Мудрый Юрист

Пересмотр судебных актов: движение к правовой определенности или движение по спирали правовой неопределенности?

Лукьянова Ирина Николаевна, кандидат юридических наук, доцент, старший научный сотрудник Института государства и права РАН, заведующая кафедрой процессуального права Всероссийской академии внешней торговли.

В статье рассматривается эволюция изменений в системе пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, в судах общей юрисдикции в период с 2000 г. Исследуются результаты реформ в свете концепции res judicata.

Ключевые слова: гражданский процесс; суд; правовая определенность; верховенство права; пересмотр судебных актов; вновь открывшиеся и новые обстоятельства; окончательность судебного решения; res judicata.

Reviewing judicial acts: movement for legal certainty, or spiral revolution of legal uncertainty?

I.N. Lukyanova

Lukyanova Irina Nikolaevna, Candidate of Laws, Associate Professor, Senior Scientific Officer of Institute of State and Law of Russian Academy of Sciences, Head of the Procedure Department of the Russian Foreign Trade Academy.

Modern reforms of the instances in the Russian judicial system in the scope of res judicata are considered in the article.

Key words: civil proceeding; court; rule of law; appellation; revision; cassation; res judicata.

С начала двухтысячных годов система пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, в судах общей юрисдикции претерпевает практически постоянные изменения.

Под влиянием решений Европейского суда по правам человека <1> в действующем ГПК РФ в первоначальной его редакции пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу, получил очертания, которые должны были соответствовать позициям ЕСПЧ, высказанным в связи с установленными нарушениями права на окончательное судебное решение. Правом инициировать процедуру пересмотра в порядке надзора стали обладать лица, участвующие в деле, получил закрепление в ГПК срок подачи надзорной жалобы. В качестве оснований для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора ст. 387 ГПК указывала на существенные нарушения норм материального или процессуального права. Наряду с процедурой надзора сохранялась с незначительными изменениями процедура пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, по вновь открывшимся обстоятельствам.

<1> Вслед за первым Постановлением ЕСПЧ, в котором процедура надзора подверглась критике, по делу "Брумареску против Румынии" последовали постановления по делам против Российской Федерации ("Рябых против Российской Федерации" и др.) // СПС "КонсультантПлюс".

Новая процедура надзорного производства не была лишена недостатков. ЕСПЧ в новых делах устанавливает нарушение права на справедливое судебное разбирательство в части права на получение окончательного судебного решения, критикуя в том числе полномочия председателей второго уровня инициировать надзорное производство <2> и основания к отмене судебных актов в надзорном производстве. Основания для отмены в порядке надзора судебных актов, уже вступивших в законную силу, получили негативную оценку Конституционного Суда РФ <3>, так как в судебной практике они применялись в истолковании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 как равные по своему содержанию основаниям к отмене не вступивших в законную силу судебных актов в порядке кассации <4>.

<2> См.: Вотинцева против Российской Федерации; Собелин и другие заявители против Российской Федерации // СПС "КонсультантПлюс".
<3> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2007 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго", а также жалобами ряда граждан" // Российская газета. 2007. 14 февр.
<4> См.: пункты 24 - 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 3.

Изменения, внесенные в гл. 41 "Производство в суде надзорной инстанции" ГПК Федеральным законом от 4 декабря 2007 г. N 330-ФЗ <5>, были направлены на устранение значительной части недостатков процедуры надзора, выявленных Конституционным Судом РФ и обозначенных в Промежуточной резолюции Комитета Министров Совета Европы от 8 февраля 2006 г. ResDH (2006) относительно нарушения принципа правовой определенности в результате пересмотра судебных решений в порядке надзора в ходе судебных разбирательств по гражданским делам в Российской Федерации - принятые властями меры общего характера и оставшиеся вопросы (Постановления Европейского суда по делам "Рябых против Российской Федерации" (от 24 июля 2003 г.) и "Волкова против Российской Федерации" (от 5 апреля 2005 г.)) <6>. Серьезное внимание обращалось, в частности, на неопределенность формулировки оснований отмены судебных постановлений в порядке надзора и отмену вступивших в силу судебных актов фактически по тем же основаниям, которые согласно ст. 362 - 364 ГПК влекли отмену судебных актов, не вступивших в законную силу.

<5> Российская газета. 2007. 8 дек.
<6> Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2007. N 5.

