Мудрый Юрист

Международное право и мировой порядок в XXI веке

В.А. Карташкин, заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор.

Начало XXI века принесло миру значительные потрясения. Вместе с тем начало нового века открывает перед человечеством невиданные возможности для прогресса и процветания. Процессы глобализации не только усложнили всю систему современных международных отношений, но и создали предпосылки и стимулы для объединения государств и всего человечества на базе общих правовых принципов и норм в целях выживания и развития. Происходящие перемены вносят коренные изменения в мировой порядок. Однако не всегда международное сообщество оказывается к ним готово. В настоящее время перед человечеством стоит историческая задача формирования нового мирового порядка, который призван не только справиться с грозящими ему потрясениями, но и будет отражать идеалы мира и справедливости, основанные на широком сотрудничестве государств и учете их интересов. Для этого мировой порядок должен быть международным правопорядком, то есть порядком, основанным на безусловном соблюдении принципов и норм международного права. Потенциал такого права используется в недостаточной степени, а его прогрессивное развитие тормозится трудностями сочетания интересов различных государств.

Центральная роль в процессе обеспечения международного правопорядка должна принадлежать ООН - единственной универсальной организации, созданной для обеспечения всеобщего мира и безопасности. Для того чтобы ООН могла оперативно реагировать на происходящие изменения в мире, эффективно справляться с возникающими конфликтами и укреплять международную безопасность, необходимо расширять возможности Организации и привести ее Устав в соответствие с требованиями развития современных межгосударственных отношений. Как подчеркивается в докладе "К безопасному миру: наша общая ответственность", подготовленном по поручению Генерального Секретаря ООН группой "высокого уровня" и представленном ему 1 декабря 2004 года, необходимы "серьезные изменения" в структуре ООН и ее деятельности <*>. В названном докладе содержатся согласованные предложения по этим вопросам. Единственно о чем не смогли договориться эксперты группы - это о составе Совета Безопасности ООН и критериях его членства. Были предложены две модели расширения Совета Безопасности. Одна модель предполагает, что в этот главный орган ООН будут избраны шесть новых постоянных членов без права вето (по два от Африки и Азии; по одному от Европы и Латинской Америки). Другая модель исходит из предпосылки сохранения современного состава постоянных членов Совета Безопасности при одновременном избрании на четыре года по два непостоянных члена от каждого из четырех регионов <**>. При решении вопроса об избрании новых членов Совета Безопасности предлагается принимать во внимание такие критерии, как: размер вклада в бюджет ООН, участие в операциях по поддержанию мира и другие <***>.

<*> А/59/565. 1 December 2004. Report "A more secure world: our shared responsibility".
<**> Doc. A/59/565. Р. 65.
<***> Ibid. P. 64.

Какие же согласованные предложения содержатся в докладе экспертов? Насколько реально их претворение в практику международных отношений? Будут ли они способствовать укреплению мирового правопорядка? Объемный доклад, состоящий из почти 100 страниц и нескольких десятков предложений, не позволяет автору настоящей статьи подробно проанализировать все из них. Однако над рекомендациями, имеющими принципиальное значение для деятельности Организации и поддержания международного мира и безопасности, стоит поразмыслить особо.

Организация Объединенных Наций была создана в 1945 году для того, чтобы "избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе" (Преамбула Устава). В данный момент, спустя шестьдесят лет, на первый план в деятельности Организации выходят иные вопросы, главным образом относящиеся к внутренним вооруженным конфликтам, распространению оружия массового уничтожения, борьбе с бедностью, инфекционными заболеваниями, деградации окружающей среды. В настоящее время, например, 8 государств уже имеют ядерные арсеналы, почти 60 - строят атомные реакторы, а 40 из них обладают возможностью в самый кратчайший срок произвести ядерное оружие. Все стоящие перед международным сообществом проблемы в той или иной степени непосредственно связаны с правами человека и безопасностью всего человечества. Неслучайно поэтому Генеральный Секретарь ООН Кофи Аннан неоднократно подчеркивал, что в центре деятельности ООН находится человек, его права, свободы, интересы <*>. В упомянутом докладе группы экспертов затрагиваются основные вопросы современных межгосударственных отношений, подробно анализируется Устав ООН, важные международные соглашения, содержатся интересные выводы и предложения. Однако не со всеми из них можно согласиться. Более того, некоторые ключевые вопросы вообще выпадают из поля зрения группы "высокого состава".

