Мудрый Юрист

Ошибки мировых судей по делам частного обвинения исправляет верховный суд РФ

Колоколов Никита Александрович, профессор кафедры судебной власти и организации правосудия Национального исследовательского университета - Высшая школа экономики (НИУ - ВШЭ), доктор юридических наук (г. Москва).

Автор анализирует практику исправления ошибок, допущенных мировыми судьями.

Ключевые слова: мировой судья, законность и обоснованность судебного решения, система исправления судебных ошибок, сбои в работе системы исправления судебных ошибок.

Mistakes of justices of the peace on cases of private prosecution are to be corrected by the Supreme Court of the RF

N.A. Kolokolov

Kolokolov Nikita Aleksandrovich, professor of the Chair of Judicial Power and Organization of Justice of the National Research University - Higher School of Economics, doctor of juridical sciences (Moscow).

The author analyses practice of correction of mistakes made by justices of the peace.

Key words: justice of the peace, legitimacy and feasibility of judicial decision, system of correction of judicial mistakes, malperformance of the system of correction of judicial mistakes.

1. Тревожный фактор: треть судебных решений мировых судей по уголовным делам отменяется или изменяется.

В 2013 г. мировым судьям на рассмотрение по существу поступило 431,1 тыс. уголовных дел. С вынесением приговора рассмотрено - 267,8 тыс. уголовных дел (62,3%), прекращено по различным основаниям - 149,9 тыс. уголовных дел (34,9%). Это в основном:

В апелляционную инстанцию поступило 38,3 тыс. дел (8,9%). Из них возвращено без рассмотрения 15,3% дел, окончено производством 32,9 тыс. апелляционных дел. Отменено в апелляционной инстанции обвинительных приговоров 15,5%. Доля измененных обвинительных приговоров - 18,3%.

Отменены оправдательные приговоры в отношении 0,5 тыс. лиц (24,9%), в том числе 100 оправдательных приговоров с вынесением обвинительного приговора.

Основания отмены и изменения обвинительных и оправдательных приговоров мировых судей:

<1> За исключением отмены обвинительных приговоров в связи с примирением с потерпевшим.

2. Эти трудоемкие "простые" дела.

Считается, что дела, находящиеся в производстве мировых судей, отличаются простотой. Безусловно, что в основной массе это так. Однако, когда дело доходит до споров о причинении побоев, оскорблений, страсти в судебных заседаниях кипят нешуточные. Дела данной категории надолго зависают в производстве, выматывают как самого мирового судью, так и его аппарат. При этом следует отметить, что за накалом страстей даже квалифицированные юристы не в состоянии разглядеть истинного положения вещей, разобраться в примитивных ситуациях.

Ко мне за советом обратился участник процесса со стороны защиты (между прочим, кандидат юридических наук, практик с многолетним стажем), по мнению которого мировой судья неправильно определил состав сторон по делу о нанесении побоев.

Я предложил ему спокойно, без эмоций изложить фабулу дела. Она оказалась предельно простой. Женщина, водитель автомобиля, поссорилась с мужчиной, водителем другого автомобиля, из-за парковочного места. При этом дама не нашла ничего лучшего, как наброситься на мужчину с кулаками. Последний (мудрый сотрудник органа исполнительной власти) молча терпел побои, в то время как его жена не только снимала происходящее на камеру мобильного телефона, но и "блокировала дверь" машины, из которой на помощь жене порывался выйти ее муж. Уголовное дело в порядке ч. 1 ст. 318 УПК РФ было возбуждено по заявлению избитого мужчины.

Юрист, обратившийся за советом, требовал привлечения к уголовной ответственности жены последнего, по его мнению, совершившей насильственные действия в отношении мужа нападавшей в виде "блокирования двери".

Пришлось кандидату наук разъяснить, что "блокирование двери" не образует состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ. Более того, жена потерпевшего, "заблокировав дверь", спасла мужа его доверительницы от уголовной ответственности, за что ей следует сказать спасибо. Поскольку все происходящее снято на видеокамеру, то выбор у них один: слезно вымаливать прощение, добиваться примирения...

3. На ошибку в приговоре мирового судьи внимание высших судебных инстанций смог обратить лишь заместитель Генерального прокурора РФ С.Г. Кехлеров.