Названным Федеральным законом были уточнены основания к отмене вступивших в законную силу судебных постановлений в порядке надзора. Существенные нарушения норм материального или процессуального права могли отныне повлечь отмену или изменение судебных постановлений в порядке надзора, при условии что они повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 6 Постановления от 12 февраля 2008 г. N 2 "О применении норм гражданского процессуального законодательства в суде надзорной инстанции в связи с принятием и введением в действие Федерального закона от 4 декабря 2007 г. N 330-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" <7> обратил внимание судов на то, что ст. 387 ГПК РФ в новой редакции значительно сократила число оснований для отмены судебных постановлений в порядке надзора по сравнению с ранее действовавшим законодательством. Связав ст. 387 ГПК РФ с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что существенным нарушением, являющимся основанием для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора, в отличие от оснований отмены судебных постановлений в кассационном порядке, может быть признано не всякое нарушение норм материального и процессуального права из числа указанных в ст. 363 и 364 ГПК РФ. Со ссылкой на принцип правовой определенности пояснялось, что суд не вправе пересматривать вступившее в законную силу постановление только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления, а иная точка зрения суда надзорной инстанции на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения судебного постановления нижестоящего суда <8>.

<7> Утратило силу. См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. N 29 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. N 2.
<8> Российская газета. 2008. 16 февр.

Смысл позиций ЕСПЧ о значении права на окончательное судебное решение как части права на справедливое судебное разбирательство требует восприятия в контексте того значения, которое придается принципу правовой определенности Европейским судом по правам человека. Согласно авторитетному мнению М. де Сальвиа принцип правовой определенности рассматривается Европейским судом по правам человека в качестве одного из фундаментальных аспектов верховенства права <9> ("Брумареску против Румынии", § 61, "Проценко против РФ", § 25). Верховенство права, в свою очередь, в преамбуле Конвенции о защите основных свобод и прав человека ETS N 005 (Рим, 4 ноября 1950 г.) <10> (далее - ЕКПЧ) признается частью общего наследия европейских государств-участников.

<9> De SALVIA Michele. La place de la notion de securite juridique dans la jurisprudence de la Cour europeenne des droits de l'homme - Cahiers du Conseil constitutionnel No 11 (Dossier: Le principe de securite juridique) - decembre 2001 // http://www.conseil-constitutionnel.fr/conseil-constitutionnel/root/bank/pdf/conseil-constitutionnel-52122.pdf (26.12.2013).
<10> Конвенция ратифицирована Россией Федеральным законом от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ, вступила в силу для России 5 мая 1998 г. // СЗ РФ. 2001. N 2. Ст. 163.

Согласно классической концепции правовой определенности к праву предъявляется ряд требований. Во-первых, нормы права должны быть определенными и понятными. Во-вторых, правовые положения должны быть последовательны и свободны от противоречий. Кроме того, их действие во времени должно быть до известной степени постоянным. Еще одно принципиальное требование состоит в том, что нормы права не должны требовать неисполнимого. Наконец, между смыслом опубликованных норм права и смыслом, придаваемым при их применении, должно быть определенное соответствие <11>.

<11> Lon L. Fuller. The Morality of Law. New Haven: Yale University Press, 2nd edn. 1969, ch. 2.

Принцип правовой определенности Конституционным Судом РФ определяется как создание законодателем участникам гражданских правоотношений возможности в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав и обязанностей <12>.

<12> Постановление Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2007 г. N 2-П.

В деятельности суда принцип правовой определенности проявляется в концепции res judicata, одним из важнейших положений которого является постулат "Interest republicae ut sit finis litium" ("Публичный интерес состоит в том, чтобы тяжба была завершена") <13>, т.е. требование окончательности судебного решения.

<13> "Res judicata" and Arbitration. Interim Report. INTERNATIONAL COMMERCIAL ARBITRATION BERLIN CONFERENCE (2004). INTERNATIONAL LAW ASSOCIATION // http://www.ila-hq.org/download.cfm/docid/446043C4-9770-434D-AD7DD42F7E8E81C6.

