Мудрый Юрист

Франко-сирийские элементы администрации иерусалимского королевства (1099 - 1187 гг.) *

<*> Lapo P.V. Frank-Syrian elements of administration of the Jerusalem Kingdom (1099 - 1187).

Лапо Павел Валерьевич, аспирант кафедры теории и истории государства и права юридического факультета РГТЭУ.

В данной статье рассматривается структура администрации в одном из ближневосточных государств крестоносцев - Иерусалимском королевстве (1099 - 1187). Автор концентрирует свое внимание на изучении процесса возникновения, иерархии и функциях местных государственных органов. Важное место занимает анализ сочетания европейских и мусульманских традиций управления в деятельности государственного аппарата королевства. Особенностью статьи является использование правовых памятников на старофранцузском языке.

Ключевые слова: Средние века, Крестовые походы, государства крестоносцев, Иерусалимское королевство, Иерусалимские Ассизы, история государства и права в средние века, администрация Иерусалимского королевства.

This article discusses the administration structure in one of the Middle Eastern countries of the Crusaders - the Kingdom of Jerusalem (1099 - 1187). The author focuses on the research of origins, hierarchy and functions of local government bodies. An important place in the article occupies the analysis of combination of the European and Muslim governing traditions in work of the state apparatus of the kingdom. Peculiarity of the article is use of sources in Old French.

Key words: middle ages, the crusades, crusader states, the Kingdom of Jerusalem, Assises of Jerusalem, history of law and state in Middle Ages, administration of the Kingdom of Jerusalem.

Среди проблем, встающих перед ученым, исследующим особенности государственного строя Иерусалимского королевства, важное место занимает та, которая касается структуры и функций государственного аппарата этого феодального государства. Прежде всего необходимо сказать, что он сформировался в результате уникального по своей природе синтеза двух развивавшихся независимо друг от друга традиций административного управления: западноевропейской (в первую очередь, французской Капетингской) и сиро-палестинской (в основе своей - египетской Фатимидской). Такое сочетание стало возможным благодаря специфической колониальной политике первых крестоносцев, в значительной мере сохранивших мусульманскую сиро-палестинскую организацию управления, существовавшую в этом регионе еще до Первого Крестового похода (1096 - 1099 гг.). Уже только в силу этого данная проблема должна привлечь внимание, поскольку в рамках истории государственных институтов как Средневековья, так и других периодов истории подобные примеры встречаются крайне редко.

В первоначальные планы крестоносцев по завоеванию Святой Земли вовсе не входило сохранение и уж тем более включение в структуру иерусалимского государственного аппарата местных институтов самоуправления. Однако вновь созданным королевством, большинство населения которого составляли мусульмане, представители различных направлений восточного христианства <1> и евреи, необходимо было управлять. В сложившейся ситуации воссоздать западные институты самоуправления франки не могли в силу своей малочисленности <2>. Поэтому крестоносцы избрали самый простой путь - продолжили мусульманскую политику невмешательства в дела местных общин <3>.

<1> Prawer J. The world of the crusaders. N.Y., 1972. P. 54. Англ. яз.
<2> Ришар Ж. Латино-Иерусалимское королевство. СПб., 2002. С. 149.
<3> Phillips J. The Latin East, 1098 - 1291 // The Oxford history of the Crusades / Ed. J. Riley-Smith. Oxford, 1999. P. 113. Англ. яз.; Prawer J. Social classes in the Crusader states: the "Minorities" // A history of the Crusades. Vol. V: The impact of the Crusades of the Near East / Ed. K.M. Setton. Milwakee; London, 1985. P. 60. Англ. яз.; Prawer J. The world of the crusaders. P. 79.

