Мудрый Юрист

Постановление пленума верховного суда РФ "о судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних": некоторые противоречия и нерешенные вопросы

Артеменко Наталья Викторовна, доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета Южного федерального университета, кандидат юридических наук, доцент.

Шимбарева Нина Георгиевна, доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета Южного федерального университета, кандидат юридических наук, доцент.

В статье анализируются некоторые вопросы уголовной ответственности несовершеннолетних, не нашедшие отражения в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних". Авторы обращают внимание на необходимость более четких рекомендаций по поводу применения ст. 96 УК РФ, а также устранения пробелов при решении вопросов о замене в случае злостного уклонения несовершеннолетних от отбывания назначенных им наказаний.

Ключевые слова: уголовная ответственность несовершеннолетних, замена наказаний несовершеннолетним, применение ст. 96 УК Российской Федерации.

Decree of the Plenum of the Supreme Court of the RF "On Judicial Practice of Application of the Legislation Regulating Peculiarities of Criminal Responsibility and Punishment of Minors": some controversies and unsolved issues

N.V. Artemenko, N.G. Shimbareva

Artemenko Natalia Viktorovna, Assistant Professor of Chair of Criminal Law and Criminology, Law Department, Southern Federal University, LLM, Assistant Professor.

Shimbareva Nina Georgievna, Assistant professor of Chair of Criminal Law and Criminology, Law Department, Southern Federal University, LLM, Assistant professor.

The article analyzes some issues of criminal prosecution of the minors, which are not reflected in the Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation "On the judicial practice of the legislation governing the particular criminal prosecution and punishment of minors". The authors draw attention to necessity of clearer guidance on the application of the Article N 96 of the Criminal Code of the Russian Federation, and also on bridging the gap in deciding the question of substitution in case of the malicious evasion by minors from serving imposed punishment.

Key words: Particular Criminal Prosecution of Minors, Minor Punishment Substitution, Application of the Article N 96 of the Criminal Code of the Russian Federation.

На фоне непрекращающихся споров о судьбе российской ювенальной юстиции представляет интерес анализ Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних", в котором обобщен опыт применения в нашей стране так называемых ювенальных технологий. С момента его принятия прошло уже три года, но противоречия, пробелы и прямые коллизии до сих пор так и не устранены.

Прежде всего, следует определиться с областью, на которую распространяет свое действие указанное Постановление Пленума Верховного Суда РФ. Казалось бы, это несложный вопрос, ответ на который вполне очевиден - применение уголовной ответственности и уголовного наказания к несовершеннолетним. Понятие несовершеннолетнего при этом определено законодателем в ст. 87 УК РФ: "Несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось 14, но не исполнилось 18 лет". Однако лицо, которому на момент совершения преступления не было 18 лет, ко времени судебного разбирательства вполне может достигнуть совершеннолетия. Традиционно принято считать, что и в этом случае на таких лиц распространяют свое действие все предусмотренные законом ювенальные технологии. Вместе с тем и текст и смысл законодательства не дают оснований для столь однозначного вывода. Буквальное толкование ст. 88 УК РФ свидетельствует, что она применяется не просто к лицам, совершившим преступления в несовершеннолетнем возрасте, но и оставшимся несовершеннолетними на момент вынесения приговора. Так, само по себе название этой статьи ("Виды наказаний, назначаемых несовершеннолетним"), впрочем, так же, как и название следующей статьи ("Назначение наказания несовершеннолетнему"), указывают на виды и правила назначения наказания именно несовершеннолетним. Кроме этого, непосредственно в тексте ст. 88 говорится о наказаниях, применяемых к несовершеннолетним осужденным. В то же время в других нормах главы 14 УК РФ используются словосочетания, позволяющие сделать прямо противоположный вывод: ст. 90 "Применение принудительных мер воспитательного воздействия" адресована несовершеннолетним, совершившим преступления небольшой или средней тяжести; в ст. 93 "Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания" говорится об условно-досрочном освобождении лиц, совершивших преступления в несовершеннолетнем возрасте; в ст. 95 "Сроки погашения судимости" указываются лица, совершившие преступления в возрасте до 18 лет (выделено авторами).

