Мудрый Юрист

Дело о гололеде: когда суд помочь не сможет. Упав, не забудьте позаботиться о доказательствах

Наталья Лаптева, частнопрактикующий юрист.

К сожалению, зима - это не только встреча Нового года и лепка потешных снеговиков, но и превращение дворов и тротуаров в зону повышенной опасности. Гололед - неизменный спутник этого времени года, и балансирование на скользком асфальте, увы, не всегда заканчивается удачно для пешехода. Если пострадавший обратится в суд, то не исключено, что в местной газете появится духоподъемный заголовок типа: "Мурманчанка взыскала 80 тысяч рублей за сломанную из-за гололеда ногу". Однако оказывающиеся в центре внимания прессы истории со счастливым концом не должны вводить в заблуждение: во многих случаях отсудить соответствующую компенсацию гражданам не удается.

Сухие нормы законов

Гражданский кодекс РФ требует, чтобы виновное лицо в полном объеме возместило вред, причиненный личности или имуществу гражданина. Применительно к ситуациям, когда речь идет об увечье или ином повреждении здоровья гражданина, закон уточняет, что возмещению в этих случаях подлежит утраченный потерпевшим доход, который он имел либо мог иметь, а также произведенные им расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение и т.п. Пострадавший вправе требовать даже возмещения своих затрат на профессиональную переподготовку, если нанесенный его здоровью вред сделал невозможным работу по прежней специальности.

В случае причинения вреда здоровью можно ставить вопрос и о возмещении морального вреда, поскольку при посягательстве на этот объект нематериальных благ человек редко когда не испытывает физических или нравственных страданий. Размер компенсации должен определить суд, но "свою цифру" и ее обоснование лучше изложить в исковом заявлении. При этом забывать о наших реалиях не следует: хотя суммы компенсаций морального вреда по такого рода делам существенно выше, чем, например, взыскиваемые в связи с нарушением прав потребителей, они еще очень далеки от тех, о которых часто можно слышать, когда речь заходит, скажем, об американском правосудии. Впрочем, занижение размера компенсации морального вреда - не самое неприятное из того, с чем может столкнуться жертва гололеда в суде.

Сухие нормы законов, к сожалению, не дают большинству граждан, далеких от юриспруденции, полного представления о том, какие доказательства от них потребуются для получения желаемой компенсации. И часто пострадавшие от гололеда приносят в суд лишь медицинские документы, подтверждающие факт причинения вреда здоровью и размер потраченных на лечение средств, а при установлении того, где и как все произошло, предлагают верить им на слово. Поэтому неудивительно, что многие "скользкие" дела заканчиваются не в пользу истцов, добавляя тем самым к пережитому жертвами гололеда дополнительную порцию неприятных эмоций.

Решающие метры

Одной из распространенных причин отказов во взыскании компенсации является невозможность установить, в чьей зоне ответственности находилась территория, где произошел несчастный случай. Причем проблема возникает не из-за того, что сложно определить, кто и за какой участок дороги отвечает, а в связи с тем, что у пострадавших часто не находится достаточных доказательств, на основании которых можно установить точное место происшествия.

Все дороги, тротуары, внутридворовые территории и т.п. "закреплены" либо за администрацией населенного пункта, либо за владельцами соответствующих зданий и сооружений. Последние, как правило, несут ответственность за состояние дорожного покрытия на прилегающей к строению территории. Что есть "прилегающая территория", а также требования к содержанию ее и других участков для обеспечения беспрепятственного движения пешеходов определяются в местных нормативных правовых актах, которые могут иметь самые разнообразные наименования.

Поэтому каждый метр может оказаться решающим - ведь для определения того, кто должен возмещать вред здоровью, необходимо установить, произошел ли инцидент на прилегающей к какому-либо строению территории или вне ее. Конечно, большинство граждан, как правило, прекрасно помнят точное место своего падения, но убедить суд одними лишь показаниями истца удается редко, а других доказательств в арсенале жертв гололеда часто не оказывается. И суд попросту констатирует, что установить виновное лицо невозможно, а в итоге - отказывает в исковых требованиях.

Рекомендации в связи со сказанным столь же очевидны, сколь и трудно реализуемы: позаботиться о возможных доказательствах, позволяющих установить место падения, лучше непосредственно после случившегося, иначе задача может оказаться невыполнимой.

