Мудрый Юрист

Право денежного обращения: понятие, предмет и метод *

<*> Kucherov I.I. Law of currency circulation: concept, subject-matter and method.

Кучеров Илья Ильич, заведующий кафедрой налогового права Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор.

В последнее время в науке финансового права обозначился устойчивый интерес к сфере денежно-валютных отношений. В этой связи актуальным и важным с точки зрения теории является вопрос о месте правового регулирования денежного обращения в общей системе права, именно рассмотрению этого вопроса и посвящена настоящая статья.

Ключевые слова: право денежного обращения, валютное право, финансовое право, предмет, метод.

Recently there aroused a stable interest towards the sphere of monetary-currency relationships in the science of financial law. In this connection the issue on the place of legal regulation of currency circulation in the general system of law is topical and important from the viewpoint of theory; the consideration of this issue is the subject-matter of the present article.

Key words: law of currency circulation, currency law, financial law, subject-matter, method.

В последнее время в науке финансового права обозначился устойчивый интерес к сфере денежно-валютных отношений. В этой связи актуальным и важным с точки зрения теории является вопрос о месте правового регулирования денежного обращения в общей системе права. Необходимое позиционирование возможно осуществить, в первую очередь принимая во внимание предмет соответствующего правового регулирования, который, как известно, составляют определенные общественные отношения. Очевидно, что отношения, его составляющие, представляют собой разновидность общественных отношений, складывающихся в сфере финансов. Во всяком случае, функционирование той или иной финансовой системы, помимо прочего, предполагает движение наличных и безналичных денежных средств, включая, наряду с национальной валютой, также средства в денежных единицах иностранных государств и международных денежных или расчетных единицах.

Примечательно, что правовое регулирование денежного обращения, хотя обычно и рассматривалось в системе финансово-правового регулирования, зачастую непосредственно из фокуса предмета финансового права выпадало. Это объяснялось тем, что предметом финансового права, в классическом его понимании, определялись общественные отношения, возникающие в процессе планового собирания, распределения и использования государством необходимых денежных средств <1>. Соответственно, последние рассматривались преимущественно в качестве средства формирования публичных финансовых ресурсов, а собственно общественные отношения, связанные с денежным обращением, в эту теоретическую формулу включались по умолчанию. В частности, отмечалось, что объектом общественных отношений, регулируемых финансовым правом, являются деньги и денежные обязательства, связанные с образованием и использованием фондов денежных средств <2>. Со временем данный подход не претерпел существенных изменений. В частности, право денежного обращения и валютное регулирование на правах институтов включались в систему финансового права, поскольку финансовая деятельность основывается на деньгах и денежном обращении <3>. В конечном счете правовое регулирование денежного обращения и валютное право стали обозначаться как отдельные институты финансового права, регулирующие правоотношения, которые имеют "нечетко выраженную отраслевую принадлежность" <4>.

<1> Цыпкин С.Д. Предмет и система финансового права // Финансовое право: Учебник / Под ред. В.В. Бесчеревных, С.Д. Цыпкина. М., 1967. С. 33.
<2> Ровинский Е.А. Предмет и понятие советского финансового права // Финансовое право: Учебник / Под ред. Е.А. Ровинского. М., 1971. С. 24.
<3> Горбунова О.Н. Предмет и система финансового права // Финансовое право: Учебник / Под ред. О.Н. Горбуновой. М., 2000. С. 37.
<4> Рукавишникова И.В. Метод финансового права / Отв. ред. Н.И. Химичева. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2011. С. 42 - 43.

Полагаем, что для обретения ясности в интересующем нас вопросе предварительно необходимо определиться с тем, как соотносятся друг с другом право денежного обращения и валютное право. Как правило, на теоретическом уровне соответствующие совокупности правовых норм рассматриваются и позиционируются по отношению к системе финансового права обособленно друг от друга. Во многом такое разграничение объясняется спецификой предмета валютного права, который, как известно, преимущественно (но не всегда) составляют общественные отношения, складывающиеся в процессе использования иностранной валюты и валютных ценностей. Предмет же права денежного обращения, в узком его понимании, связывается исключительно с эмиссией и обращением национальной валюты. Опережая изложение, отметим, что мы не склонны подходить подобным образом к определению предмета права денежного обращения, чему есть соответствующие объяснения, которые мы приведем в последующем изложении.

