Мудрый Юрист

К вопросу об обеспечении баланса интересов собственника и добросовестного приобретателя при применении статьи 302 ГК России

Короткова Мария Владимировна, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Финансового университета при Правительстве Российской Федерации.

В статье анализируется механизм виндикации, установленный действующим гражданским законодательством, и практика его применения при рассмотрении судами дел о защите права собственности. Автор приходит к выводу о том, что на сегодняшний день законодателю удалось лишь частично обеспечить соблюдение баланса интересов собственника и добросовестного приобретателя при виндикации имущества из чужого незаконного владения.

Ключевые слова: баланс интересов собственника и добросовестного приобретателя; виндикация; защита права собственности.

To a question about an observance of balance of interests of the legitimate owner and the conscientious purchaser at application of article 302 of the Civil code of the Russian Federation

M.V. Korotkova

Korotkova Maria Vladimirovna, Candidate of Laws, Associate Professor of the Civil Law Department of Financial University under the Government of the Russian Federation.

The article analyzes the vindication mechanism installed by the modern civil legislation and practice of its application by consideration by courts of cases of protection of the property right. The author comes to a conclusion that today the legislator managed to provide only partially observance of balance of interests of the legitimate owner and conscientious purchaser at vindication of property from others illicit possession.

Key words: balance of interests of the legitimate owner and the conscientious purchaser; replevin; protection of the property right.

Право собственности без преувеличения можно назвать базовым гражданским правом, составляющим основу и в то же время предопределяющим особенности гражданского оборота. Право собственности относится к разряду абсолютных прав, что не могло не сказаться на способах его защиты. Одним из таких способов выступает виндикационный иск. Представляется интересным рассмотреть вопрос об обеспечении баланса интересов собственника и добросовестного приобретателя при виндикации имущества из чужого незаконного владения. Так, К.П. Победоносцев, исследуя проблему отчуждения незаконным владельцем чужого имущества, указывал, что "с таковым отчуждением соединяются интересы третьих лиц, вотчинные права, приобретенные третьими лицами на имущество, отчужденное незаконным владельцем. Спрашивается: остаются ли в силе эти приобретенные третьими лицами права или действия отчуждения... должны быть признаны решительно ничтожными и с ними уничтожены будут права третьих лиц, на сих действиях основанные? Решение этих вопросов зависит от положительного определения закона и от качеств владения в каждом конкретном случае" <1>.

<1> Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В 3 т. Т. 1 / Под ред. и с предисл. В.А. Томсинова. М., 2003. С. 177.

Обратимся к действующему гражданскому законодательству и положениям проекта Федерального закона N 47538-6 "О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации" <2> (далее - проект), регламентирующим порядок виндикации. Право на подачу виндикационного иска установлено ст. 301 ГК РФ и далее раскрывается в ст. 302 - 303 ГК РФ. К обстоятельствам, влияющим на удовлетворение виндикационного требования, относятся добросовестность и возмездность приобретения имущества ответчиком, а также условия выбытия имущества из владения собственника (иного титульного владельца). Данные обстоятельства входят в предмет доказывания по любому виндикационному иску.

<2> Редакция принята ГД ФС РФ в первом чтении 27 апреля 2012 г. // СПС "КонсультантПлюс".

Законодательство ряда европейских государств содержит нормы, отражающие правило "Hand muss Hand wahren" ("Рука за руку отвечает"), суть которого заключается в признании права собственности за приобретателем с момента передачи ему вещи. Это означает, что только вещи, вышедшие из рук владельца помимо его воли, могут быть виндицированы от всякого лица. Таким образом, на собственника ложатся неблагоприятные последствия отчуждения принадлежащего ему имущества лицом, которому он вверил данное имущество. При этом следует учитывать, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли <3>.

<3> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 27 января 2011 г. N 188-О-О, п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" // СПС "КонсультантПлюс".

Рассматривая отсутствие волеизъявления собственника на выбытие имущества из его владения в качестве условия удовлетворения виндикационного иска, необходимо отметить рост количества дел об изъятии государственными органами и органами местного самоуправления жилых помещений у добросовестных приобретателей в связи с нарушением правил приватизации квартир прежними владельцами. Во всех этих делах ответчикам было отказано в компенсации или предоставлении другого жилья. Представляется, что случаи мошеннической приватизации не должны рассматриваться судами как дела, в которых имущество выбыло из владения "помимо воли собственника" в значении ч. 1 ст. 302 ГК РФ.