По-видимому, этого и опасалась гостья столицы, упавшая на скользком асфальте и сломавшая руку: полученный стресс не помешал ей сразу же подумать о доказательствах. Ожидая в находившемся неподалеку кафе приезда скорой помощи, пострадавшая обменялась номерами телефонов с помогшей ей прохожей, которая шла следом и хорошо видела, как все произошло. Это впоследствии позволило разыскать очевидицу и попросить ее дать показания для суда. И хотя случайная прохожая была единственным "свидетелем обвинения", рассказанного ею для удовлетворения иска оказалось вполне достаточно, даже несмотря на то, что администрация города и владельцы здания, около которого произошел инцидент, все время перекладывали ответственность друг на друга и всячески пытались запутать дело.

Гололед в ответе не за все

Для любого рассудительного человека очевидно, что и на скользком асфальте упасть можно вовсе не из-за гололеда. Может случиться, что пешеход по невнимательности не заметил какое-либо препятствие; не исключено, что падению поспособствует "неустойчивое" положение гражданина, вызванное чрезмерным употреблением спиртных напитков. Поэтому не следует удивляться тому, что к ничем не подкрепленным заявлениям истца, обвиняющего в своем несчастье неудовлетворительное из-за гололеда состояние тротуара, суд может отнестись скептически.

С другой стороны, если к установлению причинно-следственных связей между гололедом, падением и травмой подходить с избыточным усердием, то у жертв гололеда вообще не будет шансов на выигрыш дела. Суды понимают и это, но, даже делая "скидку на обстоятельства", почти всегда требуют, чтобы истец доказал хотя бы факт наличия гололеда в месте падения. Однако истцы порой не могут сделать и этого. Иногда ими предъявляется справка от метеослужб о том, что это природное явление в соответствующий период времени в городе наблюдалось, но такой документ убеждает суд далеко не всегда.

Следует учитывать и то, что желания выплачивать многотысячные компенсации ответчики не испытывают и приходят в суд, как правило, не с пустыми руками - например, приносят с собой доказательства того, что, хотя гололед в определенный период времени в городе действительно был, участок дороги, где произошел несчастный случай, находился в надлежащем состоянии.

Так, в одном из дел товарищество собственников жилья, обвиненное в неудовлетворительном содержании внутридворовой территории, против одних только слов пострадавшего выставило сразу трех свидетелей, показавших, что все дорожки и ступеньки во дворе в тот злополучный день были посыпаны песком. В итоге суд сделал вывод, что истец упал и получил травму вовсе не из-за гололеда, и отказал в иске.

В связи со сказанным представляет интерес еще одно дело.

Иск был предъявлен к "Российским железным дорогам": истец утверждал, что из-за гололеда на платформе он упал и получил травму головы. Однако ответчик не растерялся и в подтверждение того, что гололед истцу всего лишь привиделся, предъявил акты приема-передачи выполненных работ, из которых следовало, что он, ответчик, не имеет никаких претензий к обслуживающей организации, обеспечивающей уборку платформы. В ход пошла и разысканная где-то "Книга жалоб и предложений": с нее отряхнули пыль и представили суду, предложив обратить внимание на то, что жалоб на гололед за рассматриваемый период времени в ней нет. Но даже таким нехитрым "доказательствам" у истца не нашлось что противопоставить, и в иске было отказано.

Таким образом, если есть справка от метеослужб о том, что в определенный день в городе отмечался гололед, - хорошо, но, как правило, этого не достаточно. По меньшей мере нужно также позаботиться о доказательствах того, что он был именно в месте, где произошло падение, и соответствующий участок дороги не был очищен от наледи, обработан противогололедными средствами и т.п. Причем вовсе не обязательно привлекать к делу очевидцев происшествия - они ведь вообще могут отсутствовать; вполне может хватить показаний людей, в соответствующее время проходивших по проблемной дороге.

Итак, существования нормативной базы и веры в торжество правосудия еще не достаточно для того, чтобы взыскать компенсацию за вред, нанесенный здоровью. Кроме медицинских документов, подтверждающих факт причинения вреда и затраты на лечение, нужно, как минимум, представить суду доказательства, позволяющие установить место происшествия и наличие там гололеда. И, конечно, не стоит недооценивать противника: какая-нибудь "Книга жалоб и предложений" может найтись не только в пыльном шкафу "Российских железных дорог".