Мудрый Юрист

Особенности конституционных гарантий реализации прав человека в гражданском судопроизводстве

Л.Ю. Грудцына, кандидат юридических наук, адвокат.

К вопросу о конституционных гарантиях прав человека

Хотя закрепление основных прав и свобод человека и гражданина в Конституции РФ уже само по себе является гарантией их исполнения, но и сами конституционные гарантии нуждаются в разработанном и эффективном механизме их реализации. Ведь несистематизированное принятие нормативных правовых актов, отсутствие заботы законодателя о создании отлаженного механизма их реализации приводит, как правило, к плачевным результатам. Принятая норма в таком случае - какой бы прогрессивной и эффективной она ни казалась - остается лишь на бумаге, а стало быть, цель, ради которой она принималась, так и не была достигнута.

Брокгауз и Ефрон конституционные гарантии трактуют как определения закона, образующие составную часть Конституции, которые ограждают население от произвольного нарушения или изменения основных законов страны. В более узком значении под конституционными гарантиями понимаются правовые средства реализации и защиты гражданами своих прав.

Используемый в ч. 1 ст. 45 Конституции РФ термин "гарантируется" более весом, нежели "каждый имеет право", и чаще встречается в тех случаях, когда государство обладает системой, способной обеспечить права всех индивидов.

Конструкции конституционных положений разнообразны. Одни закреплены непосредственно в форме гарантии, например "гарантируется свобода массовой информации" (ч. 5 ст. 29), "каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту" (ч. 1 ст. 39). Другие - в качестве объекта охраны или защиты со стороны государства или закона, например "право частной собственности охраняется законом" (ч. 1 ст. 35), "материнство и детство, семья находятся под защитой государства" (ч. 1 ст. 38).

В целях максимальной охраны прав и свобод личности основополагающие юридические гарантии закреплены на конституционном уровне. М.В. Баглай и Б.Н. Габричидзе условно подразделяют конституционные гарантии на две группы - общие и специальные (гарантии правосудия). Общей гарантией прав и свобод, имеющей наивысшую юридическую силу, они называют конституционный строй, основанный на строгом соблюдении Конституции, естественном праве и общепризнанных принципах и нормах международного права <*>. Эта гарантия, по мнению В.М. Чхиквадзе, трансформируется Конституцией РФ в систему определенных прав граждан и обязанностей государства по обеспечению прав и свобод, которая сформулирована в ст. 45, 46, 53, 55, 56, 60 и 61 Конституции РФ. Без этих основ требования личности к обществу носили бы чисто формальный характер <**>.

<*> Баглай М.В., Габричидзе Б.Н. Конституционное право Российской Федерации. М.: Инфра-М, 1996. С. 226.
<**> Чхиквадзе В.М. Гарантировано конституцией. М., 1979. С. 49.

К общим конституционным гарантиям прав и свобод человека и гражданина относят:

конституционно-судебный механизм защиты прав и свобод;

судебную защиту прав и свобод;

законную самозащиту человеком своих прав и свобод;

административно-правовую защиту прав и свобод;

международную защиту прав и свобод.

К специальным конституционным гарантиям (гарантиям правосудия) относят:

гарантию подсудности;

право на юридическую помощь;

презумпцию невиновности;

запрет повторного осуждения за одно и то же преступление;

недействительность незаконно полученных доказательств;

право на пересмотр приговора;

гарантию от самообвинения;

права потерпевших;

запрет обратной силы закона.

Как видно, большая часть специальных конституционных гарантий лежит в области уголовно-процессуального права. Поэтому, принимая во внимание аспект рассматриваемой проблемы, было бы целесообразно применительно к процессу реализации конституционных гарантий прав человека в гражданском судопроизводстве также подразделять эти гарантии на общие и специальные.

К общим конституционным гарантиям прав человека в гражданском судопроизводстве следует отнести:

К специальным конституционным гарантиям прав человека в гражданском судопроизводстве отнесем:

Рассмотрим названные гарантии исходя из предложенного деления.