В европейском праве res judicata, в частности, означает, что дело должно быть разрешено в двух инстанциях: первой и апелляционной, после чего оно должно получить свойство окончательности. Комитет Министров Совета Европы в своей Рекомендации от 7 февраля 1995 г. N Р (95)5 отмечает, что "третьего судебного разбирательства заслуживают только те судебные акты, которые имеют важное значение для общества, для совершенствования права, для единства судебной практики" <14>. Достаточно яркое разъяснение такого подхода можно увидеть в Промежуточной резолюции относительно нарушений принципа правовой определенности процедурой пересмотра в порядке надзора в гражданском судопроизводстве в Российской Федерации - принятые общие меры и нерешенные вопросы, принятой 8 апреля 2005 г. Комитетом Министров Совета Европы: в эффективной судебной системе ошибки и недостатки в судебных решениях должны исправляться прежде всего посредством обычного апелляционного и (или) кассационного производства до того, как судебное постановление станет обязательным и подлежащим исполнению, что тем самым исключает последующий риск нарушения прав сторон полагаться на обязательные судебные решения <15>. Именно в том, что отмена решений, вступивших в законную силу, в нарушение принципа правовой определенности подорвала уверенность заявителя в обязательной силе судебного решения и лишила его возможности получения присужденного, ЕСПЧ видит нарушение права на справедливое судебное разбирательство в некоторых делах против России ("Ленченков и другие против России", "Гарагуля против России", "Панасенко против России" и др.).

<14> Российская юстиция. 1997. N 10. С. 4.
<15> Интернет-сайт Комитета Министров Совета Европы (www.echr.ru). Перевод на русский язык: Управление международных связей, изучения и обобщения зарубежной практики конституционного контроля Конституционного Суда РФ / Д.Д. Подольский.

Конституционный Суд РФ указывает именно на такое проявление принципа правовой определенности применительно к институту пересмотра судебных актов - окончательность, стабильность судебного решения <16>.

<16> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2007 г. N 2-П.

Построение такой конструкции инстанционной системы судов общей юрисдикции, которая позволяла бы создать возможность получения окончательного решения в разумный срок, ожидалось от реформы, реализованной на основании Федерального закона от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" <17>. В инстанционную систему в результате реформы были внесены самые значительные за последние два десятилетия изменения. Кроме распространения апелляционного порядка проверки на судебные акты, не вступившие в законную силу, принимаемые всеми федеральными судами, значительным на первый взгляд изменениям подвергся порядок пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по гражданским делам.

<17> Российская газета. 2010. 13 дек.

Появилась новая процедура пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, - кассационная. Основания к отмене судебных актов в кассационной инстанции представляют собой действовавшие прежде основания к отмене судебных актов в порядке надзора, установленных в ст. 387 ГПК (в ред. от 4 декабря 2007 г.). Функции надзорной инстанции переданы Президиуму Верховного Суда РФ. При этом Председатель Верховного Суда РФ и его заместители согласно ст. 391.11 ГПК наделены полномочиями по жалобе заинтересованных лиц или по представлению прокурора внести в Президиум Верховного Суда РФ представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях устранения перечисленных в статье фундаментальных нарушений норм материального права или норм процессуального права.

В ходе реализуемой в настоящее время реформы, оформляющей передачу функций Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ вновь создаваемому Верховному Суду РФ <18>, планируется изменить инстанционную систему в арбитражном процессе, наделив создаваемую судебную коллегию по экономическим делам функцией повторной кассации <19>. Таким образом, количество инстанций в арбитражном процессе возрастет с четырех до пяти. Для сторон экономических споров отодвинется момент, когда на решение можно полагаться как на неизменное, т.е. окончательное.

<18> Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 5 февраля 2014 г. N 2-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации" // СЗ РФ. 2014. N 6. Ст. 548; Федеральный конституционный закон от 5 февраля 2014 г. N 4-ФКЗ "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "О судебной системе Российской Федерации" // СЗ РФ. 2014. N 6. Ст. 551.
<19> Проект N 466670-6 Федерального закона "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс" // http://www.duma.gov.ru/systems/law/?number=466670-6&sort=date.

Таким образом, законодатель последние несколько лет увеличивает количество инстанций, в которых может быть обжаловано решение, уже вступившее в законную силу. Разрыв между вступлением в силу решения суда и реальным приобретением им свойства окончательности увеличивается.

Наряду с возрастающим числом инстанций можно отметить также появление в последние два десятилетия новых оснований к отмене. Кроме неопределенных формулировок оснований к отмене в порядке кассации, способствующих развитию далеко не единообразной судебной практики в кассационной инстанции судов второго уровня, появление новых оснований к отмене наблюдается в самом ГПК.