<*> Кофи Аннан. Проблема вмешательства. Нью-Йорк, 1999. С. 19.

Право на самооборону

Авторы доклада подробно рассматривают вопросы, относящиеся к применению силы в международных отношениях, давая собственную интерпретацию соответствующих статей Устава ООН. В этой связи следует особо акцентировать внимание на толковании ими ст. 51 Устава ООН (далее - ст. 51). Это тем более важно, что статья интерпретируется различным образом многими учеными и государственными деятелями. Противоречивой является и практика государств в данном отношении <*>.

<*> См., подробнее: Ушаков Н.А. Правовое регулирование использования силы в международных отношениях. М., 1997; Скакунов Э.И. Самооборона в международном праве. М., 1973.

Law and Force in the New International Order, Colorado, 1991. P. 3 - 61; Beyond Confrontation. International Law for the Post-Cold War Era. Colorado, 1995. P. 93 - 139.

Авторы рассматриваемого доклада утверждают, что право на самооборону возникает у государства не в случае "реальной" угрозы, а только тогда, когда нападение является "неизбежным". При этом они не разъясняют понятия "неизбежная" атака и "реальная угроза" и не проводят между ними четкого различия, а приходят к выводу, что использование вооруженной силы, в том числе и в порядке превентивной самообороны, законно, только "если Совет Безопасности разрешит ее применение". Если же он откажется сделать это, то должна быть применена "иная стратегия, включая убеждение, переговоры, устрашение и сдерживание" <*>. Выводы экспертов по данному вопросу следует признать противоречивыми и неубедительными. С одной стороны, они утверждают, что право на самооборону у государства вытекает в случае "неизбежности" вооруженного нападения, а с другой - решение по вопросу о превентивной самообороне должен всегда принимать исключительно Совет Безопасности ООН.

<*> Doc. A/59/565. P. 52.

О чем говорится в ст. 51? Право на индивидуальную или коллективную самооборону, подчеркивается в ней, возникает, "если произойдет вооруженное нападение (в английском тексте - "if an armed attack occurs") на Члена Организации, до тех пор пока Совет Безопасности не примет мер, необходимых для поддержания международного мира и безопасности". Как русский, так и английский тексты ст. 51 говорят о "вооруженном нападении" в будущем, а не в прошлом времени, не уточняя, с какого момента возникает право на самооборону. Поэтому дословное толкование Устава ООН означает, что такое право возникает не после вооруженного нападения, а с момента явно выраженной его подготовки, как, например, концентрации и развертывания войск у государственных границ предполагаемой жертвы агрессии, а также других враждебных действий. Право на самооборону может осуществляться "до тех пор" (как подчеркивается в ст. 51), пока Совет Безопасности не примет соответствующих мер. Более того, согласно названной статье государство обязано "немедленно сообщить Совету Безопасности", какие меры предприняты им в порядке самообороны. Такие меры "никоим образом не должны затрагивать полномочия и ответственность Совета Безопасности". Из текста ст. 51 совершенно очевидно следует, что государство имеет право на индивидуальную или коллективную самооборону и может осуществлять это право до тех пор, пока Совет Безопасности ООН не примет какого-либо решения. Данное решение может выражаться в поддержке действий государства или его осуждении, принятии соответствующих мер самим Советом Безопасности и других его действиях. Совет Безопасности ООН может, например, потребовать от государства, осуществляющего право на самооборону, прекратить военные действия и отвести войска на свою территорию.

Учитывая мощь и характер современного ядерного (и иного) оружия, вряд ли можно требовать у потенциальной жертвы агрессии ожидать, пока на его территории начнут взрываться ракеты. Позволить себе это в ядерный век могут только самоубийцы. Практика современных международных отношений и доктрины ученых не дают четкого и ясного ответа на многие вопросы, возникающие в связи с толкованием и применением права на самооборону.

Международный Суд ООН в деле Никарагуа против США (1986 г.), с одной стороны, пришел к заключению, что право на самооборону возникает у государства в случае уже начатого вооруженного нападения, а с другой - нашел, что такое нападение включает в себя некоторые акты косвенной агрессии, а именно: "засылку государством или от имени государства вооруженных банд, групп, иррегулярных сил или наемников, которые используют вооруженную силу против другого государства в такой степени опасности, что это может приравниваться к вооруженному наказанию, совершаемыми регулярными силами, а также существенное участие государства в таких актах" <*>.

