Мудрый Юрист

Аналогия общей части УК РФ, или как определить пределы сокращения наказания на основании ч. 2 ст. 10 УК РФ

Цепляева Г.И., судья Верховного Суда Республики Карелия, кандидат юридических наук, доцент.

В теории уголовного права среди проблем применения нормы права особое место занимают вопросы аналогии закона и неправильного, в том числе расширительного, толкования уголовного закона. Эти вопросы напрямую связаны с принципом законности, являющимся основополагающим для правоприменительной деятельности. Требование законности, содержащееся в Конституции Российской Федерации и нормах международного права, является императивом для кодификации уголовного права и его исполнения. Уголовный закон основывается на Конституции РФ и общепринятых принципах и нормах международного права (ч. 2 ст. 1 УК РФ), в которых закреплены основополагающие правовые и процессуальные гарантии прав человека в сфере уголовного наказания и уголовного судопроизводства.

Принцип законности закреплен в качестве правовой нормы в статье 3 Уголовного кодекса РФ, согласно которой преступность деяния, а также его наказуемость и иные правовые последствия определяются только Кодексом; применение уголовного закона по аналогии не допускается. Принцип является нормой прямого действия, поскольку в нем заложено правило и запрет его нарушения. Применение уголовного закона по аналогии является нарушением принципа законности и влечет отмену неправосудного решения. Как принцип уголовного права законность определяет критерии правовой защищенности личности, оказывает прямое воздействие на правовую регламентацию всех институтов и норм уголовного закона. Законность возлагает на судебные органы обязанность применять закон в соответствии с его нормативными предписаниями таким образом, чтобы было достигнуто его единообразное толкование и применение вне зависимости от политической целесообразности или субъективного усмотрения.

Наказуемость деяния является категорией, производной от преступности деяния, зависимой от общественной опасности преступления. Поскольку общественная опасность преступления не остается неизменной, то наказуемость также не является раз и навсегда заданной, оценка наказуемости меняется одновременно с оценкой общественной опасности деяния. В Конституции Российской Федерации закреплено, что если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон (ст. 54 Конституции РФ). Уголовный кодекс в ч. 2 ст. 10 УК РФ закрепляет это конституционное требование и формулирует норму, согласно которой если новый закон смягчает наказание за деяние, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

В Уголовном кодексе РСФСР 1960 г. (ч. 3 ст. 56) применение санкции нового уголовного закона регулировалось положением, согласно которому подлежало смягчению назначенное по старому закону наказание, превышающее верхний предел санкции нового закона. Указывалось, что назначенное судом наказание смягчается до меры, установленной верхним пределом вновь изданного уголовного закона.

Опыт старого Кодекса не может быть использован, поскольку в Уголовном кодексе Российской Федерации такая норма отсутствует. Дело осложняется и тем, что в старом законе не содержалось положений, подобных тем, что закреплены в современном уголовном законодательстве о сокращении максимальных пределов санкции при наличии смягчающих обстоятельств, при вердикте присяжных заседателей о снисхождении, за неоконченное преступление.

В Федеральном законе "О введении в действие Уголовного кодекса РФ" от 13.06.1996 N 64-ФЗ (в ред. Федерального закона от 27.12.1996 N 161-ФЗ) предписывалось, что меры наказания лицам, осужденным по ранее действовавшему уголовному закону и не отбывшим наказания, следует привести в соответствие с Уголовным кодексом РФ в тех случаях, когда назначенное судом наказание является более строгим, чем установлено верхним пределом санкции соответствующей статьи УК РФ. Как видим, в указанной норме было предписано привести неотбытое наказание в соответствие с новым законом, содержащим более мягкий верхний предел санкции, то есть применить более мягкий закон. Но указанные нормы носили скорее процессуальный характер, нежели правовой, поскольку предписывали решить вопросы несоответствия, принимая во внимание, что более мягким следует считать закон, предусматривающий менее строгие максимальные границы санкции нового закона. Но в этой норме не содержалось предписание о сокращении наказания до верхнего предела санкции нового закона, то есть, как и в ч. 2 ст. 10 УК РФ, не были определены пределы сокращения. В то же время в Законе определены направления решения вопроса о том, какой закон считать более мягким. Как справедливо заметил в свое время А. Михлин, "на первый взгляд не должно возникать трудностей в оценке вновь принимаемого закона - устраняет он наказуемость или вводит вновь. Однако оказалось, что все не так просто" <*>.

<*> Михлин А. Обратная сила закона // Российская юстиция. 1996. N 9. С. 22.