Создается впечатление, что законодатель, определяя особенности уголовной ответственности несовершеннолетних, просто упустил из виду промежуточные ситуации, когда преступление совершено в несовершеннолетнем возрасте, а к моменту судебного разбирательства виновный достиг возраста 18 лет. Между тем это не является редкостью. Так, например, в 2012 г. было зарегистрировано 8692 преступления, совершенных лицами в возрасте 14 - 15 лет, и 19470 (т.е. больше в 2 раза) - лицами в возрасте 16 - 17 лет <1>.

<1> URL: http://crimestat.ru/social_portrait (дата обращения: 12.03.2014).

Не рассеивает возникшие сомнения и высшая судебная инстанция. В ранее действовавшем Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 7 от 14.02.2000 "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних" непосредственно указывалось, что "при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних... участие защитника (адвоката) по таким делам обязательно... независимо от того, достиг ли обвиняемый к этому времени совершеннолетия" (п. 3 названного Постановления). В ныне действующем Постановлении, посвященном аналогичным вопросам, прямое указание об обязательном участии защитника отсутствует. Означает ли это изменение позиции Верховного Суда? Косвенный ответ на этот вопрос дает п. 8 (абз. 2) Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 01.02.2011 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних": "Право на защиту несовершеннолетние могут осуществлять лично, а также с помощью защитника, законного представителя (ч. 1 ст. 16, ст. 48 и 428 УПК РФ). Приглашение, назначение и замена защитника осуществляются в порядке, предусмотренном ст. 50 УПК РФ, с учетом иных норм, устанавливающих дополнительные гарантии реализации права на защиту в отношении несовершеннолетних, действие которых заканчивается по достижении ими восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев, предусмотренных статьей 96 УК РФ". Таким образом, Верховный Суд подчеркивает, что дополнительные гарантии реализации права на защиту в отношении несовершеннолетних, установленные действующим законодательством, на совершеннолетних субъектов распространяются только при применении ст. 96 УК РФ, т.е. в исключительных случаях.

Анализируемое Постановление Пленума Верховного Суда уделяет определенное (по нашему мнению, явно недостаточное) внимание применению ст. 96 УК РФ. Данная статья упоминается в тексте довольно большого по объему Постановления всего два раза. Один раз - в связи с указанным выше вопросом об обязательном участии защитника по делам о преступлениях несовершеннолетних, а второй раз - в п. 30, формально подчеркивая, что "в исключительных случаях суд вправе применить правила о назначении наказания несовершеннолетним и к лицам, совершившим преступления в возрасте от 18 до 20 лет (ст. 96 УК РФ). Такое решение должно быть мотивировано в приговоре наличием исключительных обстоятельств, характеризующих совершенное лицом деяние и его личность". При этом не разъясняются, даже примерно, те ситуации, которые относятся к исключительным случаям и являются основанием для применения ст. 96 УК РФ. Между тем неопределенность в решении этого вопроса приводит к фактической неприменяемости рассматриваемой уголовно-правовой нормы. Полагаем, что правоприменительный потенциал ст. 96 УК РФ включает обозначенную нами выше возможность применения ювенальных технологий к лицам, достигшим совершеннолетия в период судебного разбирательства. Поддерживаем также уже устоявшуюся в уголовно-правовой литературе позицию о применении ст. 96 УК в случаях, когда уровень развития виновного не соответствует его календарному возрасту <2>. Представляется, что анализируемое Постановление Пленума Верховного Суда должно быть дополнено самостоятельным пунктом следующего содержания: "Положения об особенностях уголовной ответственности несовершеннолетних следует распространять на лиц, совершивших преступление в возрасте от 18 до 20 лет, при наличии у суда данных, свидетельствующих о том, что данное лицо к моменту совершения преступления в силу своего психического развития не достигло совершеннолетия. В соответствии со ст. 96 УК РФ суду надлежит учитывать, что в отношении этих лиц не могут быть применены такие меры воспитательного воздействия, как передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, а также помещение в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органа управления образованием. Кроме того, при назначении наказания в виде лишения свободы с учетом положений главы 14 УК эти лица не могут быть отправлены для отбывания данного вида наказания в воспитательные колонии".

<2> См., например: Энциклопедия уголовного права. Т. 11. Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних. СПб.: Изд-е проф. Малинина - СПб ГКА, 2009. С. 415.

