Мудрый Юрист

Предмет доказывания по уголовным делам о незаконном усыновлении *

<*> Afanas'yadi V.G. Fact to be proven in criminal cases on illegal adoption.

Афанасьяди Ваник Гаруни, аспирант кафедры права Московского педагогического государственного университета.

В статье рассмотрены теоретические вопросы, касающиеся характерных особенностей обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовным делам о незаконном усыновлении, а также содержание одного из элементов предмета доказывания по делам об общественно опасных деяниях указанной категории - события преступления.

Ключевые слова: предмет доказывания, обстоятельства, подлежащие установлению по уголовному делу, содержание предмета доказывания по делам о незаконном усыновлении, незаконное усыновление, несовершеннолетний потерпевший, уголовно-процессуальное доказывание, событие преступления, объект преступления, объективная сторона преступления, особенности доказывания по делам о незаконном усыновлении.

The article concerns theoretical issues related to special features of circumstances subject to proving in criminal cases on illegal adoption as well as the content of one of the elements of the fact to be proven in cases on socially dangerous actions of the said category - the event of a crime.

Key words: fact to be proven, circumstances subject to determination in a criminal case, content of the fact to be proven in cases on illegal adoption, illegal adoption, minor victim, criminal-procedure proving, event of a crime, object of a crime, objective element of a crime, peculiarities of proving in cases on illegal adoption.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию, являются одной из важных правовых категорий в уголовном судопроизводстве. Подробная регламентация их содержания положениями действующего законодательства, с одной стороны, обеспечивает параметры границ проводимого правомочными должностными лицами исследования материалов уголовного дела, а с другой - позволяет одновременно определить пределы выдвигаемого в отношении конкретного лица обвинения. Все важнейшие процессуальные решения по уголовному делу, в том числе и итоговые, не могут затрагивать тех обстоятельств, которые не входят в предмет доказывания <1>.

<1> См.: Овчаренко Е.И. Доказывание по уголовным делам о хулиганстве. М.: Юрлитинформ, 2006. С. 21.

Диспозиция ст. 73 УПК РФ содержит типовой перечень обстоятельств, которые подлежат доказыванию по уголовному делу. В частности, подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). Согласно положениям уголовно-процессуального закона (ст. ст. 73, 299, 307, 389.31 УПК РФ) содержание предмета доказывания не изменяется при перемещении дела с одной на другую стадии уголовного судопроизводства. В этой связи можно заключить, что совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу о незаконном усыновлении, точно такая же, что и по иным делам, вне зависимости от квалификации общественно опасных деяний.

В то же время необходимо указать, что расследование отдельно взятого уголовного дела, в том числе о незаконном усыновлении, сопряжено с установлением определенных и только ему присущих обстоятельств и правовых характеристик. Наличие этих факторов и нюансов противоправной деятельности необходимо доказывать в обязательном порядке.

Так, в частности, при расследовании незаконного усыновления в обязательном порядке необходимо устанавливать следующие обстоятельства: не сопутствовали ли незаконному усыновлению иные общественно опасные деяния, например подмена или похищение ребенка, подделка и фальсификация документов, подкуп должностных лиц и др. В связи с этим представляется целесообразным более подробно рассмотреть частные элементы предмета доказывания по делам о преступлениях указанной категории, которые, в свою очередь, определяют особенности предмета доказывания по уголовным делам о незаконном усыновлении.

Объектом данного преступления являются общественные отношения, обеспечивающие интересы ребенка, его нормальное развитие и воспитание; кроме того, это отношения, возникающие в связи с созданием семьи согласно положениям действующего законодательства, с ее нормальным функционированием, а также с установленным порядком усыновления. Потерпевшими по преступлениям данной категории выступают несовершеннолетние, т.е. физические лица, не достигшие возраста 18 лет <2>.

<2> О проблемах гарантии прав и законных интересов несовершеннолетних потерпевших при производстве по уголовному делу см.: Глушков А.И. Обеспечение прав и законных интересов несовершеннолетних потерпевших в ходе уголовного производства // Российская юстиция. 2012. N 12. С. 51 - 53; Глушков А.И., Головко Н.В. Организация взаимодействия следователя и оперативных сотрудников по противодействию торговле детьми и использованию рабского труда // Административное и муниципальное право. 2011. N 12. С. 53 - 56.

