Мудрый Юрист

Понятия нравственности, нравственной порочности и безнравственности поведения человека в творчестве аристотеля

Курганов Геннадий Владимирович, старший преподаватель кафедры уголовного права и уголовного процесса юридического факультета ЗабГУ.

Анализ этических взглядов Аристотеля, представленных в статье, дает возможность утверждать, что любой тип поведения человека имеет свое нравственное содержание. Такие понятия как нравственность, нравственная порочность и безнравственность выдержали испытание историей и так же, как и во времена Аристотеля, выступают внутренними свойствами личности, с необходимостью определяющими только им присущий тип поведения. Автор полагает, что учение Аристотеля о нравственности по-прежнему актуально и может быть использовано для объяснения психологии преступного поведения.

Ключевые слова: Аристотель, нравственность, нравственная порочность, безнравственность, поступок, поведение.

Concepts of morals, moral perversity and wickedness of behavior of a human being in works of Aristotle

G.V. Kurganov

Kurganov Gennady Vladimirovich, senior teacher of criminal law and processes department, law faculty Transbaikal state university.

The article presents the analysis of Aristotle's ethical views, that allows to assert that any type of human behavior has own morality. Such concepts as moral, moral depravity and immorality withstood the test of history and just as in Aristotle's time, shows intrinsic personality traits, presently define inherent in type of behavior.

The author believes that Aristotle's theories about morality is still actually and can be used for explanation of psychology of criminal behavior.

Key words: Aristotle, morality, moral depravity, immorality, doing, behavior.

Любой эпохе развития общества и государства сопутствовало исторически определенное представление о наказании за нарушение законов существующего государства, как о мере принуждения, оправданной целями всеобщего благоденствия и сохранения установленных норм и правил совместного проживания людей. И надо заметить, что во всех случаях наказанию преступника предшествовало его нравственное падение.

Величайший философ древности Аристотель в "Никомаховой этике" и "Политике" обстоятельно исследует нравственные причины, толкающие людей к нарушению закона. В книге первой "Никомаховой этики" философ рассуждает о том, что любой человеческий поступок имеет целью достижение какого-либо блага. Однако каким бы прекрасным ни был поступок человека, направленный на личное благо одного, этот поступок никогда не станет прекраснее и божественнее поступка, совершенного на благо народа и государства <1>. Аристотель усматривал в выборе человеком блага, к которому следует стремиться в своих поступках, нравственное достоинство одних и низменность других. Такой выбор блага зависит от образа жизни выбирающего. По Аристотелю, те, кто живут в свое удовольствие, подчинены страстям и занимаются стяжательством, обнаруживают свою низменность. Напротив, кто выбирает образ жизни, связанный со служением государству, тот является человеком высокого нравственного достоинства <2>.

<1> См.: Аристотель. Этика / Аристотель; пер. Н.В. Брагинской, Т.А. Миллер; вст. ст. Ф.Х. Кессиди; прим. Н.В. Брагинской, В.В. Бибихина. М.: АСТ МОСКВА, 2010. С. 40 - 41.
<2> Там же. С. 44.

Из этого можно заключить, что философ не представлял высокой нравственности без служения гражданина интересам государства. Удовлетворение плотских страстей, стяжательство с целью получения возможности предаваться все тем же плотским утехам Аристотель относил к низменному, безнравственному образу жизни. Также следует отметить и то, что философ установил тесную взаимосвязь между образом жизни человека и потребностями, вытекающими из этого образа жизни, а также между потребностями и поступками, направленными на их удовлетворение.

Чтобы рассуждать о нравственной порочности и исходящем из нее преступном поведении в трактовке Аристотеля, обратимся к аристотелевскому определению нравственности.

Нравственные устои Аристотель определяет как свойство человека, в силу которого он хорошо или дурно владеет своими страстями. Нравственность или нравственные устои философ отождествляет с добродетелью, а добродетель человека - это склад души, делающий человека добродетельным и помогающий ему хорошо исполнять свое дело <3>. Из этого следует, что, по Аристотелю, нравственность - это свойство души, заключающееся в способности человека хорошо управлять своими страстями. Главная цель такого владения своими страстями заключается в том, чтобы не позволить им быть помехой в исполнении человеком гражданского долга.

<3> Аристотель. Указ. соч. С. 70 - 71.

Рассуждая о нравственной добродетели, Аристотель утверждает, что она проявляется в страстях и поступках. О страстях он пишет: "...в страхе и отваге, во влечении, гневе и сожалении и вообще в удовольствии и в страдании возможно и "больше", и "меньше", а и то и другое не хорошо. Но все это, когда следует, в должных обстоятельствах, относительно должного предмета, ради должной цели и должным способом, есть середина и самое лучшее, что как раз и свойственно добродетели" <4>. Избыток в поступке философ оценивает как проступок, недостаток в действии (поступке) им тоже не одобряется. И только середина свойственна добродетели <5>. Следует заметить, для философа нравственная добродетель - это "сознательно избираемый склад [души]" <6>.

