные юридические последствия: акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; решения судов и иных органов, основанные на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда Российской Федерации неконституционными, не подлежат исполнению и должны быть пересмотрены в установленных Федеральным законом случаях <5>. Именно одним из таких случаев является пересмотр по новым обстоятельствам в гражданском и арбитражном процессах. Таким образом, в ином порядке, например, в суде апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, осуществить пересмотр судебного акта при наличии вышеуказанных оснований невозможно.

<4> См.: ст. ст. 87, 91, 100, 104 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".
<5> См.: ч. 3 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации".

В практике Конституционного Суда Российской Федерации встречаются такие решения, которые не вписываются в рамки обозначенных выше постановлений. Конституционный Суд Российской Федерации нередко признает норму закона не противоречащей Конституции Российской Федерации, но при этом выявляет ее конституционно-правовой смысл. При этом особо оговаривается, что только в выявленном Конституционным Судом Российской Федерации смысле эта норма соответствует Конституции Российской Федерации, а любое другое ее истолкование считается неконституционным <6>. Конституционный Суд Российской Федерации, давая такое указание, фактически ориентирует коллегии судей на применение данного постановления, так как употребление норм рассмотренных им законов в ином смысле приведет к правоприменению, не соответствующему Конституции Российской Федерации и решению Конституционного Суда Российской Федерации.

<6> См., например: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2003 г. N 12-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2004 г. N 3-П.

Одновременно с наличием постановлений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащих прямой запрет на иное истолкование нормативного правового акта, чем данное в этом решении, существуют и обратные случаи, когда Конституционный Суд Российской Федерации ограничивается только признанием того, что определенные положения нормативного правового акта являются не противоречащими Конституции России <7>.

<7> См., например: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2007 г. N 11-П // СПС "КонсультантПлюс"; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2008 г. N 1-П // СПС "КонсультантПлюс".

В связи с этим возникает вопрос: может ли Конституционный Суд Российской Федерации выявлять конституционно-правовой смысл рассматриваемой на предмет конституционности нормы? Формально Конституция Российской Федерации и Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" такого полномочия не предоставляют. Подобная практика вызывает неоднозначную оценку. По мнению одних специалистов, это противоречит действующей Конституции Российской Федерации и обычному законодательству, вступает в конфликт с правотворческой деятельностью Федерального Собрания <8>. С точки зрения других, такая ситуация выглядит благоприятной, приносящей много позитивного в российскую правовую действительность. При этом отмечается, что тем самым обеспечивается своего рода "конституционная рихтовка" норм законодательства, при которых они не дисквалифицируются, не признаются неконституционными, но преодолевается их конституционно-правовая неопределенность <9>.

<8> См., например: Дудко И.А. Еще раз к вопросу о юридической силе Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал конституционного правосудия. 2008. N 6. С. 14; Ершов В., Ершова Е. О правовом статусе Конституционного Суда Российской Федерации // Российская юстиция. 2004. N 2. С. 24.
<9> См., например: Бондарь Н.С. Конституция, Конституционный Суд и налоговое право // Налоги (газета). 2006. N 3; Колабухов Н.А. Правовая природа решений Конституционного Суда Российской Федерации // Российский судья. 2012. N 4; СПС "КонсультантПлюс".

Помимо этого, в процессе функционирования конституционного правосудия возникла особая разновидность и определения Конституционного Суда Российской Федерации, приближенная по своему юридическому значению к постановлениям. Речь идет о так называемых отказных определениях с позитивным содержанием, т.е. об определениях, которые содержат положения о распространении правовой позиции. Они выносятся по результатам промежуточной стадии конституционного судопроизводства - предварительного рассмотрения обращения, поступившего в Конституционный Суд Российской Федерации. При наличии такого основания в отказе в принятии обращения к рассмотрению, как существование ранее вынесенного Конституционным Судом Российской Федерации решения по предмету обращения, сохраняющего свою силу, Конституционный Суд Российской Федерации отказывает в принятии обращения к рассмотрению, но при этом формулирует правовую позицию, имеющую значение для правоприменителей. В названных определениях нередко встречаются выявления конституционно-правового смысла нормы, о конституционности которой запрашивается в обращении в Конституционный Суд Российской Федерации <10>.

<10> См., например: Определение Конституционного Суда РФ от 6 марта 2008 г. N 214-О; Определение Конституционного Суда РФ от 10 января 2002 г. N 3-О.

