Мудрый Юрист

Правовая база правоограничений

Серегина Валентина Васильевна, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры теории государства и права ФГБОУ ВПО "Воронежский государственный университет".

Правовой базой наличия правоограничений как государственно-правового метода воздействия на поведение людей и общественные отношения служит Основной Закон - Конституция РФ. В статье анализируются положения Конституции РФ применительно к проблеме правоограничений. Методологическое значение этих положений заключается в том, что в них в самой общей форме определены и основные сферы взаимоотношений государства и личности, в рамках которых правоограничения допустимы.

Ключевые слова: правоограничения, запреты, обязанности, ответственность, принуждение.

Legal framework for restriction of rights

V.V. Seregina

Seregina Valentina V., Candidate of Legal Sciences, Assistant Professor, Assistant Professor of the Department of Theory of State and Law in Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Professional Education "Voronezh State University".

The legal basis of law limitations presence as state-legal method of influence on people's behavior and social relations is the Basic law - the Constitution of the Russian Federation. The article analyzes the provisions of the Constitution of the Russian Federation in relation to the issue of the rights limitation. Methodological significance of these provisions is that they define in the most general form the main areas of relations between the state and the individual, in which the right for law limitations is allowed.

Key words: law limitations, prohibitions, obligations, responsibilities, compulsion.

Эффективность осуществляемых в стране преобразований, связанных с формированием правового государства, во многом зависит от того, насколько совершенно действующее законодательство, как оно соответствует гуманным принципам права. Возможности поступательного развития общества, его стабильность и процветание во многом определяются способностью государственной власти адекватно реагировать на запросы и потребности общества.

Проблема правоограничений в юриспруденции поставлена давно и продолжает быть актуальной до сих пор. Правовые ограничения - это средства сдерживания противоправного поведения. Правовые ограничения ставят действия индивидов в определенные рамки, сужают их возможности до юридически и сознательно требуемого состояния. Правовые ограничения широко используются в законодательстве. Так, в административном законодательстве правовые ограничения выступают в форме запретов, обязанностей, ответственности; в уголовном - в форме запретов и наказаний; в уголовно-процессуальном в качестве правовых ограничений выступают меры пресечения и т.д.

"Мода" на правоограничения, вводимые на самом высоком законодательном уровне, берет в стране верх. Ограничили право граждан проводить митинги по месту и времени, запретили стихийные народные гуляния, вернули в Уголовный кодекс РФ статью о клевете, приняли Закон об иностранных агентах и т.д. <1>.

<1> См., например: Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" // СЗ РФ. 2004. N 25. Ст. 2485; Федеральный закон от 20 июля 2012 г. N 121-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части регулирования деятельности коммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента" // СЗ РФ. 2012. N 30. Ст. 4172.

На избыточность запретов и других правоограничений неоднократно указывалось в юридической науке. Так, Г.Т. Чернобель полагает, что ненужные запретительные пути разрушают нормальную деонтическую интервалику в системе нормативно-правовых регуляторов, что приводит к гипертрофии принудительного фактора в поддержании общественного порядка, подрывает нравственный авторитет государства, его управленческих акций <2>.

<2> См.: Чернобель Г.Т. Техника закрепления нормативно-правовых модусов // Нормотворческая юридическая техника / под ред. Н.А. Власенко. М.: Юстицинформ, 2011. С. 130.

Избыточное установление правовых запретов снижает авторитет права, содействует укреплению правового нигилизма в общественном сознании, дефекты их технико-правового установления и вовсе потенциально способны превратить механизм правового регулирования в реакционную "клетку" по содержанию социального прогресса <3>. Как видим, проблема правовых ограничений, их своевременного и качественного совершенствования в правотворческом и правоприменительном процессах все более становится теоретически и практически значимой.

<3> См.: Толмачев В.В. Технико-юридические средства установления и реализации запретов в российском праве (вопросы теории и практики): дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2014. С. 3.

Правоограничение - многоаспектная правовая категория. Поэтому оно может быть рассмотрено с самых различных сторон его сущности. С точки зрения принадлежности к властноорганизующим государственным способам регулирования и воздействия оно может быть охарактеризовано как метод правового регулирования, представляющий собой совокупность способов, приемов, средств (обязанностей, запретов, наказаний, мер принуждения и др.) правового воздействия на определенную сферу общественных отношений. Думается, что сугубо правовых методов регулирования в отрыве от возможных государственных способов воздействия существовать не может. Эти способы всегда соответствуют юридическому содержанию первичной правовой материи - запретительных, ограничительных, обязывающих, управомочивающих, рекомендательных, поощрительных норм. Иначе как методами запрета, дозволения, предписания, ограничения, поощрения, принуждения и другими государство воздействовать не может. В ситуациях, связанных с применением правоограничений, оно выступает как реальное правовое явление, существующее в действительности, со свойственными им признаками и особенностями. По мнению А.В. Малько, общие признаки правоограничений заключаются в том, что они связаны с неблагоприятными условиями (угроза или лишение определенных ценностей) для осуществления собственных интересов субъекта; сообщают об уменьшении объема возможностей, свободы, а значит, прав личности, что достигается с помощью обязанностей, запретов, наказаний и т.п.; предполагают снижение негативной активности и др. <4>.

<4> См.: Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. М.: Юрист, 2005. С. 91.

