Мудрый Юрист

Субъект преступления против животного мира (ст. Ст. 256, 257, 258, 258.1, 259 УК РФ): целесообразность признания таковым юридического лица (аргументы за и против)

Максимов Афет Максимович, докторант кафедры уголовного права и криминологии Кубанского государственного университета, кандидат юридических наук.

В статье автор рассматривает признаки субъекта преступлений против животного мира и аргументирует целесообразность признания субъектом этой группы экологических преступлений юридических лиц.

Ключевые слова: субъект преступления, юридическое лицо, животный мир, водные биологические и охотничьи ресурсы.

Subject of a crime against fauna (articles 256, 257, 258, 258.1, 259 of the RF Criminal Code): expediency of recognizing as such a legal entity (pros and cons)

A.M. Maximov

Maximov Afet M., Candidate of Juridical Sciences Postdoctoral student of the Criminal Law and Criminology Department at the Kuban State University.

In the article the author considers signs of the subjective party of crimes against fauna and reasons expediency of recognition of legal entities by the subject of this group of ecological crimes.

Key words: subject of a crime, legal entity, fauna, water biological and hunting resources.

Обоснованная квалификация преступлений, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических и охотничьих ресурсов во многом зависит от правильной оценки признаков, характеризующих субъект преступления. Повышенная актуальность этой проблемы обусловлена еще и тем, что в литературе и правоприменительной практике развернулась широкая дискуссия по вопросам понятия, характеристики субъекта экологических преступлений. Незаконная добыча водных биологических и охотничьих ресурсов (ст. ст. 256, 257, 258, 258.1, 259 УК РФ) - это самые распространенные преступления экологического характера, поэтому дискуссия касается и их.

Наиболее спорной, но и имеющей особую практическую значимость, является проблема, касающаяся возможности признания субъектом этих преступлений юридических лиц. Действительно, в реальной практике нарушения правил добычи водных биологических и охотничьих ресурсов (ст. ст. 253, 257, 258, 258.1, 259 УК) проявляются в разнообразных формах. Это и отдельные браконьеры, и группы лиц, и, наконец, юридические лица, их руководители, исполнители соответствующих видов работ. Следует обратить внимание, например, на факты нарушения правил выдачи квот, в результате которых государству причиняется многомиллионный ущерб. Кто выступает субъектом преступления в последних случаях: руководители юридического лица или бригады рыбаков, непосредственно вылавливающие рыбу или других водных животных или растения, или юридическое лицо, выполняющее соответствующие работы с нарушением правил охраны животного мира как таковое? Однозначные ответы на эти вопросы российский законодатель, теория уголовного права, правоприменительная практика не могут дать уже много лет.

Основные (обязательные) признаки субъекта как самостоятельного элемента состава преступления определены в ст. 19 УК РФ: "Уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного настоящим Кодексом". Итак, объект преступления - это прежде всего физическое лицо. Российское уголовное право традиционно придерживается этого положения <1>. Еще в начале XX века профессор Н.С. Таганцев, отстаивая данную позицию законодателя, отмечал: "Но могут ли юридические лица быть виновниками преступного деяния, могут ли они за учиненное отвечать в уголовном порядке? Вопрос этот в науке еще недавно считался решенным навсегда и притом отрицательно, но в последнее время снова раздались голоса в защиту противоположного мнения, хотя, как представляется, communis opinion doktorum (лат. - общее мнение ученых) остается непоколебимым по соображениям как уголовной политики, так и права <2>. Принцип уголовной безответственности лиц юридических одинаково применяется ко всем преступным деяниям, как тяжким, так и маловажным, как умышленным, так и неосторожным". При этом Н.С. Таганцев не исключал ответственности юридических лиц - ни гражданской, ни административной, вплоть до прекращения их существования <3>.

<1> Павлов В.Г. Субъект преступления. СПб., 2001. С. 9 - 10.
<2> В зарубежных странах он остался непоколебимым по сей день.
<3> Таганцев Н.С. Русское уголовное право: Лекции. Общая часть. М., 1994. Т. 1. С. 143.

Профессор С.В. Познышев, определяя свое отношение к данному вопросу, отмечал: "Для большей ясности решения этого вопроса удобнее ставить этот вопрос несколько иначе, чем это обыкновенно делают, именно удобно спрашивать не о том, способны ли юридические лица по своей природе совершать преступление, а о том, допустима ли уголовная ответственность их с точки зрения основных принципов карательной деятельности государства. Выгода такой постановки заключается в том, что она переносит центр тяжести вопроса от споров о природе юридических лиц, которыми так богата цивилистическая литература, к основным принципам уголовного правосудия" <4>.

<4> Познышев С.В. Основные начала науки уголовного права. М., 1912. С. 129.