<*> Дело о военной и полувоенной деятельности против Никарагуа (Никарагуа против Соединенных Штатов Америки). International Court of Justice, 1986. Para 195.

Определение агрессии, данное Генеральной Ассамблеей ООН в 1974 г., включает в число агрессивных действий засылку государством или от его имени вооруженных банд, групп и иррегулярных сил или наемников на территорию другого государства.

Учитывая спорный и противоречивый характер различных мнений по вопросу о праве на самооборону, а также существование новых современных видов оружия, авторитетной группе "высокого уровня" следовало бы дать детальное толкование ст. 51 и таких принципов самообороны, как: необходимость, пропорциональность, немедленность, ограниченность во времени и другие.

Не высказывает подробным образом своей точки зрения группа "высокого уровня" и по такому важному вопросу, как легитимность использования права на самооборону в ответ на террористические акты, ссылаясь лишь на необходимость соответствующего решения Совета Безопасности ООН <*>.

<*> Doc A/59/565. P. 52.

В докладе лишь делается вывод о том, что превентивные действия законны исключительно по решению Совета Безопасности, принятом на основании главы VII Устава ООН <*>.

<*> Doc A/59/565. P. 52.

Гуманитарная интервенция

Более интересные соображения и выводы высказываются членами группы "высокого уровня" по вопросу о гуманитарной интервенции.

Они справедливо считают, что каждое государство обязано защищать своих граждан, а принцип невмешательства во внутренние дела не действует, когда совершаются акты геноцида, этнических чисток и других преступных нарушений прав человека, угрожающих международной безопасности. В таких случаях международное сообщество по решению Совета Безопасности ООН обязано вмешаться и принять соответствующие меры, в том числе (при необходимости) в крайнем случае вооруженную силу.

В докладе выдвигаются пять критериев, которые должны быть рассмотрены Советом Безопасности ООН при решении вопроса о применении вооруженной силы в гуманных целях:

Следует признать, что ряд из названных критериев являются недостаточно четкими и могут лишь затруднить принятые решения Советом Безопасности. Не являются такие критерии и исчерпывающими.

В этой связи возникает вопрос, какие меры могут быть предприняты, если Совет Безопасности ООН бездействует или не может принять решение вследствие применения вето одним из постоянных членов? Практика международных отношений дает многочисленные свидетельства аналогичных ситуаций. Одним из наиболее характерных таких случаев был геноцид в Руанде. Совет Безопасности ООН после почти двухмесячного бездействия принял решение, когда уже погибли миллионы людей. На наш взгляд, следует ограничить право вето, имеющееся у постоянных членов Совета Безопасности, в процессе решения вопроса о гуманитарной интервенции. Одним из вариантов такого подхода может быть принятие решения о гуманитарной интервенции голосами девяти членов Совета Безопасности, включая совпадающие голоса не пяти его постоянных членов, а только четырех.

Бездействие Совета Безопасности ООН или его неспособность принять решение о гуманитарной интервенции чревато самыми серьезными последствиями для мирового правопорядка. Как справедливо считают многие ученые и государственные деятели, Организация Объединенных Наций должна быть готова к немедленным действиям в случае гуманитарной катастрофы. "В противном случае, - пишут Рамеш Такур и Альберт Шнабель, - мы будем свидетелями увеличения числа силовых действий со стороны НАТО (имеется в виду бомбардировка Югославии - В.К.) и все уменьшающего вовлечения ООН и таким образом меньшего порядка и справедливости в глобальном сообществе" <*>. "Если государства - члены ООН, - продолжают они, - не выработают принципы решения вопроса о применении гуманитарной интервенции, прецедент в Косово будет опасно подрывать мировой порядок" <**>. Такое решение тем более необходимо, что часто раздаются голоса в пользу одностороннего применения силы в гуманитарных целях. Так, одна из ведущих американских юристов-международников Лори Дармош выражает сомнение в возможности достичь согласованной позиции международного сообщества в отношении гуманитарной интервенции. Поэтому "в ближайшем будущем, - как полагает она, - применение силы отдельными государствами, которые имеют возможность и мотивацию вмешаться для того, чтобы возложить на себя бремя гуманитарной интервенции, будет не только неизбежно, но и морально оправдано" <***>.

