Мудрый Юрист

Фактическая ошибка: перспективы регламентации в уголовном законодательстве России

Прохоров Александр Юрьевич, аспирант кафедры уголовного права и криминологии Кубанского государственного университета (г. Краснодар).

Рассмотрены понятие, виды фактической ошибки и ее влияние на квалификацию преступления, зарубежный законодательный опыт ее регламентации, перспективы этого процесса в уголовном законодательстве России.

Ключевые слова: фактическая ошибка, квалификация преступления, направленность умысла, неоконченное преступление, зарубежное уголовное законодательство.

Factual error: perspectives of regulation in criminal legislation of Russia

A.Y. Prokhorov

Prokhorov Alexander Yuryevich, graduate student of the chair of criminal law and criminology of the Kuban state university (Krasnodar).

The concept, types of the factual mistake and its influence on qualification of a crime, foreign legislative experience of its regulation and prospect of this process in criminal legislation of Russia are considered.

Key words: factual mistake, qualification of a crime, intention orientation, unfinished crime, foreign criminal legislation.

Errare humanum est. В практической деятельности (в том числе в преступной) нередко возникает несоответствие между субъективными представлениями человека о чем-либо и объективным положением вещей, расхождение личностного знания об объекте (предмете) с подлинной его сущностью, диссонанс между сложившимся в сознании индивида образом и реальной действительностью. Подобные ошибки (заблуждения) являются результатом неверного, искаженного отражения действительности. Это представления о чем-либо, относительно которых хотя и существует уверенность, что они правильны, тем не менее, они не соответствуют истине, фактическим обстоятельствам, предмету. В философии подобное заблуждение именуется материальной ошибкой <1>. Г. Гегель, определяя сущность ошибки (заблуждения), писал: "Ложное знание о чем-нибудь означает неравенство знания с его субстанцией" <2>.

<1> См.: Философская энциклопедия // URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/.
<2> Гегель Г.В.Ф. Соч.: в 14 томах. Т. 4: Феноменология духа. М.-Л., 1959. С. 20.

В сфере девиантного поведения также нередки ошибки лица, совершающего преступление, относительно правовой природы осуществляемого деяния, его конкретного содержания, последствий, причинных связей. Их наличие не может не влиять на уголовно-правовую оценку содеянного, пределы ответственности лица и назначаемое ему наказание. В зависимости от того, с чем связано заблуждение деятеля - с правовой природой его поведения или фактическим содержанием, выделяют два вида ошибок - юридическую и фактическую.

Н.С. Таганцев, один из основоположников теории русского уголовного права, исследуя ошибку фактическую и юридическую, первую определял как ошибку относительно наличия условий преступного деяния <3>.

<3> См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть Общая. Том 1. Тула: Автограф, 2001. С. 458.

В ситуации фактической ошибки виновный в отличие от лица, действующего в условиях заблуждения относительно юридических свойств совершаемого деяния, не сомневается в подлинном преступном характере своего посягательства, но заблуждается в оценке его объективного содержания. Таким образом, фактическая ошибка заключается в неверном, искаженном представлении лица об истинном фактическом содержании или фактических последствиях своего деяния. Соответственно, она может касаться объекта (предмета) и признаков объективной стороны совершаемого преступного посягательства. Именно эти обстоятельства и есть сфера сущего проявления реальной действительности.

Исходя из этого, в уголовно-правовой доктрине выделяют следующие наиболее типичные разновидности фактической ошибки: 1) ошибка в объекте или предмете преступления; 2) ошибка в личности потерпевшего; 3) ошибка относительно фактических обстоятельств, образующих объективную сторону преступного посягательства: а) ошибка относительно фактического характера совершаемого деяния; б) ошибка относительно способа или средства совершения преступления; в) ошибка относительно последствий содеянного; г) ошибка в развитии причинной связи между деянием субъекта и наступившими преступными последствиями <4>.