Анализ диспозиции ст. 154 УК РФ показал, что законодатель не рассматривает наступившие последствия квалифицирующим признаком данного состава преступления. Однако, принимая во внимание тот факт, что родовым объектом незаконного усыновления выступают интересы несовершеннолетних, их нормальное нравственное, физическое и социальное развитие, на наш взгляд, следует сконструировать анализируемый состав преступления по типу материального, где в качестве наступившего последствия указать вред, причиненный интересам несовершеннолетнего.

В противном случае, например если государственный служащий, в чьи функциональные обязанности входит обеспечение соблюдения правил усыновления, за определенное вознаграждение нарушает эти установленные предписания, но делает это в интересах усыновляемого ребенка, нельзя такие действия квалифицировать как общественно опасное деяние. В данной ситуации, на наш взгляд, нельзя утверждать, что должностное лицо совершило преступление, направленное против несовершеннолетнего, так как от его действий пострадали только интересы службы. В приведенной ситуации наглядно видно, что объект преступления выполняет важную разграничительную функцию, а это, в свою очередь, еще раз подтверждает необходимость производства следственных действий в целях установления (доказывания) наличия данного элемента состава преступления.

Исследование содержания и сущности нормативных правовых документов, регламентирующих деятельность по устройству на воспитание детей, оставшихся без попечения родителей, показало, что все возможности формы такого устройства направлены в первую очередь на обеспечение интересов детей <3>. В связи с этим, полагаем, будет логичным утверждение, что в качестве уголовно наказуемого деяния, направленного против несовершеннолетнего, должно рассматриваться только такое незаконное усыновление, которым эти интересы нарушаются.

<3> Постановление Правительства РФ от 29 марта 2000 г. N 275 "Об утверждении Правил передачи детей на усыновление (удочерение) и осуществления контроля за условиями их жизни и воспитания в семьях усыновителей на территории Российской Федерации и Правил постановки на учет консульскими учреждениями Российской Федерации детей, являющихся гражданами Российской Федерации и усыновленных иностранными гражданами или лицами без гражданства" (в ред. от 14.02.2013) // СЗ РФ. 2000. N 15. Ст. 1590.

В уголовном законе объективная сторона указанного преступления характеризуется понятием "действия", однако участие в незаконном усыновлении возможно и в форме бездействия, затягивания сроков процедуры усыновления, непроведения проверки необходимых документов и др. Данные обстоятельства также представляют общественную опасность и подлежат доказыванию в ходе производства по уголовному делу. В связи с этим, на наш взгляд, используемые законодателем определения нуждаются в корректировке и уточнении <4>.

<4> Схожую точку зрения высказали и иные авторы. См.: Пудовочкин Ю.Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних по российскому уголовному праву. СПб., 2002. С. 179.

В этой ситуации использовать термин "деятельность", как было зафиксировано в УК РСФСР, не представляется возможным, так как это понятие предполагает определенную систематичность, связанность составляющих ее деяний. Наиболее оптимальным представляется применение традиционного для бланкетной диспозиции положения "нарушение правил", поскольку порядок усыновления, передачи детей под опеку (попечительство) в приемные семьи регулируется соответствующими нормативными правовыми актами <5>.

<5> См.: Уголовный закон в практике мирового судьи: Научно-практическое пособие / Под ред. канд. юрид. наук, доц. А.В. Галаховой. М.: Норма, 2005. С. 144.

При осуществлении уголовно-процессуального доказывания необходимо учесть момент окончания незаконного усыновления. В связи с этим вынуждены констатировать, что среди ученых по данному поводу единство мнений не достигнуто. Одни авторы считают, что указанное преступление необходимо признавать оконченным "с момента, когда совершенные незаконные действия завершились передачей несовершеннолетнего усыновителю (удочерителю)" <6>. Другие ученые полагают, что названное общественно опасное деяние будет оконченным с момента официального принятия решения официальным органом - органами опеки и попечительства <7>. Третьи авторы настаивают, что "окончено преступление с момента повторного совершения действий, нарушающих порядок и условия устройства детей, оставшихся без попечения родителей. При этом не требуется, чтобы процедура оформления требуемых документов была полностью завершена, а дети переданы предполагавшемуся опекуну или на воспитание в приемную семью" <8>.