<*> Ramesh Thakur and Albrecht Schnabel "Unbridled huumanitarianism: Between justice, power anal authority" in book "Kosovo and the challenge of Humanitarian Intervention", New-York, 2000. P. 498.
<**> Ibid. P. 500.
<***> Lori Darmosh. The Inevitability of selective response? Principles to guide urgent international action / in book "Kosovo and the Challenge of Humanitarian Intervention". P. 414 - 415.

В докладе "высокого уровня" не рассматривается такая важная проблема, как применение силы государством в одностороннем порядке для защиты жизни своих собственных граждан, находящихся на территории иностранного государства. Данный вопрос неоднократно возникал в практике межгосударственных отношений, хотя иногда и использовался государствами в своих политических интересах. Когда же то или иное государство применяло силу исключительно в целях защиты своих граждан, то такие действия получали молчаливую или открытую поддержку международного сообщества. Достаточно в этой связи напомнить об освобождении израильских граждан, захваченных в Уганде, или же о попытке США освободить американских дипломатов, захваченных в Иране. Международный Суд ООН, кстати сказать, признал захват американского посольства в Тегеране "вооруженным нападением", хотя и отказался рассматривать вопрос о правомерном действии США <*>.

<*> См., подробнее: Вне конфронтации. Международное право в период после холодной войны. Сборник статей. М., 1996. С. 123 - 124.

Согласно Уставу ООН в целях содействия всеобщему уважению и соблюдению прав человека государства обязуются предпринимать как совместные, так и "самостоятельные действия" в сотрудничестве с Организацией (ст. 56). Словосочетание "самостоятельные действия", как совершенно очевидно, означает, что государства не только могут, но и обязаны предпринимать меры для защиты прав и свобод своих граждан, сотрудничая и консультируясь с ООН. Поэтому, если Организация по тем или иным причинам бездействует, то отдельное государство может применить силу исключительно для спасения своих граждан, информируя при этом безотлагательно Совет Безопасности ООН. Реакция государства на преступные нарушения прав и свобод граждан должна быть быстрой и эффективной. При этом применение вооруженной силы должно быть кратким по времени и ограничено небольшим контингентом войск. Крупномасштабные военные действия, направленные на захват территории или свержение правительства, абсолютно недопустимы. Как только цель гуманитарной интервенции достигнута, вооруженные силы следует немедленно вывести с территории иностранного государства.

Совет Безопасности ООН должен незамедлительно оценить действия государства, предпринявшего гуманитарную интервенцию, и принять соответствующее решение.

Реформирование ООН

В рассматриваемом докладе значительное место уделяется реформе Организации Объединенных Наций. В нем справедливо признается, что сама по себе реформа не сделает ООН более эффективной. Все будет зависеть от усилий, ресурсов и энергии государств - членов Организации, направленных на активизацию ее деятельности. Вместе с тем предлагаемые изменения в структуре и деятельности ООН, как говорится в докладе, должны учитывать не только баланс сил в мире, но и быть направленными на поддержание и укрепление существующих международных принципов и норм <*>.

<*> Doc. A 54/565. P. 61 - 62.

Какие изменения предлагаются в структуре и деятельности ООН? Некоторые из них весьма детально анализируют структуру главных и вспомогательных органов ООН и предлагают продуманные и реальные изменения, направленные на совершенствование их деятельности. Другие - довольно схематичные и поверхностные и вряд ли смогут способствовать активизации деятельности ключевых органов. Разочаровывают также предложения в отношении Генеральной Ассамблеи ООН <*>. Помимо общих призывов к членам Организации отказаться от рассмотрения на ее сессиях мелких и второстепенных вопросов, сосредоточившись на обсуждении коренных проблем международной безопасности, четыре небольших абзаца в докладе, посвященные Генеральной Ассамблее, фактически не содержат каких-либо новых предложений.

<*> Doc. A 59/565. P. 67.

Более детальным образом рассматриваются вопросы, относящиеся к составу и деятельности Совета Безопасности ООН <*>. Однако, как отмечалось, члены группы не смогли достичь согласия в отношении реформы Совета Безопасности, выдвинув две различные модели. Они лишь выступили против любого расширения права вето и изменения полномочий Совета Безопасности ООН. Вместо этого эксперты предложили ввести в практику систему так называемого "indicative voting" (или предварительного голосования), которое, не имея юридической силы, лишь продемонстрирует намерения государств придерживаться той или иной позиции при голосовании. Таким образом, как считают авторы доклада, данная мера может ограничить применение права вето. Одновременно они предложили улучшить процесс открытости и отчетности в деятельности Совета Безопасности ООН при помощи изменения процедуры его работы.