Изменения в главу 42 ГПК, внесенные одновременно с реформой инстанционной системы, являются самыми значительными по своей новизне. Судебные акты, уже вступившие в законную силу, кроме пересмотра в порядке надзора могут быть подвергнуты, как и ранее, пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам, а также пересмотру в связи с появлением новых обстоятельств. В теории гражданского процессуального права отсутствует доктринальное обоснование такого института, как "новые обстоятельства, влекущие пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу". Примечательно, что количество таких "новых обстоятельств" в ГПК с момента его вступления в силу всего за десятилетие возросло от одного до пяти! Следует отметить, что речь идет о возрастании оснований к отмене судебных актов, вступивших в законную силу.

Е.А. Борисова предупреждала о таком возможном развитии судебной практики по пересмотру судебных актов, когда суды механически будут применять требование о правовой определенности, обращая внимание только на наличие фундаментальных нарушений, свидетельствующих о ненадлежащем отправлении правосудия, сверяя выявленные нарушения с прецедентной практикой Европейского суда и разрешая вопрос о существенности (фундаментальности) индивидуально для каждого дела, а остальные судебные ошибки не принимая во внимание. Отмечая приоритет публично-правового начала в подобной деятельности суда, известный процессуалист сделала заслуживающий поддержки вывод о том, что такой подход является верным, когда суды первой и второй инстанций качественно выполняют свои функции. Предупреждение о том, что в современном российском гражданском судопроизводстве буквальное следование прецедентной практике Европейского Суда не позволит ни обеспечить решение задач гражданского судопроизводства - правильно и своевременно рассматривать и разрешать гражданские дела, ни защитить нарушенные или оспариваемые права и законные интересы граждан и организаций <20>, сбывается.

<20> См.: Борисова Е.А. Правовая определенность и право на справедливое судебное разбирательство // Законодательство. 2010. N 8.

В сложившихся условиях, когда отсутствует система мер, обеспечивающая качество отправления правосудия в первой и апелляционной инстанциях, а в кассационной и надзорной инстанциях незаконность или необоснованность решения остаются без внимания (если только судья, единолично решающий вопрос о передаче жалобы в судебное заседание суда кассационной или, соответственно, надзорной инстанции, не усмотрит оснований к отмене в порядке кассации или надзора), высшие судебные инстанции вынуждены искать возможности исправления явных ошибок нижестоящих судов уже после вступления решения в законную силу. Иногда такие "изобретаемые" способы исправления ошибок судов могут создавать новую угрозу окончательности судебных решений.

Попытку исправить решение суда первой инстанции, когда все возможности обжалования решения исчерпаны, можно видеть в одном из недавних постановлений Президиума Верховного Суда РФ. В Постановлении от 5 июня 2013 г. по делу N 9-ПВ12 <21> при пересмотре в порядке надзора определения об отказе в пересмотре вступившего в законную силу решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам Президиум Верховного Суда РФ квалифицировал как вновь открывшееся обстоятельство появившееся после вступления решения в законную силу заключение государственного надзорного органа, которое содержало выводы о нарушениях при проведении судебной экспертизы, ставящих достоверность заключения эксперта под сомнение. Понятие "вновь открывшееся обстоятельство", зафиксированное в п. 1 ч. 3 ст. 392 ГПК, было истолковано в Постановлении Президиума Верховного Суда РФ как "любые обстоятельства, являющиеся существенными для дела, которые не были и не могли быть известны заявителю на момент рассмотрения дела" <22>.

<21> СПС "КонсультантПлюс".
<22> http://www.vsrf.ru/moving_case.php?findByNember=9%CF%C212.

Между тем вновь открывшимися в науке гражданского процесса считаются не любые существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю, а только те обстоятельства, которые имеют значение юридических фактов, уже существовавших в момент рассмотрения дела <23>, составляющих основание иска и возражений против иска. Такие юридические факты носят материально-правовой характер, их установление необходимо для правильного применения нормы материального права, регулирующей спорное правоотношение <24>.

<23> См.: Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2014. С. 688; Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М., 2003. С. 438; Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В.В. Яркова. М., 2006. С. 535.
<24> См.: Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. С. 268.

Обнаруженные после вынесения решения доказательства, опровергающие факты, исследованные судом, согласно устоявшейся точке зрения, вполне соответствующей принципу правовой определенности, не могут быть основанием для пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам <25>. В данном случае заключение государственного надзорного органа о нарушениях при проведении судебной экспертизы относится именно к таким доказательствам, которые не относятся к вновь открывшимся обстоятельствам и не должны были повлечь пересмотр дела.

<25> См.: Там же. С. 688; Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В.В. Яркова. С. 535.