В отношении валютного права специалисты совершенно справедливо отмечают, что его предмет не является собственным <5>. Изначально институт валютного регулирования и валютного контроля возник в системе финансового права, поскольку валютные отношения складывались исключительно в сфере финансовой деятельности государства в процессе аккумулирования, перераспределения и использования валюты и валютных ценностей <6>. Если вести речь о публичных финансах, то в рассматриваемой связи достаточно показателен процесс формирования и использования государственных золотовалютных резервов, ведь в этом случае функционирование публичных финансов непосредственно сочетается с валютной конверсией. К сфере публичных финансов безоговорочно также относятся институты государственных внешних заимствований и внешних долговых требований. С учетом этого уже можно сделать вывод о том, что предмет финансового права (как отрасли права), регулирующего все отношения в сфере публичных финансов, и предмет валютного права соотносятся между собой, как общее с частным. Соответственно, валютное право с учетом этого может, к примеру, рассматриваться в качестве одной из подотраслей финансового права. Подобное позиционирование валютного права и валютного законодательства в теории является довольно распространенным <7>. Вместе с тем в юридической литературе наличествуют и иные суждения на этот счет. В частности, отдельные правоведы рассматривают валютное право как самостоятельную отрасль права ввиду наличия у него совокупности специфических черт <8>. Этой позиции противопоставляется предложение ограничиться выделением в системе финансового права лишь института (раздела) валютного регулирования и валютного контроля, при этом валютное право в качестве подотрасли не рассматривается <9>. Наконец, существует и такая точка зрения, в соответствии с которой валютное право является подотраслью банковского права <10>.

<5> См. подробнее: Тютина Ю.В. К вопросу о месте валютного права в системе российского права и законодательства // Финансовое право. 2008. N 1.
<6> Крохина Ю.А. Понятие и содержание валютного права Российской Федерации // Финансовое право. 2010. N 5. С. 11.
<7> См., напр.: Тосунян Г.А., Емелин А.В. Валютное право Российской Федерации. М., 2004. С. 41; Косаренко Н.Н. Валютное право: Курс лекций. М., 2006. С. 25.
<8> Дорофеев Б.Ю., Земцов Н.Н., Пушин В.А. Валютное право России: Учебное пособие / Под общ. ред. Б.Ю. Дорофеева. М., 2000. С. 17.
<9> Крохина Ю.А., Смирникова Ю.Л., Тютина Ю.В. Валютное право: Учебник для вузов / Под ред. Ю.А. Крохиной. М., 2007. С. 27.
<10> См., напр.: Тедеев А.А. Валютное право: Учебное пособие. СПб., 2009. С. 6.

Право же денежного обращения складывается прежде всего из правовых норм, составляющих право денежной эмиссии (эмиссионное право), в т.ч. норм, определяющих порядок хранения, перевозки, инкассации, уничтожения и замены наличных денег, ведения кассовых операций, совершения наличных и безналичных расчетов, а также осуществления контроля за денежным обращением. При этом факт того, что денежное обращение относится на счет сферы финансово-правового регулирования, сомнений на теоретическом уровне не вызывает. В данном случае может быть принят во внимание тезис о том, что в систему финансового права в качестве входящих образований входят совокупности императивных правовых норм, регулирующих эмиссионные процессы, наличное и безналичное денежное обращение <11>. К слову, расчетные отношения, по мнению Е.Ю. Грачевой, регламентируются нормами различных отраслей права, но в первую очередь - нормами финансового права <12>. В этой связи уместно также привести суждение о том, что именно нормы финансового права детально регламентируют организацию денежной системы. Эффективное функционирование последней достигается посредством финансово-правовых норм о признаках платежеспособности денежных знаков, об обеспечении порядка обращения наличных денег, основ организации расчетов, определения порядка ведения кассовых операций и т.п. <13>.

<11> Денисов Е.Р. Финансово-правовое регулирование денежного обращения // Финансовое право: Учебник. С. 581.
<12> Грачева Е.Ю. Денежная система Российской Федерации. Эмиссионное право Банка России // Финансовое право: Учебник. С. 365.
<13> Покачалова Е.В. Правовые основы денежного обращения и расчетов // Финансовое право: Учебник / Отв. ред. Н.И. Химичева. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2002. С. 687.