В этой связи стоит упомянуть знаковое решение Европейского суда по правам человека (далее - Европейского суда) по делу "Гладышева против Российской Федерации" <4>, в котором обжаловалось лишение судом заявительницы права собственности на квартиру и последующее выселение из квартиры, добросовестным покупателем которой она является. Квартира была приобретена заявительницей добросовестно и возмездно. Однако приватизация, положившая начало цепочке сделок с данным жилым помещением, была проведена на основе подложных документов, и потому квартира, по мнению российских судебных инстанций, выбыла из владения Департамента жилищной политики г. Москвы в отсутствие намерения этого органа о ее отчуждении. В итоге Европейский суд заключил, что "условия, при которых заявительница была лишена титула на квартиру, возложили на нее индивидуальное и чрезмерное бремя и что власти не установили справедливого равновесия между требованиями общественного интереса, с одной стороны, и правом заявительницы на уважение ее собственности - с другой", что дает основание сделать вывод о нарушении требований ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 1 Протокола 1 к Конвенции. Таким образом, не через установление наличия волеизъявления собственника на заключение сделки, а путем усмотрения несоразмерного вмешательства государства в "право на уважение собственности" заявительнице (добросовестному приобретателю) удалось защитить свои интересы. Европейский суд вынес решение, в соответствии с которым Российская Федерация как государство - участник Конвенции обязана обеспечить полное восстановление титула заявительницы на квартиру и отмену решения о ее выселении, выплатить 9000 евро в качестве компенсации морального вреда плюс 11 245 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, а также любой налог, обязанность уплаты которого может быть возложена на заявительницу.

<4> Постановление Европейского суда по правам человека от 6 декабря 2011 г. "Дело "Гладышева (Gladysheva) против Российской Федерации" (жалоба N 7097/10) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2012. N 6.

С учетом обозначенной тенденции следует положительно оценить принятие 1 октября 2014 г. Обзора судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, в котором Президиум Верховного Суда РФ указал два принципиальных момента:

  1. при рассмотрении соответствующей категории дел судам необходимо учитывать правовые позиции, содержащиеся в решениях Европейского суда, а также практику Европейского суда по конкретным делам во избежание любого нарушения Конвенции;
  2. недействительность сделки по отчуждению жилого помещения сама по себе не свидетельствует о выбытии недвижимого имущества из владения Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования помимо воли собственника.

Отдельного внимания в контексте соблюдения интересов собственников и добросовестных приобретателей при виндикации заслуживает проблема выплаты собственнику жилого помещения, который не вправе его истребовать от добросовестного приобретателя, а также добросовестному приобретателю, от которого было истребовано жилое помещение, разовой компенсации за счет казны Российской Федерации. Как видим, здесь законодатель проявляет одинаковую заботу по отношению к интересам и собственника, и добросовестного приобретателя, которые получают право на компенсацию от государства в случае, если по не зависящим от них причинам в соответствии с вступившим в законную силу решением суда о возмещении им вреда, причиненного в результате утраты имущества, взыскание по исполнительному документу не производилось в течение одного года со дня начала исчисления срока для предъявления этого документа к исполнению. Однако Конституционный Суд РФ в Постановлении от 4 июня 2015 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 31.1 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" в связи с жалобой граждан В.А. Князик и П.Н. Пузырина" <5> признал данные положения не соответствующими Конституции РФ. В особом мнении судьи М.С. Бондарь указывается, что неопределенность самой природы, целей и оснований предоставления такой компенсации "должна быть устранена законодателем для обеспечения выплаты этой компенсации на началах справедливости и конституционного равенства; она должна основываться на обеспечении баланса конституционных ценностей, публичных и частных интересов в рамках дифференцированного учета объективно различающихся жизненных ситуаций, связанных с удовлетворением потребностей в жилье и необходимостью обеспечения участникам оборота жилья конституционно обоснованной поддержки со стороны государства".

<5> СЗ РФ. 2015. N 24. Ст. 3548.

По смыслу ст. 302 ГК РФ правило "Hand muss Hand wahren" применяется как к движимому, так и к недвижимому имуществу. Этот вывод подтверждается и п. 2 ст. 223 ГК РФ, согласно которому "недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя". Вместе с тем п. 3 ст. 228 ГК РФ в редакции проекта ("Истребование вещи у добросовестного приобретателя") предусматривает одно исключение из вышеуказанного правила, касающееся объектов недвижимости. В частности, там говорится: "Если недвижимая вещь приобретена у лица, право которого не было зарегистрировано, собственник вправе истребовать такую недвижимую вещь во всех случаях". Таким образом, добросовестность владельца планируется напрямую увязать с записью в ЕГРП. Эффективность такого подхода можно поставить под сомнение, принимая во внимание риски фальсификации документов при регистрации перехода прав на недвижимость в ЕГРП или отмены решения суда, на основании которого производилась регистрация права.