<*> Ibid. P. 63 - 66.

Приветствуя расширение участия в деятельности Совета Безопасности членов гражданского общества, эксперты не разъяснили, каким образом это можно было бы осуществить.

В докладе содержится рекомендация Совету Безопасности ООН усилить деятельность, связанную с использованием гл. VIII Устава ООН, для того чтобы шире вовлекать региональные организации в операциях по поддержанию мира и применению принудительных мер <*>. В данной связи сомнительными являются предложения шире использовать Североатлантический блок, который, кстати сказать, не является региональной организацией с точки зрения Устава ООН.

<*> Doc. A 59/565. P. 68 - 69.

Интересным является предложение учредить Комиссию по укреплению мира в целях помощи странам, находящимся в стадии развала или начала внутреннего вооруженного конфликта, оказанию государствам помощи для перехода от войны к миру <*>. Устав ООН не предусмотрел создание органов, которые имели бы полномочия по предотвращению и урегулированию внутренних вооруженных конфликтов. Такие конфликты - явление последних десятилетий. Если в 70-е гг. XX века их количество не превышало 20, то в наше столетие - доходило до 60 в год. Поэтому актуальным, хотя и несколько запоздалым, явилось предложение об учреждении Комиссии по укреплению мира. Названная Комиссия должна выполнять следующие функции:

<*> Doc. A 54/565. P. 67 - 68.

Интересными являются и предложения группы "высокого уровня" об активизации роли ЭКОСОС в деятельности, направленной на углубление понимания взаимосвязи между экономическим и социальным развитием, с одной стороны, и различными угрозами миру, которые создаются терроризмом, организованной преступностью и другими явлениями <*>, - с другой.

<*> Doc. A 59/565. P. 69 - 71.

Комиссия ООН по правам человека

Наиболее дискуссионными, по нашему мнению, являются предложения группы "высокого уровня" относительно Комиссии ООН по правам человека (далее - Комиссия) <1>. В докладе справедливо признается, что в последние годы способность Комиссии защищать основные права и свободы была значительно подорвана уменьшением доверия к ней, отсутствием профессионализма и двойными стандартами при обсуждении рассматриваемых вопросов. "Государства, - подчеркивается в докладе, - стремятся стать членами Комиссии не для того чтобы обеспечить права человека, а для того чтобы защитить себя от критики и критиковать других" <2>. Подобная критика Комиссии раздается уже на протяжении многих лет <3>. Так, например, Международная амнистия в заявлении от 27 апреля 2001 г. на 57-й сессии Комиссии обвинила ее в одностороннем и субъективном подходе к защите прав человека. "Если Комиссия, - говорилось в заявлении, - намеревается сохранить свою первостепенную роль всемирного органа по правам человека, она должна защищать их по существу, а не руководствоваться субъективными интересами государств, входящих в ее состав" <4>. Такие субъективные интересы побуждают даже демократические государства зачастую объединяться с диктаторскими режимами. В редакционной статье под заголовком "Танцы с диктаторами" американская газета "Нью-Йорк таймс" весьма образно отразила данную проблему: "Соединенные Штаты Америки имеют отвратительную привычку поддерживать иностранных диктаторов, когда это служит их интересам. Подобно своим предшественникам, президент Джордж Буш поддался иллюзии, что тираны являются прекрасными союзниками" <5>.

<1> Doc. A 59/565. P. 72 - 73.
<2> Doc. A 59/565. P. 72.
<3> Подробный анализ двойных стандартов в деятельности Комиссии дан в работе швейцарского профессора Рида "Uncommon values. "The United States and Europe at the United Nation Commission on Human Rights", Geneva, 2003.
<4> JOR 41/012/2001.
<5> New-York times. 2002. 1 September.

Какой же выход из сложившейся ситуации предлагается в докладе группы "высокого уровня"? Известно, что Комиссия состоит из представителей 53 государств, избранных на 3 года Экономическим и Социальным Советом ООН (ЭКОСОС). При этом 15 мест предоставляется африканским государствам, 12 - азиатским, 11 - латиноамериканским, 10 - западным и другим и 5 - восточноевропейским. Однако в ее сессиях принимают участие не только государства-члены, но и государства-наблюдатели, неправительственные организации (НПО), представители национальных институтов по правам человека. Ежегодные сессии Комиссии продолжаются 6 недель, и даже такого срока обычно бывает недостаточно, чтобы все желающие смогли принять участие в дискуссиях по важнейшим вопросам повестки дня. Предлагать в подобных условиях, как это рекомендуется в докладе группы "высокого состава", сделать состав Комиссии универсальным (т.е. увеличить до 191 государства) - значит заранее обрекать ее работу на неудачу. Данная рекомендация противоречит выводам, сделанным в докладе, о том, что нельзя поручать выработку норм и стандартов в области прав человека государствам, которые проявляют явное неуважение к правам человека <*>.