Общие конституционные гарантии в гражданском судопроизводстве

Порядок гражданского судопроизводства определяется Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, вступившим в силу с 1 февраля 2003 г.

При вынесении судебного постановления по гражданскому делу суд вправе основываться как на нормах Конституции РФ, так и на нормах ГПК РФ, ставшими по сути "носителями" и воплощением целого ряда конституционных норм.

Гражданское судопроизводство ведется в соответствии с федеральными законами, действующими на момент рассмотрения и разрешения гражданского дела. В случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей возникшие в ходе гражданского судопроизводства отношения, федеральные суды общей юрисдикции и мировые суды применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона). При отсутствии такой нормы судьи действуют исходя из общих принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

Диспозиции общих конституционных гарантий (которые не относятся напрямую к судебной системе, однако их смысл вполне можно применить к судебной процедуре рассмотрения гражданских дел) содержатся в ст. 17, 19, 29 и 45 Конституции России.

Согласно ч. 1 ст. 45 "государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется". Эта гарантия конкретизируется в ст. 46 - 54 Конституции РФ и обеспечивает конституционное регулирование защиты прав и свобод человека и гражданина посредством правомерных действий государства (в частности, специализированных органов, действующих от имени государства, - судов).

Толкование ч. 1 ст. 45 Конституции РФ часто встречается в судебной практике. Например, в п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от 10 апреля 2001 г. N 5-П "По делу о проверке конституционности части 1 пункта 1 статьи 8 Федерального закона "О материальной ответственности военнослужащих" в связи с запросом Находкинского гарнизонного военного суда" указывается на системную связь следующих конституционных норм: государственная защита прав и свобод человека и гражданина в России гарантируется (ч. 1 ст. 45); каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ч. 1 ст. 46); решения и действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (ч. 2 ст. 46).

Нормы ч. 1 ст. 45 и ч. 1 ст. 46 Конституции РФ взаимосвязаны: право на судебную защиту (как специальная конституционная гарантия) является логическим продолжением права граждан на государственную защиту их прав и свобод (как общей конституционной гарантии) путем обращения в органы государственной власти (суды).

Статья 45 Конституции РФ применительно к гражданскому судопроизводству находит свое продолжение в ГПК РФ. Так, согласно ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Конструкция "вправе... обратиться" фактически повторяет (а в определенной степени даже расширяет) конструкцию ч. 2 ст. 45 Конституции (каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом) и означает, что заинтересованное лицо при нарушении или угрозе нарушения его прав, свобод и охраняемых законом интересов по своему усмотрению решает, воспользоваться ему гарантированным ст. 45 и 46 Конституции РФ правом на судебную защиту или нет.

Заинтересованное лицо может и заблуждаться относительно того, действительно ли оно обладает субъективным материальным правом, подлежащим защите, и тем не менее может воспользоваться своим конституционным правом.

Согласно ч. 2 ст. 45 Конституции РФ "каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом". По смыслу статьи индивид может использовать для защиты своих прав и свобод как все государственные средства защиты, указанные в ст. 33, 35, 36, 46 - 54 Конституции РФ (но особенно судебную систему), так и международный механизм защиты прав и свобод человека.

Предусмотренные ст. 131 ГПК РФ общие условия (форма и содержание искового заявления) для реализации права на обращение в суд общей юрисдикции нельзя рассматривать как ограничение конституционного права на судебную защиту. Напротив, законодатель стремится упорядочить процедуру реализации права на судебную защиту, максимально приспосабливая ее для оптимального достижения основной конституционной цели правосудия - обеспечения прав и свобод человека и гражданина (ст. 18 Конституции РФ).

В статье 35 ГПК РФ лицам, участвующим в деле, гарантируется право пользоваться всеми не запрещенными законом процессуальными правами, в частности знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, заявлять отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам, заявлять ходатайства, обжаловать судебные постановления.

