Мудрый Юрист

Следствие в дни революционных потрясений (1917 г.) *

<*> Журнал "Российский следователь" продолжает публикацию серии статей, посвященных истории российских следственных органов. В настоящем номере представлена статья об организации и деятельности органов следствия в период между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г.

Серов Дмитрий Олегович, заведующий кафедрой теории и истории государства и права Новосибирского государственного университета экономики и управления, доктор исторических наук, доцент.

Федоров Александр Вячеславович, заместитель Председателя Следственного комитета России, заслуженный юрист Российской Федерации, кандидат юридических наук, профессор.

Статья посвящена вопросу о состоянии органов следствия в период между Февральской и Октябрьской революциями. Приведены сведения об ущербе, нанесенном органам следствия в ходе революционных событий, об отношении следователей к Временному правительству. Охарактеризованы предложения об изменениях в организации органов следствия, выдвигавшиеся в апреле - октябре 1917 г.

Ключевые слова: предварительное следствие, судебный следователь, следователь по особо важным делам, военный следователь, Февральская революция, Временное правительство, Советы депутатов, Петроградский окружной суд, следственная комиссия, военная контрразведка.

Investigation in the time of revolutionary upheavals (1917)

D.O. Serov, A.V. Fedorov

Serov Dmitry O., Head of the State and Law Theory and History Chair at the Novosibirsk State University of Economics and Management, Doctor of Historical Sciences, Assistant Professor.

Fedorov Aleksandr V., Vice-Chairman of the Investigative Committee of Russia, Honored Lawyer of the Russian Federation, Candidate of Juridical Sciences, Professor.

The article is devoted to the investigative authorities in the period between the February and October Revolutions. Provides data on the damage, caused to the investigative bodies in the course of revolutionary events, the attitude of investigators to the Provisional Government. Describes proposals for charges in the organization of investigative bodies, which were put forward in April - October 1917.

Key words: preliminary investigation, judicial investigator, judicial investigator for major crimes, military investigator, Russian February Revolution, Provisional Government, Soviets, Petrograd district court, investigative commission, military counter-spionage.

В истории России 1917 год явился уникально значимой вехой, ознаменовавшей наступление новой эпохи, радикально изменившей вектор развития нашего общества, государства, правовой системы. Этот год вместил в себя череду политических и социальных потрясений, которые привели к бесповоротному разрушению государственного и общественного строя Российской империи. Именно события 1917 г. положили начало острейшему кризису отечественной государственности, ввергли в бедствия миллионы людей, явились прологом братоубийственной Гражданской войны.

К началу 1917 г. организация органов следствия и статус российского следователя регулировались по-прежнему главным образом Судебными уставами 1864 г., а также актами военно-судебной реформы 1867 г. Основную часть преступлений расследовали участковые судебные следователи и следователи по важнейшим и особо важным делам, а в окраинных регионах - наделенные следственными полномочиями мировые судьи. Обособленно от них расследованием дел специальной подсудности занимались немногочисленные военные следователи, которые состояли в штатах военных судов второго звена и входили в офицерский состав военного и военно-морского ведомств <1>.

<1> Управление органами военной юстиции и военной прокуратуры в пореформенный период осуществляли учрежденное 29 марта 1867 г. в структуре Военного министерства Главное военно-судное управление и учрежденное 29 июня 1867 г. в структуре Морского министерства Главное военно-морское судное управление. Должности начальников военно-судных управлений совмещались с должностями главного военного прокурора и главного военно-морского прокурора.

Как известно, события Февральской революции развернулись в Петрограде в последнюю неделю февраля 1917 г. В результате продолжавшихся несколько дней массовых беспорядков, в которые постепенно вовлеклись военнослужащие частей и подразделений столичного гарнизона, имперское правительство утратило контроль над ситуацией. 27 февраля 1917 г. власть перешла в руки одновременно самопровозглашенных Временного комитета Государственной Думы и Петроградского совета рабочих депутатов. Апогеем революционных событий явилось поспешное отречение от престола Николая II, последовавшее 2 марта 1917 г.