Все вышеизложенное непосредственно указывает на то, что право денежного обращения непосредственно относится к сфере финансово-правового регулирования. Более того, отдельные авторы непосредственно обозначают эмиссионное право как подотрасль финансового права <14>. Представляется, что именно так и следует позиционировать право денежного обращения по отношению к финансовому праву.

<14> См., напр.: Бельский К.С. Эмиссионное право как институт финансового права // Государство и право. 2006. N 5. С. 48 - 55; Артемов Н.М. Эмиссионное право - авангардная подотрасль финансового права // Материалы Международной научно-практической конференции "Государство и право: вызовы XXI века" (II Кутафинские чтения). М., 2010. С. 3; Арзуманова Л.Л. О понятии эмиссионного права в системе финансового права России // Сборник докладов Международной научно-практической конференции "Юридическая наука как основа правового обеспечения инновационного развития России" (Кутафинские чтения): доклады по кафедре финансового права. М., 2012. С. 45 - 49.

С теоретической точки зрения важным является вопрос о соотношении рассматриваемого правового регулирования с банковским правом. Ведь, к примеру, валютное право, как мы уже отмечали, позиционируется отдельными авторами как подотрасль банковского права. Полагаем, что подобное позиционирование как валютного права, так и права денежного обращения не имеет достаточных теоретических оснований. Прежде всего, это объясняется тем, что вопрос о существовании самого банковского права, как самостоятельной отрасли права, все еще является дискуссионным <15>. Более того, традиционно само банковское право рассматривалось в качестве подотрасли финансового права <16>. Во всяком случае, это верно в части так называемого публичного банковского права. Кроме того, следует принять во внимание, что предметом банковского права охватывается функционирование банков, в т.ч., по меткому выражению М.М. Агаркова, "содействие платежному обороту" <17>. Иными словами, банковское право регулирует общественные отношения, возникающие в процессе осуществления банковской деятельности, которая помимо прочего сопровождает также движение денежных средств, но не более того. В этой связи справедливо отмечается, что предмет банковского права ограничивается лишь вопросами организации денежного обращения с участием банков. В то же время предмет права денежного обращения включает в себя общественные отношения, выходящие за рамки банковской деятельности <18>. С учетом этого вполне состоятельным видится подход, согласно которому публичное банковское право следует рассматривать в качестве составной части эмиссионного права <19>.

<15> Грачева Е.Ю. Понятие банковского права и его место в системе права России // Банковское право Российской Федерации: Учебное пособие / Отв. ред. Е.Ю. Грачева. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2011. С. 10 - 11.
<16> Братко А.Г. Банковское право (теория и практика). М., 2000. С. 22.
<17> Агарков М.М. Основы банковского права: Курс лекций. Учение о ценных бумагах: Научное исследование. 3-е изд. М., 2005. С. 6.
<18> Артемов Н.М. Актуальные проблемы денежного обращения в Российской Федерации // Очерки финансово-правовой науки современности: Монография / Под общ. ред. Л.К. Вороновой и Н.И. Химичевой. Москва - Харьков, 2011. С. 548.
<19> Тропская С.С. К вопросу о соотношении эмиссионного права и банковского публичного права в системе финансового права // Сборник докладов Международной научно-практической конференции "Юридическая наука как основа правового обеспечения инновационного развития России" (Кутафинские чтения): Доклады по кафедре финансового права. М., 2012. С. 151 - 156.

Определяя предмет соответствующего правового регулирования, вновь следует обратиться к вопросу о соотношении права денежного обращения и валютного права. В этом вопросе основополагающим, на наш взгляд, является теоретическое суждение об общей юридической природе денег, сформулированное Г. Хартманном еще в конце XIX в. В частности, этот немецкий ученый пришел к выводу, что "денежное регулирование имеет своим объектом вещи, которые обладают способностью служить эквивалентом всех других хозяйственных благ и в силу этого фактически <...> служат средством накопления и обращения имущественных ценностей, к которым относятся не только знаки, снабженные платежною силою по закону, но и банкноты, а также иностранная валюта, фактически обращающаяся в стране" <20>.

<20> Цит. по: Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. М., 1999. С. 31 - 32.