<*> Doc. A 59/565. P. 72.

Сомнительным является и предложение группы "высокого состава" создать в помощь Комиссии независимую группу экспертов из 15 человек, которая практически выполняла бы функции, осуществляемые в настоящее время Подкомиссией по поощрению и защите прав человека (далее - Подкомиссия). Это предложение фактически направлено на ликвидацию Подкомиссии. Анализируя предложения группы "высокого состава", направленные на повышение эффективности деятельности Комиссии, можно было бы лишь поддержать рекомендацию о преобразовании ее в будущем в Совет по правам человека, который был бы независим от ЭКОСОС и стал одним из главных органов ООН.

Думается, что для повышения эффективности деятельности Комиссии следует, прежде всего, обратить самое пристальное внимание на избрание ее членов. Уже в настоящий момент можно принять решение о том, что те государства, которые не ратифицировали большинство из основных международных соглашений по правам человека, не должны избираться в Комиссию. К числу подобных международных договоров относятся те, на основании которых созданы конвенционные органы по контролю за выполнением государствами взятых на себя обязательств. Такими договорами являются следующие:

К названным международным договорам следует добавить (в виду ее исключительной важности) Конвенцию о предупреждении геноцида и наказании за него, к которой по предложению Генерального Секретаря ООН разрабатывается факультативный протокол об учреждении соответствующего Комитета. Безусловно, что государства, не являющиеся участниками большинства из перечисленных договоров и не желающие тем самым быть под контролем ООН, не могут претендовать на участие в работе Комиссии.

Современный состав Комиссии из представителей 53 государств является наиболее оптимальным, и его увеличение может привести к самым печальным последствиям. Судьбу прав человека нельзя доверять диктаторским режимам и тем государствам, которые проводят политику, ведущую к массовым и грубым нарушениям прав человека. Определенная политизация вопросов, относящихся к правам человека, в деятельности Комиссии неизбежна. В данном контексте возрастает роль Подкомиссии, которая (в отличие от Комиссии) состоит не из представителей государств, а из 26 независимых экспертов, действующих в личном качестве и представляющих все континенты. Подкомиссия в настоящий момент уже практически выполняет функции, которые группа "высокого состава" рекомендует передать вновь назначенной группе из 15 экспертов.

Одно из базовых направлений деятельности Подкомиссии - это осуществление исследований по актуальным вопросам, относящимся к сфере прав человека. Первоначально указанные исследования проводятся ее членами, многие из которых затем назначаются специальными докладчиками, получая соответствующую помощь от Секретариата ООН в процессе проведения исследований. На базе реализованных исследований Подкомиссия формулирует конкретные предложения и принимает резолюции как собственные, так и готовит проекты резолюций, содержащих соответствующие рекомендации для принятия их Комиссией. В настоящее время члены Подкомиссии проводят такие исследования, как:

Ряд проведенных исследований имеет непосредственное отношение к вопросам поддержания и укрепления мира и международной безопасности. По рекомендациям, содержащимся в аналогичном исследовании, Подкомиссия летом 2002 г. провела первую сессию специального Социального форума, где обсуждались меры (которые должны быть приняты на национальном и международном уровнях) по борьбе с нищетой и крайней бедностью, угрожающим безопасности как каждой страны в отдельности, так и международному сообществу в целом. На форуме было принято решение впредь проводить это мероприятие на перманентной основе.

В ходе сессий Подкомиссии и в период между ними проходят заседания различных рабочих групп, учрежденных Подкомиссией (рабочая группа по меньшинствам, рабочая группа по коренным народам, рабочая группа по современным формам рабства и рабочая группа по сообщениям). Последняя ежегодно рассматривает все поступающие в ООН сообщения, свидетельствующие о массовых и грубых нарушениях основных прав и свобод человека, принимая по ним соответствующие решения с последующей передачей их на обсуждение рабочей группы по ситуациям Комиссии.

