Мудрый Юрист

О наследственном договоре в российском наследственном праве: быть или не быть?

Блинков Олег Евгеньевич, главный редактор журнала "Наследственное право", доктор юридических наук, профессор.

В статье анализируется законопроект N 801269-6 "О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части совершенствования наследственного права)" в части включения в российский наследственный правопорядок наследственного договора. Положительно оценивая саму конструкцию наследственного договора, автор доказывает необходимость его более детального нормативного регулирования.

Ключевые слова: наследственное право, наследование, наследственный договор.

On the hereditary contract in the russian inheritance law: to be or to not be?

O.E. Blinkov

Blinkov Oleg E., Editor-in-Chief of "Nasledstvennoye Pravo" ("Inheritance Law") Magazine, Doctor of Juridical Sciences, Professor.

The article analyzes the Draft law N 801269-6 "On amending part one, the second and third Civil Code of the Russian Federation and to certain legislative acts of the Russian Federation (in terms of improving hereditary rights)" on the inclusion in the Russian succession law of the hereditary contract. Commending the design of the hereditary contract, the author proves the need for more detailed regulation.

Key words: inheritance law, inheritance, hereditary contract.

В мае настоящего года в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации внесен законопроект N 801269-6 "О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части совершенствования наследственного права)" (далее - проект N 801269-6), который, наряду с иными кардинальными изменениями в части оформления наследственных прав, вносит ряд новелл, касающихся расширения форм реализации воли завещателя, в том числе допускает в российский наследственный правопорядок совместные завещания и наследственный договор.

Проект уже получил отрицательные отзывы от научных и профессиональных сообществ, в том числе на "нулевых чтениях" в Общественной палате Российской Федерации <1> и заседании Научно-консультативного совета Федеральной нотариальной палаты <2>. Совет при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства на заседании 13 июля 2015 г. также не одобрил проект, отметив концептуальную необоснованность представленного законопроекта <3>. Однако некоторые эксперты отметили, что ряд положений (например, о совместных завещаниях супругов) можно принять как идею, но необходимо приложить серьезные усилия к процессу их доработки.

<1> URL: https://www.oprf.ru/1449/2133/1537/2142/newsitem/29775.
<2> URL: https://notariat.ru/news/18974.
<3> URL: https://notariat.ru/news/19666.

Если идею совместных завещаний супругов эксперты научных и профессиональных сообществ принципиально поддержали, то конструкция наследственного договора вызвала резкую критику, к сожалению, по большей части неконструктивную, без сколько-нибудь обоснованной аргументации.

Следует отметить, что предпринятая попытка имплементации наследственного договора в российский наследственный правопорядок не нова. 13 июня 2013 года депутаты Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Р.С. Ильясов и О.В. Савченко внесли проект N 295719-6 "О внесении изменений в раздел V части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - проект N 295719-6), которым предлагалось дополнить ГК РФ главой 65.1 "Наследственный договор", содержащей семь статей (ст. ст. 1185.1 "Наследственный договор", 1185.2 "Стороны наследственного договора", 1185.3 "Форма наследственного договора", 1185.4 "Приобретение права собственности по наследственному договору", 1185.5 "Обязанности приобретателя", 1185.6 "Обеспечение исполнения наследственного договора" и 1185.7 "Изменение и расторжение наследственного договора"). По своей сути, проект N 295719-6 предлагал имплементировать конструкцию наследственного договора из главы 90 "Наследственный договор" Гражданского кодекса Украины с определенными дополнениями и изъятиями.

Согласно ст. 1185.1 ГК РФ (в редакции проекта N 295719-6) по наследственному договору одна сторона (приобретатель) обязуется выполнять по распоряжению другой стороны (отчуждателя) определенное действие (действия) имущественного или неимущественного характера и в случае его смерти (объявления его умершим) приобретает право собственности на определенное в данном договоре имущество отчуждателя.