Чтобы не допустить переоценки доказательств после вступления решения в законную силу и истечения сроков на его обжалование в вышестоящих инстанциях, законодатель точно указал в п. п. 2 - 3 ч. 3 ст. 392 ГПК на случаи, когда ошибочно положенное в основание решения доказательство может повлечь пересмотр судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Рассматриваемое Постановление Президиума Верховного Суда РФ разрушает общеизвестные представления о вновь открывшемся обстоятельстве и открывает новые возможности для обжалования. Решение, вступившее в законную силу, теперь может быть отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, если выяснится, что есть какое-то доказательство, способное повлиять на оценку судом имеющихся доказательств по делу, если кто-то из лиц, участвующих в деле, заявит, что не знал о нем, и убедит суд в том, что не мог знать. Учитывая порядок исчисления сроков для п. 1 ч. 3 ст. 392 ГПК - со дня открытия подобного вновь открывшегося обстоятельства, такое толкование понятия "вновь открывшееся обстоятельство" делает для сторон и всех иных заинтересованных лиц окончательность решения иллюзией, способной в любой момент раствориться.

Вывод. Отсутствие системного механизма обеспечения качества отправления правосудия в первой и апелляционной инстанциях приводят к развитию тенденции увеличения возможностей отмены вступивших в законную силу судебных актов:

неопределенность положений об основаниях к отмене судебных актов в кассационном порядке влечет возможность различного их толкования судами кассационной инстанции;

в ГПК растет число возможностей требовать отмены судебного решения: к надзору и вновь открывшимся обстоятельствам добавились возможности кассационного пересмотра и пересмотра в связи с появлением новых обстоятельств, а в арбитражном процессе могут появиться "повторная" кассация и полномочия высших должностных лиц в судебной системе инициировать процедуру пересмотра в порядке надзора;

размывается институт вновь открывшихся обстоятельств, что позволяет добиваться пересмотра судебного решения, вступившего в законную силу, в связи с неправильной оценкой, в частности, заключения эксперта.

Отсутствие ясных и определенных норм, устанавливающих основания отмены судебных решений, вступивших в законную силу, при одновременно сокращающемся доступе к кассационному обжалованию, но возрастающих иных возможностях пересмотра судебных актов, уже вступивших в законную силу, порождает риск нарушения прав сторон полагаться на обязательные судебные решения.

Введение апелляционного порядка проверки судебных актов, не вступивших в законную силу, позволило исключить ситуации, когда дело переходило из первой инстанции во вторую и обратно и стороны не могли определить, когда они получат решение, вступившее в законную силу. Был исключен значительный риск нарушения прав сторон полагаться на обязательные судебные решения. Тем же Федеральным законом от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ, которым была введена апелляция, внесены изменения, создающие новые возможности отмены судебных постановлений, вступивших в законную силу (кассация, пересмотр в связи с появлением новых обстоятельств), в арбитражном процессе планируется появление "повторной" кассации. Таким образом, для лиц, уже участвующих в деле, а также потенциальных сторон судебных споров порождаются новые риски нарушения прав сторон полагаться на обязательные судебные решения. Результаты введения апелляции могут быть нивелированы новыми возможностями отмены судебных актов, вступивших в законную силу.

Вкупе с отсутствием системного механизма обеспечения качества отправления правосудия в первой и апелляционной инстанциях множественность возможностей требовать пересмотра судебного акта, вступившего в законную силу, не только разрушает уверенность граждан в возможности получения окончательного решения, но также не способствует укреплению доверия общества как к суду, так и к государству в целом.

Построение такой конструкции инстанционной системы судов общей юрисдикции и системы гражданского судопроизводства в целом, которая позволяла бы создать возможность получения справедливого и окончательного решения в разумный срок, должно стать целью дальнейшего реформирования судебной системы.

Библиографический список

  1. Борисова Е.А. Правовая определенность и право на справедливое судебное разбирательство // Законодательство. 2010. N 8.
  2. Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В.В. Яркова. М., 2006.
  3. Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2014.
  4. Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М., 2003.
  5. De SALVIA Michele. La place de la notion de securite juridique dans la jurisprudence de la Cour europeenne des droits de l'homme - Cahiers du Conseil constitutionnel No 11 (Dossier: Le principe de securite juridique) - decembre 2001. http://www.conseil-constitutionnel.fr/conseil-constitutionnel/root/bank/pdf/conseil-constitutionnel-52122.pdf.
  6. Lon L. Fuller. The Morality of Law. New Haven: Yale University Press, 2nd edn. 1969, ch. 2.