Наилучшие отношения сложились у франков с армянами и сирийцами - представителями восточно-христианских конфессий <4>. Хорошим примером могут служить женитьбы двух иерусалимских королей - Балдуина I (1100 - 1118 гг.) и Балдуина II (1118 - 1131 гг.) - на армянках <5>. Знатные крестоносцы также брали в жены представительниц местного населения <6>. Что касается "неблагородных" франков, то в их среде браки с армянками, сирийками и даже крещеными сарацинками со временем стали обычным делом, как сообщает Фульхерий Шартрский <7>. Король Балдуин I, столкнувшись с проблемой малочисленности населения Иерусалима, в 1115 г. решил ее с помощью приглашения множества сирийских семей, которые поселились в городе <8>. В войске короля нередко сражались туркополы - легкая сирийская конница <9>. Таким образом, ассимиляционный процесс в Иерусалимском королевстве был налицо <10>. Кроме того, эти народы стали тем источником пополнения численности армии, в котором так нуждались крестоносцы <11>. Сирийцы, весьма многочисленные, занимали в обществе положение наравне с горожанами-франками <12> - это еще одно доказательство доверия к ним со стороны крестоносцев и результат плодотворных взаимоотношений двух народов.

<4> Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 66.
<5> Kedar B.Z. Latins and Oriental christians in the Frankish Levant, 1099 - 1291 // Sharing the sacred: religious contacts and conflicts in the Holy Land: I - XV cent. CE / Ed. A. Kofsky, G.G. Stroumsa. Jerusalem, 1998. P. 211. Англ. яз.
<6> Prawer J. The world of the crusaders. P. 83.
<7> Fulcherii Cartonensis. Historia Hierosolymitana (1095 - 1127) / Ed. H. Hagenmeyer. Heidelberg, 1913. P. 748. Лат. яз.
<8> Willelmi Tyrensis Archiepiscopi Chronicon / Ed. R.B.C. Huygens. Vol. I // Corpus christianorum contunuatio Medievalis. 63. A. Turnholt, 1986. P. 535 - 536. Лат. яз.
<9> Ibid. P. 898, 900, 1034.
<10> Smail R.C. Crusading warfare. 1097 - 1193. Cambridge, 1956. P. 41, 43. Англ. яз.
<11> La Monte J. Feudal monarchy in the Latin Kingdom of Jerusalem, 1100 - 1291. Cambridge, 1932. P. 202 - 205. Англ. яз.
<12> Assises de Jerusalem ou Recueil des ouvrages de jurisprudence composes pendant le Xlll-e dans les royaumes de Jerusalem et de Chypre / Publ. par le comte Beugnot. Vol. 2: Livre des Assises de la Cour des bourgeois. Paris, 1842. Chap. LIX, LXII, LXIII. P. 53, 54. Фр. яз.

Положение мусульман - по большей части свободных крестьян - мало отличалось от положения восточных христиан <13>. Помимо привычных для остальных жителей королевства податей - один безант за "плуг" (единицу посевной площади), от половины до трети урожая в пользу сеньора и некоторых других, не столь значительных <14> - они платили только поголовный налог и налог с фруктовых деревьев. С ведома крестоносцев мусульмане даже имели свою администрацию и раисов <15>. А некоторые из них, будучи крещеными, могли занимать высокие придворные должности. Гильом Тирский, рассказывая об осаде Сидона, упоминает о том, что "был в окружении короля слуга наподобие камерария, некто Балдуин, некогда бывший мусульманином, которого король, проявив милость, приказал крестить и, дав ему свое имя, принял в число домочадцев" <16>.

<13> Ришар Ж. Указ. соч. С. 150.
<14> Там же. С. 152.
<15> Там же. С. 151.
<16> "Erat porro in domini regis comitatu eius familiaris et quasi cubicularius quidam Balduinus, aliquando gentilis, quem dominus rex pietatis intuitu accedentem ad baptismatis lavacrum de sacro fonte susceperat et ei nomen imponens suum in numero domesticorum receperat" (см.: Willelmi Tyrensis Archiepiscopi Chronicon. P. 518).