<4> Там же. С. 72.
<5> Там же. С. 72.
<6> Там же. С. 73.

Аристотель выделяет два вида нравственной порочности: "...один из которых от избытка, другой - от недостатка" <7>. Для ясного понимания мыслей философа добавим, что середина означает должное (долг гражданина, долг воина, отцовский долг, сыновний долг и т.п.), а отход от нее именуется пороком нравственности.

<7> Там же.

Итак, перечислим предварительные выводы из учения Аристотеля о нравственности и нравственной порочности. Первый состоит в следующем: высокая нравственность возможна только как нравственная добродетель, выбираемая каждым человеком сознательно и формирующая его духовную организацию (склад души). Второй вывод о главном свойстве нравственности - способности управлять страстями и поступками, направляя их на исполнение должного (долг гражданина, долг воина, отцовский долг, сыновний долг и т.п.). Третий вывод - о нравственной порочности, которая может заключать в себе два вида отклонений от нравственной добродетели. Первый вид отклонения - в недостатке страсти или в неспособности поступить должным образом. Например, проявить малодушие, не связав плененных разбойников и позволив им бежать, тем самым поставить под угрозу интересы других граждан. В этом примере недостаток твердости духа (страсти все исполнить как должно) привел к поступку - недоведению до конца процедуры задержания и взятия под контроль преступников. Второй вид отклонения - в избытке страсти и в чрезмерности поступка. Например, поддаться гневу после пленения разбойников (страсть) и свершить над ними самосуд, убив их (поступок).

Важна мысль философа о том, что не всякая страсть и не всякий поступок допускает середину (нравственную добродетель), т.к. некоторые страсти и поступки в самих своих названиях уже содержат дурное качество. Например: злорадство, бесстыдство, злоба, а из поступков - блуд, воровство, человекоубийство. Все это и подобное ему неприемлемо само по себе, а не за избыток или недостаток. В этом никогда невозможно поступить правильно (добродетельно), и совершение подобного всегда будет проступком или преступлением <8>.

<8> Там же.

Из сказанного выше следует четвертый предварительный вывод о том, что существуют страсти и поступки изначально порочные. Если человек предается таким страстям и совершает подобные поступки, то он нравственно порочен в большей мере, чем тот, кто допускает отклонение от нравственной добродетели в сторону избытка или недостатка.

Аристотель полагал, что и высокая нравственность (нравственная добродетель), и нравственная порочность существуют в человеке не от природы, а порождаются привычкой совершать добродетельные или низкие поступки. И многое зависит от того, какие поступки совершаются человеком с самого детства <9>.

<9> Там же. С. 64 - 65.

Об истинных страстях человека не всегда становится известно, чего не скажешь о поступках. Видимо, по этой причине Аристотель уделил столько внимания сущности поступков. Так, он писал: "...Действительно, добродетель, так же как и порочность, зависит от нас. И в чем мы властны совершать поступки, в том - и не совершать поступков... от нас зависит, быть нам добрыми или дурными" <10>. Уже в то далекое время философ усматривал в совершаемых людьми поступках не волю богов, а свободную волю человека в сознательном выборе того или иного способа действий. Аристотель не принимал оправдания порочности человеческих поступков внешними обстоятельствами, утверждая: "...мы не можем возводить наши поступки к другим источникам, кроме тех, что в нас самих, тогда, имея источник в нас, они зависят от нас и являются добровольными" <11>.

<10> Там же. С. 91.
<11> Там же.

Каковы же источники наших поступков и на основе чего они возникают и формируются? По мнению философа, первоначала поступков связаны с родом деятельности человека. Так, он отмечает: "...люди сами виноваты, что стали такими от вялой жизни, так же сами бывают виноваты, что делаются неправосудными или распущенными: одни - делая зло, другие - проводя время в попойках и тому подобных [занятиях], ибо деятельности, связанные с определенными [вещами], создают людей определенного рода" <12>. В последующих рассуждениях Аристотель утверждает, что начала поступков в том, ради чего они совершаются. Человек благоразумный совершает поступки ради собственного и человеческого блага, и в этом начало (принцип) его поступков. Для того, кто развращен из-за удовольствия или страдания, начало теряет очевидность, т.к. очередной выбор и поступок будет сделан только ради этого удовольствия или страдания и из-за него. Человек нравственно порочный неизменно будет выбирать свой порок, и поэтому сам принцип выбора здесь теряет смысл. Порочность уничтожает начало как принцип <13>.

<12> Там же. С. 92.
<13> Там же. С. 163.