Важно понять, что по смыслу конституционной нормы каждый, во-первых, вправе, но не обязан защищать свои права, во-вторых, защищать всеми не запрещенными законом способами. Думается, последнее приобретает свою силу и значимость не как констатация (или перечисление) этих способов в законе, а как наличие реальных механизмов их использования индивидом и доступности использования.

Для примера рассмотрим следующую ситуацию. Истец для изыскания большего числа доказательств, свидетельствующих о правомерности своих требований к ответчику, привлекает нескольких адвокатов, каждый из которых работает по определенному направлению (количество привлекаемых к ведению дела адвокатов не ограничивается никакими нормативными правовыми актами). Ответчик вправе привлечь на свою сторону квалифицированного юриста, но не имеет средств для оплаты его помощи, а потому вынужден защищаться в суде самостоятельно. Если учесть, что процесс состязательный (когда многое зависит от инициативы сторон и предоставленных суду доказательств), можно не сомневаться, в чью пользу будет вынесено решение.

Итак, дефиниция ч. 2 ст. 45 Конституции РФ будет иметь действенный и должный смысл только тогда, когда государство обеспечит индивиду право выбора: из имеющихся в наличии (доступных) способов защиты выбрать наиболее эффективный и нужный в конкретной ситуации.

В силу ч. 1 ст. 17 Конституции РФ "в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией". На территории России должны соблюдаться Всеобщая декларация прав человека, международные пакты и ратифицированные Россией конвенции о правах и свободах. В соответствии с ч. 4 ст. 15 и ч. 1 ст. 17 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры являются частью системы российского права.

Общее направление судебной практики сводится к тому, что права и свободы, провозглашенные в ратифицированных Российской Федерацией актах международного права, действуют на ее территории, даже если не приняты соответствующие российские законы. На это неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, в подтверждение чему достаточно сослаться на Постановление от 4 апреля 1996 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности ряда нормативных актов города Москвы и Московской области, Ставропольского края, Воронежской области и города Воронежа, регламентирующих порядок регистрации граждан, прибывающих на постоянное жительство в названные регионы" и на Определение от 23 июня 2000 г. N 147-О "По жалобе гражданина Манукяна Согомона Оганесовича на нарушение его конституционных прав статьей 36 закона Краснодарского края "О порядке регистрации пребывания и жительства на территории Краснодарского края" и Постановлением Законодательного Собрания Краснодарского края "О перечне городов и районов края, в которых временно вводится особый порядок регистрации по месту жительства, и Правилах регистрации по месту жительства в них".

Более того, Пленум Верховного Суда РФ в целях дальнейшего совершенствования судебной деятельности, связанной с реализацией положений международного права на внутригосударственном уровне, не раз давал разъяснение по отдельным вопросам применения договорных норм международного права при рассмотрении судом гражданских, уголовных или административных дел (см., например, Постановление от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации").

Толкование конституционной нормы ч. 1 ст. 17 приводит к следующим выводам. Формулировка "в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина" означает, что гражданин имеет право защитить свои интересы в суде (ст. 11 ГК РФ), в том числе в рамках гражданского судопроизводства. Формулировка "согласно общепризнанным принципам и нормам международного права" означает, что судьи помимо использования национального законодательства должны ссылаться при вынесении решений и на международные акты, ратифицированные Россией.

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции РФ "осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц". Обладание правами и свободами не является абсолютным и не предполагает ничем не ограниченный произвол личности. В случае нарушения прав и свобод человека и гражданина они должны быть восстановлены соответствующими государственными органами, правонарушителем или законными действиями лица, чьи права были нарушены.

Этой конституционной норме корреспондирует (и в некоторой степени развивает ее положения) норма ч. 1 ст. 10 ГК РФ: "Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах". При этом под иными формами злоупотребления подразумеваются, среди прочего, злоупотребление правом с прямым умыслом нанести ущерб интересам других лиц; злоупотребление правом, хотя и не имеющее такой цели, но объективно причиняющее вред другим лицам; злоупотребление доминирующим положением на рынке и ограничение конкуренции; недобросовестная конкуренция и реклама.