По приговору мирового судьи 172 судебного участка Орехово-Зуевского судебного района Московской области от 21 мая 2012 г. Н. осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 5000 руб. Он признан виновным в умышленном нанесении К. побоев, причинивших физическую боль.

Орехово-Зуевским городским судом Московской области от 12 октября 2012 г. Н. освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения его к уголовной ответственности (п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ).

В кассации приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Московского областного суда от 17 июля 2013 г. в удовлетворении надзорного представления первого заместителя прокурора Московской области Селиванова В.В. о пересмотре судебных решений в отношении Н. отказано, с чем 20 сентября 2013 г. согласился и.о. председателя этого же суда.

В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора РФ Кехлеров С.Г. оспорил законность и обоснованность осуждения Н., указал на допущенные судами нарушения требований уголовно-процессуального закона.

Судья Верховного Суда РФ Степалин В.П., изучив материалы уголовного дела, пришел к выводу о наличии следующих оснований для возбуждения надзорного производства.

Вину в инкриминированном преступлении Н. не признавал. В обоснование выводов о его виновности суд сослался на показания потерпевшего, свидетелей К., Э., С., Н., М., А.

Однако в судебном заседании свидетели К., С. и Н. не допрашивались, их показания, данные ими в ходе доследственной проверки, вопреки указанному в приговоре, в судебном заседании не исследовались.

Так, из протокола судебного заседания от 18 мая 2012 г. следует, что были исследованы протокол допроса С. (л.д. 77 - 78), протокол допроса К. (л.д. 87 - 89), протокол допроса Н. (л.д. 91 - 93).

Между тем на л.д. 77 - 78 - копия описи по уголовному делу, на л.д. 87 - 89 - копия протокола осмотра места происшествия, на л.д. 91 - 93 - объяснение потерпевшего.

Свидетели М. и А. очевидцами конфликта между Н. и К. не являлись, им о произошедшем стало известно со слов потерпевшего.

Свидетель Э. суду апелляционной инстанции пояснял, что вышедший из автомобиля водитель (К.) вытирал с лица кровь, Н. и К. ругались, но драку между ними он не видел, хотя постоянно смотрел в их сторону, не отвлекался.

Ссылка суда на медицинскую справку из Давыдовской районной больницы об оказании медицинской помощи К. в связи с наличием у него ушибленной раны и гематомы нижней губы и выписку из журнала регистрации обратившихся за медицинской помощью на станцию скорой помощи не может свидетельствовать о причастности именно Н. к причинению телесных повреждений К.

Ходатайство стороны защиты о проведении судебно-медицинской экспертизы для установления механизма и давности образования имевшихся у потерпевшего телесных повреждений судом было отклонено <2>.

<2> Постановление о возбуждении надзорного производства от 28 февраля 2014 г. N 4-Дп14-5 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

Анализируя уголовное дело в отношении Н., не будем спорить с тем, что не исключено, что именно он и избил К. Более того, не исключено, что в документах, на которые сослался мировой судья (объяснения свидетелей), содержатся сведения о причастности Н. к преступлению. Однако общеизвестно и то, что между "просто сведениями" и допустимыми доказательствами - "дистанция огромного размера"... К сожалению, судебные инстанции, проверявшие приговор мирового судьи в отношении Н., не сочли нужным эту "дистанцию" заметить.

Судья всегда должен точно следовать алгоритму судебного разбирательства, при наличии спора между сторонами данное правило вообще возводится в абсолют.

4. Мировой судья по одному и тому же делу вынес два взаимоисключающих решения.

По приговору мирового судьи судебного участка N 68 Самарской области от 22 мая 2013 г. Б. осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 5000 руб. Она признана виновной в нанесение побоев К., причинивших физическую боль. Преступление совершено 21 марта 2012 г.

Постановлено взыскать с Б. в пользу К. расходы за оказание платных медицинских услуг 2750 руб. и в счет возмещения морального вреда 3000 руб.

Апелляционным постановлением Новокуйбышевского городского суда Самарской области от 23 июля 2013 г. приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Самарского областного суда от 3 февраля 2014 г. в передаче кассационной жалобы осужденной для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 3 марта 2014 г. в удовлетворении кассационной жалобы Б. отказано.