Незамедлительно началась и организация новой власти. Уже в ночь на 2 марта 1917 г. Временный комитет Государственной Думы принял решение о создании Временного правительства (первоначально наименованного Временным общественным советом министров). Использование термина "временный" было целенаправленным: оговаривалось, что правительство будет функционировать до созыва Учредительного собрания, которое и определит будущее государственное устройство России и примет Конституцию <2>. Согласно п. 4 Декларации Временного правительства от 3 марта 1917 г., выборы в Учредительное собрание предполагалось провести на радикально новаторских для тогдашней России принципах всеобщего, равного, прямого и тайного голосования <3>. Первым министром юстиции и генерал-прокурором Временного правительства был определен известный общественный деятель, депутат Государственной Думы, адвокат А.Ф. Керенский (уже избранный 28 февраля 1917 г. заместителем председателя Петроградского совета рабочих депутатов <4>).

<2> Февральская революция 1917 года: Сборник документов и материалов / Сост. О.А. Шашкова. М., 1996. С. 153 - 154.
<3> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Пг., 1917. Вып. 1. С. 8.
<4> Февральская революция 1917 года. С. 83.

Одновременно началось интенсивное формирование параллельных не подчиненных Временному правительству властных структур - разнообразных Советов депутатов. Помимо хрестоматийно известных Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, очень скоро возникли Советы казачьих, матросских, офицерских депутатов, Советы депутатов трудовой интеллигенции. В прибалтийских губерниях был организован Совет пасторских депутатов <5>. При всем том что образование Советов осуществлялось хаотично, без какого-либо правового регулирования, с произвольными нормами представительства, ряд этих структур сумели закрепить за собой значительные властные полномочия, породив опаснейшее для государственного механизма любой страны явление двоевластия.

<5> Саламатова М.С. Советская избирательная система 1918 - 1936 гг.: преемственность и новации // Историко-правовые проблемы: новый ракурс: Сборник научных работ / Отв. ред. В.В. Захаров. Курск, 2013. Вып. 6. С. 147.

Что касается отношения к новым властям со стороны судебного ведомства, то большинство его служащих признали легитимность Временного правительства. Уже в первые дни марта 1917 г. особые заявления о поддержке Временного правительства приняли коллективы восьми судебных палат, 38 окружных судов, а также служащие центрального аппарата Министерства юстиции <6>. Как позднее отметил бывший следователь по особо важным делам Петроградского окружного суда П.А. Александров, "Февральская революция... не произвела кардинального переворота в судебном мире и его воззрениях... Временное правительство в этом отношении получило солидное наследство - вполне налаженный технический аппарат, готовый работать в направлении нового строя" <7>.

<6> Верещагина А.В. Судоустройственное и уголовно-процессуальное законодательство России конца XIX - начала XX века: тенденции развития и идеи реформирования: Монография. Владивосток, 2014. С. 132.
<7> Цит. по: Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. В эпоху потрясений и реформ. Российские прокуроры. 1906 - 1917. М., 1996. С. 316 - 317.

Что принесла революция непосредственно органам следствия? Прежде всего необходимо упомянуть, что 27 февраля 1917 г. в ходе массовых беспорядков было подожжено здание Петроградского окружного суда и судебной палаты на Литейном проспекте. По авторитетному свидетельству бывшего сенатора С.В. Завадского, поджог был организован группой подследственных и подсудимых, выпущенных участниками беспорядков из смежно расположенного Дома предварительного заключения на Шпалерной улице. Никаких усилий для тушения пожара не предпринималось, здание выгорало в течение трех дней <8>. Пламя уничтожило всю текущую и архивную документацию судов (включая массив уголовных дел из располагавшихся в здании кабинетов следователей), собрание вещественных доказательств, а также оборудование крупнейшей российской криминалистической лаборатории (кабинета научно-судебной экспертизы при прокуроре Петроградской судебной палаты).

<8> Завадский С.В. На великом изломе (отчет гражданина о пережитом в 1916 - 17 годах) // Архив русской революции. Берлин, 1923. Т. 11. С. 7.