<4> См. также, напр.: Полный курс уголовного права. Том I: Преступление и наказание / под ред. А.И. Коробеева. СПб.: Юридический центр Пресс, 2008. С. 500 - 509; Прохоров Л.А., Прохорова М.Л. Уголовное право: учебник. М.: Юристъ, 2004. С. 87 - 88; Фаткуллина М.Б. Юридические и фактические ошибки в уголовном праве: проблемы квалификации: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001. С. 83 - 161; Якушин В.А. Субъективное вменение и его значение в уголовном праве. Тольятти: ТолПИ, 1998. С. 242 - 262.

Ошибка в объекте имеет место, когда лицо, полагая, что осуществляет посягательство на одни общественные отношения, на самом деле причиняет вред (или, по крайне мере, создает угрозу его причинения) другим. В такой ситуации квалификация содеянного осуществляется в соответствии с направленностью умысла. Но, как правило, лицо при этом несет ответственность за покушение на преступление. Если наркоман, забравшись в аптеку, по ошибке вместо препарата, содержащего наркотическое средство, похитит ампулы с иным веществом, он фактически совершит посягательство на отношения собственности при намерении причинить вред здоровью населения. Отвечать же он должен за покушение на хищение наркотического средства (ст. 229 УК РФ). Впрочем, в данном случае имеет место и ошибка в предмете, предопределяющая такую же уголовно-правовую оценку содеянного.

Заблуждение в личности потерпевшего (например, вместо одного человека убил другого или ошибочно изнасиловал иную потерпевшую), как правило, влечет квалификацию содеянного как оконченного преступления. Но это не всегда так. Если виновный, намереваясь изнасиловать малолетнюю, на самом деле совершил посягательство в отношении потерпевшей, не являвшейся таковой, он должен отвечать за покушение на изнасилование потерпевшей, не достигшей четырнадцатилетнего возраста.

Ошибка в предмете посягательства возникает при неверной оценке факта наличия предмета или его подлинных свойств. В первом случае, когда предмет отсутствует во время совершения преступления, тогда как, по представлению виновного, он должен был находиться на месте, действия виновного квалифицируются как покушение на соответствующее посягательство (например, дорогостоящий экспонат, который виновный намеревался похитить из музея, был вывезен накануне на реставрацию, о чем виновный не знал).

Вторая ситуация возникает тогда, когда виновный либо сам ошибается относительно подлинных свойств, качеств предмета (как, например, в приведенной выше ситуации с наркоманом), либо его вводит в заблуждение другое лицо (сбытчик наркотиков под видом соответствующего препарата сбывает сахарную пудру, порождая у покупателя ложное представление о приобретаемом средстве). Содеянное в этом случае надлежит квалифицировать исходя из направленности умысла виновного, однако не как оконченное посягательство, а как покушение на соответствующее преступление.

Определенной спецификой обладает ситуация ошибки относительно равноценного (равнозначного) предмета (наркоман, заблуждаясь, вместо героина приобрел кокаин; лицо вместо одного музейного экспоната похитило иной, не менее ценный). В этом случае квалификация не изменяется, а содеянное представляет собой оконченное преступление.

Ошибка в способе заключается в том, что лицо заблуждается относительно содержания тех приемов, методов, которые используются им при совершении преступления. Она может корректировать уголовно-правовую квалификацию преступления, а может оставлять ее неизменной. Например, у лица были объективные основания полагать, что оно тайно изымает имущество, а на самом деле присутствующие видели и понимали, что имущество похищается. Квалификация в данном случае осуществляется исходя из того, какой способ изъятия охватывался сознанием виновного. В нашем примере содеянное расценивается как кража.

Ошибка в средствах совершения преступления - заблуждение относительно приспособлений, орудий, с помощью которых осуществлялось деяние. Речь в данном случае идет об ошибочном использовании непригодных средств или орудий. Вследствие такого заблуждения результат не наступает, действия же виновного квалифицируются как покушение на преступление.