В заседаниях Подкомиссии принимают участие (наряду с ее членами) наблюдатели от многих государств, специализированных учреждений ООН, неправительственных организаций, а также от национально-освободительных движений, признанных Генеральной Ассамблеей ООН. Данные наблюдатели участвуют в дискуссиях, излагая свою точку зрения на обсуждаемые вопросы и проблемы. Однако они, в отличие от членов Подкомиссии, не участвуют в голосовании.

Такой широкий обмен мнениями дает возможность Подкомиссии вырабатывать и принимать решения, отвечающие интересам всего международного сообщества. Это особенно важно, поскольку в глобализирующемся мире, как никогда ранее, особую опасность представляет преследование отдельными государствами своих сугубо эгоистических национальных интересов и навязывание их всему международному сообществу. Не считаясь с правами других и не принимая во внимание глобальные реальности, они стремятся усилить свое влияние в международных отношениях, одновременно предпринимая меры по ослаблению интересов иных участников международных отношений. Роль экспертных органов ООН, способствующих прогрессивному развитию международного права и контролирующих выполнение государствами взятых на себя обязательств, в таких условиях особенно возрастает.

Логика борьбы за права человека и существующая практика работы ООН свидетельствуют о необходимости укрепления Подкомиссии, расширения ее функций и деятельности в данной области. При этом необходимо руководствоваться не интересами тех или иных государств, а императивом лучшей защиты прав человека. Лишь разумное сочетание деятельности органов, состоящих из представителей государств и экспертов, может привести к таким результатам.

Вызывает определенное недоумение отсутствие в докладе группы "высокого уровня" рекомендаций относительно деятельности Международного Суда ООН. Известно, что одна из основных задач мирового сообщества - это обеспечить господство права, его верховенство и торжество в международных отношениях <*>. Без добросовестного выполнения государствами общепризнанных принципов и норм, взятых на себя обязательств невозможно обеспечить мировой правопорядок. Достижение господства права в решающей степени зависит и от готовности государств ратифицировать основные международные соглашения и взять на себя соответствующие обязательства. Наконец, необходим и эффективный контроль за выполнением государствами таких обязательств. В процессе утверждения господства права на мировой арене важная роль принадлежит Международному Суду, являющемуся главным судебным органом ООН. Способствуя утверждению господства права и разрешению правовых споров, Суд содействует прогрессивному развитию международного права, его институтов, принципов и норм.

<*> См., подробнее: Каламкарян Р.А. Господство права в международных отношениях. М., 2004.

Повышение роли Международного Суда является одним из элементов строительства нового мирового порядка и создания безопасного мира. Поэтому серьезные изменения в структуре и деятельности ООН должны затрагивать и Международный Суд. На первый план в данном контексте выдвигаются следующие вопросы:

В заключительной части доклада группы "высокого уровня" рассматриваются вопросы совершенствования деятельности Секретариата ООН и изменение Устава ООН. Предложения в этой сфере достаточно проработаны и заслуживают поддержки. Кстати, многие из них уже длительное время предлагаются многими учеными и государственными деятелями. К ним в первую очередь относятся такие, как: необходимость изменить ссылки на так называемые "вражеские государства" в ст. 53 и ст. 107 Устава ООН; исключить из Устава ООН главу XIII "Совет по опеке"; а также ст. 47 о создании Военно-Штабного Комитета и ссылки на этот орган, содержащиеся в ст. 26, 45 и 46 Устава ООН. В данной связи нужно отметить, что в докладе ничего не говорится о тех статьях Устава ООН, которые давно устарели. К ним, прежде всего, следует отнести главу XI "Декларации в отношении несамоуправляющих территорий" и главу XII "Международная система опеки". Требуют также коренной переработки многие статьи Устава ООН, относящиеся к вопросам поддержания мира и международной безопасности. Давно превратились в общепризнанные принципы современного международного права цели ООН, провозглашенные в ст. 1 ее Устава. Все названные аспекты следовало бы изложить в рассматриваемом докладе.

В целом доклад, подготовленный группой "высокого уровня", является основательным международным документом, а многие предложения, выдвинутые в нем, заслуживают одобрения и реализации. В то же время не все выводы и рекомендации группы "высокого уровня" достаточно обоснованы, а самое главное - ряд важнейших проблем современных международных отношений и прогрессивного развития международного права не получили в нем должного внимания.