Мудрый Юрист

Правопреемство в правах и обязанностях, возникших из тарифных решений 1

<1> Для целей настоящего комментария под тарифным решением понимается индивидуальный правовой акт, принятый органом регулирования в пределах его компетенции, направленный на установление цен (тарифов) в сфере теплоснабжения.

Габов А.В., заведующий отделом гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук.

Символоков О.А., и.о. старшего научного сотрудника Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент.

  1. На внеочередном заседании общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Теплотранспортная компания" (единоличное решение единственного участника общества) 22 марта 2013 г. было принято решение о реорганизации общества с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Теплотранспортная компания" (далее - ООО "ЛТТК") в форме выделения из него общества с ограниченной ответственностью "Волгодонские тепловые сети" (далее также - ООО "ВТС", заявитель). В результате реорганизации ООО "ЛТТК" в форме выделения было создано ООО "ВТС".

Переход прав и обязанностей от ООО "ЛТТК" к ООО "ВТС" осуществлялся в соответствии с ГК РФ, Федеральным законом от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и другими нормативными правовыми актами. Документом, регулирующим вопросы правопреемства, выступал разделительный баланс, который включал в себя помимо прочего в качестве приложения 1 "Правила правопреемства в отношении имущества, прав и обязанностей общества с ограниченной ответственностью "ЛУКОЙЛ-Теплотранспортная компания" в период реорганизации в форме выделения". Среди прочих положений данные правила содержат:

Письмом от 17 июня 2013 г. N 8 ООО "ВТС" уведомило Региональную службу по тарифам Ростовской области (далее также - РСТ по РО) о состоявшейся реорганизации, в котором также просило утвердить необходимые документы для применения тарифов, установленных для ООО "ЛТТК" на 2013 г., без открытия дела.

На основании указанного заявления и в соответствии с п. 11 Правил государственного регулирования и применения тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации от 26 февраля 2004 г. N 109 РСТ по РО приняло Постановление от 28 июня 2013 г. N 18/3, в котором обязало применять в отношении ООО "ВТС" как правопреемника ООО "ЛТТК" тарифы на тепловую энергию, установленные для ООО "ЛТТК" в Постановлении РСТ по РО от 28 декабря 2012 г. N 57/3.

В Постановлении РСТ по РО от 28 декабря 2012 г. N 57/3 были установлены тарифы на тепловую энергию, поставляемую ООО "ЛТТК" в г. Волгодонске.

Между тем еще до завершения реорганизации между ООО "ЛТТК" (правопредшественником) и РСТ по РО имелись разногласия по величине тарифа на тепловую энергию в г. Волгодонске, установленного для ООО "ЛТТК" в Постановлении РСТ по РО от 28 декабря 2012 г. N 57/3.

В связи с наличием разногласий по величине тарифа на тепловую энергию в г. Волгодонске, установленного для ООО "ЛТТК" в Постановлении РСТ по РО от 28 декабря 2012 г. N 57/3, ООО "ЛТТК" обратилось с заявлением о разногласиях в Федеральную службу по тарифам (далее - ФСТ России).

ФСТ России, рассмотрев разногласия между ООО "ЛТТК" и РСТ по РО, определила, что при установлении для ООО "ЛТТК" в 2012 г. тарифов на тепловую энергию на 2013 г. в г. Волгодонске РСТ по РО неправомерно не были учтены расходы в сумме 52 404,77 тыс. руб.

В этой связи ФСТ России Приказом от 17 июля 2013 г. N 141-э/1 "О рассмотрении разногласий в области государственного регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, возникающих между органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов, органами местного самоуправления поселений, городских округов, организациями, осуществляющими регулируемые виды деятельности, и потребителями, между ООО "ЛУКОЙЛ-ТТК" и Региональной службой по тарифам Ростовской области" (далее - Приказ ФСТ России N 141-э/1) (т.е. уже после завершения реорганизации) обязало РСТ по РО установить тарифы на тепловую энергию, поставляемую ООО "ЛТТК", на 2014 - 2015 гг. с дополнительным учетом экономически обоснованных расходов в общей сумме 52 404,77 тыс. руб. При этом указанную сумму следовало учесть равными долями в 2014 - 2015 гг.

ООО "ЛТТК" проинформировало ООО "ВТС" как правопреемника в том числе и прежде всего в части теплоснабжения г. Волгодонска об издании Приказа ФСТ России N 141-э/1.