Правоограничения входят в систему организационно-правоохранительных правовых средств Российского государства, в систему юридических гарантий обеспечения нормального функционирования государственного управления. Поэтому правоограничения тесным образом связаны с феноменом государственной власти. В связи с этим возникает вопрос о правовом режиме ограничения и самой государственной власти, необходимом для ее контроля гражданским обществом и обеспечения прозрачности деятельности властных структур.

Многие нормы российского права, устанавливающие правоограничения для чиновников (главным образом обязанности, запреты), являются декларативными и не способствуют осуществлению государственной власти в интересах общества. В деятельности государственных органов не должен господствовать произвол, поэтому необходимо обеспечить связанность власти правом, приоритетом прав личности, верховенством закона, подлинным разделением властей, и в этом состоит практический смысл концепции правового государства. Как справедливо отмечает О.Ю. Рыбаков, "лишь "правовая власть" может быть организующим центром политики, обращенной к личности" <5>.

<5> Рыбаков О.Ю. Российская правовая политика в сфере защиты прав и свобод личности. СПб., 2004. С. 10.

Пределом, который ограничивает свободу власти, является баланс публичных и частных интересов. Принятый 30 марта 1998 г. Федеральный закон "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" <6> актуализировал соблюдение и обеспечение данных интересов. Несовпадение публичных и частных интересов может спровоцировать их конфликт, что способствует таким негативным явлениям, как злоупотребление должностными полномочиями, коррупция, бюрократизм, безответственность и др.

<6> См.: Федеральный закон от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" // СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.

В условиях правового государства правовой базой наличия правоограничений как государственно-правового метода воздействия на поведение людей и общественные отношения служит Основной Закон. Этот вывод подчеркивается и в положениях самой Конституции РФ, которые можно проанализировать и применительно к проблеме правоограничений. Методологическое значение этих положений заключается в том, что в статьях Конституции РФ в самой общей форме определены и основные сферы взаимоотношений государства и личности, в рамках которых правоограничения допустимы (ч. 3 ст. 55) <7>. В этом отношении имеют значение конституционные указания об отнесении прав и свобод личности с ее обязанностями и ответственностью перед обществом к важнейшим элементам структуры Российского государства, о неразрывной связи взаимных прав, обязанностей и ответственности государства и личности друг перед другом.

<7> См.: Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г., с изм. и доп. на 5 февраля 2014 г. N 2-ФКЗ // Рос. газ. 1993. 25 дек.; СЗ РФ. 2014. N 31. Ст. 4398.

Положения об обязанности и ответственности государства перед личностью закреплены во многих статьях Конституции РФ.

Так, в ст. 15 Конституции РФ подчеркивается обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию РФ и законы, а в ст. 2 прямо закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Из конституционных положений с очевидностью вытекает, что основной сферой функционирования правоограничений является область правовых обязанностей личности, отступление от их исполнения.

Этими и другими конституционными положениями заложены прочные правовые основы организации взаимоотношений правового государства и личности. Подобные отношения должны строиться на началах подлинного сотрудничества, поддержки и взаимопомощи, развития и расцвета творческих возможностей как Российского государства, так и личности. Вместе с тем Конституция РФ не исключает из системы регулирования взаимосвязи государства и личности и правоограничений в виде запретов. В Конституции РФ в самом общем виде сформулированы наиболее общественно значимые запреты. Например, ч. 3 ст. 17 Конституции РФ говорит о том, что "осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц". В то же время Конституция РФ представляет правовому государству, его органам и должностным лицам возможность применения правоограничений в виде мер принуждения, что выражается, например, в таких формулировках: "охраняется государством", "охраняется законом" и "влечет за собой ответственность" (см.: ч. 1 ст. 21; ч. 1 ст. 35; ч. 3 ст. 41; ч. 1 ст. 56 и др.).

Как правило, Конституция РФ при общем указании на ответственность определение конкретных мер принуждения относит к закону.

Эти положения Конституции РФ обусловливают необходимость теоретической разработки сущности правоограничений, его социальной роли в регулировании общественных отношений.

Правоограничение как метод воздействия на личность конкретизируется текущим законодательством.

Методологическое значение названных конституционных положений чрезвычайно важно для решения многих теоретических проблем правоограничений, особенно для выяснения его нормативной природы, сущности и социального назначения в жизни общества.

Литература

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г., с изм. и доп. на 5 февраля 2014 г. N 2-ФКЗ // Рос. газ. 1993. 25 дек; СЗ РФ. 2014. N 31. Ст. 4398.
  2. Федеральный закон от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" // СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.
  3. Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" // СЗ РФ. 2004. N 25. Ст. 2485.
  4. Федеральный закон от 20 июля 2012 г. N 121-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части регулирования деятельности коммерческих организаций, выполняющий функции иностранного агента" // СЗ РФ. 2012. N 30. Ст. 4172.
  5. Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. М.: Юрист, 2005. С. 91.
  6. Рыбаков О.Ю. Российская правовая политика в сфере защиты прав и свобод личности. СПб., 2004. С. 10.
  7. Толмачев В.В. Технико-юридические средства установления и реализации запретов в российском праве (вопросы теории и практики): дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2014. С. 3.
  8. Чернобель Г.Т. Техника закрепления нормативно-правовых модусов // Нормотворческая юридическая техника / под ред. Н.А. Власенко. М.: Юстицинформ, 2011. С. 130.