И все же в целом проблема оценки критериев тяжести старого и нового закона осталась нерешенной, поскольку определение максимальных границ санкции надлежит корректировать с учетом положений Общей части Кодекса, и именно это породило рассогласованное применение нового закона, далеко выходящее за пределы, обозначаемые как отсутствие единообразной судебной практики.

При пересмотре приговоров на основании действия нового закона главной проблемой явилось определение границ новой санкции с применением норм Общей части Кодекса о назначении наказания.

При постановлении обвинительного приговора и назначении наказания пределы назначения наказания определяются санкцией статьи Особенной части Кодекса, а также нормами Общей части, урезающими границы назначения наказания при наличии смягчающих обстоятельств (ст. 62 УК РФ), вердикте присяжных заседателей о снисхождении (ст. 65 УК РФ), за неоконченное преступление (ст. 66 УК РФ), при рецидиве преступлений (ст. 68 УК РФ), в отношении несовершеннолетних (ст. 88 УК РФ). Особый случай определения пределов наказания предусмотрен в ч. 7 ст. 316 УПК РФ о назначении наказания при особом порядке судебного разбирательства.

При постановлении приговора и квалификации преступного деяния в отношении лица, совершившего преступление в период действия старого закона, нормы старого и нового закона подлежат сравнению, при этом применяется тот закон, который предусматривает более мягкую санкцию, исходя из принципа обратной силы уголовного закона. То же требование относится к решению, принимаемому судом кассационной инстанции, преступление квалифицируется по новому закону, смягчающему наказание. В этих случаях вопросы назначения наказания решаются в общем порядке с учетом всех положений, указанных в главе 10 УК РФ о назначении наказания.

В этом отношении наука уголовного права и судебная практика выработали обоснованные критерии сравнительной оценки степени относительной суровости либо мягкости отмененного и нового законов.

Очевидно, что сокращение наказания, применяемое судом в связи со смягчением наказания, на основании более мягкого уголовного закона имеет иную правовую природу, нежели его назначение, поскольку в ч. 2 ст. 10 УК РФ не указано, что при сокращении суду надлежит дать оценку характера и степени общественной опасности преступления и учесть иные нормы, которыми следует руководствоваться при назначении наказания.

В.Н. Кудрявцев пишет: "Вопросы переквалификации всегда решаются с учетом санкции уголовно-правовой нормы. Казалось бы, это противоречит отмечавшемуся выше положению, что квалификация преступлений ни в коей мере не может ставиться в зависимость от меры наказания. В действительности здесь противоречия нет. Санкция в данном случае не является решающим основанием. Она только ограничивает возможности для переквалификации, не допуская ухудшения положения обвиняемого по сравнению со старым законом. Действительным же основанием для переквалификации служит ИЗМЕНЕНИЕ СОСТАВА того или иного преступления и (или) СТЕПЕНИ ЕГО ОБЩЕСТВЕННОЙ ОПАСНОСТИ (выделено мной. - Г.Ц.)" <*>. Д.В. Качурин полагает так: "По сути, санкция статьи Особенной части УК РФ выступает в качестве правовой оценки содеянного, а установление минимума и максимума наказания служит гарантией соблюдения законности" <**>.

<*> Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд., перераб. и дополн. М.: Юристъ, 2004. С. 280.
<**> Качурин Д.В. Общие начала назначения наказания (электронный ресурс) // Российский судья. 2002. N 8.

Приведенные суждения позволяют ответить на вопрос о том, что является определяющим при постановлении приговора в период действия нового закона и при пересмотре назначенного наказания по приговору, вступившему в законную силу. В первом случае - это оценка общественной опасности преступления, которая дается в судебном приговоре, во втором - формальное сравнение санкций и применение смягченной санкции статьи.

При изменении состава преступления, исключении одних его признаков, включении новых признаков, меняется в целом состав преступления, и соответственно меняется оценка характера и степени его общественной опасности. Сравнение общественной опасности нового и старого составов преступления является обязательным при постановлении приговора в период действия нового закона, оценка характера и степени общественной опасности преступления и их влияние на наказание дается в приговоре с учетом общих начал назначения наказания. При назначении наказания определяющую группу обстоятельств, подлежащих учету, законодатель соотносит с отличительными качествами преступного деяния или характером и степенью общественной опасности преступления. Характер и степень общественной опасности преступления являются основными факторами при оценке тяжести преступления. Оценка характера преступного деяния обусловлена взаимосвязью объективных обстоятельств: места, времени, обстановки, способа, степени подготовки и длительности процесса совершения преступления, а также субъективных факторов: целей и мотивов совершения преступления. Степень общественной опасности преступления объективируется в наступивших последствиях преступления, размере вреда, причиненного правоохраняемым интересам, масштабе последствий преступления, величине реальной угрозы наступления вредных последствий, а также степенью общественной опасности личности виновного, выводимой из всех конкретных обстоятельств в их совокупности.