ООО "ВТС" обратилось в РСТ по РО с заявлением об открытии дела об установлении тарифов на тепловую энергию в г. Волгодонске и Волгодонском районе на 2014 - 2016 гг. и включило в него указанные неучтенные экономически обоснованные расходы.

РСТ по РО 12 сентября 2013 г. направила ООО "ВТС" извещение об открытии дела об установлении тарифов и выборе метода регулирования (метода экономически обоснованных расходов).

ООО "ВТС" указало в качестве выпадающих и неучтенных затрат на 2014 г. сумму в размере 26 202,39 тыс. руб., которая является половиной суммы экономически обоснованных расходов, признанных ФСТ России в Приказе N 141-э/1.

ООО "ЛТТК" и ООО "ВТС" обратились в РСТ по РО с совместным заявлением от 6 декабря 2013 г. N 04-3409, в котором просили исполнить Приказ ФСТ России N 141-э/1 в отношении ООО "ВТС" и дополнительно учесть экономически обоснованные расходы при установлении тарифов на тепловую энергию для ООО "ВТС" на очередной период регулирования.

РСТ по РО установила тарифы на тепловую энергию и горячую воду, поставляемые ООО "ВТС", в Постановлениях от 17 декабря 2013 г. N 67/27 "Об установлении тарифов на тепловую энергию, поставляемую ООО "Волгодонские тепловые сети" потребителям, другим теплоснабжающим организациям города Волгодонска на 2014 год" и от 17 декабря 2013 г. N 67/29 "Об установлении тарифов на горячую воду в открытой системе теплоснабжения (горячего водоснабжения), поставляемую ООО "Волгодонские тепловые сети" потребителям, другим теплоснабжающим организациям города Волгодонска" без учета неучтенных экономически обоснованных расходов в размере 26 202,39 тыс. руб.

ФСТ России в своих письмах от 29 августа 2013 г. и от 19 ноября 2013 г. подтвердила отсутствие обязательности Приказа ФСТ России N 141-э/1 при установлении тарифов на тепловую энергию на очередной период регулирования в отношении ООО "ВТС".

При этом из письма от 29 августа 2013 г. также следует вывод о том, что приказ также невозможно исполнить в отношении ООО "ЛТТК", поскольку данная организация уже не является теплоснабжающей организацией на территории г. Волгодонска.

24 марта 2014 г. Приказом ФСТ России N 464-э прекращено рассмотрение разногласий между ООО "ВТС" и РСТ по РО.

РСТ по РО и ФСТ России, отказывая ООО "ВТС" в применении Приказа ФСТ России N 141-э/1, а следовательно в правопреемстве, ссылаются на следующие основные аргументы:

ООО "ВТС" обратилось с заявлением о признании недействующими Постановлений РСТ по РО от 17 декабря 2013 г. N 67/27 и от 17 декабря 2013 г. N 67/29 в Ростовский областной суд. При этом заявитель ссылался на противоречие оспариваемых Постановлений п. 21, 32, 33, 34 Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 октября 2012 г. N 1075 (далее - Основы) и общим принципам правопреемства, установленным ГК РФ.

По мнению заявителя, при формировании тарифов РСТ по РО безосновательно не было принято во внимание его предложение о необходимости учета экономически обоснованных дополнительных затрат, размер которых установлен Приказом ФСТ России N 141-э/1, что повлекло установление уполномоченным органом заниженного и экономически необоснованного тарифа на тепловую энергию на 2014 г. и неоправданное несение ООО "ВТС" имущественных потерь.

Ростовский областной суд 13 мая 2014 г. вынес решение, в соответствии с которым заявление ООО "ВТС" было оставлено без удовлетворения. Отказывая в удовлетворении заявления ООО "ВТС", суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые правовые акты приняты уполномоченным органом в пределах его компетенции и предоставленных законом полномочий, не противоречат федеральному законодательству или другим нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушают прав заявителя.

Судом первой инстанции также отмечено, что "Федеральный закон "О теплоснабжении", Постановление Правительства РФ N 1075 от 22 октября 2013 г. не содержат положений, которые бы позволили согласиться с расширительным толкованием заявителем пункта 21 Основ ценообразования в отношении правопреемства. Принимая во внимание регулируемый характер правоотношений в области теплоснабжения конкретными специальными правовыми нормами, отсутствуют основания для распространения общих норм гражданского права о правопреемстве, а также для применения аналогии в отношениях при установлении тарифов.