Предполагалось, что отчуждателями в наследственном договоре смогут быть только граждане (физические лица), а приобретателями в наследственном договоре смогут быть физические и юридические лица, а также Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, иностранные государства и международные организации (ст. 1185.2 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

Для наследственного договора предполагалось заключение в письменной форме (под страхом ничтожности) путем составления одного документа, подписанного сторонами, и обязательное нотариальное удостоверение, а для наследственного договора, предусматривающего отчуждение недвижимого имущества, также и государственная регистрация (ст. 1185.3 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

Право собственности приобретателя на имущество отчуждателя по наследственному договору признавалось приобретенным со дня смерти отчуждателя независимо от момента государственной регистрации этого права, когда такое право подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 1185.4 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

Примечательно, что приобретение права собственности на имущество отчуждателя по наследственному договору осуществляется приобретателем за плату, поэтому к отношениям сторон по передаче и оплате имущества отчуждателя по наследственному договору должны были применяться правила о купле-продаже постольку, поскольку иное не следовало из правил главы 65.1 ГК РФ "Наследственный договор" и не противоречило существу наследственного договора (п. 2 ст. 1185.4 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

В возможные обязанности приобретателя могло входить совершение определенного действия (действий) имущественного или неимущественного характера до открытия наследства или после его открытия, при этом наследственным договором могла предусматриваться обязанность приобретателя периодически выплачивать отчуждателю определенные в договоре денежные суммы либо предоставлять отчуждателю средства на его содержание в иной форме, в том числе посредством осуществления пожизненного содержания отчуждателя с иждивением (в этом случае к отношениям сторон применялись бы правила о ренте и пожизненном содержании с иждивением постольку, поскольку иное не было бы установлено правилами главы 65.1 ГК РФ "Наследственный договор" и не противоречило существу наследственного договора) (ст. 1185.5 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

В обеспечение исполнения наследственного договора приобретатель имущества, определенного в наследственном договоре, приобретал бы право залога на это имущество, поэтому имущество, определенное в наследственном договоре, подлежало бы обязательной оценке независимым оценщиком и оценка имущества, определенного в наследственном договоре, должна была бы указываться в договоре о залоге этого имущества (п. 1 ст. 1185.6 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6). Отчуждатель наделялся правом назначить лицо, которое осуществляло бы контроль за исполнением наследственного договора после его смерти, а при отсутствии такого лица контроль за исполнением наследственного договора осуществлял бы нотариус по месту открытия наследства (п. 2 ст. 1185.6 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

Предполагалось, что изменение и расторжение наследственного договора были бы возможны по соглашению сторон, при этом наследственный договор мог бы по требованию одной из сторон быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором, в том числе по требованию отчуждателя в случае невыполнения приобретателем его распоряжений и по требованию приобретателя в случае невозможности выполнения им распоряжений отчуждателя (п. 1 ст. 1185.7 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6). В случае же расторжения наследственного договора нотариусом осуществлялось бы снятие запрета отчуждения имущества, определенного в наследственном договоре, а регистрационная запись о государственной регистрации запрета отчуждения недвижимого имущества подлежала бы погашению (п. 2 ст. 1185.7 ГК РФ в редакции проекта N 295719-6).

Правительство Российской Федерации не поддержало проект N 295719-6, указав, что из предлагаемых законопроектом положений не представляется возможным установить существенные условия наследственного договора, а также конкретное содержание прав и обязанностей его сторон (в частности, действия, которые должен совершить приобретатель по договору), в связи с чем конструкция наследственного договора оказывается неопределенной, и, как следствие, в случае ее введения породит множество спорных ситуаций на практике. Кроме того, по мнению Правительства Российской Федерации, из определения наследственного договора и отдельных положений законопроекта (в частности, исключающих предмет наследственного договора из наследственной массы и устанавливающих ничтожность завещательного распоряжения в отношении такого предмета, предписывающих применять к наследственному договору нормы о купле-продаже и ренте) следует, что такой договор не имеет отношения к институтам наследственного права, в связи с чем включение положений о таком договоре в раздел V ГК РФ является необоснованным. Более того, отсутствие в законопроекте связи с положениями ГК РФ о наследовании позволит без каких бы то ни было ограничений использовать институт наследственного договора для обхода запретов и предписаний в сфере наследственного права, обеспечивающих защиту интересов наследодателя и наследников (в частности, норм о недостойных наследниках, обязательной наследственной доле и других). Одновременно, исключая возможность распоряжения предметом наследственного договора в соответствии с нормами наследственного права, законопроект не предусматривает внесение изменений в ст. 1119 ГК РФ, предусматривающую единственное ограничение свободы завещания в виде правил об обязательной наследственной доле. 16 февраля 2015 года было принято решение снять законопроект с рассмотрения Государственной Думы в связи с отзывом субъектом права законодательной инициативы.