Причем "в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются" (ч. 3 ст. 10 ГК РФ). Яркий пример тому Определение Конституционного Суда РФ от 9 декабря 1999 г. "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Куркиной Елены Анатольевны на нарушение ее конституционных прав статьей 535 ГК РСФСР", в которой заявитель утверждала, что при выделе обязательной наследственной доли право наследника по завещанию подвергается существенному ограничению, а это, по ее мнению, противоречит ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. Суд исходя из ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, пришел к заключению, что в ст. 535 ГК РСФСР установлено право на обязательную наследственную долю, ограничивающее свободу завещания в целях материального обеспечения несовершеннолетних и нетрудоспособных наследников, которые нуждаются в особой защите и в силу этого не могут быть отстранены от наследования. Такое ограничение права наследника по завещанию не противоречит ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, предусматривающей возможность ограничения федеральным законом прав и свобод человека и гражданина лишь постольку и лишь в той мере, в какой это не только презюмируется, но действительно является необходимым в целях защиты прав и законных интересов других лиц.

На основании этого Конституционный Суд пришел к выводу, что при толковании и применении ст. 535 ГК РСФСР не могут не учитываться основанные на Конституции РФ законоположения, усиливающие гарантии права частной собственности на имущество, включая право распоряжаться им, и права каждого на судебную защиту. Это относится и к праву граждан на наследование, судебная защита которого также должна обеспечиваться реально.

В соответствии с ч. 2 ст. 19 Конституции РФ "государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения", что корреспондирует специальной гарантии ч. 1 той же статьи, согласно которой все равны перед законом и судом. Равноправие означает равенство человека и гражданина в обладании правами и свободами (реальной возможности их использования). В данной норме сформулирована обязанность государства (а значит, право гражданина требовать от государства соблюдения этой обязанности) гарантировать равенство независимо как от природных свойств человека (пол, раса, национальность), так и от его общественных черт (язык, происхождение, имущественное и должностное положение, место жительства, религия и др.). Эти свойства личности выделены и закреплены в статье, ибо население России многонационально по составу с разнообразием языков и религиозных конфессий.

Конституционный Суд, ссылаясь в постановлениях на ст. 19 Конституции РФ, неоднократно подчеркивал, что по смыслу ст. 17, 18, 19 и 55 конституционный принцип равенства распространяется не только на непосредственно признаваемые Конституцией права и свободы, но и на связанные с ними другие права, приобретаемые на основании федерального закона (см., в частности, п. 2 Постановления от 24 октября 2000 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности положений пункта 13 статьи 39 Закона Российской Федерации "Об образовании", статьи 1 Федерального закона "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" и пункта 7 статьи 27 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в связи с запросом Майнского районного суда Ульяновской области, а также жалобами граждан Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной").

Согласно ч. 3 ст. 29 Конституции РФ "никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них". Обязанность воздерживаться от посягательств на свободу мысли и слова распространяется на органы государственной власти, институты гражданского общества, индивидов. Содержание этой нормы системно связано с положениями ст. 13 Конституции РФ, провозгласившей идеологическое многообразие и в силу которой никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. Данный принцип конкретизирован в ст. 12 ГПК РФ: "Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом... создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств..." Конституционная норма интерпретируется гражданским процессуальным законодательством так, что истец, подав исковое заявление в суд, должен обосновать свои требования, доказать обстоятельства и факты, на которые он ссылается. Ответчик вправе предоставить суду доказательства своей невиновности, опровергающие доказательства истца.