Таким образом, ООО "ВТС" было отказано в удовлетворении требования о правопреемстве в части прав и обязанностей, возникших из тарифных решений (учета при установлении тарифа экономически обоснованных расходов, признанных Приказом ФСТ России N 141-э/1, как в целом, так и при установлении тарифов на тепловую энергию и горячую воду в г. Волгодонске в 2014 г. (как следующем периоде регулирования после 2013 г.)) <1>.

<1> См.: решение Ростовского областного суда по делу N 3-18/14 от 13 мая 2014 г. // <http://oblsud.ros.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=case&case_id=185795&result=1&delo_id=1540005>.

Определением Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ (далее - Судебная коллегия) решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение, которым заявление ООО "ВТС" было удовлетворено.

В анализируемом деле основанием для отмены апелляционной инстанцией решения суда первой инстанции послужило неправильное применение норм материального права.

Судебная коллегия не согласилась с доводами суда первой инстанции, основываясь на следующем:

  1. является ошибочной позиция РСТ по РО, основанная на суждении о том, что предыдущие предписания и принятые правовые акты, направленные на тарифное регулирование деятельности теплоснабжающей организации ООО "ЛТТК" в части необходимости учета экономически обоснованных расходов, не распространяются на его правопреемника - ООО "ВТС";
  2. объектом правопреемства выступают права и обязанности реорганизуемого юридического лица, при этом закон не устанавливает положений, исключающих возможность распространения общего правила о правопреемстве к правам и обязанностям, возникающим из публичных правоотношений;
  3. реорганизация юридического лица в форме выделения не является основанием для прекращения прав и обязанностей, возникающих из публичных правоотношений, а, напротив, порождает соответствующие правовые последствия, означающие переход от реорганизованного лица к вновь созданному юридическому лицу прав и обязанностей, объем которых устанавливается разделительным балансом (в соответствии с действовавшей на момент реорганизации редакцией ст. 58 ГК РФ);
  4. правилами правопреемства, утвержденными при реорганизации ООО "ЛТТК", и разделительным балансом предусмотрено, что все права и обязанности, связанные с осуществлением деятельности вновь созданного юридического лица по поставке тепловой энергии и горячей воды потребителям и иным теплоснабжающим организациям г. Волгодонска, перешли в порядке правопреемства от ООО "ЛТТК" к ООО "ВТС";
  5. осуществление теплоснабжающей организацией хозяйственной деятельности связано с несением расходов по производству тепловой энергии, и надлежащий учет таких расходов в процессе тарифного регулирования имеет существенное значение для обеспечения экономически обоснованной доходности текущей деятельности данной организации;
  6. установленное для ООО "ЛТТК" тарифное регулирование в полной мере распространяется на его правопреемника - ООО "ВТС", включая также и условия формирования тарифа на 2014 г., установленные Приказом ФСТ России N 141-э/1, что вытекает из анализа положений п. 13, 21, 32, 33 Основ в системной взаимосвязи с нормами статей 57 и 58 ГК РФ;
  7. отказ РСТ по РО от учета ранее признанных вышеприведенным приказом экономически обоснованными дополнительных затрат повлек за собой принятие нормативных правовых актов, противоречащих положениям п. 5 и 6 ч. 1 ст. 3, п. 2 и 3 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 27 июля 2010 г. N 190-ФЗ "О теплоснабжении" (далее - Закон о теплоснабжении) и п. 13, 21, 32 и 33 Основ, имеющим по отношению к оспариваемым Постановлениям большую юридическую силу <1>.
<1> См.: Определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации по делу N 41-АПГ14-6 от 3 сентября 2014 г. // <http://www.vsrf.ru/indexA.php?ilpl=l&iltext=%E2%EE%EB%E3%EE%E4%EE%ED%FI%EA&number=&iDateB=03.09.2014&iDateE=&iDoc=0&delo_type=0&iPhase=0&iSpeaker=0&Frash=0&search.x=43&search.y=14>.
  1. Есть все основания согласиться с приведенными доводами Судебной коллегии.

Вместе с тем рассмотренное дело затрагивает ряд вопросов, комментирование которых позволит глубже уяснить общую проблему правопреемства в правах и обязанностях, возникших из тарифных решений.

