Мудрый Юрист

Роль европейского суда по правам человека в рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации публичных персон

Михалевич Елена Владимировна, аспирантка 4 курса Российского государственного социального университета, советник Государственно-правового управления Аппарата Московской городской Думы.

В статье рассматриваются постановления Европейского суда по правам человека, затрагивающие вопросы защиты чести, достоинства и деловой репутации публичных лиц, в частности общественных и политических деятелей. Отмечена роль прецедентных положений, выработанных ЕСПЧ, в российской правовой системе.

Ключевые слова: Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), защита чести, достоинства и деловой репутации, публичные персоны, общественные деятели, политические деятели.

The role of the European court of human rights in consideration of case of the protection of honor, dignity and business reputation of public figure

E.V. Mikhalevich

The article considers judgments of European Court of Human Rights about the protection of honor, dignity and business reputation of public figures, such as public persons and politicians. Draws attention to the significance precedents of European court of Human Rights in Russian legal system.

Key words: European court of Human Rights (ECtHR), the protection of honor, dignity and business reputation, public figures, public persons, politicians.

Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ являются составной частью ее правовой системы.

Российская Федерация выступает за неукоснительное соблюдение договорных и обычных норм, подтверждает свою приверженность основополагающему принципу международного права - принципу добросовестного выполнения международных обязательств, что закреплено в преамбуле Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации".

В соответствии с Федеральным законом от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" и со ст. 46 Конвенции Российская Федерация признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации. В соответствии со ст. 9 Протокола N 7 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод указанный Протокол вступил в силу для Российской Федерации 1 августа 1998 г.

Следует отметить: в юридической литературе обращено внимание на то, что правовые позиции Европейского суда, касающиеся толкования положений Конвенции и изложенные в мотивировочной части постановлений, вынесенных в отношении других государств, также допускается использовать при разрешении дел, касающихся защиты прав и свобод индивида <1>.

<1> Гумеров Л.А., Гумеров Ш.А. Некоторые аспекты применения постановлений Европейского суда по правам человека в Российской Федерации // Российский судья. 2007. N 2.

В целях обеспечения правильного и единообразного применения судами международного права при осуществлении правосудия было принято Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" (с последующими изменениями, внесенными Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2013 г. N 4).

В Постановлении напоминается о том, что в соответствии с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод юрисдикция Европейского суда по правам человека является обязательной, т.е. постановления в отношении Российской Федерации, принятые окончательно, обязательны для всех органов государственной власти Российской Федерации, в т.ч. для судов. Выполнение постановлений подразумевает под собой не только устранение нарушений прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, но также, что не менее важно, принятие мер общего характера, с тем чтобы предупредить повторение подобных нарушений (п. 11). Также судам рекомендуется использовать акты и решения международных организаций, в т.ч. органов ООН и ее специализированных учреждений, в случае возникновения затруднений при толковании общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации (п. 16).

С принятием Федерального закона от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" ст. 392 Гражданского процессуального кодекса РФ была изложена в новой редакции, в соответствии с которой к новым обстоятельствам, являющимся основанием для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений, относится и установление Европейским судом по правам человека нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом конкретного дела, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Европейский суд по правам человека (п. 4 ч. 4 ст. 392).

При этом позиция Конституционного Суда РФ в указанном вопросе заключается в следующем. По своему конституционно-правовому смыслу ст. 392 Гражданского процессуального кодекса РФ предполагает, что в качестве вновь открывшегося обстоятельства, являющегося основанием для пересмотра судебного постановления по конкретному делу, выступает факт установления Европейским судом по правам человека нарушения положений Конвенции при рассмотрении судом общей юрисдикции данного дела. Таким образом, обратная сила решений Европейского суда по правам человека имеет определенные предметные и субъектные пределы и по общему правилу распространяется на судебные акты, вынесенные по конкретному делу и в отношении конкретного заявителя. Такой вывод учитывает специфику судопроизводства в Европейском суде по правам человека, который выносит свои решения преимущественно на основе анализа фактических обстоятельств конкретного дела <2>.

<2> Определение Конституционного Суда РФ от 4 апр. 2013 г. N 505-О; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 февр. 2010 г. N 4-П // СПС "КонсультантПлюс".

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" подчеркнуто, что в отношении свободы массовой информации на территории Российской Федерации действует ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с ч. 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение (свобода придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ). При этом отмечается, что в соответствии с ч. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Практика Европейского суда по правам человека по вопросам применения ст. 10 Конвенции представляет значительный интерес ввиду того, что в постановлениях Суда отражен ряд ключевых позиций в отношении защиты чести, достоинства и деловой репутации общественных и политических деятелей.

В первую очередь отметим, что Европейским судом неоднократно акцентировалось внимание на выдающейся роли прессы в государстве, которая должна как соблюдать различные границы, установленные inter alia для предотвращения беспорядков и защиты репутации других лиц, так и выполнять важнейшую возложенную на нее обязанность распространять информацию и идеи по вопросам политики и другим общественно важным вопросам. Свобода прессы способствует выработке и формированию общественного мнения об идеях и позициях политических лидеров, и, как следствие, такая свобода включает в себя также возможность использования некоторой степени преувеличения или даже провокации <3>.

<3> См., например: Постановление ЕСПЧ от 19 дек. 2006 г. по делу "Дабровски (Dabrowski) против Польши" // СПС "КонсультантПлюс".