В кассационной жалобе осужденная оспорила состоявшиеся судебные решения и указала, что один и тот же судья 13 июня 2012 г. сначала вынес Постановление о прекращении в отношении нее дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, а 22 мая 2013 г. признал ее виновной в совершении этого же преступления, при этом предыдущее судебное решение не было отменено.

Постановлением заместителя Председателя Верховного Суда РФ Толкаченко А.А. Постановление судьи Верховного Суда РФ было отменено, по жалобе К. возбуждено надзорное представление по следующим основаниям.

13 июня 2012 г. Постановлением мирового судьи уголовное дело частного обвинения в отношении Б. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления в связи с тем, что потерпевшая трижды не явилась в судебное заседание без указания уважительных причин.

22 мая 2013 г. тот же мировой судья постановил в отношении Б. обвинительный приговор, признав ее виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, мотивировав свой вывод тем, что 13 июня 2012 г. фактические обстоятельства по делу не исследовались и виновность либо невиновность Б. в причинении побоев К. или иных насильственных действий, причинивших физическую боль, не была установлена.

Принимая такое решение, мировой судья не учел, что после принятия им итогового судебного решения от 13 июня 2012 г. о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, которое вступило в законную силу и не отменено, мировой судья вновь принял к своему производству и рассмотрел уголовное дело в отношении Б. по тем же обстоятельствам и постановил в отношении последней обвинительный приговор, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела <3>.

<3> Постановление заместителя Председателя Верховного Суда РФ Толкаченко А.А. об отмене Постановления судьи об отказе в удовлетворении надзорной жалобы от 22 мая 2014 г. N 46-УД14-4 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

5. Верховный Суд РФ согласился с мнением мирового судьи.

По приговору мирового судьи судебного участка N 5 Ленинского района г. Воронежа от 14 ноября 2012 г. за нанесение 16 мая 2012 г. побоев Б., совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, К. осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу 6000 руб.

Постановлением Ленинского районного суда г. Воронежа от 7 марта 2013 г. приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката в интересах К. - без удовлетворения.

Постановлением президиума Воронежского областного суда от 24 июля 2013 г. приговор и Постановление в отношении К. отменены, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение.

Потерпевший Б. в кассационном порядке поставил вопрос о пересмотре Постановления президиума.

Судебная коллегия нашла Постановление президиума Воронежского областного суда подлежащим изменению по следующим основаниям.

Отменив приговор, Апелляционное постановление и направив дело на новое судебное рассмотрение, президиум сослался на первоначальные объяснения свидетеля Б. и ее показания в судебном заседании, усмотрев наличие в них противоречий, на показания свидетелей К. и Л., видевших, как Б. напал на К., причинив ему телесные повреждения, а также на заключение судебно-медицинского эксперта о наличии телесных повреждений у К., отметив, что суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях свидетелей и не дал им надлежащую правовую оценку, что вытекает из требований ст. 14 УПК РФ.

Однако предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для отмены судебных решений, в том числе допущенных существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, президиум в Постановлении не привел, в связи с чем Постановление президиума подлежит отмене.

Поскольку президиум высказал свое мнение по доводам кассационной жалобы К., судебная коллегия сочла необходимым рассмотреть кассационную жалобу осужденного К. Он просит отменить приговор и дело прекратить за отсутствием состава преступления, указывает, что приговор не соответствует нормам уголовно-процессуального закона, дает оценку показаниям свидетелей, другим доказательствам и делает вывод о том, что суд односторонне, с обвинительным уклоном исследовал доказательства и дал им ненадлежащую оценку.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не нашла оснований для ее удовлетворения.

Как усматривается из приговора мирового судьи и Постановления суда апелляционной инстанции, судами исследованы все представленные сторонами по делу частного обвинения доказательства, при этом показаниям всех допрошенных по делу лиц, в том числе свидетелей Б., Ж., Л., на которые ссылается в своей жалобе осужденный К., была дана надлежащая оценка. При этом показания свидетеля Б. судом были признаны непротиворечивыми, согласующимися с иными представленными доказательствами по делу, а показания свидетелей К. и Л. были оценены критически с указанием мотивов принятого решения. Таким образом, суд указал, почему он положил в основу приговора одни доказательства и отверг другие. Заключение судебно-медицинского эксперта в отношении Б. также было исследовано и оценено судами первой и апелляционной инстанций.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при постановлении приговора судом не допущено.

