Мудрый Юрист

Конституционно-правовые гарантии реализации принципа независимости судей

Шеломанова Л.В., заместитель председателя Северного районного суда г. Орла.

В статье анализируются различные конституционно-правовые гарантии принципа независимости судей и обосновывается вывод, что конституционно-правовые средства обеспечения юридического принципа независимости судей законодательно не систематизированы.

Ключевые слова: принцип независимости судей, конституционные гарантии, конституционно-правовые средства, статус судьи.

The paper analyzes the various constitutional and legal guarantees of judicial independence, and justify the conclusion that the constitutional and legal means to ensure the legal principle of judicial independence is not legally codified.

Конституционный принцип независимости судей, взятый сам по себе, не может быть реализован в правоотношениях без соответствующих юридических средств правового регулирования, охраны и защиты <1>. Юридический принцип в соотношении с нормами права представляет собой некое положение, лежащее в основе других положений более конкретного характера. Принцип может толковаться в качестве нормы права или некоего правового установления, не относящегося к правовым нормам. Но в любом случае юридические принципы есть явления правовые и, следовательно, общеобязательные <2>. Однако высокая степень обобщенности юридических принципов по сравнению с другими правовыми установлениями порождает необходимость конкретизации принципов в законодательстве <3>. При этом одни правовые нормы непосредственно служат цели реализации соответствующего юридического принципа, другие - не связаны с реализацией данного принципа, третьи - препятствуют его реализации.

<1> См.: Анишина В.И. Принцип независимости судьи. Конституционно-правовое содержание и проблемы реализации // Закон и право. 2006. N 7. С. 25 - 27.
<2> См.: Затолокина Т.А. Некоторые вопросы соотношения принципов правового регулирования и норм права // Международные юридические чтения. Омск: ОЮИ, 2003. С. 194 - 197.
<3> См.: Гаджиев Г.А. Принципы конституционного права, общие принципы права и конституционные принципы // Конституция и законодательство. М.: ИЗиСП, 2003. С. 37 - 44.

В подтверждение высказанного тезиса можно привести ряд примеров. Так, согласно Закону Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" проявление неуважения к суду или судьям влечет установленную законом ответственность (ч. 5 ст. 1); судья при исполнении своих полномочий, а также во внеслужебных отношениях должен избегать всего того, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности (ч. 2 ст. 3); судья, впервые избранный на должность, приносит в торжественной обстановке присягу, обещая честно и добросовестно исполнять свои обязанности, подчиняться только закону, быть беспристрастным и справедливым (ч. 1 ст. 8). Эти нормы права способствуют реализации конституционного принципа независимости судей.

В соответствии с анализируемым Законом Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" судьей может быть гражданин Российской Федерации, имеющий высшее юридическое образование (п. 1 ч. 1 ст. 4); присяга судей может приноситься на собраниях, съездах или конференциях судей (ч. 2 ст. 8) и т.п. Приведенные законоположения направлены на реализацию других важных конституционных целей правового регулирования общественных отношений, однако непосредственно с принципом независимости судей они не связаны. Их цель иная - обеспечить квалифицированное отправление правосудия, гарантировать процедурный аспект в организации и отправлении правосудия и т.д.

В ст. 6.2 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" перечислены полномочия председателей и заместителей председателей судов. Не ставя под сомнение сам институт должностных лиц судов, который необходим в целях организации отправления правосудия, нельзя не заметить весьма широкие полномочия должностных лиц судов по сравнению с полномочиями "рядовых" судей. В частности, данные должностные лица в силу требований закона "организуют работу суда" (п. 1 ч. 1 ст. 6.2) и "распределяют обязанности между судьями" (п. 3 ч. 1 ст. 6.2). В юридической науке отмечено, что одним из источников нарушения независимости судей является "гипертрофированная роль должностных лиц судов (прежде всего их председателей)" <4>. Этому в определенной мере способствуют действующие нормы права. Полномочия по "организации работы суда" могут быть истолкованы весьма широко вплоть до тотального контроля над всеми процессами и явлениями, присущими соответствующей судебной инстанции.

<4> Подробнее см.: Макарова О.В. Некоторые проблемы укрепления гарантий независимости судей // Журнал российского права. 2008. N 5. С. 106 - 110.

Таким образом, конституционно-правовые средства обеспечения юридического принципа независимости судей законодательно не систематизированы. Данные гарантии содержатся в различных нормативных правовых актах, находятся в сложной системе взаимосвязей и взаимозависимостей <5>, которые могут не только способствовать, но и блокировать действие анализируемого конституционного принципа. Вследствие этого перед юридической наукой ставится важнейшая задача обобщения и систематизации теоретического знания <6>, а также действующего законодательства и правоприменительной практики <7>, выработки на указанной основе институциональных компонентов механизма реализации независимости судейского корпуса.

<5> См.: Мозженко И.И. Принципы систематизации современного российского законодательства // Пробелы в российском законодательстве. 2010. N 1. С. 14.
<6> См.: Оболонский А.В. Задачи развития юридической науки // Советское государство и право. 1979. N 2. С. 123.
<7> См.: Некрасова Г.А. Задачи развития юридической науки // Советское государство и право. 1982. N 4. С. 131.

Указанная задача имеет, на наш взгляд, скорее доктринальную, чем нормативную природу. Законодатель под влиянием юридической науки в конечном итоге может внести соответствующие изменения и дополнения в систему нормативных правовых актов об организации судебной власти и статусе российских судей. Однако это займет определенное время и не сможет затормозить дальнейшее развитие конституционно-правовой мысли. Перманентное "соперничество" конституционно-правовой науки и законодательной деятельности в конечном итоге взаимно обогащает и теорию, и практику <8>. Поэтому подобные явления следует лишь приветствовать.