<6> Уголовный кодекс Российской Федерации: Постатейный комментарий / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и Г.М. Миньковского. М.: МГПУ, 1997. С. 317 - 323.
<7> См.: Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко и др. М., 1997. С. 176 - 177.
<8> Батычко В.Т. Уголовное право. Общая и Особенная части: Курс лекций. Таганрог: ТГРУ, факультет экономики, менеджмента и права, 2006. С. 278 - 279.

Представляется, что точка зрения, изложенная первыми авторами, более обоснованная и аргументированная по следующим причинам. Для констатации наличия объективной стороны рассматриваемого преступления необходимо, чтобы незаконное усыновление было совершено неоднократно, т.е. виновным не менее двух раз совершены какие-либо действия, указанные в диспозиции ст. 154 УК РФ. При этом двукратное совершение одних и тех же действий не является обязательным условием осуществления уголовного преследования; неоднократность будет усматриваться и в случае совершения, например, сначала незаконного усыновления, а затем незаконной передачи подростка под опеку или в приемную семью.

Неоднократность будет иметь место и в ситуациях, когда лицо, ранее судимое по ст. 154 УК РФ (разумеется, при непогашенной и неснятой судимости), вновь совершило какое-либо действие, предусмотренное ст. 154 УК РФ. Кроме того, необходимо учесть, что установление факта совершения данного преступления из корыстных побуждений позволяет исключить потребность доказывания признака неоднократности.

Таким образом, можно заключить, что действующим уголовным законом регламентируется возможность осуществления уголовного преследования за совершение следующих двух видов действий, связанных с незаконным усыновлением: неоднократных действий, совершенных вне зависимости от их мотивации; единичного факта совершения действий, выполненных из корыстных побуждений.

В соответствии с положениями ст. 16 УК РФ под неоднократностью принято понимать совершение двух и более, как правило, тождественных (но возможно, и однородных) общественно опасных деяний. Следует уточнить, что само по себе нарушение правил усыновления законодателем не рассматривается в качестве преступления.

Если трактовать понятие "неоднократность" более широко, в общепринятом смысле, т.е. как повторное производство любого деяния, то получится, что в качестве общественно опасного деяния необходимо будет рассматривать повторное нарушение правил усыновления, которое, в свою очередь, не является преступлением, т.е. повторное совершение дисциплинарного проступка. Представляется, что подобное положение вещей абсурдно, поскольку не только не свидетельствует об изменении степени общественной опасности деяния, но и не служит иллюстрацией асоциальной направленности конкретного субъекта, который ни разу не привлекался к юридической ответственности. Целесообразно признак неоднократности исключить из диспозиции ст. 154 УК РФ, тем самым обеспечить возможность уголовного преследования лиц, виновных даже в однократном нарушении установленных правил усыновления, повлекшем причинение вреда интересам ребенка.

Систему наиболее распространенных нарушений названных правил, подпадающих под действие ст. 154 УК РФ, составляют следующие деяния: усыновление ребенка при отсутствии согласия его родителей на усыновление; усыновление ребенка, достигшего 10-летнего возраста, без его согласия, когда оно должно было быть получено; получение согласия родителей ребенка на усыновление за вознаграждение до или после рождения ребенка; принятие решения об усыновлении в отношении ребенка, не подлежащего усыновлению; усыновление ребенка без согласия органов опеки и попечительства; составление подложного акта по результатам обследования условий жизни лиц, желающих усыновить ребенка; признание усыновителями лиц, не соответствующих тем требованиям, которым должны отвечать усыновители; аккредитация в РФ иностранных органов и организаций по усыновлению при отсутствии у них на то законных оснований; предоставление иностранным усыновителям информации о ребенке до истечения трех месяцев со дня поступления сведений о нем в государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей; установление (разрешение) межгосударственного усыновления без выяснения возможности усыновления ребенка внутри страны или его родственниками; уклонение от постановки на учет усыновленного ребенка в консульское учреждение РФ при межгосударственном усыновлении.