Правило, закрепленное в п. 1 ст. 302 ГК РФ, предусматривает отказ в удовлетворении требований о виндикации имущества, если владение было утеряно по воле самого собственника или лица, которому имущество было передано собственником во владение. В том числе имеется в виду случай, когда имущество было передано фактическому владельцу посредством заключения сделки между ним и лицом, владеющим этим имуществом на основании договора безвозмездного пользования, аренды, хранения и др. Возникает вопрос: допустимо ли в данной ситуации использовать нормы о недействительности сделки и последствий ее недействительности? С одной стороны, если отчуждатель на отчуждение имущества не был управомочен, то сделка по отчуждению имущества недействительна. Однако эта аргументация сводит на нет положения п. 1 ст. 302 ГК РФ, согласно которым в рассматриваемом случае истребовать имущество у фактического владельца нельзя.

21 апреля 2003 г. Конституционным Судом РФ принято Постановление N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева", в котором указано, что поскольку добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, то последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Далее говорится, что п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ, закрепляющие общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со ст. 302 ГК РФ не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом. Иное истолкование положений п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только, когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции РФ установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

При этом предъявление в суд двух взаимосвязанных, но самостоятельных исков, не исключающих друг друга, - о признании ничтожной сделки недействительной и об истребовании имущества из чужого незаконного владения на основании ст. 301, 302 ГК РФ - признаются судебной практикой. Лицо, считающее себя собственником имущества, вправе предъявить иск о признании недействительными сделок с этим имуществом, совершенных сторонними лицами. Однако возврат выбывшего имущества из чужого незаконного владения возможен путем удовлетворения виндикационного иска, а не требований о применении реституции по сделкам, стороной которых указанное лицо не является <6>.

<6> Пункт 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г., Постановление Президиума ВАС РФ от 5 апреля 2011 г. N 15278/10 по делу N А65-1798/2010-СГ3-13.

Следует отметить, что позиция Конституционного Суда РФ была неоднозначно воспринята юридическим сообществом, и споры относительно коллизии виндикации и реституции как способов защиты интересов собственника продолжаются до сих пор <7>. Учитывая сложившуюся практику рассмотрения подобных дел судами общей юрисдикции и арбитражными судами <8>, представляется правильным и в доктрине трактовать положения рассматриваемого Постановления Конституционного Суда РФ буквально. Когда речь идет об истребовании имущества из чужого незаконного владения, ст. 302 ГК РФ должна, с одной стороны, рассматриваться как частный случай реституции, с другой - являться для подобных ситуаций общим правилом. В целях недопущения обхода ограничений виндикации последствия недействительности сделки, предусмотренные п. 2 ст. 167 ГК РФ, могут применяться к добросовестному приобретателю (с позиции п. 1 ст. 302 ГК РФ), только если на этот счет есть специальная норма закона. Проблема в том, что на сегодняшний день в законодательстве отсутствуют как специальные правовые нормы, регламентирующие виндикацию в качестве последствий недействительности конкретного вида сделок, так и увязка ст. 167 ГК РФ с правилами ст. 302 ГК РФ.

<7> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 1: Общие положения. 3-е изд. М., 2011. С. 812 - 814; Постатейный комментарий к ГК РФ / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., 2011. С. 980 - 981; Паршина О.В., Смирнов А.С. Виндикация, признание сделок недействительными и реституция как способы защиты права собственности: спорные вопросы теории и практики // СПС "КонсультантПлюс"; Эрделевский А.М. Об истребовании имущества у добросовестного приобретателя // СПС "КонсультантПлюс".
<8> См.: Определение Верховного Суда РФ от 29 января 2008 г. N 22-В07-36, Определение Верховного Суда РФ от 19 марта 2013 г. N 5-КГ12-101, Определение Верховного Суда РФ от 23 апреля 2013 г. N 5-КГ13-15, Постановление Президиума ВАС РФ от 27 марта 2012 г. N 14749/11 по делу N А57-15708/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 27 мая 2008 г. N 4267/08 по делу N А40-28822/07-50-268.

В целом спор по поводу конкуренции исков основывается на дискуссии относительно их правовой природы, имеющихся между ними различий, а более всего - относительно соблюдения баланса интересов собственника и добросовестного приобретателя. Несмотря на то что добросовестный приобретатель совершенно искренне полагает себя собственником, относится к имуществу как к своему собственному, отправной точкой в споре о приоритете интересов собственника или добросовестного приобретателя должен служить титул владения, который у незаконного владельца отсутствует.