В свое время Р.О. Халфина при рассмотрении системы финансового права также отмечала, что правовые нормы, определяющие порядок совершения валютных операций, следует рассматривать в неразрывной связи с нормами, составляющими правовое регулирование денежного обращения <21>. Таким образом, обе указанные сферы правового регулирования однозначно могут быть отнесены к предмету финансового права. Тем не менее все еще остается не совсем ясным, как эти сферы соотносятся между собой.

<21> Халфина Р.О. К вопросу о предмете и системе советского финансового права // Вопросы советского административного и финансового права. М., 1952. С. 213.

С точки зрения теории права следует учитывать, что деньги (валюта) составляют один из важнейших финансово-правовых институтов. Как справедливо отмечает Н.М. Казанцев, "деньги являются результатом, формой и следствием суверенитета и юрисдикции государства. Будучи созданы государством, они приобретают самостоятельную жизнь и перестают быть декретными деньгами через свободное обращение и котировку своей стоимости на валютных рынках" <22>.

<22> См. подробнее: Институты финансового права / Под ред. Н.М. Казанцева. М., 2009. С. 39.

Кроме того, нельзя забывать, что валютное регулирование в Российской Федерации как таковое имеет одной из своих главных целей обеспечение устойчивости национальной валюты - рубля. Устойчивость валюты обусловливается многими факторами, включая эмиссию наличных, а также безналичных денег, законность оборота не только национальной, но и иностранной валюты <23>. Из чего усматривается, что предмет правового регулирования валютных отношений теснейшим образом, до степени смешения, смыкается с предметом правового регулирования отношений, связанных с денежным обращением.

<23> Рыбакова С.В. О предмете финансового права // Научные труды по финансовому праву: современные проблемы предмета, метода и системы финансового права: Материалы Первой международной научно-теоретической конференции "Худяковские чтения по финансовому праву" (Алматы, 27 октября 2010 г.). Вып. 1. Алматы, 2011. С. 89.

Совмещение рассматриваемых институтов возможно на основании общности предмета их правового регулирования, поскольку и институт денежного обращения, и валютное право регулируют общественные отношения, связанные с обращением денег, только в первом случае - денег в форме национальной валюты, а во втором - валюты иностранных государств <24>. В любом случае следует принять во внимание суждение, согласно которому эмиссия и регулирование движения денежной массы в сочетании с мерами поддержания кассовой дисциплины и валютным контролем в конечном счете выполняют роль центральной несущей конструкции для всего финансового механизма и, следовательно, являются основным элементом системы финансового права <25>.

<24> Артемов Н.М. К вопросу о конвертируемости российского рубля // Материалы международной научно-практической конференции "Государство и право: вызовы XXI века (Кутафинские чтения)": тезисы докладов по кафедре финансового права и бухгалтерского учета. М., 2009. С. 18.
<25> Запольский С.В. О модернизации доктрины российского финансового права // Финансовое право. 2008. N 4.

Кроме того, считаем необходимым дополнительно включить в систему рассматриваемого правового регулирования еще одну совокупность, которую составляют правовые нормы, регулирующие общественные отношения, складывающиеся в процессе противодействия легализации (отмывания) денежных средств, полученных преступным путем. Это обусловлено тем, что деньги по определению предназначены для использования в легальном экономическом обороте. Использование денег в преступных целях противоречит интересам государства и общества, поскольку подрывает важнейшие устои денежной системы и экономики в целом. Зачастую такое использование осуществляется с нарушением порядка денежного обращения. В частности, серьезную угрозу несет в себе деятельность по незаконному обналичиванию денежных средств <26>. Собственно легализация (отмывание) денег, т.е. перевод денежных средств, полученных преступным путем, в легальные активы для сокрытия незаконного их происхождения, основывается на использовании при совершении соответствующих операций институтов денежно-кредитной системы. Задачей государства является предотвращение и пресечение подобных злоупотреблений в денежно-кредитной сфере <27>. Представляется, что в этом смысле правовые механизмы противодействия легализации (отмыванию) денежных средств, полученных преступным путем, в известной степени служат делу обеспечения безопасности денежной системы, поскольку препятствуют использованию денег в нелегальном обороте в качестве средства формирования доходов, имеющих незаконное происхождение. По этому основанию они смыкаются с правовыми нормами, регулирующими общественные отношения, возникающие в процессе осуществления контроля за денежным обращением.