В отличие от проекта N 295719-6 в проекте N 801269-6 наследственному договору посвящена только одна ст. 1140.1 ГК РФ "Наследственный договор" (в редакции проекта N 801269-6).

Согласно п. 1 ст. 1140.1 ГК РФ наследодатель вправе заключить с любым из лиц, которые могут призываться к наследованию, договор, условия которого определяют порядок перехода прав на имущество наследодателя после его смерти к указанным лицам или к третьим лицам (наследственный договор).

Анализ предлагаемой конструкции наследственного договора позволяет выделить его ключевые признаки, образующие правовую природу (естественно, предполагаемую) наследственного договора в российском наследственном праве:

  1. наследственный договор может определять не только порядок перехода прав на имущество наследодателя после его смерти (т.е. собственно наследования имущества), но и включать в себя иные распоряжения (по сути, все те, которые может содержать в себе завещание: назначение и подназначение наследников; определение долей наследников в наследстве; лишение наследства одного, нескольких или всех наследников по закону; назначение душеприказчика (душеприказчиков); завещательный отказ, завещательное возложение и др.), предусмотренные ГК РФ;
  2. наследственный договор может быть заключен как в пользу его участника, так и в пользу третьих лиц, не участвовавших в его заключении, но приобретающих право наследования после смерти наследодателя;
  3. наследственный договор может носить условный характер, т.е. последствия, предусмотренные наследственным договором, могут быть поставлены в зависимость от обстоятельств, относительно которых неизвестно, наступят они или нет, в том числе от обстоятельств, полностью зависящих от воли одной из сторон;
  4. требовать исполнения обязанностей, установленных наследственным договором, после смерти наследодателя могут наследники, душеприказчик, пережившие наследодателя стороны наследственного договора, а также нотариус, который ведет наследственное дело, в период исполнения им своих обязанностей по охране и управлению наследственным имуществом до выдачи свидетельства о праве наследования;
  5. наследственный договор, в котором участвуют супруги, а также лица, которые могут призываться к наследованию за каждым из супругов, может определять порядок перехода прав на общее имущество супругов или имущество каждого из них в случае смерти каждого из них, в том числе в случае их смерти в одно и то же время, к пережившему супругу или к иным лицам, а также может содержать иные распоряжения супругов, в частности, условие о назначении душеприказчика (душеприказчиков), действующего в случае смерти каждого из супругов (в случае заключения такого наследственного договора к супругам применяются правила о наследодателе, при этом такой наследственный договор утрачивает силу с прекращением брака до смерти одного из супругов);
  6. условия наследственного договора действуют в части, не противоречащей правилам ГК РФ об обязательной доле в наследстве, а совершенное наследодателем после заключения наследственного договора завещание действует в части, не противоречащей условиям наследственного договора (что означает приоритет наследственного договора над завещанием);
  7. изменение или расторжение наследственного договора допускается только по соглашению сторон или на основании судебного решения в связи с существенным изменением обстоятельств;
  8. наследодатель после заключения наследственного договора вправе совершать любые сделки в отношении принадлежащего ему имущества и иным образом распоряжаться принадлежащим ему имуществом своей волей и в своем интересе, даже если такое распоряжение лишит лицо, которое может быть призвано к наследованию, прав на имущество наследодателя.

Последний признак наследственного договора существенно отличает предлагаемую для российского правопорядка конструкцию от законодательных образцов зарубежных государств, где наследственный договор апробирован в течение продолжительного времени. И поскольку российское гражданское право относится к германской ветви континентальной системы права, то именно опыт прогерманских стран может стать для нас ориентиром в решении проблем, возникающих при имплементации наследственного договора в российский наследственный правопорядок.