Особого внимания заслуживает и понятие "исключительный случай", которое является оценочным. Такими обстоятельствами могут быть, например, особенности социально-психического развития личности, стечение семейных и личных обстоятельств, необходимость завершить образование, второстепенная роль в преступлении, совершенном под влиянием соучастников, и т.д. Однако возникает вопрос о том, являются ли те обстоятельства, которые характеризуют "исключительный случай", исключительными. Если предположить, что да, то может возникнуть конкуренция норм ст. 96 и ст. 64 УК РФ. Приоритетной в этом случае следует считать норму ст. 96 УК, поскольку ее применение может повлечь не только льготный порядок назначения наказания, но и возможность освобождения от уголовной ответственности и наказания в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия. Вместе с тем формулировка ст. 96 УК дает основание полагать, что применение этой нормы возможно лишь при наличии совокупности обстоятельств, характеризующих преступление и личность лица, его совершившего, и свидетельствующих об исключительности конкретной уголовно-релевантной ситуации, в то время как применение положений ст. 64 УК РФ может быть обусловлено и одним обстоятельством, признанным судом исключительным.

Еще одной проблемой, выпавшей из поля зрения Верховного Суда, является применение к несовершеннолетним осужденным такого вида наказания, как лишение права заниматься определенной деятельностью. Ситуация осложняется тем, что в главе 14 УК РФ особенности применения этого вида наказания к несовершеннолетним также не регламентируются. В связи с этим разъяснения о возможных случаях применения данного вида наказания были бы, по нашему мнению, не лишними. Например, эмансипированные несовершеннолетние с 16 лет могут заниматься предпринимательской деятельностью. Возможно ли лишение их данного права? Какие еще виды профессиональной деятельности могут оказаться под запретом для несовершеннолетнего, оказавшегося в конфликте с уголовным законом? Официальная судебная статистика свидетельствует об отсутствии практики применения данного вида наказания к несовершеннолетним <3>. Молчание законодателя и отсутствие реальной практики свидетельствуют, на наш взгляд, о нецелесообразности применения к несовершеннолетним лишения права заниматься определенной деятельностью в принципе и исключению этого вида наказания из ст. 88 УК РФ <4>.

<3> URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=1776.
<4> Мнение о его бессмысленности уже высказывалось (например, Яковлевой Н.Г.) в литературе. См.: Становление ювенальной юстиции в России: проблемы и перспективы развития: Материалы межрегиональной научно-практической конференции, 12 - 13 ноября 2002 г. Ростов-на-Дону / Под ред. В.Н. Ткачева. Ростов н/Д, 2003. С. 62.

Внимание авторов привлек еще один момент - вопрос о замене назначенных несовершеннолетнему обязательных или исправительных работ в случае злостного уклонения от их отбывания. По общему правилу они могут быть заменены на принудительные работы или лишение свободы (ч. 3 ст. 49 и ч. 4 ст. 50 УК РФ). Однако следует обратить внимание на то, что: во-первых, принудительные работы не могут быть назначены несовершеннолетним в принципе; во-вторых, если лишение свободы не может быть назначено несовершеннолетнему в силу прямого указания в законе (ч. 6 ст. 88 УК РФ), то и применение к нему данного вида наказания в качестве заменяющего также невозможно <5>. С учетом отмеченных ограничений вполне реально отсутствие возможностей законного реагирования на неисполнение приговора суда со стороны несовершеннолетнего осужденного <6>. В качестве одного из вариантов урегулирования сложившейся ситуации можно предложить замену того или иного вида работ на более суровый с точки зрения закона вид наказания - ограничение свободы. При этом следует учесть, что в качестве одного из составляющих карательного содержания заменяемых наказаний - трудового воздействия - данный вид наказания не предусматривает.

<5> П. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 N 1 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних".
<6> Уместно отметить в свете сказанного ранее, что, если осужденный к этому времени достиг совершеннолетия, то ситуация не кажется такой безвыходной, в частности принудительные работы уже могут быть назначены, равно как и уменьшается перечень ограничений при применении лишения свободы.

Предельно кратки разъяснения Пленума Верховного Суда и по вопросу применения такого вида наказания к несовершеннолетним, как ограничение свободы: одно предложение, дублирующее текст уголовного закона (п. 25 рассматриваемого Постановления). Но по своему карательному потенциалу ограничение свободы во многом пересекается с условным осуждением к лишению свободы. И в этой связи необходимо уяснить критерии выбора одной либо другой меры наказания прежде всего несовершеннолетним.