Судебная коллегия определила:

  1. кассационную жалобу потерпевшего Б. удовлетворить;
  2. Постановление президиума Воронежского областного суда от 24 июля 2013 г. отменить;
  3. кассационную жалобу осужденного К. оставить без удовлетворения, приговор мирового судьи судебного участка N 5 Ленинского района г. Воронежа от 14 ноября 2012 г., Постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 7 марта 2013 г. в отношении К. оставить без изменения <4>.
<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13 февраля 2014 г. N 14-УД13-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

6. Мировой судья, исполнив отраслевой закон, нарушил Конституцию РФ.

26 мая 2011 г. старший следователь по ОВД СО ОМ N 5 СУ при УВД по г. Красноярску по окончании предварительного следствия вынес Постановление о направлении уголовного дела в отношении Х. в суд для применения к нему принудительной меры медицинского характера в связи с совершением им общественно опасных деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 130, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 116 УК РФ.

Постановлением мирового судьи судебного участка N 81 Советского района г. Красноярска от 22 ноября 2011 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении Х. по ч. 1 ст. 130, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 116 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г. N 26) на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ прекращено, в применении к нему принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре общего типа отказано.

Постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 11 мая 2012 г. Постановление мирового судьи изменено, исключены указания о редакции ч. 1 ст. 116 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г. N 26) и о прекращении уголовного дела и уголовного преследования по ч. 1 ст. 130 УК РФ (7 эпизодов) в связи с декриминализацией деяния, а также по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по эпизоду от 2 апреля 2010 г.) в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В остальной части Постановление мирового судьи оставлено без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 24 июля 2012 г. Постановление районного суда оставлено без изменения.

В представлении Председателя Верховного Суда РФ был поставлен вопрос о возобновлении производства по уголовному делу в отношении Х. ввиду новых обстоятельств.

Отказывая в применении мер медицинского характера, судья исходил из того, что инкриминируемые Х. деяния относятся к категории небольшой тяжести, поэтому в соответствии с ч. 2 ст. 443 УПК РФ к нему не может быть применена принудительная мера медицинского характера, несмотря на то, что по своему психическому состоянию он нуждается в принудительном лечении в психиатрическом стационаре общего типа.

Потерпевший П. обратился в Конституционный Суд РФ с жалобой, в которой указывал, что положения ч. 2 ст. 443 УПК РФ не обеспечивают государственную защиту достоинства личности, жизни и здоровья потерпевших, поскольку допускают отказ от принудительного лечения лица, страдающего психическим расстройством и совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости, несмотря на сохраняющуюся общественную опасность этого лица, что может повлечь новые аналогичные или более тяжкие действия с его стороны.

В представлении Председателя Верховного Суда РФ поставлен вопрос о возобновлении производства по уголовному делу в связи с признанием Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ.

Президиум Верховного Суда РФ нашел представление Председателя Верховного Суда РФ подлежащим удовлетворению.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 21 мая 2013 г. N 10-П указал, в частности, что в соответствии с УК РФ лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т.е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, не подлежит уголовной ответственности (ст. 21), что не устраняет общественной опасности и противоправности самого деяния. Однако тяжесть деяния, совершенного лицом в состоянии невменяемости, не может служить определяющим критерием, на основании которого устанавливается возможность причинения таким лицом иного существенного вреда либо опасность для него самого или окружающих.

Лишь в отношении лица, не представляющего по своему психическому состоянию опасности для себя и окружающих, суд может передать необходимые материалы органам здравоохранения для решения вопроса о его лечении или направлении в психоневрологическое учреждение социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении (п. "а" ч. 1, ч. 2 и 4 ст. 97 УК РФ). Отказ в применении принудительных мер медицинского характера допускается только в том случае, если лицо вследствие улучшения психического состояния утратило опасность для себя и окружающих; во всех иных случаях принудительные меры медицинского характера подлежат применению к лицам, совершившим запрещенные уголовным законом деяния в состоянии невменяемости, в соответствии с рекомендациями судебных психиатров (ст. 99 - 102 УК РФ).