Вначале необходимо ответить на следующий вопрос: является ли отсутствие специального правового регулирования правопреемства в сфере теплоснабжения основанием для нераспространения общих норм гражданского права о правопреемстве при реорганизации юридического лица к правам и обязанностям, возникшим из тарифных решений?

Правовые основы экономических отношений, возникающих в связи с производством, передачей, потреблением теплоносителя с использованием систем теплоснабжения, полномочия органов государственной власти по регулированию и контролю в сфере теплоснабжения, права и обязанности потребителей тепловой энергии, теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций регулируются Законом о теплоснабжении.

Государственное регулирование цен (тарифов) на тепловую энергию (мощность) осуществляется на основе принципов, установленных Законом о теплоснабжении, в соответствии с основами ценообразования в сфере теплоснабжения, правилами регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденными Правительством РФ, иными нормативными правовыми актами и методическими указаниями, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения (п. 6 ч. 1 ст. 4, п. 1 ст. 10 Закона о теплоснабжении).

Отдельные особенности тарифного регулирования в сфере теплоснабжения в случае реорганизации юридических лиц закреплены в п. 21 Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22 октября 2012 г. N 1075 "О ценообразовании в сфере теплоснабжения".

Как видно из материалов дела, нормативно-правовой основой для отказа со стороны РСТ по РО в применении Приказа ФСТ России N 141-э/1 послужило правило п. 21 Основ.

В соответствии с п. 21 Основ в отношении источников тепловой энергии и (или) тепловых сетей теплоснабжающей (теплосетевой) организации, которая в порядке правопреемства в текущий период регулирования в полном объеме приобрела права и обязанности организации, осуществлявшей регулируемые виды деятельности, применяются тарифы, установленные для реорганизованной организации, без открытия дела об установлении цен (тарифов) до утверждения для организации-правопреемника цен (тарифов) в установленном порядке.

В п. 21 Основ по существу указывается на правопреемство в части тех прав и обязанностей, которые уже возникли из тарифных решений. Такое правовое решение очевидно обусловлено непрерывностью процесса теплоснабжения и необходимостью обеспечения потребителей качественными услугами.

Правовые нормы, регулирующие установление тарифов, предусматривают институт учета экономически обоснованных расходов, не учтенных органом регулирования. Правила учета экономически обоснованных дополнительных расходов закреплены в п. 13 указанных Основ. В данном пункте указывается, что в случае если регулируемая организация в течение расчетного периода регулирования понесла экономически обоснованные расходы, не учтенные органом регулирования при установлении для нее регулируемых цен (тарифов), в том числе расходы, связанные с незапланированным органом регулирования при установлении цен (тарифов) для такой регулируемой организации ростом цен на продукцию, потребляемую регулируемой организацией в течение расчетного периода регулирования, то такие расходы, включая расходы, связанные с обслуживанием заемных средств, привлекаемых для покрытия недостатка средств, учитываются органом регулирования при установлении регулируемых цен (тарифов) для такой регулируемой организации начиная с периода, следующего за периодом, в котором указанные расходы были документально подтверждены на основании годовой бухгалтерской и статистической отчетности, но не позднее чем на третий расчетный период регулирования, в полном объеме.

Указанные экономически обоснованные расходы регулируемой организации включаются органом регулирования в необходимую валовую выручку независимо от достигнутого ею финансового результата.

Тарифы на 2013 г. для ООО "ЛТТК" были установлены в соответствии с Основами ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2004 г. N 109 (далее по тексту также - Основы ценообразования); они были применены РСТ по РО к ООО "ВТС" как к правопреемнику ООО "ЛТТК".

Однако ООО "ЛТТК" в начале 2013 г. обратилось в ФСТ России с разногласиями по поводу состава тарифов, установленных РСТ по РО. ФСТ России разногласия рассмотрела, признав действия РСТ по РО нарушающими требования законодательства и обязав последнюю дополнительно учесть экономически обоснованные расходы в составе тарифов на тепловую энергию в размере 52 404,47 тыс. руб. (Приказ ФСТ России N 141-э/1).

Так как Приказ ФСТ России был принят после реорганизации и предусматривает учет экономически обоснованных расходов в 2014, 2015 гг., то подлежащие дополнительному учету в составе будущих тарифов экономически обоснованные расходы не могут рассматриваться как тарифы, установленные для реорганизованной организации (ООО "ЛТТК") и подлежащие применению к правопреемнику (ООО "ВТС") в текущем периоде регулирования (2013 г.).