Отдельные категории населения составляли евреи и бедуины. Первые из них в ходе Первого Крестового похода (1096 - 1099 гг.) подверглись массовому уничтожению и в большинстве городов Сирии и Палестины, за редкими исключениями вроде Наблуса, взятого Танкредом без боя, оказывали крестоносцам яростное сопротивление. Однако затем они сумели приспособиться к новой системе управления и вернуться к своим обычным занятиям, например торговле <17>. После окончания Первого Крестового похода паломничество евреев в Святые Места также возобновилось <18>. Что касается бедуинов, то они рассматривались в качестве собственности короля, т.е. находились под его юрисдикцией и платили ему за право использовать пастбища королевства <19>. В целом же статус мусульман и евреев был аналогичен тому, каким обладали в мусульманских землях евреи и христиане <20>.

<17> Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 69 - 70.
<18> Ibid. P. 96.
<19> Ibid. P. 63 - 65.
<20> Phillips J. Op. cit. P. 115; Smail R.C. Op. cit. P. 42, 53 - 57.

Этот краткий обзор положения местного населения позволяет говорить о том, что франки использовали возможность заручиться его поддержкой для укрепления собственного положения. "И в военной сфере, и в экономической жизни королевства коренное население играло необычайно важную роль, что латиняне очень быстро осознали" <21>. В 1120 г. Балдуин II даже освободил всех без исключения земледельцев от налога на продовольствие, которое они привозили продавать в Иерусалим <22>. Сохранение отдельных властных институтов, существовавших в Сирии и Палестине до Первого Крестового похода, также способствовало укреплению доверия между франками, восточными христианами и мусульманами в пределах королевства <23>.

<21> Ришар Ж. Указ. соч. С. 160.
<22> Willelmi Tyrensis Archiepiscopi Chronicon. P. 565.
<23> Kedar B.Z. Op. cit. P. 221.

Структура королевской администрации, полномочия ее отдельных органов и должностных лиц достаточно подробно описаны в Книге Ассиз Жана Ибелина (ок. 1264 - 1266 гг.) - крупнейшем и наиболее важном правовом памятнике эпохи Крестовых походов, включающем большинство законов Иерусалимского королевства в той форме, в которой они действовали в период второй половины XII - первой половины XIII вв. <24>.

<24> John of Ibelin. Le Livre des Assises / Ed. P.W. Edbury. Leiden; Boston, 2003. Фр. яз.

Низшим звеном королевской администрации стали городские и сельские раисы (reys) - главы восточно-христианских и мусульманских общин, которым были делегированы полномочия по представлению интересов этих общин в делах с сеньором данной области <25>. Как утверждает израильский исследователь Дж. Правер, они также несли ответственность за сбор сеньориальных податей, если в феоде не было виконта <26>. Последнему они были подотчетны <27>.

<25> Ibid. P. 55; Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 102 - 104.
<26> Prawer J. The world of the crusaders. P. 54.
<27> La Monte J. Op. cit. P. 108.

Термином раис, помимо глав городских и сельских общин некатолического населения королевства, обозначали также других должностных лиц. Вероятно, назначаемые самим королем <28> и занимавшие равное положение с бальи - главами Курий Рынка и Цепи <29>, - они являлись председателями курий <30> местного христианского населения, или т.н. Курий Сирийцев (les Cours de Suriens) - следующего звена администрации, куда входили двенадцать присяжных <31>. Существовавшие во всех сеньориях королевства, они служили местом решения вопросов, возникавших в среде восточных христиан, включая религиозные, причем согласно сирийскому, а не франкскому праву <32>. Исключение составляли дела, подпадавшие под юрисдикцию Курии Горожан, например, те, которые могли повлечь за собой вынесение смертного приговора <33>.