Большим вкладом в прецедентную практику Европейского суда по правам человека послужило Постановление по делу "Лингенс против Австрии" 1986 г. Одной из ключевых позиций, высказанных Судом, является: "Свобода печати наделяет к тому же общество одним из самых совершенных инструментов, позволяющих узнать и составить представление об идеях и позициях политических лидеров. В более общем виде можно сказать, что свобода политической дискуссии составляет стержень концепции демократического общества, которая проходит через всю Конвенцию. Соответственно, пределы допустимой критики в отношении политиков как таковых шире, чем в отношении частного лица. В отличие от последнего первый должен проявлять и большую степень терпимости к пристальному вниманию журналистов и всего общества к каждому его слову и действию. Нет сомнения, что п. 2 ст. 10 позволяет защищать репутацию каждого, т.е. распространяется и на политиков, даже когда они выступают не в личном качестве; но в таких случаях противовесом подобной защиты выступает интерес общества к открытой дискуссии по политическим вопросам" <4>.

<4> Постановление ЕСПЧ от 8 июля 1986 г. по делу "Лингенс (Lingens) против Австрии", п. 42 // СПС "КонсультантПлюс".

Впоследствии такой вывод ЕСПЧ закрепился во многих его постановлениях. Так, по делу "Обершлик против Австрии" Суд указал, что "пределы допустимой критики в отношении публичных политиков шире, чем в отношении частного лица. Первый неизбежно и сознательно оставляет открытым для пристального анализа журналистов и общества в целом каждое свое слово и действие, а следовательно, должен проявлять и большую степень терпимости, особенно когда он сам делает публичные заявления, которые способны вызвать критику. Политик, конечно, имеет право на защиту своей репутации, особенно когда он выступает не в личном качестве, но противовесом потребности в подобной защите выступает интерес общества в открытой дискуссии по политическим вопросам" <5>.

<5> Постановление ЕСПЧ от 23 мая 1991 г. по делу "Обершлик (Oberschlick) против Австрии" [рус. (извлечение), англ. яз.], п. 59 // СПС "КонсультантПлюс".

Следует обратить внимание на то, что принцип о широких границах допустимой критики, применяемый в отношении политического деятеля, ЕСПЧ может применить и в отношении лица, которое "если и не может рассматриваться как политический деятель stricto sensu, тем не менее имеет все признаки влиятельного публичного лица, очевидно причастного к политической жизни на наиболее высоком уровне исполнительной власти" <6>.

<6> Постановление ЕСПЧ от 7 июня 2007 г. по делу "Дюпюи (Dupuis) и другие против Франции", п. 40 // СПС "КонсультантПлюс".

Говоря об условиях, при которых были распространены порочащие сведения, нельзя не обратиться к форме выражения таких сведений. В частности, практика ЕСПЧ сводится к тому, что существование фактов может быть доказано, тогда как в отношении оценочных суждений доказать истинность своих утверждений невозможно, и это нарушает саму свободу выражения мнений, которая является основополагающей частью права, гарантированного ст. 10 Конвенции <7>. Также обращается внимание не только на форму, в которой были выражены оспариваемые сведения (факты или оценочные суждения), но и, в случае если высказывание представляет собой оценочное суждение, - на наличие у данного высказывания достаточной фактической основы, подкрепляющей его <8>.

<7> Постановление ЕСПЧ от 8 июля 1986 г. по делу "Лингенс (Lingens) против Австрии", п. 46.
<8> Постановление ЕСПЧ от 27 февр. 2001 г. по делу "Джурусалем против Австрии", п. 43. URL: http://www.echr.ru/documents/doc/ 6032301/6032301.htm (дата обращения: 20.09.2012).

Проведя анализ дел, рассмотренных Европейским судом по правам человека в отношении Российской Федерации по заявлениям о нарушении ст. 10 Конвенции и основанием к рассмотрению которых явились решения национальных судов о защите чести, достоинства и деловой репутации общественных и политических деятелей, помимо рассмотренных выше, был выявлен еще ряд прецедентов.

Среди основных системообразующих принципов Европейского суда по правам человека следует назвать:

Рассмотрев многочисленные аспекты прецедентного права Европейского суда по правам человека, мы видим, что в противовес защите таких общепризнанных благ, как честь и достоинство, ставится право на свободу выражения своего мнения.

На наш взгляд, установление прецедентных принципов Европейского суда по правам человека в постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, должно положительно сказываться на российской правоприменительной практике и более активно применяться судами при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, в частности, с участием общественных и политических деятелей.

При этом следует согласиться с позицией, что во внимание должна приниматься вся практика Европейского суда по правам человека, в т.ч. та, которая была сформирована по делам, рассмотренным до присоединения Российской Федерации к Конвенции, поскольку только такой подход поможет избежать России признания новых нарушений Конвенции <9>.

<9> Воронцова И.В. Об обязательности постановлений Европейского суда // Российский судья. 2009. N 6.

Несмотря на то что положение о пересмотре судебных постановлений, вступивших в законную силу, при установлении Европейским судом по правам человека нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод распространяется на судебные акты, вынесенные по конкретному делу и в отношении конкретного заявителя, тем не менее при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации с участием общественных и политических деятелей судам следует учитывать рекомендации Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 и применять положения, выработанные Европейским судом по правам человека.

Список литературы

  1. Воронцова И.В. Об обязательности постановлений Европейского суда // Российский судья. 2009. N 6.
  2. Гумеров Л.А., Гумеров Ш.А. Некоторые аспекты применения Постановлений Европейского суда по правам человека в Российской Федерации // Российский судья. 2007. N 2.