Итак, повседневная деятельность - питательная среда для формирования образа мышления и действий. Однако любая деятельность имеет начало, череда поступков начинается с первого. Механизм совершения первого поступка раскрывает причину (источник) последующих поступков, подобных первому. Если выбор первого поступка основывается только лишь на убеждениях, возникающих из нравственных устоев, то выбор последующих поступков обусловлен опытом уже совершенных, т.е. привычкой. Когда порок входит в привычку, выбор заранее определен в пользу порока и выбор как таковой теряет свое значение. Таков пятый предварительный вывод по учению о нравственности Аристотеля.

Вернемся к вопросу об источнике любого поступка. У Аристотеля этот вопрос объясняется следующим образом: источник поступка - всегда сознательный выбор, основанный на суждении и воле, которая обязательно имеет что-то целью. Сознательный выбор невозможен помимо мысли и нравственных устоев. Неотъемлемой составляющей любого поступка выступает цель получения какого-либо блага <14>.

<14> Там же. С. 160.

Целью всякого поступка выступает получение блага, считающееся таковым в рамках нравственных ценностей, обусловленных нравственными устоями. Таким образом, поступку предшествует сознательный выбор, осуществляемый в первую очередь исходя из нравственных ценностных предпочтений, не противоречащих нравственным устоям личности. Такова сущность шестого предварительного вывода на основе учения Аристотеля о нравственности.

Нельзя обойти вниманием мысли философа о способах определения нравственных устоев личности, чтобы узнать, добродетельны они или порочны. Аристотель полагает: чтобы разобраться в нравственных устоях человека, нужно выяснить, какие виды деятельности ему свойственны. Определив занятия, присущие человеку, определим его нравственные устои <15>.

<15> Там же. С. 65.

Необходимо добавить, что в "Политике" философ увязал нравственную добродетель с государством, утверждая: "...тот, кто в силу своей природы, а не вследствие случайных обстоятельств живет вне государства, - либо недоразвитое в нравственном смысле существо, либо сверхчеловек" <16>.

<16> Аристотель. Политика / Аристотель; пер. С.А. Жебелева, М.Л. Гаспарова. М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2010. С. 24.

Считая человека "совершеннейшим из живых существ" <17>, Аристотель замечал: "...человек, живущий вне закона и права, - наихудший из всех, ибо несправедливость, владеющая оружием, тяжелее всего; природа же дала человеку в руки оружие - умственную и нравственную силу, а ими вполне можно воспользоваться в обратную сторону" <18>.

<17> Там же. С. 25 - 26.
<18> Там же. С. 26.

Следует согласиться с М.В. Талызиной, считающей, что Аристотель отождествлял справедливость с добродетелью и равенством, а значит, и с высокой нравственностью. И наоборот, несправедливость Аристотель определял как противоположность справедливости, а значит, как свойство безнравственности <19>.

<19> Талызина М.В. Категория "несправедливость" в истории правовой мысли // История государства и права. 2012. N 13. С. 5.

Таким образом, философ предлагает добродетельность или порочность нравственных устоев личности искать в качественных признаках деятельности такой личности. Желая того или нет, всякий человек живет в обществе и государстве, и, как отмечалось ранее, интерес одного не может быть важнее интереса народа и государства. Если в "Этике" Аристотель указывает только на приоритет общественного блага над личным <20>, то в "Политике" деятельность в интересах государства он отождествляет с нравственной добродетелью <21>. Также в "Политике" философ отмечает важнейший фактор - наличие у людей нравственной силы, которую можно использовать как во благо общества, так и против общества. Таковы седьмой и восьмой предварительные выводы по изучению учения Аристотеля о нравственности.

<20> См. об этом: Аристотель. Этика ... С. 40 - 41.
<21> См. об этом: Аристотель. Политика ... С. 25 - 26.

Обобщив предварительные выводы из теории Аристотеля о нравственности, нравственной добродетели и нравственной порочности, мы полагаем правильными следующие определения понятий, которые можно использовать при формулировке главных умозаключений:

Используя представленные понятия, мы можем сделать главные умозаключения о взаимообусловленности нравственными устоями различных типов поведения личности:

Из этого следует: утверждение добродетели как необходимости признания приоритета общего блага над личным в нравственных устоях личности порождает общественно одобряемый тип поведения. С другой стороны, отрицание добродетели как необходимости признания приоритета общего блага над личным в нравственных устоях личности порождает общественно неодобряемый тип поведения.

Так как добродетель является необходимым свойством нравственности, а ее отсутствие - необходимым свойством безнравственности, то и общественно одобряемое поведение будет нравственным, а общественно неодобряемое и правонарушающее поведение будет безнравственным.

Литература

  1. Аристотель. Этика / Аристотель; пер. Н.В. Брагинской, Т.А. Миллер; вст. ст. Ф.Х. Кессиди; прим. Н.В. Брагинской, В.В. Бибихина. М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2010. 492 с.
  2. Аристотель. Политика / Аристотель; пер. С.А. Жебелева, М.Л. Гаспарова. М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2010. 393 с.
  3. История государства и права: федеральный журнал. 2012. N 13. 48 с.