В период подготовки нового Уголовного кодекса России проблема признания юридического лица субъектом преступления вновь стала предметом широкого обсуждения <5>. Связано это было прежде всего с обостряющейся опасностью преступных посягательств на экологию во всех странах мира. В связи с этим Европейский комитет Совета Европы по проблемам преступности еще в 1978 году рекомендовал законодательным органам всех государств признать юридических лиц субъектами экологических преступлений. Некоторые страны положительно восприняли рекомендацию и признали юридические лица субъектами преступлений. Но в уголовном законодательстве России субъектом преступления по-прежнему признается только физическое лицо. Субъектом рассматриваемых преступлений против животного мира могут быть граждане Российской Федерации, лица без гражданства (апатриды), граждане других государств (иностранные граждане) и граждане двух и более государств (бипатриды). Следует отметить, что национальная принадлежность субъектов, связанных с посягательством на водные биологические и охотничьи ресурсы, довольно широкая. Наиболее криминальными местами в этом смысле являются: Каспийское море, где чаще всего задерживают граждан Республики Азербайджан <6>; Азовское и Черное моря - граждан Украины; Дальний Восток - граждан Японии, Китая.

<5> Наумов А.В. Предприятие на скамье подсудимых // Советская юстиция. 1992. N 17/18. С. 3; Келина С.Г. Ответственность юридических лиц в проекте нового УК Российской Федерации // Уголовное право: новые идеи / Под ред. С.Г. Келиной, А.В. Наумова. М., 1994. С. 50 - 60.
<6> Уголовное дело N 3060512 от 30 июля 2003 г. // Архив Володарского районного суда Астраханской области.

Тем не менее многие ученые считают такое решение законодателя неудачным, к ним присоединяются и практические работники. В настоящее время признание юридического лица субъектом преступления, прежде всего направленного против экологической безопасности <7>, поддерживает все большее число исследователей. Так, по мнению профессора Э.Н. Жевлакова <8>, юридические лица должны отвечать за преступления, совершенные их работниками в процессе хозяйственной деятельности по неосторожности, а равно за умышленные преступления, совершенные в интересах юридического лица при исполнении этими работниками обязанностей по службе или работе.

<7> Сверчков В.В. Ответственность за экологические преступления по российскому законодательству: Учебное пособие. Н. Новгород, 1998. С. 19.
<8> Жевлаков Э.Н. Экологические преступления: понятия, виды, проблемы ответственности: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1992. С. 40 - 42; Никифоров А.С. Юридическое лицо как субъект преступления и уголовной ответственности. М., 2003.

В соответствии с Директивой Европейского парламента и Совета от 19 ноября 2008 г. "Об охране окружающей среды уголовным правом" государства - члены ЕС обязаны к 26 декабря 2010 г. привести национальное законодательство в соответствие данной Директиве. Эти изменения касаются установления уголовной ответственности юридических лиц за экологические преступления <9>. Отмеченные рекомендации по признанию юридических лиц субъектами экологических преступлений, как мы отметили ранее, уже реализованы в Великобритании, Франции, Китае и в других странах. Уголовные кодексы этих стран предусматривают также и специальные виды наказаний.

<9> Дубовик О.Л. Уголовно-правовая охрана окружающей среды: история развития, задачи и перспективы (влияние идей В.В. Петрова на формирование и реализацию) // Экологическое право. 2009. N 2/3. С. 26.

По мнению А.П. Козлова, признание юридических лиц субъектами преступления может оказаться полезным для осуществления некоторых задач уголовного права <10>. При этом нельзя исключать того, что, входя в мировое сообщество, Россия обязана учитывать международные стандарты и рекомендации. Это касается и уголовно-правовых методов борьбы с общественно опасными деяниями, совершаемыми юридическими лицами <11>. С. Бабурин и Ю. Голик предложили признавать государство как субъект преступления. По их мнению, государство - субъект общественных отношений, а преступление тоже можно рассматривать как общественное отношение. "При назначении наказания необходимо использовать масштабные экономические санкции, которые отобьют охоту на совершение подобных действий в будущем у кого бы то ни было" <12>.

<10> Виноградова Е. Юридические лица должны нести ответственность за экологические преступления // Российская юстиция. 2001. N 8. С. 62; Максимов А.М., Прохоров Л.А. Правоприменительная практика как показатель эффективности уголовно-правового противодействия преступности в сфере охраны животного мира // Российский следователь. 2015. N 1. С. 30 - 33.
<11> Антонова Е.Ю. Уголовная ответственность юридических лиц в международной практике // Юридический мир. 2008. N 7. С. 784.
<12> Бабурин С., Голик Ю. Государство как субъект преступления // Российская газета. 2007. 31 января.