В отличие от назначения наказания при сокращении наказания на основании ч. 2 ст. 10 УК РФ общественная опасность деяния не подвергается переоценке, не решаются вопросы фактических обстоятельств дела, виновности субъекта в содеянном и назначения соразмерного наказания. Статья 60 УК РФ на этой стадии процесса не применяется. В связи с изданием нового уголовного закона действуют лишь требования пересмотра приговора для приведения его в соответствие с новым законом, поскольку общественная опасность преступления осталась, преступление не утратило основного свойства - способности причинить вред общественным или личным правам и законным интересам либо создать угрозу их причинения.

При пересмотре наказания в связи с действием нового закона, хотя и не подвергается сомнению тот факт, что общественная опасность преступления стала иной, но тем не менее оценка характера и степени общественной опасности содеянного не происходит.

Каким образом принцип законности оказывает свое воздействие на стадии пересмотра приговора? Является ли категория "пределы сокращения наказания" оценочной, или пределы должны быть четко обозначены в уголовном законе?

М.Д. Шаргородский отмечал, что "тогда, когда законодатель устанавливает наказуемость какого-либо деяния лишь при наличии каких-либо ограничительных условий, судебные органы не имеют права вопреки его воле распространять наказуемость на случаи, не содержащие этих ограничительных условий" <*>. Указанное рассуждение М.Д. Шаргородского верно применительно к случаям пересмотра приговора в связи с действием нового уголовного закона. В самом деле, когда наказуемость преступления на основании нового закона подвергается изменению, а санкция нового закона смягчается, то при таких обстоятельствах правоприменитель не вправе распространять положения о назначении наказания, установленные главой 10 УК РФ о назначении наказания, на случаи сокращения наказания. В законе должны быть прописаны иные нормы, в которых были бы четко определены условия применения новой санкции к деянию, которое было оценено судебным приговором как с точки зрения преступности, так и наказуемости его.

<*> Шаргородский М.Д. Уголовный закон. 1948. С. 209.

В 1997 г. профессором А. Якубовым было высказано не лишенное привлекательности предложение об изменении части 2 статьи 10 УК РФ о том, чтобы "мера наказания в таких случаях сокращалась всем отбывающим наказание лицам пропорционально смягчению верхнего предела наиболее строгого вида наказания" <*>. Позднее автор вновь подтверждает такое предложение: "Справедливо было бы изменить редакцию ч. 2 ст. 10 УК РФ, указав, что если новый уголовный закон смягчает наказание, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению всем осужденным пропорционально смягчению наказания в максимальных пределах, предусмотренных новым законом" <**>.

<*> Якубов А. Наказуемость деяния и обратная сила уголовного закона // Законность. 1997. N 4. С. 14.
<**> Якубов А.Е. Обратная сила уголовного закона: некоторые проблемы совершенствования Уголовного кодекса Российской Федерации. СПб., 2003. С. 113.

Аналогичное предложение позже высказывает М. Кауфман: "Более справедливым, отвечающим требованиям индивидуализации наказания с учетом роли каждого осужденного в совершении преступления, было бы, на наш взгляд, указание в законе о сокращении наказания всем лицам, отбывающим наказание по приговорам, вынесенным до вступления в силу нового уголовного закона, пропорционально смягчению этим новым законом верхнего предела наиболее строгого вида наказания... Отсутствие подобного правоположения в УК РФ - тоже пробел закона" <*>.

<*> Кауфман М. Пробелы уголовного законодательства // Законность. 2004. N 2. С. 40.

Можно спорить с предложением о пропорциональном сокращении отбываемого наказания, поскольку это означало бы переоценку справедливости назначенного наказания, но невозможно не согласиться с тем, что пробел закона до сего времени не устранен, и в этой связи практика в ряде случаев допускает очевидную аналогию закона, применяя при пересмотре приговоров на стадии их исполнения нормы о назначении наказания, с учетом которых был постановлен приговор.

Решения, принимаемые судами при переквалификации преступления в рамках ч. 2 ст. 10 УК РФ, предусматривают: а) сокращение наказания до верхних границ новой санкции, б) снижение наказания в пределах санкции нового закона по усмотрению суда; в) сокращение наказания в пределах новой санкции статьи с применением статей 62 и 66 УК РФ, которые были применены судом при постановлении приговора и назначении наказания, г) сокращение наказания в пределах санкции с учетом положений ст. 316 УПК РФ, которые были применены при постановлении приговора и назначении наказания при рассмотрении дела в особом порядке судебного разбирательства.