Анализ положений закона показывает, что при частичном совпадении набора ограничений, устанавливаемых судом при назначении условного осуждения и ограничения свободы, идентичности контролирующих их исполнение органов, между ними имеются и существенные отличия. Они касаются следующих моментов:

<7> Например, помимо обязанностей, которые могут быть возложены на несовершеннолетнего осужденного в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 73 УК РФ, суд в соответствии с ФЗ от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних" может, например, обязать несовершеннолетнего пройти курс социально-педагогической реабилитации (психолого-педагогической коррекции).<8> Законом предусмотрен лишь прямой запрет на применение условного осуждения по отношению к осужденным за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, при совершении тяжкого или особо тяжкого преступления в течение испытательного срока при условном осуждении, назначенном за совершение умышленного преступления, либо в течение неотбытой части наказания, назначенного за совершение умышленного преступления, при условно-досрочном освобождении, а также при опасном или особо опасном рецидиве.

Различия обусловлены еще и тем, что ограничение свободы в отличие от условного осуждения является самостоятельным видом наказания, поэтому вопросы о погашении судимости (судимость погашается по истечении шести месяцев после отбытия наказания), злостном уклонении от исполнения назначенных судом обязанностей (назначение наказания по совокупности приговоров, тогда как совершение нового преступления в течение испытательного срока несовершеннолетним далеко не всегда влечет его отмену), являются более суровыми, нежели при условном режиме исполнения наказания в виде лишения свободы.

Однако при выборе меры воздействия в отношении несовершеннолетнего следует помнить, что:

Одновременно замена ограничения свободы для несовершеннолетних в случае их злостного уклонения от отбывания данного вида наказания сопровождается теми же проблемами, которые возникают при замене обязательных исправительных работ.

Описанная проблемная ситуация с практической невозможностью замены наказаний влечет, по нашему мнению, формирование судебной практики, не соответствующей международным стандартам, в основе которых лежат принципы наилучшего обеспечения интересов ребенка и применения к несовершеннолетнему лишения свободы в качестве "крайней меры" наказания за совершенное преступление <9>.

<9> Декларация прав ребенка, Конвенция о правах ребенка, Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила), Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы), Минимальные стандартные правила ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила) и др.

Дополнительным аргументом в этом плане является и судебная статистика <10>:

<10> URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=2074 (дата обращения: 15.03.2014).

Число осужденных

2008 г.

2009 г.

2010 г.

2011 г.

2012 г.

Всего осуждено

73333

56406

46954

38287

32572

из них:

освобождено от отбывания наказания по амнистии и другим основаниям

1395

1336

1343

1301

1259

Осуждено к видам наказания

71938

55070

45611

36986

31313

в том числе:

к лишению свободы

16520/23,0%

11678/21,2%

8644/19,0%

6065/16,4%

5053/16,1%

условно с испытательным сроком

36233/50,4%

27912/50,7%

23069/50,6%

18466/49,9%

13531/43,2%

к исправительным работам

2151/3,0%

1117/2,0%

686/1,5%

407/1,1%

502/1,6%

к штрафу

7481/10,4%

5998/10,9%

4889/10,7%

4267/11,5%

3916/12,5%

к другим видам наказания

9553/13,3%

8365/15,2%

8323/18,2%

7781/21,0%

8311/26,5%

Приведенные данные неумолимо свидетельствуют, что предусмотренные законом альтернативы лишению свободы судами практически не используются.

В заключение хотелось бы обратить внимание на "разбросанность" положений, касающихся применения наказания в отношении несовершеннолетних, в разных постановлениях Пленума Верховного Суда РФ <11>, что исключает целостное восприятие проблемы, затрудняет принятие правильного решения в конкретной ситуации. Представляется необходимым продублировать соответствующие положения отдельных постановлений в специальном, посвященном особенностям уголовной ответственности несовершеннолетних (в некоторых случаях так и происходит. Так, п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 11 января 2007 г. "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" текстуально повторяется в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 01.02.2011 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних"), документе.

<11> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 N 1 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних", Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 11 января 2007 г. "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 8 от 21 апреля 2009 г. "О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания", Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 16 от 28.06.2012 "О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве" (п. 4).