28 февраля 1917 г. неустановленные вооруженные лица устроили погром в здании на набережной Мойки, в котором размещались Главное военно-судное управление, Петроградский военно-окружной суд и Александровская Военно-юридическая академия. Хранившиеся в здании документы, включая уголовные дела, были вынесены на набережную и сожжены. Само здание не подверглось поджогу только потому, что в части помещений Военно-юридической академии располагался военный госпиталь.

1 марта 1917 г. были разгромлены кабинеты военных следователей на Вознесенском проспекте. 2 марта 1917 г. группа военнослужащих уничтожила документацию Кронштадтского военно-морского суда, в том числе все делопроизводство военно-морских следователей <9>. Были также разрушены кабинеты военно-морских следователей в Гельсингфорсе <10>. Отчего революционный пафос солдат и матросов выразился в уничтожении уголовных дел по фактам хищения оружия и боеприпасов, дезертирства, растраты казенного имущества, сказать затруднительно.

<9> Фарфель А.С. Борьба народных масс против контрреволюционной юстиции Временного правительства. Минск, 1969. С. 8 - 9.
<10> Ныне г. Хельсинки, столица Финляндской Республики.

С нормативной стороны ни построение органов следствия, ни статус следователя на протяжении марта - октября 1917 г. никак не изменились. Эти вопросы несколько раз обсуждались, но дело ограничилось выдвижением проектов и законодательных предположений. Наибольшее внимание было уделено следователям в ходе работы Комиссии для восстановления положений Судебных уставов и согласования их с происшедшей переменой в государственном устройстве, учрежденной Постановлением Временного правительства от 25 марта 1917 г. <11>.

<11> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 1. С. 109 - 112.

Относительно следователей Комиссия выработала два наиболее важных законодательных предположения. Во-первых, было предложено полностью уравнять следователей по служебному статусу с судьями окружных судов. Во-вторых, Комиссия пришла к выводу о необходимости упразднить должности следователей по важнейшим и по особо важным делам. Вместо этого следователей предполагалось делить на участковых и внеучастковых (к последним, по существу, и переходили полномочия следователей по важнейшим и по особо важным делам). Наряду с этим в Комиссии были поставлены вопросы о переименовании судебных следователей в следственные судьи, а также о введении при следователях, имевших участки в городах с населением свыше 50 тыс. чел., штатной должности секретаря <12>.

<12> Верещагина А.В. Судоустройственное и уголовно-процессуальное законодательство России конца XIX - начала XX века. С. 190 - 191.

Предложения, касавшиеся следователей, прозвучали и на совещании начальников контрразведывательных отделений фронтов и военных округов, проходившем 1 - 14 октября 1917 г. в Штабе верховного главнокомандующего. На совещании было принято решение предложить Министерству юстиции ввести должности следователей, которые специализировались бы на расследовании дел о шпионаже и государственной измене и направлялись бы в контрразведывательные отделения штабов фронтов и отдельных армий. В свою очередь, к контрразведывательной части Штаба верховного главнокомандующего предлагалось прикрепить следователя по особо важным делам, который бы контролировал и координировал работу следователей при штабах фронтов и отдельных армий. На последнюю должность начальник контрразведывательной части полковник Н.В. Терехов предложил назначить прикомандированного к Штабу верховного главнокомандующего следователя по особо важным делам В.Г. Орлова, имевшего шестилетний опыт расследования дел о шпионаже <13>. Тем самым в октябре 1917 г. был, по существу, поставлен вопрос о создании в России следственных подразделений органов государственной безопасности.

<13> Зданович А.А. Отечественная контрразведка (1914 - 1920): организационное строительство. М., 2004. С. 83, 267. Орлов Владимир Григорьевич, 1882 г. р., потомственный дворянин, выпускник юридического факультета Императорского Варшавского университета, в 1904 г. поступил на службу в судебное ведомство, в 1912 г. был назначен следователем по особо важным делам Варшавского окружного суда. См.: Список чинам ведомства Министерства юстиции 1916 года. Пг., 1916. Ч. 2. С. 267.