Суд не вправе по своему усмотрению освободить ту или иную сторону от доказывания обстоятельств, на которые она ссылается, и не может перераспределять между сторонами объем доказывания. Наряду с обязыванием по предоставлению доказательств, в ст. 35 ГПК РФ закреплена процессуальная свобода доказывания: "лица, участвующие в деле, имеют право... представлять доказательства и участвовать в их исследовании... давать объяснения суду... приводить свои доводы". Таким образом, стороны не только вправе, но и обязаны доказать обстоятельства, на которых основаны их требования или возражения. Другие доказательства (отвечающие тем не менее требованиям ст. 59 ГПК РФ об относимости) стороны вправе, но не обязаны предоставить (если этого не требует суд). Иные лица, участвующие в деле, вправе, а некоторые из них (например, третьи лица, заявляющие самостоятельные требования на предмет спора) и обязаны представлять доказательства.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ "суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказывать...". Причем в данном случае под словом "подлежит" следует понимать обязывание, отнесенное судом к той или иной стороне, но отнюдь не обязанность стороны (в ее традиционном понимании, ведь за уклонение от выполнения обязанности лицо несет установленную законом ответственность) <*>.

<*> Под обязыванием понимается наложение на кого-либо обязанности, принуждение делать что-либо, тогда как обязанность - это то, что подлежит безусловному выполнению кем-либо по общественным требованиям или по внутренним убеждениям (синонимы - обязательство, долг, необходимость, повинность). См.: Новый словарь русского языка. Толково-словообразовательный / Под ред. Т.Ф. Ефремовой. М.: Русский язык, 2000.

В соответствии с ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле; суд вправе предложить сторонам представить дополнительные доказательства. Поскольку процесс состязательный, а правосудие осуществляется на началах равенства всех перед законом и судом, никто (и судья в том числе) не может обязать сторону предоставить любые доказательства под угрозой наступления ответственности. В этом случае сторона (при наличии, разумеется, доказательств у противной стороны) проигрывает процесс. Тем более что согласно ст. 19 Всеобщей декларации прав человека, ст. 10 Европейской конвенции "О защите прав человека и основных свобод" каждый человек имеет право на свое мнение, свободу убеждений и свободу выражать их. А в соответствии с ч. 1 и 3 ст. 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова.

Чтобы не допустить давления одной стороны на другую, роль суда как арбитра по спору не сводится к простому наблюдению за ходом процесса. Именно поэтому полный текст ч. 2 ст. 56 ГПК РФ звучит следующим образом: "Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне подлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались".

В силу ч. 4 ст. 29 Конституции РФ "каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить, распространять информацию любым законным способом". Норма конкретизирует способы проявления личностью своего мнения и убеждения, формы реализации свободы слова. В гражданском судопроизводстве эта норма реализовалась в главе 6 ГПК РФ ("Доказательства и доказывание"). Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ "доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон..."

Особое продолжение ч. 4 ст. 29 Конституции РФ получила в норме ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации": "Адвокат... вправе собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, а также иных организаций. Указанные органы обязаны в порядке, установленном законодательством, выдавать адвокату запрошенные документы или их заверенные копии". Отказ в предоставлении гражданину информации влечет уголовную ответственность согласно ст. 140 УК РФ.

В рамках судебного процесса гражданин вправе обращаться к суду с ходатайствами об истребовании той или иной информации и доказательств, которые имеют существенное значение для разрешения дела по существу. Судья оформляет судебный запрос, истребуя ответы на поставленные заявителем ходатайства вопросы (в пределах полномочий адресата), а также выписки, копии документов, комментарии тех или иных событий и фактов. Однако на практике встречаются случаи, когда судья отказывается подписывать судебный запрос (мотивируя это тем, что ответ на него не будет иметь значения для рассмотрения и разрешения дела по существу), а на личные письменные обращения заинтересованной стороны адресат отвечает, что не имеет права (не уполномочен) давать ответы. Именно тогда запрос адвоката как лица, наделенного федеральным законом правом собирать информацию по делу, будет как нельзя кстати.

Специальные конституционные гарантии в гражданском судопроизводстве

Согласно ч. 1 ст. 19 Конституции РФ "все равны перед законом и судом". Закон как государственный акт - объективно необходимое средство формулирования прав и свобод. Гарантия практически в неизменном виде воплотилась в ст. 6 ГПК РФ, согласно которой "правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан, независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств, а также всех организаций независимо от их организационно-правовой формы, формы собственности, места нахождения, подчиненности и других обстоятельств".