Ошибка в характере последствий преступного деяния - это заблуждение относительно наличия или отсутствия преступных последствий либо их подлинного характера (содержания). Здесь возможны различные ситуации, вопрос об уголовно-правовой оценке которых должен зависеть от содержания вины лица, совершающего преступление.

Ошибка в причинной связи - это заблуждение лица в развитии причинной связи между деянием и наступившим результатом. Такая ошибка может вообще не влиять на квалификацию содеянного. Примером в этом смысле может служить дело по обвинению Нефедова в совершении преступления, предусмотренного п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ <5>. Преступление совершено при следующих обстоятельствах: Нефедов пришел в дом престарелой Н., инвалида первой группы, и попросил в долг деньги. Получив отказ, он, обидевшись, нанес ей удар молотком по голове. Полагая, что Н. мертва, Нефедов облил ее бензином и поджег. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть потерпевшей наступила от отравления окисью углерода. Следовательно, в момент поджога Н. еще была жива. Таким образом, Нефедов ошибочно полагал, что причиной наступления смерти Н. явился нанесенный им удар по голове потерпевшей, тогда как причина была иной.

<5> См.: Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации N 164-П06 по делу Нефедова // Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за III квартал 2006 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2007. N 6. С. 6.

В некоторых случаях ошибка в развитии причинной связи может исключать вменение оконченного преступления, свидетельствуя о покушении на него.

В Уголовном кодексе РФ, как известно, отсутствует норма, содержащая положения, которые касались бы вопросов уголовной ответственности при наличии фактической ошибки, что, несомненно, создает определенные сложности для правоприменительной практики. При возникновении фактической ошибки нередко складываются весьма непростые и неоднозначно решаемые в теории и на практике ситуации, что обусловливает потребность в законодательной регламентации разрешения таковых.

В этом смысле целесообразно обратиться, во-первых, к историческому опыту формирования отечественного уголовного закона, во-вторых, к зарубежной законодательной практике, поскольку в УК ряда иностранных государств представлено нормативное решение рассматриваемой проблемы.

Так, в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. содержались установления, касающиеся фактической ошибки. В частности, ст. 98 Уложения 1845 г., определяя причины, "по коим содеянное не должно быть вменяемо в вину", указывала на ошибку случайную или вследствие обмана <6>. В Уголовном Уложении 1903 г. содержалось положение, касающееся только юридической ошибки.

<6> См.: Бытко Ю.И., Бытко С.Ю. Сборник нормативных актов по уголовному праву России X - XX веков. Саратов: Научная книга, 2006. С. 125.

Что касается зарубежного уголовного права, то целесообразно обратиться к УК Германии, в п. 2 § 16 которого установлено: "Кто при совершении деяния ошибочно воспринимает обстоятельства, которые могли бы осуществить состав преступления, предусмотренного более мягким законом, тот может наказываться за умышленное совершение деяния только по более мягкому закону". § 35 того же УК предусматривает обязательное смягчение наказания при наличии ошибки относительно обстоятельств крайней необходимости (то есть фактической ошибки относительно обстановки совершения преступления) <7>.

<7> Уголовный кодекс Германии / под ред. Д.А. Шестакова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.

УК Польши в § 1 ст. 28 содержит положение о том, что не совершает умышленного запрещенного деяния тот, кто заблуждается относительно обстоятельств, образующих признаки этого деяния <8>.

<8> Уголовный кодекс Польши / под ред. А.И. Лукашева, Н.Ф. Кузнецовой. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001.

Подлежит ответственности на основании положения, предусматривающего менее строгую ответственность, виновный, который совершает деяние, добросовестно заблуждаясь относительно смягчающего обстоятельства, являющегося признаком запрещенного деяния, от которого такое смягчение ответственности зависит (§ 2 названной статьи).

Уголовный кодекс Республики Сан-Марино выделяет неумышленное заблуждение (ст. 36 УК), заблуждение относительно потерпевшего (ст. 37 УК) и ошибку относительно средств совершения преступления (ст. 38 УК) <9>.