Законодатель устанавливает ряд гарантий для добросовестного приобретателя. Прежде всего, это норма п. 1 ст. 302 ГК РФ, подкрепленная постановлениями высших судебных инстанций о запрете реституции. Данная норма предусматривает ограничение виндикации в связи с установлением риска утраты собственником своего имущества при введении его в оборот и наделением титулом владения других лиц. После отказа в удовлетворении виндикационного иска добросовестный приобретатель не становится автоматически собственником, но приобретает статус давностного владельца. Вторая составляющая правового механизма защиты добросовестного приобретателя содержится в п. 2 ст. 234 ГК РФ, в соответствии с которой до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания. Существенный недостаток этой правовой конструкции может проявиться в том случае, если собственник (или иной титульный владелец) насильственно отберет имущество у незаконного владельца.

Если же в результате виндикации имущество будет истребовано у добросовестного владельца, приобретшего этот товар по договору купли-продажи (мены), то для него в соответствии со ст. 461 ГК РФ (ст. 571 ГК РФ) станет возможным предъявление к неуправомоченному отчуждателю иска об убытках, а также требований о расторжении договора или возврате предоплаты.

Дополнительной правовой основой для возмещения ущерба, причиненного неуправомоченным отчуждателем, могут послужить и вступившие в силу с 1 июля 2015 г. положения ст. 431.2 ГК РФ ("Заверения об обстоятельствах"). Этот вариант применим только к неуправомоченному отчуждателю, действовавшему недобросовестно в смысле ст. 10 ГК РФ, т.е. знавшему об отсутствии полномочий на заключение договора по отчуждению имущества.

К сожалению, на практике получить компенсацию от неуправомоченного отчуждателя бывает довольно сложно, а порой и невозможно. Впрочем, утративший владение собственник также может столкнуться с проблемой возмещения причиненного ему ущерба в случае, если неуправомоченным отчуждателем является лицо, которому он передал имущество во владение по договору.

Нельзя оставить без внимания и неудачную формулировку п. 2 ст. 302 ГК РФ <9>. Во-первых, в этой части статьи отсутствует указание на то, что приобретатель имущества знал или должен был знать о передаче ему имущества неуправомоченным отчуждателем. О том, что речь идет именно о добросовестном приобретателе, можно понять только из названия статьи. Во-вторых, налицо непоследовательность законодателя, так как расширительное толкование п. 2 ст. 302 ГК РФ может привести к изъятию имущества, полученного безвозмездно от добросовестного приобретателя, у которого в соответствии с п. 1 ст. 302 ГК РФ данное имущество не могло быть виндицировано. В случае виндикации вещи у добросовестного безвозмездного приобретателя (наследника; лица, получившего имущество в дар или в порядке благотворительности) гражданский оборот страдает ничуть не меньше, чем при изъятии вещи у добросовестного возмездного приобретателя. Ведь безвозмездная сделка по отчуждению имущества должна порождать для приобретателя те же возможности, что и возмездная. Значит, его интересы должны охраняться наравне с интересами добросовестного возмездного приобретателя.

<9> В п. 3 ст. 228 ГК РФ в редакции проекта, предусматривающего правила истребования вещи у добросовестного безвозмездного приобретателя, смысл данной формулировки сохраняется.

На первый взгляд действующая редакция п. 2 ст. 302 ГК РФ не затрагивает интересов безвозмездно передавшего имущество добросовестного возмездного приобретателя, так как добросовестный безвозмездный приобретатель, у которого имущество виндицируется, не имеет правовых оснований обратиться к нему с регрессным иском. Если удовлетворение виндикационных требований было возможно и до совершения отчуждения данного имущества по безвозмездной сделке, то это действительно так. Но если изначально имущество выбыло из владения собственника по его воле, то виндикация по п. 2 ст. 302 ГК РФ лишает добросовестного возмездного приобретателя и его правопреемников возможности оспорить безвозмездную сделку или отменить дарение, тем самым вернув себе фактическое владение имуществом.

В заключение необходимо отметить, что сегодня законодателю удалось лишь частично обеспечить соблюдение баланса интересов собственника и добросовестного приобретателя при виндикации имущества. В частности, формулировка п. 2 ст. 302 ГК РФ не лишена недостатков, а предусмотренные законом гарантии для добросовестного приобретателя на практике зачастую достаточно сложно реализовать в полном объеме.

Библиографический список

  1. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Кн. 1: Общие положения. 3-е изд. М., 2011.
  2. Паршина О.В., Смирнов А.С. Виндикация, признание сделок недействительными и реституция как способы защиты права собственности: спорные вопросы теории и практики // СПС "КонсультантПлюс".
  3. Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В 3 т. Т. 1 / Под ред. и с предисл. В.А. Томсинова. М., 2003.
  4. Постатейный комментарий к ГК РФ / Под ред. В.П. Крашенинникова. М., 2011.
  5. Эрделевский А.М. Об истребовании имущества у добросовестного приобретателя // СПС "КонсультантПлюс".