Важно, что в ст. 6 ГПК РФ внесено существенное и необходимое дополнение, касающееся равенства перед законом и судом всех организаций. В ГПК РСФСР 1964 г. принцип равенства граждан перед законом и судом не был выделен в отдельную статью, а включен в ст. 5 ("Осуществление правосудия только судом и на началах равенства граждан перед законом и судом"), и, кроме того, в ней отсутствовала норма, касающаяся равенства перед законом и судом всех организаций. Разбив на отдельные статьи две гарантии (осуществление правосудия только судами и равенство всех перед законом и судом), законодатель стремился придать им большую значимость и самостоятельность.

Раскрывая конституционное содержание права на судебную защиту применительно к конкретным видам судопроизводства, Конституционный Суд РФ сформулировал ряд правовых позиций (см., например, Постановления от 2 июля 1998 г. "По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 УПК РСФСР" и от 6 июля 1998 г. "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 325 УПК РСФСР"). Эти позиции сведены к следующему:

право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости;

отсутствие возможности пересмотреть ошибочный судебный акт умаляет и ограничивает право на судебную защиту;

в рамках осуществления судебной защиты прав и свобод возможно обжалование в суд решений и действий (бездействия) любых государственных органов, включая судебные.

Эволюцию трактовки понятия "равенство процессуальных прав лиц, участвующих в деле" можно проследить по судебной практике. Так, Конституционный Суд РФ в Постановлении от 27 апреля 1998 г. N 12-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений части 1 статьи 92 Конституции Республики Башкортостан "О Президенте Республики Башкортостан" (в редакции от 28 августа 1997 г.) и статей 1 и 7 Закона Республики Башкортостан "О выборах Президента Республики Башкортостан" отметил, что все равны перед законом и судом; ограничения прав и свобод могут устанавливаться федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, т.е. должны быть соразмерны указанным целям. Спустя три года тот же суд в п. 2 Определения от 6 декабря 2001 г. N 255-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан В.Н. Ежова и Ю.А. Варзугиной на нарушение их конституционных прав статьей 80 Федерального закона "Об акционерных обществах" указал следующее: "Положение части 1 статьи 19 Конституции Российской Федерации "все равны перед законом и судом" означает, что ПРИ РАВНЫХ УСЛОВИЯХ СУБЪЕКТЫ ПРАВА ДОЛЖНЫ НАХОДИТЬСЯ В РАВНОМ ПОЛОЖЕНИИ. ЕСЛИ ЖЕ УСЛОВИЯ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ РАВНЫМИ, ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОНОДАТЕЛЬ ВПРАВЕ УСТАНОВИТЬ ДЛЯ НИХ РАЗЛИЧНЫЙ ПРАВОВОЙ СТАТУС" (выделено нами. - Л.Г.).

Таким образом, сущность рассматриваемой конституционной гарантии заключается, с одной стороны, в правильном понимании равенства (при равных условиях субъекты права должны находиться в равном положении), с другой - в предусматриваемой федеральным законом возможности устанавливать различия в правовом статусе, если они объективно оправданны, обоснованны и соответствуют конституционным целям.

В части 1 ст. 47 Конституции РФ впервые за всю историю развития российской государственности сформулирован принцип "никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом". Это право, широко известное на Западе как право на законного, на "своего", судью (например, ст. 101 Конституции ФРГ), никогда не фигурировало в отечественном законодательстве даже в качестве постулата прав и свобод человека.

Право на обращение в суд (предъявление иска) может быть реализовано только при наличии определенных, предусмотренных гражданским процессуальным законодательством условий. Среди них: подсудность дела данному суду, дееспособность истца, наличие у представителя истца надлежащим образом оформленных полномочий, должным образом составленное исковое заявление, уплата государственной пошлины. Если эти условия соблюдены, суд обязан принять иск к рассмотрению. Отказ в его принятии может последовать только при обнаружении ряда процедурных факторов, делающих невозможным исковое производство (например, неподведомственность дела суду, наличие вступившего в законную силу преюдициального решения суда).