<26> Прошунин М.М. Мониторинг обналичивания денежных средств в преступных целях: финансово-правовые вопросы // Финансовое право. 2009. N 12. С. 25 - 30.
<27> Антропцева И.О. Противодействие легализации (отмыванию) денежных средств кредитными организациями // Банковское право. 2010. N 3. С. 46 - 47.

Таким образом, предмет права денежного обращения с учетом приведенной выше трактовки, составляет совокупность всех общественных отношений, складывающихся в процессе эмиссии, хранения, перевозки, инкассации, уничтожения и замены наличных денег, ведения кассовых операций, использования национальной и иностранной валюты при осуществлении наличных и безналичных расчетов, а также в рамках осуществления контроля за денежным обращением и противодействия легализации (отмыванию) денежных средств. Полагаем, что предмет права денежного обращения должен быть ограничен только этими общественными отношениями, поскольку именно они возникают в процессе и по поводу движения денег и тем самым имеют непосредственное отношение к функционированию денежной системы. Не случайно отдельные авторы не без оснований рассматривают предметы эмиссионного и валютного права, а также правового регулирования расчетов как некую единую общность отношений, направленных на формирование в государстве стабильной финансовой системы <28>.

<28> См. подробнее: Назаров В.Н. О классификации финансовых правоотношений и системе финансового права // Финансовое право. 2009. N 6.

В своей совокупности нормы, регулирующие все указанные выше общественные отношения, по нашему мнению, и составляют право денежного обращения, или валютное право в широком его понимании, которое в этом случае представляет собой уже гораздо более крупное (слагаемое из нескольких родственных финансово-правовых институтов) правовое формирование. С учетом этого право денежного обращения уже вполне можно позиционировать как одну из подотраслей финансового права. Возможность признания права денежного обращения в качестве подотрасли финансового права отмечается и другими авторами <29>. При этом следует воздерживаться от неоправданного расширения предмета права денежного обращения, основываясь, например, на убеждении, что все, что имеет денежный характер, относится к данной сфере. В противном случае, как справедливо отмечал профессор А.И. Худяков, само финансовое право расширится в итоге до границ некоего "денежного права" <30>.

<29> См., напр.: Товмасян Р.Э. К вопросу о праве денежного обращения как подотрасли финансового права // Финансовое право. 2009. N 2.
<30> См. подробнее: Худяков А.И. Дискуссионные вопросы предмета финансового права // Финансовое право. 2009. N 3.

Наряду с предметом важным отличительным признаком права денежного обращения является метод правового регулирования. Последний определяется совокупностью приемов и способов правового воздействия на субъектов тех или иных общественных отношений <31>. В этом случае прежде всего следует исходить из того, что нормы, регулирующие общественные отношения в интересующей нас сфере, относятся к области публичного права, для которого характерен метод властных предписаний (императивный метод), сочетающий в себе позитивно обязывающие и запрещающие нормы.

<31> Рукавишникова И.В. Указ. соч. С. 85 - 87.

Действительно, если проанализировать правовые нормы, составляющие право денежного обращения, то они в большинстве своем могут быть отнесены на счет властных предписаний. Вместе с тем в современном валютном праве достаточно широко стал использоваться и такой способ правового регулирования, как дозволение. В частности, репатриация резидентами валютной выручки должна осуществляться в сроки, предусмотренные внешнеторговыми договорами, т.е. в сроки, определенные сторонами таких договоров. Это указывает на то, что по крайней мере в валютно-правовом регулировании в известной степени допускается автономия поведения субъектов, что в целом свойственно диспозитивному методу, который характерен для сферы частного права. Тем не менее это обстоятельство не является определяющим и не отрицает императивный в целом характер метода права денежного обращения.

С учетом всего изложенного право денежного обращения следует определить как совокупность финансово-правовых норм, регулирующих общественные отношения, которые складываются в процессе эмиссии, хранения, перевозки, инкассации, уничтожения и замены наличных денег, ведения кассовых операций, использования национальной и иностранной валюты при осуществлении наличных и безналичных расчетов, а также в рамках осуществления контроля за денежным обращением, применения санкций за нарушения порядка денежного обращения, противодействия легализации (отмыванию) денежных средств.