Формально такие решения Конституционного Суда Российской Федерации не могут быть основанием для пересмотра по новым обстоятельствам ни в гражданском, ни в арбитражном процессе. Это связано с тем, что как ГПК РФ, так и АПК РФ называют в качестве основания для пересмотра только признание закона не соответствующим Конституции Российской Федерации. Ведь юридическая сила таких актов Конституционного Суда Российской Федерации вызывает сомнения. Так, Верховный Суд Российской Федерации прямо ориентирует суды общей юрисдикции на то, что при вынесении решений по гражданским делам им следует учитывать только постановления Конституционного Суда Российской Федерации о толковании положений Конституции Российской Федерации, подлежащих применению в данном деле, и о признании соответствующими либо не соответствующими Конституции Российской Федерации нормативных правовых актов, на которых стороны основывают свои требования и возражения <11>. Такое понимание заложено и в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 11 декабря 2012 г. N 31 применительно к новым обстоятельствам.

<11> См.: подп. "а" п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" // СПС "КонсультантПлюс".

Арбитражные суды также придерживаются такого мнения. Так, по одному из дел было указано, что определения Конституционного Суда Российской Федерации не могут быть применимы для пересмотра по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, так как определениями могут разрешаться самые различные вопросы, они не содержат итогового решения по делу, не подписываются всеми судьями Конституционного Суда Российской Федерации, участвующими в рассмотрении дела, не выносятся именем Российской Федерации, в силу чего не являются основаниями для пересмотра вступившего в законную силу судебного решения арбитражного суда. В результате такой позиции арбитражного суда глава г. Екатеринбурга обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с ходатайством об официальном разъяснении данного определения <12>. В частности, в таком обращении ставился вопрос о том, является ли данное определение Конституционного Суда Российской Федерации обязательным для всех правоприменительных органов или для его исполнения дополнительно требуется вынесение итогового решения в виде постановления Конституционного Суда Российской Федерации. На поступивший запрос Конституционный Суд Российской Федерации ответил, что "согласно статье 6 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" решения Конституционного Суда России обязательны на всей территории Российской Федерации для представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. Это требование по смыслу названного ФКЗ распространяется на все решения Конституционного Суда Российской Федерации независимо от того, в какой форме они выносятся, то есть не только на постановления, но и на определения и заключения" <13>. Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации констатировал, что в данном случае арбитражный суд обязан был пересмотреть дело. Позиция Конституционного Суда Российской Федерации выглядит логичной, ведь в таком решении Конституционного Суда Российской Федерации прямо указано, что любое иное истолкование нормы закона признается не соответствующим Конституции Российской Федерации. Поэтому очевидно, что дела, основанные на ином истолковании, должны быть пересмотрены.

<12> См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2006 г. N 542-О // СПС "КонсультантПлюс".
<13> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 1 ноября 2007 г. N 827-О-П // СПС "КонсультантПлюс".

Однако такая практика судов общей юрисдикции и арбитражных судов является устоявшейся, ведь суды четко следуют букве закона. После проведения реформы института пересмотра по новым или вновь открывшимся обстоятельствам и отнесения данного основания для пересмотра к новым обстоятельствам ситуация не изменилась. Таким образом, в настоящий момент для удовлетворения заявления о пересмотре по рассматриваемому новому обстоятельству необходимо, чтобы Конституционный Суд Российской Федерации признал не соответствующим Конституции Российской Федерации закон, примененный в конкретном деле, именно в судебном акте в форме постановления.

Для внесения изменений в признаки рассматриваемого нового обстоятельства необходимо изменить ряд положений Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и урегулировать в нем процедуру письменного производства, на что уже неоднократно обращалось внимание учеными <14>. Только после таких изменений можно будет урегулировать правила пересмотра по данному новому обстоятельству, что существенно расширит для заявителя возможности для обращения по данному основанию и прекратит проблемы, связанные с установлением юридической силы иных решений Конституционного Суда Российской Федерации, выносимых на практике. Приведенная практика Конституционного Суда Российской Федерации подтверждает, что в современных условиях правотворческая деятельность специализированных органов конституционного контроля очевидна. Причем она не вступает в противоречие с парламентским правотворчеством, а дополняет и обогащает его <15>. По мнению В.Д. Зорькина, правотворческая деятельность судов в правовой системе России формально (официально) не признается, в доктрине интерпретируется противоречиво, но реально существует и через высшие судебные инстанции влияет на развитие права, так же как это имеет место и в рядке других стран Европейского континента (Греция, Италия, Нидерланды, ФРГ и др.) <16>.

<14> См., например: Дудко И.А. Еще раз к вопросу о юридической силе Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал конституционного правосудия. 2008. N 6. С. 18; Лушников В. Особенности конституционного судопроизводства // ЭЖ-Юрист. 2004. N 49; Митюков М.А., Станских С.Н. Письменное разбирательство в конституционном судопроизводстве: Россия и опыт зарубежных стран // Государство и право. 2005. N 10. С. 5 - 13.
<15> См.: Марченко М.Н. Конституционный Суд Российской Федерации и особенности его решений // Актуальные вопросы государства и права в Российской Федерации и в Республике Македонии: Сб. научных статей / Отв. ред. А.Е. Шерстобитов. М., 2006. Вып. 1.
<16> См.: Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. М., 2008. С. 125 - 128.