Согласно ч. 2 ст. 24 Конституции РФ "органы государственной власти... обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом". Продолжением этой конституционной гарантии является ст. 35 ГПК РФ, согласно которой лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, заявлять отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать объяснения суду в устной и письменной форме; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам и т.д.

Остановимся на праве лиц, участвующих в деле, представлять доказательства. В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу признаются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон. Сведения могут быть получены из разных источников: объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда. Статья 55 ГПК РФ является логическим продолжением конституционной гарантии, закрепленной в ч. 2 ст. 24 Конституции РФ, согласуется с принципами и задачами гражданского судопроизводства (ст. 1 и 2 ГПК РФ).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, что не противоречит норме ст. 35 ГПК РФ (лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства). Сторонами в гражданском судопроизводстве являются истец и ответчик, а лицами, участвующими в деле, - стороны, третьи лица, прокурор, лица, обращающиеся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц или вступающие в процесс в целях дачи заключения по основаниям, предусмотренным ст. 4, 46 и 47 ГПК РФ, заявители и другие заинтересованные лица. Действительно, суд не вправе заставить лиц, участвующих в деле, предоставить те или иные доказательства (и в случае непредоставления доказательств считать такое лицо виновным); в противном случае гражданский процесс из состязательного превратился бы в инквизиционный.

Другое дело, что истец, обратившись в суд, обязан доказать те обстоятельства, которыми он обосновывает свои претензии к ответчику (например, невыполнение обязательств, причинение материального вреда). Если в иске не будут приведены "обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства" (п. 5 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ), судья согласно ст. 136 ГПК РФ выносит определение об оставлении иска без движения. Такой подход оправдан, поскольку защищает ответчика от необоснованных обвинений и траты времени для хождения по судам.

Более того, согласно ст. 99 ГПК РФ со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных доказательств.

Существует и несколько иная точка зрения. Так, по мнению А. Муховатовой, "использование судами института оставления искового заявления без движения по мотивам непредставления каких-либо документов на стадии подачи заявления нарушает основополагающие принципы гражданского судопроизводства, препятствует доступу граждан и юридических лиц к правосудию" <*>. Аналогичную позицию высказал Президиум ВАС РФ в Определении от 27 мая 2003 г. по делу N А40-45769/02-127-376 и в Постановлении от 8 июля 2003 г. N 3016/03.

<*> Муховатова А. Судейский шлагбаум на исковом пути // Домашний адвокат. 2003. N 19.

В подтверждение своей мысли А. Муховатова приводит пример из практики одного из московских судов общей юрисдикции.

В суд обратился Н. с иском о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. В обоснование своих требований он приложил документы с копиями по числу участников процесса (справку об участниках ДТП, справку о привлечении ответчика к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, акт осмотра поврежденного автомобиля и калькуляцию ущерба, квитанцию об оплате госпошлины). Через два месяца после подачи иска Н. получил определение суда об оставлении иска без движения по причине непредоставления им паспорта транспортного средства, поврежденного в ДТП, которое было мотивировано тем, что из представленных документов якобы невозможно определить, какое отношение имеет заявитель к поврежденному автомобилю и действительно ли именно ему причинен материальный ущерб. А между тем в справке об участниках ДТП, выданной органами ГИБДД, было указано, что собственником поврежденного автомобиля является заявитель. В процессе подготовки дела к рассмотрению суд мог бы предложить заявителю представить дополнительное доказательство для подтверждения указанного обстоятельства. Однако судья предпочла оставить заявление без движения, затянув рассмотрение дела как минимум на два месяца.

Подобные действия судьи противоречат ч. 2 ст. 56 ГПК РФ. Более того, если суд сочтет, что те или иные доказательства, имеющие значение для разрешения дела по существу, не обсуждались и не представлены ни одной из сторон, он вправе предложить им представить эти (дополнительные) доказательства. Когда представление необходимых доказательств для лиц, участвующих в деле, затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (путем оформления судебного запроса и судебного поручения).