Не осталась в стороне и правоохранительная практика. Следственный комитет РФ представил в Администрацию Президента России законопроект, предусматривающий уголовную ответственность юридических лиц. Суть изменений заключается в том, что, если фирма участвует в преступлении, совершаемом физическим лицом, в его интересах, юридическое лицо наряду с физическим лицом подвергается уголовно-правовому воздействию. Руководитель Следственного комитета РФ А. Бастрыкин следующим образом обосновывает это предложение. Во-первых, в УК РФ отсутствуют санкции за причастность юридического лица к преступлению. Вместо этого такие санкции содержатся в законодательстве об административных правонарушениях. Складывается ситуация, когда участие физического лица в общественно опасном деянии рассматривается как преступление, а юридического лица - как административный проступок. Во-вторых, производство по делам об административных правонарушениях упрощенное, осуществление оперативно-розыскных мероприятий не предусмотрено. В-третьих, действующее законодательство об административных правонарушениях не предусматривает международного сотрудничества, без которого противодействие транснациональной преступности юридических лиц становится неэффективным <13>. В-четвертых, нет и достаточно эффективных санкций, адекватных общественной опасности такого вида преступности: лишение лицензии, запрет на определенный вид деятельности, принудительная ликвидация юридического лица. Все эти несовершенства действующего закона позволяют юридическим лицам безнаказанно решать свои корпоративные задачи преступными средствами. В худшем случае компания приносит в жертву кого-либо из ее менеджеров, который и привлекается к уголовной ответственности. Сама же недобросовестная организация продолжает участвовать в преступной деятельности. С учетом международного опыта предложены санкции: предупреждение; колоссальный штраф; лишение лицензии, квоты, преференций или льгот; лишение права заниматься определенным видом деятельности; запрет на осуществление деятельности на территории Российской Федерации; принудительная ликвидация <14>.

<13> Максимов А.М. Нарушение правил охраны водных биологических ресурсов: вопросы дифференциации уголовной ответственности (ст. 257 УК РФ) // Российский следователь. 2012. N 23. С. 34 - 35.
<14> Бастрыкин А. Удар в юрлицо // Российская газета. 2011. 23 марта.

Председатель Конституционного Суда РФ В. Зорькин, приводя положительный опыт преодоления организованного криминального явления в США в соответствующий период (60-е годы) <15>, подчеркивает, что правоохранительными и правоприменительными органами широко использовался институт конфискации и ответственности юридических лиц.

<15> Зорькин В. Конституция против криминала // Российская газета. 2010. 10 декабря.

Анализ изложенных выше аргументов за и против наделения юридического лица статусом субъекта преступления позволяет нам сделать вывод о том, что признание юридических лиц в качестве субъектов уголовной ответственности следует считать вполне обоснованным и справедливым, так как на них лежит основная ответственность за всю деятельность на предприятии. В случае совершения преступления при осуществлении деятельности работниками юридического лица уголовной ответственности подлежат и конкретное физическое лицо, и юридическое.

Литература

  1. Антонова Е.Ю. Уголовная ответственность юридических лиц в международной практике // Юридический мир. 2008. N 7. С. 784.
  2. Бабурин С., Голик Ю. Государство как субъект преступления // Российская газета. 2007. 31 января.
  3. Бастрыкин А. Удар в юрлицо // Российская газета. 2011. 23 марта.
  4. Виноградова Е. Юридические лица должны нести ответственность за экологические преступления // Российская юстиция. 2001. N 8. С. 62.
  5. Дубовик О.Л. Уголовно-правовая охрана окружающей среды: история развития, задачи и перспективы (влияние идей В.В. Петрова на формирование и реализацию) // Экологическое право. 2009. N 2/3. С. 26.
  6. Жевлаков Э.Н. Экологические преступления: понятия, виды, проблемы ответственности: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1992.
  7. Зорькин В. Конституция против криминала // Российская газета. 2010. 10 декабря.
  8. Келина С.Г. Ответственность юридических лиц в проекте нового УК Российской Федерации // Уголовное право: новые идеи / Под ред. С.Г. Келиной, А.В. Наумова. М., 1994.
  9. Максимов А.М., Прохоров Л.А. Правоприменительная практика как показатель эффективности уголовно-правового противодействия преступности в сфере охраны животного мира // Российский следователь. 2015. N 1. С. 30 - 33.
  10. Максимов А.М. Нарушение правил охраны водных биологических ресурсов: вопросы дифференциации уголовной ответственности (ст. 257 УК РФ) // Российский следователь. 2012. N 23. С. 34 - 35.
  11. Наумов А.В. Предприятие на скамье подсудимых // Советская юстиция. 1992. N 17/18. С. 3.
  12. Никифоров А.С. Юридическое лицо как субъект преступления и уголовной ответственности. М., 2003.
  13. Павлов В.Г. Субъект преступления. СПб., 2001.
  14. Познышев С.В. Основные начала науки уголовного права. М., 1912.
  15. Сверчков В.В. Ответственность за экологические преступления по российскому законодательству: Учебное пособие. Н. Новгород, 1998.
  16. Таганцев Н.С. Русское уголовное право: Лекции. Общая часть. М., 1994. Т. 1.