<28> Riley-Smith J. The Feudal nobility and the Kingdom of Jerusalem, 1174 - 1277. London, 1973. P. 90. Англ. яз.
<29> Boas A.J. Jerusalem in the time of the Crusades: society, landscape and art in the Holy City under Frankish rule. London; N.Y., 2001. P. 22. Англ. яз.
<30> В эпоху Средневековья слово "курия" обозначало собрание любого рода и могло быть применено к королевскому совету, к суду, к сфере законодательства в целом или к зданию, где происходили соответствующие заседания. В данном случае курия - это государственный орган, представлявший собой собрание с широкими, но строго не определенными функциями, в первую очередь, судебной.
<31> Ришар Ж. Указ. соч. С. 155.
<32> John of Ibelin. Op. cit. P. 54 - 55; Riley-Smith J. Op. cit. P. 89, 90.
<33> Boas A.J. Op. cit. P. 22.

В ведении Курии Рынка, или Фондака <34> (la Cour de la Fonde) находились: т.н. фондаки (fondaco, мн.ч. fondaci) - в документах так изредка обозначались кварталы в городах крестоносцев, принадлежавшие западноевропейским общинам, но чаще всего под этим термином понимались постоялые дворы для купцов и места хранения, оценки и продажи товаров <35>; различные дела коммерческого характера на городских рынках; мелкие тяжбы среди местного католического населения. Помимо этого, она была местом хранения торговых записей и документов и центром сбора пошлин. В ее состав входили шесть судей - два франка и четыре коренных жителя <36>. Факт преобладания последних в одном из важнейших государственных органов управления подтверждает существование высокого уровня доверия между франками и коренными жителями Сирии и Палестины. Возглавлял курию бальи (bailli), назначаемый сенешалем (главой королевской администрации), отчитывавшийся перед Курией Горожан данного города, и по положению равный раису, возглавлявшему курию сирийцев <37>. Изначально специализировавшиеся на коммерческих делах, Курии Рынка со временем расширили свою юрисдикцию и в крупных городах даже постепенно вытесняли Курии Сирийцев <38>.

<34> La Monte J. Op. cit. P. 108; Prawer J. The world of the crusaders. P. 81, см. таблицу N II.
<35> Constable O.R. Funduq, Fondaco and in the Wake of Christian commerce and Crusade // The Crusades from the perspective of Byzantium and the Muslim world / Ed. A.E. Laiou, R. Parviz Mottahedeh. Washington, 2001. P. 146, 151. Англ. яз.
<36> Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 106.
<37> "En aucun leuc dou reiaume a de la cort de Suriens... mais le bailli de la fonde de cel leuc est come reys" - "В любом месте королевства суд должен проходить в Курии сирийцев... но бальи рынка на своем месте равен раису" (см.: John of Ibelin. Op. cit. P. 55).
<38> Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 105.

Институтом, аналогичным Курии Фондака, была Курия Цепи (la Cour de la Cheene) - с той лишь разницей, что в ее ведении находились все вопросы, связанные с морской торговлей в данном порту <39>. Несмотря на изменения, привнесенные крестоносцами, обе курии мало отличались от прежних сирийских властных институтов во главе с раисами, существовавших в этом регионе еще до Первого Крестового похода <40>.

<39> La Monte J. Op. cit. P. 108; Prawer J. The world of the crusaders. P. 81.
<40> Prawer J. Social classes in the Crusader states. P. 105; Prawer J. The world of the crusaders. P. 81; Tyerman C. Fighting for Christendom: Holy War and the Crusades. Oxford, 2004. P. 162 - 163. Англ. яз.

Наиболее важным государственным органом в большинстве городов королевства <41> - доподлинно неизвестно о повсеместном существовании этого института управления <42> - была Курия Горожан (La Cur de la Borgesie), известная также как Низкая Курия (La Cour Basse), и Курия Виконта (La Cour dou Visconte) <43>. Как и Высокая Курия, она имела собственные ассизы - свод законов, служивший в качестве руководства для судей <44>. Под ее юрисдикцией находились все жители королевства, кроме рыцарей <45>, а рассматривались как преступления, связанные с торговлей, так и уголовные дела, за которые только здесь (в отличие от Курий Рынка и Цепи) могли вынести смертный приговор. Здание Курии служило хранилищем разного рода документов. В ее состав входило двенадцать судей под председательством виконта, избираемых самим сеньором из числа горожан-католиков <46>. Их решение не подлежало обжалованию <47>. В отличие от Высокой Курии, время и место созыва которой не было строго регламентировано, Курия Горожан собиралась каждый понедельник, среду и пятницу в специально отведенном для этого здании <48>. В ней всегда бурлила жизнь - Курия была именно тем местом, через которое зажиточные горожане добивались высокого положения подле своего сеньора, епископа или даже самого короля <49>.

<41> John of Ibelin. Op. cit. P. 603 - 606.
<42> Ришар Ж. Указ. соч. С. 147.
<43> John of Ibelin. Op. cit. P. 52; Boas A.J. Op. cit. P. 21; La Monte J. Op. cit. P. 105; Nader M. Burgesses and Burgess law in the Latin Kingdoms of Jerusalem and Cyprus. Aldershot: Ashgate, 2006. P. 35 - 71, 129 - 179. Англ. яз.
<44> John of Ibelin. Op. cit. P. 52.
<45> "Et establi que lui et ses homes et lor et tos chevaliers fucent par la haute court, et que les autres gens, que il ne vodreit qu'il fucent par la haute court, fucent par la cort de la borgesie, et que les borgesies fucent menees et determinees par la cort de la borgesie" - "И постановил он, что Высокой Курии надлежит руководить людьми, держащими фьефы, и рыцарями, а все прочие, которыми не может управлять Высокая Курия, должны находиться под управлением Курии Горожан, так же как и горожане" (см.: John of Ibelin. Op. cit. P. 52).
<46> "Et establi a estre juges... de la cort de la borgesie, borgeis de la dite des plus loiaus et des plus sages, qui en la dite fucent" - "И постановил, что должно судить... в Курии Горожан тем жителям, которые наиболее верны и мудры в этом городе" (см.: John of Ibelin. Op. cit. P. 52; La Monte J. Op. cit. P. 107; Ришар Ж. Указ. соч. С. 146, 147).
<47> La Monte J. Op. cit. P. 113.
<48> Ibid. P. 107.
<49> Prawer J. The world of the crusaders. P. 79 - 80.

Виконт <50> (visconte) - назначаемый королем происходивший из низшей знати наместник сеньора и сборщик налогов, пошлин, штрафов и рент <51>. Последние взимались четырежды в год, вероятно, в дни Христова Воскресения (первое воскресенье после мартовского полнолуния), Рождества Св. Иоанна Крестителя (24 июня), Архангела Михаила (21 сентября) и на Рождество Христово (25 декабря) <52>. Он председательствовал в городской курии <53>, был главным блюстителем законов в городах <54>, регулировал торговлю на рынках <55>, назначал городского глашатая <56>. В бою виконт командовал сержантами и был ответственным за их снаряжение <57>. Виконт королевского домена мог одновременно выполнять функции шателена башни Давида <58>. В таком случае он играл роль хранителя одного из ключей от сундука, в котором хранились подати, взимаемые с области между Хайфой и Иерусалимом <59>. В выполнении обязанностей виконту помогал мафезеп (muhtasib) - начальник городской полиции <60>, назначаемый из местных жителей. Он следил за ценами на рынках, предотвращал конфликты между торговцами и инспектировал городские пекарни и окрестные мельницы во избежание возникновения дефицита хлеба, в чем ему помогали один или два пласье (placiers), или сержанта, уполномоченные применять силу в отношении правонарушителей <61>.

<50> La Monte J. Op. cit. P. 106.
<51> Boas A.J. Op. cit. P. 21.
<52> Ibid. P. 21 - 22.
<53> "...la court de la borgesie, de laquel il establi.i. home en son leuc a estre en governeor et justisier, lequel est visconte'..." - "...Курию Горожан, в которой он поставил одного человека, чтобы управлять и вершить правосудие, который зовется "виконт"... (см.: John of Ibelin. Op. cit. P. 52); "Et establi qu'en toutes les et en tos les autres leus dou reiaume, ou il avroit justise, eust visconte et et court de borgeis por le peuple governer, maintenir et justiser par les assises et les usages qui lors et puis furent establis a tenir et user en la court de la borgesie" - "И постановил, чтобы во всех городах и прочих местах королевства, где должен существовать суд, будут виконты, судьи и Курия Горожан, чтобы управлять, хранить и вершить правосудие над людьми согласно ассизам, обычаям и тому, что будет установлено, чтобы хранить и использовать в Курии Горожан" (см.: Ibid. P. 53).
<54> Riley-Smith J. Op. cit. P. 85.
<55> Boas A.J. Op. cit. P. 21.
<56> Riley-Smith J. Op. cit. P. 87.
<57> La Monte J. Op. cit. P. 134 - 135.
<58> Boas A.J. Op. cit. P. 21.
<59> "...in thesauro Sancte Crucis, que habebit tres seras et claves totidem, quarum primam habebit dominus patriarcha, secundam prior Sepulchri et terciam castellanus et quattuor predicti cives, qui ad colligendam pecuniam sunt deputati" - "...в сокровищнице Святого Креста, которая будет иметь три замка и столько же ключей, первый из которых будет хранить патриарх, второй-приор Святого Гроба, а третий - шателен и четверо горожан, которых отправляют собирать деньги" (см.: Willelmi Tyrensis Archiepiscopi Chronicon. P. 1046); Boas A.J. Op. cit. P. 22.
<60> La Monte J. Op. cit. P. 106; Ришар Ж. Указ. соч. С. 99.
<61> Riley-Smith J. Op. cit. P. 87.

В отличие от практики, сложившейся во Франции, на Латинском Востоке в период существования Иерусалимского королевства (1099 - 1187) должности королевской администрации, будь то сенешаль или бальи, не передавались по наследству. Их назначал только король, на время правления которого они и сохраняли свой пост, после чего их сменяли новые люди - каждый правитель предпочитал иметь в администрации людей "своих", а не своего предшественника <62>. Исключением может служить пример коннетабля Онфруа II Торонского, занимавшего эту должность при Балдуине III, Амори I и Балдуине IV. Иногда один человек мог совмещать должности, как Гильом Тирский, бывший одновременно архиепископом и канцлером, или сменить на службе несколько постов, как Одо де Сент-Аман - маршал, затем королевский виночерпий, в конце концов занявший пост магистра ордена тамплиеров. Оффисье могли стать только подданные Иерусалимского королевства, поэтому ни князь Антиохийский, ни граф Триполи никогда не входили в состав администрации Иерусалимского королевства. Правда, Жослен III, граф Эдессы, стал сенешалем Балдуина IV в 1174 г., но его графство было завоевано почти тридцатью годами ранее, поэтому данный случай не может считаться исключением <63>.

<62> La Monte J. Op. cit. P. 115.
<63> Ibid. P. 115 - 116.

Складывание и окончательное оформление в систему франко-сирийских элементов администрации Иерусалимского королевства произошло благодаря тому, что состоялась встреча западноевропейского и мусульманского типов правовых культур, еще не до конца сформировавшихся, а потому оказавших благотворное влияние друг на друга. Эта встреча сопровождалась усвоением нового для каждого из них. Вместе с тем западноевропейская правовая культура оказалась малоприспособленной для новых, с ее точки зрения, условий, существовавших в регионе, захваченном крестоносцами. Необходимость изменения и взаимодействие с мусульманской правовой системой позволили организовать систему управления государством, не в последнюю очередь благодаря которой Иерусалимское королевство и его наследники смогли просуществовать в Сирии и Палестине почти двести лет.