В ходе производства о применении принудительных мер медицинского характера суд, в свою очередь, должен на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы установить, представляет ли лицо в силу своего психического расстройства опасность для себя самого или других лиц и возможно ли причинение данным лицом иного существенного вреда, а также подлежит ли применению принудительная мера медицинского характера, и определить ее вид (п. 5 и 6 ст. 442 УПК РФ).

Между тем положения ч. 2 ст. 443 УПК РФ, обязывая суд отказывать в применении принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние небольшой тяжести, но по своему психическому состоянию представляющему опасность для себя или других лиц, не только заведомо предопределяют решение суда, но и, по существу, делают бесполезным (бессмысленным) судебное разбирательство с точки зрения защиты как прав и законных интересов потерпевших в связи с угрожающей им опасностью повторных посягательств со стороны лица, уже совершившего в состоянии невменяемости деяние, запрещенное уголовным законом, так и прав и законных интересов лиц, по своему психическому состоянию представляющих опасность для себя или окружающих, а потому нуждающихся в лечении, хотя и принудительном.

Таким образом, вопреки требованиям Конституции РФ, гарантирующей каждому право на судебную защиту и обязывающей государство обеспечить всем потерпевшим в равной мере доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда, умаляются права потерпевших от запрещенных уголовным законом деяний небольшой тяжести, которые оказываются в неравном положении с потерпевшими от посягательств, относящихся к средней или большей тяжести, совершенных лицами в состоянии невменяемости. Нарушаются указанные требования и в отношении лиц, совершивших в состоянии невменяемости запрещенные уголовным законом деяния, отнесенные к категории небольшой тяжести, поскольку фактически суд отказывает им в необходимой и своевременной, хотя и принудительной, медицинской помощи, не защищает их от собственного общественно опасного поведения и возможного воздействия иных лиц, что приводит к недопустимому ограничению их прав на охрану здоровья и медицинскую помощь, на судебную защиту достоинства личности, личную неприкосновенность.

Указанным Постановлением Конституционный Суд РФ признал взаимосвязанные положения ч. 2 и 4 ст. 443 УПК РФ не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования они исключают для суда возможность назначить принудительные меры медицинского характера лицу, совершившему в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние, отнесенное к преступлениям небольшой тяжести, и при этом по своему психическому состоянию представляющему опасность для себя или окружающих.

Правоприменительные решения по делу, по которому П. признан потерпевшим, основанные на ч. 2 ст. 443 УПК РФ в той мере, в какой она признана настоящим Постановлением не соответствующей Конституции РФ, признаны подлежащими пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий.

В соответствии с положениями п. 1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ факт признания Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ является новым обстоятельством.

Согласно ч. 3 ст. 414 УПК РФ пересмотр, в том числе постановления о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение сроков давности привлечения к уголовной ответственности, установленных ст. 78 УК РФ.

Вышеуказанные общественно опасные деяния, в связи с совершением которых в отношении Х. было направлено в суд уголовное дело для применения к нему принудительной меры медицинского характера, относятся к категории дел небольшой тяжести.

Установленные п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ сроки давности к настоящему времени истекли, поскольку с момента совершения общественно опасных деяний прошло более 2 лет, что с учетом положений ч. 3 ст. 414 УПК РФ является препятствием для пересмотра судебных решений в отношении Х. в сторону, ухудшающую его положение.

Президиум Верховного Суда РФ постановил:

  1. возобновить производство по данному уголовному делу ввиду новых обстоятельств;
  2. Постановление мирового судьи, Постановление районного суда и Кассационное определение оставить без изменения <5>.
<5> Постановление Президиума Верховного Суда РФ о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств от 19 февраля 2014 г. N 187-П13 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2014 год.

Основные научно-практические выводы.

  1. Прежде чем приступить к рассмотрению дела частного обвинения, мировому судье следует разобраться в сути правоотношений, возникших между сторонами, зафиксированы случаи принятия к производству заявлений о привлечении к уголовной ответственности лиц, которые только собирались кого-то ударить.
  2. Юридическая "текучка" постепенно выявляет все новые и новые последствия поспешных, непродуманных действий как мировых судей, так и инстанций, их контролирующих.
  3. При возникновении спора между сторонами мировой судья не должен забывать: несмотря на то, что доказательства представляют стороны, ход процесса определяет он лично.