Наконец, нельзя не упомянуть, что, как явствует из архивного документа, в 1917 г. предполагался созыв Всероссийского съезда судебных следователей. Известно, что от Московского окружного суда председателем комиссии по подготовке съезда был избран следователь по особо важным делам В.И. Громов <14>. Никаких иных сведений о попытке проведения этого съезда выявить к настоящему времени не удалось.

<14> Государственный архив Российской Федерации. Ф. А-406. Оп. 24а, N 3239, л. 31 об.

В марте - июне 1917 г. Временное правительство учредило несколько следственных комиссий. Наряду с должностными лицами судебного ведомства в состав этих комиссий включались и представители различных Советов. Первая (и наиболее известная) из них - Чрезвычайная следственная комиссия для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и других высших должностных лиц была создана Указом Временного правительства от 4 марта 1917 г. <15>.

<15> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 1. С. 266. О деятельности Комиссии подробнее см.: Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. В эпоху потрясений и реформ. С. 244 - 248.

14 апреля 1917 г. были основаны две Особые следственные комиссии для расследования злоупотреблений по военному и морскому ведомствам <16>, а 9 июля 1917 г. - Особая следственная комиссия для расследования степени участия в восстании 3 - 5 июля 1917 года отдельных частей войск и чинов города Петрограда <17>. Подобные комиссии являлись, безусловно, архаичной формой организации предварительного следствия. По своей компетенции они весьма напоминали временные следственные комиссии, особенно часто создававшиеся в России во второй трети XVIII в. <18>.

<16> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 1. С. 339 - 340.
<17> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Пг., 1918. Вып. 2. Ч. 1. С. 582 - 583.
<18> Подробнее см.: Серов Д.О., Федоров А.В. Следствие от Екатерины I до Екатерины II // Российский следователь. 2015. N 8. С. 51 - 55.

Кроме того, в межреволюционный период также имело место назначение чрезвычайного следователя. Согласно распоряжению генерал-прокурора от 30 марта 1917 г. сенатору С.Н. Трегубову (инициатору создания криминалистической службы Министерства юстиции) было поручено осуществить расследование злоупотреблений при организации поставок продовольствия для действующей армии в южных губерниях Европейской России <19>. Сенатор получил широчайшие процессуальные полномочия, вплоть до права единолично принимать решения о взятии под стражу и предании суду должностных лиц любого уровня. Исходя из анализа Инструкции сенатору Трегубову <20>, возможно заключить, что в 1917 г. была, по существу, воспроизведена "майорская" следственная канцелярия времен Петра I <21>.

<19> Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 1. С. 384.
<20> Там же. С. 384 - 385.
<21> О "майорских" канцеляриях подробнее см.: Серов Д.О., Федоров А.В. Следствие при Петре I: "майорские" следственные канцелярии // Российский следователь. 2015. N 5. С. 51 - 56.

Одним из наиболее резонансных дел, которые довелось вести российским следователям между февралем и октябрем 1917 г., явилось дело по обвинению группы руководящих деятелей партии большевиков (в частности, В.И. Ленина, Г.Е. Зиновьева, А.М. Коллонтай, А.В. Луначарского) в связях с разведывательной службой Германии. Это уголовное дело было возбуждено в июне 1917 г. по материалам, собранным контрразведкой Петроградского военного округа. Для расследования дела была образована следственная группа во главе с опытнейшим следователем по особо важным делам Петроградского окружного суда - уже упоминавшимся П.А. Александровым, проработавшим на следственных должностях 19 лет <22>.

<22> Подробнее см.: Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. В эпоху потрясений и реформ. С. 317 - 322.

По свидетельству бывшего начальника контрразведывательного отделения штаба Петроградского военного округа полковника Б.В. Никитина, несмотря на общеизвестную осторожность в заключениях, Павел Александров, ознакомившись с добытыми контрразведкой материалами, в начале июля 1917 г. высказался за взятие В.И. Ленина и его соратников под стражу, выразив, однако, сомнения в исполнимости этого решения <23>. Эти сомнения П.А. Александрова имели веские основания. Проблема заключалась в том, что к тому времени ни контрразведка, ни иные органы Временного правительства не имели реальной возможности предпринять какие-либо силовые действия в отношении представителей революционных партий.