Как видно, практика сокращения наказания очень напоминает аналогию Общей части уголовного закона.

Очевидно, что правовая природа институтов назначения наказания (глава 10 УК РФ) и сокращения наказания на основании ч. 2 ст. 10 УК РФ является различной. Назначение наказания - обязательное последствие признания лица виновным в совершении преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Кодекса, и применения санкции этой статьи с учетом положений Общей части. Соответственно этому уголовный закон формулирует правила применения санкции или правила назначения наказания, которыми обязан руководствоваться суд при постановлении обвинительного приговора.

В отличие от этого общие либо специальные правила сокращения наказания, пределы, которые надлежало бы учитывать суду при применении ч. 2 ст. 10 УК РФ, находятся за рамками общих начал назначения наказания. Вне всякого сомнения, при смягчении уголовного закона наказание подлежит сокращению, если наказание превышает верхний предел санкции нового закона, но дальнейшее сокращение наказания на стадии пересмотра приговора не основано на положениях ч. 2 ст. 10 УК РФ.

При применении нового закона к лицу, отбывающему наказание по старому закону, на основании ст. 10 УК РФ имеется необходимость приведения в действие механизма сопоставления санкций старого и нового закона и назначенного наказания без переоценки характера и степени общественной опасности содеянного. Формальность правил сокращения требует сохранения наказания, назначенного по старому закону, поскольку преступность и наказуемость деяния не устранены, а отбываемое осужденным наказание по его виду, размеру или сроку "вписывается" в наказание, предусмотренное новым законом. Назначение нового наказания при переквалификации деяния не только не является необходимым, но и явилось бы нарушением принципа законности. При переквалификации деяния на новый закон в процессе исполнения приговора основополагающий принцип, согласно которому правовая оценка преступления неизменно влечет применение санкции и назначение наказания, не приводится в действие. Правила, регламентирующие постановление приговора, не применяются, фактические обстоятельства дела не устанавливаются, доказательства виновности не исследуются, признания лица виновным в преступлении не происходит, и снижение наказания не является неизбежным последствием переквалификации. Если суд при пересмотре и приведении наказания в соответствие с новым законом сокращает наказание с учетом обстоятельств, указанных в главе 10 УК РФ об общих началах назначения наказания, то суд решает вопросы, не свойственные данной стадии процесса (de facto за одно преступление будет дважды назначено наказание, один раз - по приговору, второй раз - постановлением), следовательно, применяет аналогию закона. Решение о снижении наказания ниже, чем установлено верхним пределом новой санкции, противоречит теории квалификации и наказуемости преступления, поскольку наказание на данной стадии подвергается формальной оценке лишь с точки зрения его соотносимости с новым законом.

Подводя итоги, отметим, что нормативные положения ч. 2 ст. 10 УК РФ являются единственным, абсолютно формальным основанием для пересмотра приговора, целью которого является приведение его в соответствие с новым законом. В процессе принятия решения не ставится задачи пересмотра приговора по существу, поскольку такими правомочиями при рассмотрении вопросов, перечисленных в ст. 397 УПК РФ, судья не наделен.

Полагаем, следует поддержать предложения о законодательном регулировании пределов сокращения наказания, которые могут оказать существенное влияние на правильное применение положений ч. 2 ст. 10 УК РФ.

Вопрос заключается в четком законодательном определении пределов сокращения наказания, решении вопросов о том, подлежат ли применению при сокращении наказания правила назначения наказания при наличии особо смягчающих обстоятельств, за неоконченное преступление, при вердикте присяжных заседателей, если положения указанных статей были учтены в приговоре при назначении наказания, подлежит ли повторному применению статья 64 УК РФ либо нормы уголовно-процессуального законодательства, определяющие пределы назначения наказания при особом порядке судебного разбирательства в соответствии со ст. 316 УПК РФ.

Принцип законности предполагает единообразное применение нормы и исключает допустимость противоположных решений при применении одного и того же закона. Пробел в законе не способствует реализации принципа законности на практике, более того, он восполняется аналогией закона, что запрещено Кодексом. Полагаем, что имеются все основания для включения в Уголовный кодекс РФ нормативных положений, касающихся пределов сокращения наказания при пересмотре приговоров в связи с изданием нового, более мягкого, закона, имеющего обратную силу.

В этой связи наши предложения сводятся к следующему. Следует дополнить ч. 2 ст. 10 УК РФ новеллами следующего содержания: "При пересмотре приговора на основании нового, более мягкого, уголовного закона пределами сокращения наказания являются максимальные размеры санкции нового закона без учета положений главы 10 Уголовного кодекса РФ и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации".