Мудрый Юрист

Изменения уголовной политики в сфере противодействия злоупотреблениям на фармацевтическом рынке

Козаев Нодар Шотаевич, докторант кафедры уголовного права Краснодарского университета МВД России, кандидат юридических наук, доцент.

В статье указывается на феномен глобализации и связанные с нею достижения современной фармакологии. Рассматриваются некоторые вопросы имплементации международных норм по противодействию преступности в сфере фальсификации медикаментов в отечественное уголовное законодательство. Отмечая положительные изменения в уголовной политике в области борьбы со злоупотреблениями на фармацевтическом рынке, автор делает вывод, что ряд новелл, введенных в уголовный закон, пока еще не в полной мере соответствуют международным нормам и нуждаются в законодательно-техническом совершенствовании.

Ключевые слова: научно-технический прогресс, уголовная политика, здравоохранение, фармакология, фальсифицированные лекарственные средства, уголовная ответственность.

Changes of Criminal Policy in the Sphere of Combatting Abuses in the Pharmaceutical Market

N.Sh. Kozaev

Kozaev Nodar Sh., Doctoral Candidate of the Department of Criminal Law in Krasnodar University of the Ministry of Internal Affairs of Russia Candidate of Legal Sciences, Assistant Professor.

The article points to the phenomenon of globalization and the related achievements of modern pharmacology. Some questions of implementation of international standards to combat crime in the falsification of medicines in domestic criminal law. Noting the positive changes in the criminal policy to combat abuse in the pharmaceutical market, the author concludes that a number of short stories entered in the criminal law is not yet fully in line with international standards and are in need of legal and technical improvement.

Key words: scientific and technical progress, criminal policy, healthcare, pharmaceuticals, counterfeit drugs, criminal liability.

Общество и право, как известно, постоянно испытывают на себе влияние научно-технического прогресса. Данное явление носит трансграничный характер и тесно связано с феноменом глобализации в современном мире. Отсюда наиболее значимые в мировом масштабе проблемы становятся предметом регулирования норм международного права. Одну из таких проблем создают современные достижения в сфере фармакологии. С одной стороны, данные технологии дают в руки людям мощное оружие для борьбы и профилактики опасных болезней, с другой - криминальные дельцы превращают фармацевтический рынок в средство незаконного обогащения в ущерб здоровью и жизни населения планеты <1>. В ответ на эти вызовы появилась Конвенция MEDICRIME <2>, впервые затронувшая вопросы ответственности за подделку медикаментов, а также производство и сбыт медицинской продукции без необходимых разрешений или с нарушениями требований к качеству, эффективности и безопасности. 28 октября 2011 года Россия подписала данную Конвенцию. Как известно, устанавливая принципиальные основы в сфере обеспечения безопасности на фармацевтическом рынке, международное право требует гармонизации норм внутригосударственного права с его нормами. И Россия уже сделала определенные шаги в данном направлении <3>.

<1> См.: Коваленко К.Ю. Противодействие преступлениям, совершаемым на объектах фармацевтического рынка: уголовно-правовые и криминологические меры: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007. 27 с.; Фальсификация лекарственных средств в России: Монография / Под ред. С.В. Максимова. М.: Юрайт, 2008. 119 с.; Фисюн В.В. Противодействие незаконному обороту лекарственных средств и фармацевтических препаратов (уголовно-правовой и криминологический аспекты): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. 26 с. и др.
<2> Council of Europe Convention on the counterfeiting of medical products and similar crimes involving threats to public health [Электронный ресурс]. URL: http://www.coe.int/t/DGHL/StandardSetting/MediCrime/Medicrime-version%20bilingue.pdf.
<3> Максимов С.В. Фальсификация лекарственных средств в России и перспективы ратификации Конвенции Совета Европы "МЕДИКРИМ" // Труды Института государства и права Российской академии наук. 2014. N 3. С. 75 - 87.

В УК РФ были включены специальные уголовно-правовые нормы о соответствующих злоупотреблениях. Так, с принятием Федерального закона от 31.12.2014 N 532-ФЗ <4> была установлена уголовная ответственность за незаконное производство лекарственных средств и медицинских изделий (ст. 235.1), обращение фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств, медицинских изделий и оборот фальсифицированных биологически активных добавок (ст. 238.1) и подделку документов на лекарственные средства или медицинские изделия или упаковки лекарственных средств или медицинских изделий (ст. 327.2). Отметим, что в законодательстве Польши, Турции, Украины, Дании, Испании и других стран уже относительно давно сформированы подобные составы. Разумеется, Российская Федерация и ранее пыталась бороться с данными правонарушениями, признавая их высокую общественную опасность, ведь названные технологии напрямую связаны с наивысшими благами - жизнью и здоровьем людей. Но судебная практика до момента принятия указанного Закона свидетельствовала об абсолютно различных подходах к правовой оценке незаконной фармацевтической деятельности и смежных явлений. Так, наиболее часто за эти деяния виновные привлекались к ответственности по ст. 159, 171, 180, 234 и 238 УК РФ <5>. Причем данные составы применялись как по отдельности, так и в различных сочетаниях по совокупности. Несовершенство правовой базы противодействия злоупотреблениям в сфере фармацевтики, отсутствие единой правоприменительной практики сыграло свою отрицательную роль в развитии катастрофической ситуации с фальсификацией товаров медицинского назначения. Отсюда необходимость присоединения к Конвенции MEDICRIME и приведения отечественного законодательства в соответствие с ней стала очевидной.

<4> Федеральный закон от 31.12.2014 N 532-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия обороту фальсифицированных, контрафактных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств, медицинских изделий и фальсифицированных биологически активных добавок" // Собрание законодательства РФ. 2015. N 1 (ч. I). Ст. 85.
<5> См.: Файзрахманов Н.Ф. Оборот фальсифицированных и недоброкачественных лекарственных средств, биологически активных добавок: вопросы расследования и уголовной ответственности // Российский следователь. 2012. N 15. С. 8 - 10.

Три состава правонарушений, предусмотренные ст. 235.1, 238.1 и 327.2 УК РФ, были введены в действие 23 января 2015 года. В силу совсем краткого периода их существования мы пока не можем проанализировать практику их применения, однако уже сейчас очевидны некоторые недоработки законодательно-технического свойства. В частности, возник вопрос, что отличает состав ч. 1 ст. 235.1 УК РФ от схожих административных деликтов, если криминализации законодатель подверг в данном случае лишь производство лекарственных средств или медицинских изделий в отсутствие лицензии, не указав, каковы материальные последствия такой деятельности.

Вообще, лицензирование рассматривается как сугубо административная процедура, представляющая собой деятельность уполномоченных федеральных органов исполнительной власти и (или) их территориальных органов по выдаче (продлению) специального разрешения на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности). Соответственно, считаем, что в таком виде, в каком диспозиция ч. 1 ст. 235.1 была закреплена в УК РФ, она может представлять собой лишь основу состава административно-правового деликта и не более.

Другое дело, когда в ходе такой противоправной деятельности причиняется крупный ущерб охраняемым законом интересам (квалифицирующий признак ч. 2 ст. 235.1 УК РФ). Здесь уже появляется явный признак межотраслевая дифференциация деяний в сфере административных правоотношений и уголовной юрисдикции. Так, например, сконструирован состав ч. 1 ст. 238.1 УК РФ, отличающийся от административного деликта, предусмотренного вновь введенной в КоАП РФ ст. 6.33, именно размером причиненного ущерба. Однако и данная конструкция, по нашему мнению, небезупречна.

Довольно часто вместо действующего вещества проданное потребителю лекарственное средство содержит либо "пустышку" - индифферентное вещество, либо незаявленный в аннотации компонент, который может вызвать аллергическую реакцию вплоть до анафилактического шока, либо вещество, запрещенное к применению в России, с вредным или непроверенным эффектом. Человек, страдающий серьезным недугом, например, инсулинозависимым сахарным диабетом, надеясь на эффективность приобретенного препарата, упускает время на лечение, вследствие чего его состояние может значительно ухудшиться. Такие случаи, как следует из рассматриваемой нормы, вообще не охватываются данным составом.

Отсюда в ч. 1 ст. 238.1 УК РФ слова "совершенные в крупном размере" нужно заменить словами "если это создало опасность причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека либо совершено в крупном размере".

Для уяснения обстоятельств, которые могут создавать такую опасность, целесообразно дать аутентичное толкование в виде примечания к данной статье и сформулировать его следующим образом:

"Примечание.

Под созданием опасности причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека следует понимать сбыт лекарственных средств, медицинских изделий, биологически активных добавок, содержащих не заявленные при государственной регистрации фармацевтические субстанции, либо не содержащих заявленных действующих веществ, если их употребление или использование согласно инструкции вызвало токсические эффекты, обострение или осложнение заболевания, и при продолжении употребления или использования могло повлечь причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека".

По нашему мнению, включение в ч. 1 ст. 238.1 УК РФ признака создания опасности причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека обеспечит соответствие уголовно-правовой нормы реально существующим общественным явлениям и будет иметь превентивное значение в отношении деяний, образующих квалифицированный состав данной нормы. В этой связи хотелось бы подчеркнуть значение в Уголовном кодексе РФ составов создания опасности и угрозы охраняемым общественным отношениям.

Продолжая разговор о законодательно-техническом качестве норм ст. 238.1 УК РФ, отметим, что излишне было включать в диспозицию слова "содержащих не заявленные при государственной регистрации фармацевтические субстанции", поскольку данное обстоятельство не исчерпывает понятий "фальсифицированные", "некачественные" применительно к любым препаратам медицинского назначения. Более того, данная норма является бланкетной, и для уяснения понятий "фальсифицированное лекарственное средство", "недоброкачественное лекарственное средство", аналогично - "изделие", БАД, следует обращаться к нормам специального законодательства <6>.

<6> См.: Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 08.03.2015) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. 2011. N 48. Ст. 6724; Федеральный закон от 12.04.2010 N 61-ФЗ (ред. от 08.03.2015) "Об обращении лекарственных средств" // Собрание законодательства РФ. 2010. N 16. Ст. 1815.

Кроме того, в новых составах не учтено требование Конвенции MEDICRIME о включении в национальные нормы закона такого квалифицирующего признака, как совершение данных преступлений с использованием средств широкого распространения, в том числе Интернета. Между тем, как показывает практика и проводимые опросы населения, многие граждане сегодня покупают лекарственные препараты именно посредством данной сети.

И в этом случае риск столкнуться с продукцией ненадлежащего качества гораздо выше. Отсюда видится необходимым дополнить перечень квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 238.1 УК РФ пунктом "в" следующего содержания: "совершены с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет".

Завершая анализ новелл Уголовного кодекса РФ, устанавливающих уголовно-правовые запреты в сфере фармацевтики, нельзя не заметить еще одну проблему, которая неизбежно возникает при определении соотношения указанных составов и ст. 159 УК РФ. Приведем несколько примеров. Так, в октябре 2013 года Мосгорсуд рассматривал дело в отношении организованной преступной группы, члены которой по телефону сообщали пожилым людям о наличии у них онкологических заболеваний и предлагали дорогостоящее "лекарство от рака", которым оказался обычный физиологический раствор. Общая сумма ущерба государству превысила 5 млн рублей. Действия злоумышленников квалифицированы как мошенничество, совершенное организованной группой в особо крупном размере <7>.

<7> Продававшие физраствор вместо лекарства мошенники осуждены [Электронный ресурс] // URL: http://medportal.ru/mednovosti/news/2013/11/07/266ukrf/.

По аналогичной схеме действовали участники преступной группы, торговавшей БАДами под видом лекарств по сильно завышенным ценам. Их жертвами становились, как правило, инвалиды, пенсионеры и ветераны, имеющие серьезные проблемы со здоровьем. Однако преступники не ограничились в данном случае лишь сбытом псевдолекарств. Когда обманутые клиенты стали отказываться от следующих покупок, не увидев лечебного эффекта, им от лица различных государственных органов предлагалась компенсация с условием оплаты издержек по оформлению документов. От действий аферистов пострадало более двух тысяч человек, а ущерб составил более 50 млн рублей. Участники преступной группы задержаны, возбуждено дело по ст. 159 УК РФ <8>.

<8> Торговцы БАДами обманули пенсионеров на 50 миллионов рублей [Электронный ресурс] // URL: http://medportal.ru/mednovosti/news/2013/02/01/fraud/.

Как видим, данные деяния были отнесены к мошенническим действиям ввиду того, что имелись признаки обмана покупателей, корыстные мотивы и получение в распоряжение преступников денежных средств. В связи с появлением новых составов квалификация сходных деяний, совершенных после вступления в силу изменений, внесенных ФЗ от 21.11.2011 N 323-ФЗ, должна измениться. То есть потребуется применение в совокупности ст. 159 и 238.1 УК РФ.

Таким образом, следует отметить положительные изменения в уголовной политике в сфере борьбы со злоупотреблениями на фармацевтическом рынке. Однако ряд новелл, введенных в УК РФ, пока еще не в полной мере соответствует Конвенции MEDICRIME и нуждается в законодательно-техническом совершенствовании.

Литература

  1. Коваленко К.Ю. Противодействие преступлениям, совершаемым на объектах фармацевтического рынка: уголовно-правовые и криминологические меры: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2007. 27 с.
  2. Максимов С.В. Фальсификация лекарственных средств в России и перспективы ратификации Конвенции Совета Европы "МЕДИКРИМ" // Труды Института государства и права Российской академии наук. 2014. N 3. С. 75 - 87.
  3. Файзрахманов Н.Ф. Оборот фальсифицированных и недоброкачественных лекарственных средств, биологически активных добавок: вопросы расследования и уголовной ответственности // Российский следователь. 2012. N 15. С. 8 - 10.
  4. Фальсификация лекарственных средств в России: Монография / Под ред. С.В. Максимова. М.: Юрайт, 2008. 119 с.
  5. Фисюн В.В. Противодействие незаконному обороту лекарственных средств и фармацевтических препаратов (уголовно-правовой и криминологический аспекты): автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. 26 с.