<23> Никитин Б.В. Роковые годы (новые показания участника). М., 2007. С. 152 - 153.

Достаточно сказать, что, согласно воспоминаниям Бориса Никитина, контрразведывательное отделение штаба округа не сумело даже избавиться от соседства с боевым отделом комитета РСДРП(б) по Литейной части Петрограда, самовольно занявшим часть здания на Воскресенской набережной на одном этаже (!) с военными контрразведчиками <24>. Так что розыском В.И. Ленина, укрывшегося от ареста (совместно с Г. Зиновьевым) в шалаше близ Сестрорецка, никто всерьез не занимался.

<24> Там же. С. 367.

Однако проблемы, с которыми столкнулись российские органы следствия в марте - октябре 1917 г., отнюдь не исчерпывались сложностями в привлечении к ответственности партийных деятелей. Дело в том, что в межреволюционные месяцы в стране по нарастающей ухудшалась общая ситуация с поддержанием правопорядка. Тому был ряд причин.

Во-первых, Временное правительство в марте 1917 г. поспешило ликвидировать Департамент полиции МВД и Отдельный корпус жандармов, заодно уволив весь личный состав органов полиции и жандармерии. В одночасье на улицу оказались выброшены почти все профессионалы уголовного и политического сыска, многие из них подверглись произвольным арестам. Всерьез обсуждался вопрос о массовой отправке бывших полицейских и жандармов на фронт <25>. Была утрачена агентурная сеть полиции и специальных служб <26>. Все это привело к резкому ослаблению борьбы как с преступностью, так и с политическим экстремизмом.

<25> Органы и войска МВД России: краткий исторический очерк. М., 1996. С. 37 - 38.
<26> Подробнее см.: Зданович А.А. Отечественная контрразведка (1914 - 1920). С. 68 - 69; Федоров А.В., Шахматов А.В. Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. СПб., 2005. С. 120 - 122.

Во-вторых, в том же марте 1917 г. Временное правительство провело беспрецедентно широкую амнистию. В итоге из 155134 лиц, содержавшихся в местах заключения по состоянию на 1 февраля 1917 г., были освобождены 88097, из которых лишь 5737 являлись "политическими" <27>, т.е. осужденными за совершение государственных преступлений. Кроме того, неустановленное число осужденных, подсудимых и подследственных вышли на свободу в результате разгрома тюрем в ходе революционных событий <28>.

<27> Органы и войска МВД России. С. 137 - 138.
<28> В этой связи 6 марта 1917 г. Временное правительство издало потрясающий по наивности указ, в котором призвало лиц, освобожденных из мест заключения не по распоряжению надлежащих властей, добровольно вернуться в тюрьмы. См.: Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 1. С. 269.

В-третьих, Временное правительство крайне ослабило (если не сказать дезорганизовало) пенитенциарную систему. И хотя здесь не было осуществлено массового увольнения прежних служащих, режим содержания заключенных фактически перестал соблюдаться. Обычными были внутритюремные беспорядки, массовые побеги. Доходило и до перестрелок между заключенными <29>.

<29> Подробнее см.: Рогов В.А. Год 1917-й: преступники и тюрьмы России (по материалам московских архивов) // Записки криминалистов. М., 1993. Вып. 2. С. 249 - 255.

В-четвертых, Временное правительство так и не сумело взять под контроль деятельность Советов рабочих и солдатских депутатов. Многие из этих Советов (особенно в индустриальных центрах) организовывали собственные вооруженные формирования, осуществляли не только административную, но и судебную и правоохранительную деятельность <30>. Естественно, игнорируя какие-либо требования подчиненных Временному правительству органов следствия и прокуратуры.

<30> Подробнее см.: Фарфель А.С. Борьба народных масс против контрреволюционной юстиции Временного правительства. С. 66 - 80.