<8> См.: Хабриева Т.Я. Стабильность закона, модернизация законодательства и задачи юридической науки // Закон: стабильность и динамика. М.: Контракт, 2007. С. 18.

В связи с этим считаем возможным предложить следующую систему конституционно-правовых средств обеспечения независимости судей: 1) система отбора и назначения на должности судей; 2) конституционно-правовые институты несменяемости, неприкосновенности судей и невмешательства в их деятельность; 3) процессуальные гарантии независимости судей; 4) социальная защита судей как средство обеспечения их независимости.

Высказанное нами предложение нуждается в сравнительном анализе с нормативным содержанием ч. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", непосредственно посвященной "гарантиям независимости судей". Законодатель считает необходимым перечислить следующие гарантии: во-первых, предусмотренную законом процедуру отправления правосудия; во-вторых, запрет, под угрозой ответственности, чьего бы то ни было вмешательства в деятельность по осуществлению правосудия; в-третьих, установленный порядок приостановления и прекращения полномочий судьи; в-четвертых, право судьи на отставку; в-пятых, неприкосновенность судьи; в-шестых, систему органов судейского сообщества; в-седьмых, предоставление судье за счет государства материального и социального обеспечения, соответствующего его высокому статусу.

Приведенная система гарантий независимости судей может быть подвергнута критическому осмыслению как с точки зрения последовательности изложения, так и в аспекте содержания соответствующих институтов. В частности, постановка на первое место "предусмотренной законом процедуры осуществления правосудия", на наш взгляд, не вполне оправданна, поскольку не является гарантией первостепенной важности. Кроме того, процессуальные нормы об организации отправления правосудия по гражданским, уголовным, административным и иным спорам не имеют основной целью обеспечение именно независимости судьи <9>.

<9> Подробнее см.: Осипова И.Г. Процессуальные гарантии независимости судей в гражданском судопроизводстве // Независимость судей: проблемы теории и практики. Вологда: ВЦНТИ, 2008. С. 50 - 63; Мизулина Е.Б. Новый УПК - гарантия процессуальной независимости судьи // Концептуальные основы реформы уголовного судопроизводства в России. М.: Проспект, 2002. С. 25 - 29.

В содержательном аспекте нормы ч. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" заслуживают критики по следующим основаниям. Во-первых, в ч. 1 ст. 9 вообще не упоминается такая гарантия независимости судей, как "система отбора и назначения на должности судей" <10>; во-вторых, общепринятый принцип "несменяемости судей" <11> в ч. 1 ст. 9 формулируется как "установленный порядок приостановления и прекращения полномочий судьи", что неоправданно смещает акценты в пользу возможности лишения судей полномочий в ущерб юридическим гарантиям их несменяемости (приостановление и прекращение полномочий судьи есть исключение из общего правила о несменяемости судей) <12>; в-третьих, право судьи на отставку не следует выделять в качестве самостоятельной гарантии независимости судьи, поскольку это - часть конституционного института несменяемости судей <13>; в-четвертых, система органов судейского сообщества сама по себе не может считаться гарантией независимости судьи. В лучшем случае это гарантия независимости судей, т.е. всего судейского корпуса <14>. Однако в наименовании ст. 9 речь идет о гарантиях независимости судьи, а не судей.

<10> См.: Аулов В.К. Независимость судей и дискуссионные вопросы порядка назначения на судейские должности // Закон и практика. 2005. N 4. С. 62; Палагин Р.С. Система отбора и назначения на должность судей как гарантия их независимости // Вестник Воронежского государственного университета. 2011. N 1. С. 149 - 155.
<11> См., например: Тальберг Д. Несменяемость судей во Франции // Юридический вестник: Издание Московского Юридического Общества. Январь. М.: Тип. А.И. Мамонтова, 1883. С. 3; Афанасьева С.И. Несменяемость судей - важнейшая гарантия их независимости // Юридическая наука и практика: пути развития и совершенствования. Пермь: Изд. Перм. ун-та, 2003. С. 252; Шатских М.В. Несменяемость как основная конституционная гарантия независимости судей // Человек, его права и свободы - высшая ценность. Воронеж: Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2007. С. 261.
<12> См.: Шибанов А.С. Принцип несменяемости судей и конституционное развитие России // Конституционное развитие России: Межвузовский сборник научных статей. Вып. 3. Саратов: СГАП, 2000. С. 96 - 105.
<13> См., например: Ермошин Г.Т. Судья в отставке. Проблемы дефиниции // Российский судья. 2012. N 2. С. 6 - 10.
<14> Органы судейского сообщества не могут рассматриваться в качестве безусловной гарантии независимости судьи в силу объективного конфликта интересов между судьями и судейским сообществом. См., например: Куделич Е.А. Органы судейского сообщества как механизм обеспечения независимости судебной власти: мировой опыт // Закон. 2010. N 2. С. 35.

Наконец, нельзя не отметить чрезмерно многословные формулировки гарантий независимости судей, характерные для нормативного содержания ч. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации". Это, на наш взгляд, не соответствует общепринятым правилам юридической техники. Вместо "несменяемости" законодатель употребляет "установленный порядок приостановления и прекращения полномочий судьи" и "право судьи на отставку"; вместо "невмешательства" - "запрет, под угрозой ответственности, чьего бы то ни было вмешательства в деятельность по осуществлению правосудия"; вместо "социальных гарантий" - "предоставление судье за счет государства материального и социального обеспечения, соответствующего его высокому статусу". Слова "вмешательство в деятельность по осуществлению правосудия" можно было бы без особого ущерба заменить более лаконичными конструкциями: "вмешательство в правосудие", "вмешательство в отправление правосудия" или "вмешательство в деятельность судьи".