<9> Уголовный кодекс Республики Сан-Марино / под ред. С.В. Максимова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.

Относительно первого установлено, что в случаях неумышленного заблуждения применяются положения, касающиеся неумышленных преступлений и проступков. По поводу второго вида ошибки закон определяет, что "в случае заблуждения виновного относительно свойств и качеств потерпевшего лица либо относительно связи между потерпевшим и виновным к виновному не применяются особые отягчающие обстоятельства". Заблуждение же виновного относительно свойств или качеств потерпевшего лица либо относительно связи между потерпевшим и виновным, рассматриваемых виновным в качестве смягчающих обстоятельств, толкуется в его пользу.

Относительно ошибки третьего вида установлено: "Если исполнитель, вследствие ошибки, допущенной относительно средств совершения преступления либо по любой другой причине, способствует наступлению преступного последствия вопреки своему желанию, то данное лицо несет ответственность за несостоявшееся умышленное преступление и за неумышленное преступление либо проступок, если это можно поставить ему в вину. В целом такое преступление рассматривается согласно настоящему Кодексу в качестве неумышленного преступления либо проступка, однако наказание увеличивается на одну степень".

УК Швейцарии содержит положение о том, что "если средство, при помощи которого кто-либо пытается совершить преступление или проступок, либо предмет, против которого оно направлено, обладают такими свойствами, что с их использованием или в отношении них преступное деяние вообще не могло бы быть совершено, то судья может смягчить наказание по своему усмотрению" (ч. 1 ст. 23) <10>. В ч. 2 статьи определено, что если лицо действовало по невежеству, то судья вообще может освободить его от наказания.

<10> Уголовный кодекс Швейцарии / под ред. А.В. Серебренниковой. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.

Таким образом, названные УК с наличием фактической ошибки связывают такие значимые последствия для лица, совершившего преступление, как изменение формы виновности (на неумышленную) и смягчение наказания.

Российскому законодателю, как представляется, учитывая законодательный опыт зарубежных государств и опираясь на отечественную уголовно-правовую доктрину и соответствующие законодательные установления, необходимо дополнить УК нормами, предусматривающими понятие и последствия фактической ошибки, которые должны сводиться к констатации: а) совершения лицом неоконченного преступления; б) изменения формы вины (например, при мнимой обороне) либо в) отсутствия влияния такой ошибки на решение вопроса об ответственности лица, ее допустившего.

Литература

  1. Бытко Ю.И., Бытко С.Ю. Сборник нормативных актов по уголовному праву России X - XX веков. Саратов: Научная книга, 2006.
  2. Гегель Г.В.Ф. Соч.: в 14 томах. Т. 4: Феноменология духа. М.-Л., 1959.
  3. Полный курс уголовного права. Том I: Преступление и наказание / под ред. А.И. Коробеева. СПб.: Юридический центр Пресс, 2008.
  4. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 164-П06 по делу Нефедова // Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за III квартал 2006 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 6.
  5. Прохоров Л.А., Прохорова М.Л. Уголовное право: учебник. М.: Юристъ, 2004.
  6. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть Общая. Том 1. Тула: Автограф, 2001.
  7. Уголовный кодекс Германии / под ред. Д.А. Шестакова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.
  8. Уголовный кодекс Польши / под ред. А.И. Лукашева, Н.Ф. Кузнецовой. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001.
  9. Уголовный кодекс Республики Сан-Марино / под ред. С.В. Максимова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.
  10. Уголовный кодекс Швейцарии / под ред. А.В. Серебренниковой. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002.
  11. Фаткуллина М.Б. Юридические и фактические ошибки в уголовном праве: проблемы квалификации: дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001.
  12. Философская энциклопедия // URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/.
  13. Якушин В.А. Субъективное вменение и его значение в уголовном праве. Тольятти: ТолПИ, 1998.