В-пятых, Временное правительство и военное командование в значительной мере утратили контроль над рядовым и сержантским составом вооруженных сил. Воистину роковую роль здесь сыграл известный Приказ N 1 Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов по гарнизону Петроградского военного округа <31>, действие которого оказалось очень быстро распространено по всей армии и флоту и который катастрофически ослабил воинскую дисциплину. Одним из проявлений разложения вооруженных сил явился обвальный рост дезертирства. Если к началу 1917 г. насчитывалось 195 тыс. дезертиров, то к августу 1917 г. их число достигло 365 тыс., а к октябрю - 2 (!) млн. <32>.

<31> Февральская революция 1917 года. С. 89 - 90.
<32> Петухов Н.А. История военных судов России. М., 2003. С. 163.

В условиях нарастания общего кризиса государственности, развала подразделений криминальной полиции, системы исполнения наказаний, наличия во многих городах неподконтрольных правительству вооруженных формирований деятельность органов следствия (пусть и не затронутых никакими реорганизациями и сохранивших профессиональные кадры) заведомо не могла быть сколько-нибудь продуктивной. Остается только гадать, для чего в такой обстановке министр юстиции А.С. Зарудный вошел в августе 1917 г. во Временное правительство с предложением об увеличении следственных должностей в Петроградском и Московском окружных судах на 21 и 22 штатные единицы соответственно <33>.

<33> Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. В эпоху потрясений и реформ. С. 311 - 312.

Не сумевшее ни получить поддержки со стороны широких слоев населения, ни создать эффективную систему правоохранительных органов, не имевшее легального статуса, политически и организационно бессильное Временное правительство было обречено. Печальную участь Временного правительства, как оказалось, суждено было разделить и органам следствия.

Литература

  1. Верещагина А.В. Судоустройственное и уголовно-процессуальное законодательство России конца XIX - начала XX века: тенденции развития и идеи реформирования: Монография. Владивосток: Изд. ВГУЭС, 2014. 250 с.
  2. Завадский С.В. На великом изломе (отчет гражданина о пережитом в 1916 - 17 годах) // Архив русской революции. Берлин: Слово, 1923. Т. 11. С. 5 - 73.
  3. Звягинцев А.Г., Орлов Ю.Г. В эпоху потрясений и реформ. Российские прокуроры. 1906 - 1917. М.: РОССПЭН, 1996. 432 с.
  4. Зданович А.А. Отечественная контрразведка (1914 - 1920): организационное строительство. М.: Крафт+, 2004. 240 с.
  5. Никитин Б.В. Роковые годы (новые показания участника). М.: Айрекс-пресс, 2007. 387 с.
  6. Органы и войска МВД России: краткий исторический очерк. М.: Объединенная редакция МВД России, 1996. 462 с.
  7. Петухов Н.А. История военных судов России. М.: НОРМА, 2003. 352 с.
  8. Рогов В.А. Год 1917-й: преступники и тюрьмы России (по материалам московских архивов) // Записки криминалистов. М.: Юрикон, 1993. Вып. 2. С. 249 - 255.
  9. Саламатова М.С. Советская избирательная система 1918 - 1936 гг.: преемственность и новации // Историко-правовые проблемы: новый ракурс: Сборник научных работ / Отв. ред. В.В. Захаров. Курск: КГУ, 2013. Вып. 6. С. 142 - 163.
  10. Серов Д.О., Федоров А.В. Следствие от Екатерины I до Екатерины II // Российский следователь. 2015. N 8. С. 51 - 55.
  11. Серов Д.О., Федоров А.В. Следствие при Петре I: "майорские" следственные канцелярии // Российский следователь. 2015. N 5. С. 51 - 56.
  12. Список чинам ведомства Министерства юстиции 1916 года. Пг.: Сенатская типогр., 1916. Ч. 2. XVI, 1090, CXXIV с.
  13. Фарфель А.С. Борьба народных масс против контрреволюционной юстиции Временного правительства. Минск: Изд. БГУ, 1969. 119 с.
  14. Февральская революция 1917 года: Сборник документов и материалов / Сост. О.А. Шашкова. М.: РГГУ, 1996. 353 с.
  15. Федоров А.В., Шахматов А.В. Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. СПб.: Юридический центр Пресс, 2005. 338 с.