Учет в составе тарифов экономически обоснованных расходов в 2013 г. был невозможен. Учет этих расходов возможен только в последующие периоды регулирования. Кроме того, размер экономически обоснованных расходов невозможно было указать и в разделительном балансе, так как не было известно решение ФСТ России, состоявшееся намного позже окончания реорганизации.

Следовательно, положения п. 21 Основ служат достижению специальных целей и не охватывают случаев правопреемства в отношении права на учет тех экономически обоснованных расходов, которые не установлены в текущем периоде регулирования.

Буквальное толкование п. 21 Основ позволяет сделать следующий вывод: к правопреемнику (в комментируемом деле - ООО "ВТС") применяются тарифы, установленные для реорганизованной организации-правопредшественника (в комментируемом деле - ООО "ЛТТК"), т.е. те тарифы, которые являются действующими и только в текущем периоде регулирования.

Толкование правил РСТ по РО, ФСТ России и Ростовским областным судом п. 21 Основ в том смысле, что правопреемству подлежат только права и обязанности, возникшие из тарифных решений (тарифы на тепловую энергию, установленные для текущего периода регулирования), противоречит действующему законодательству. В п. 21 Основ не содержится запретов и ограничений на переход в порядке правопреемства права на дополнительный учет экономически обоснованных расходов, признанных в установленном порядке и возникших после завершения реорганизации. Этот пункт вообще не регулирует переход указанного права.

Такое толкование п. 21 Основ как основания прекращения правопреемства в отношении экономически обоснованных расходов невозможно еще и в силу следующего. Пункт 21 Основ предусматривает правопреемство в части прав и обязанностей, возникших из тарифных решений. Следовательно, права и обязанности, возникшие из таких решений, т.е. из правоотношений публичного характера, могут быть объектом правопреемства, причем не в силу толкования закона <1>, а в силу его прямого указания. Это означает, что и иные права, возникшие из таких правоотношений, также являются объектом преемства. Право на учет экономически обоснованных расходов, очевидно, связано с теми правами и обязанностями, которые возникли из тарифных решений, а потому оно следует и судьбе этих прав.

<1> Заметим, что и в этом случае вывод был бы аналогичным: отсутствие специальных нормативных правовых актов в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения является условием применения общих положений гражданского законодательства о правопреемстве при реорганизации юридических лиц в форме выделения, а не основанием для отказа в применении Приказа ФСТ России N 141-э/1 в отношении ООО "ВТС".

Иное толкование (что имело место в анализируемом деле со стороны РСТ по РО и Ростовского областного суда), которое может привести к ситуации, когда право включить неучтенные экономически обоснованные расходы в тарифы на тепловую энергию на последующие периоды прекратится как для реорганизованного юридического лица (ООО "ЛТТК"), так и для вновь созданного юридического лица (ООО "ВТС"), противоречит абз. 2 п. 2 ст. 1 ГК РФ, в соответствии с которым гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Толкование положений п. 21 Основ позволяет сделать вывод, что никаких препятствий для правопреемства в отношении дополнительных экономически обоснованных расходов в них не предусмотрено. Поэтому правопреемство в процессе тарифного регулирования в сфере теплоснабжения должно осуществляться в соответствии с общими положениями гражданского законодательства о правопреемстве. Данный вывод применим не только к сфере теплоснабжения, но и к сферам электроснабжения, газоснабжения, водоснабжения, в которых применяются правила, аналогичные тем, которые закреплены в п. 21 Основ.

При анализе рассмотренного дела следует учитывать доктринальный подход к делению норм на общие и специальные, согласно которому отсутствие специальных норм дает основание для применения общих норм, если иное не предусмотрено нормативными правовыми актами. Правила п. 21 Основ, как отмечалось, не содержат специального регулирования в отношении объекта правопреемства. Запреты и ограничения на правопреемство в отношении права на учет дополнительных экономически обоснованных расходов, учитываемых при установлении тарифов в сфере теплоснабжения, нормативными правовыми актами не предусмотрены. Поэтому регулирование правопреемства в данном деле должно осуществляться на основе общих норм о правопреемстве, установленных гражданским законодательством.

Следовательно, суждения РСТ по РО, поддержанные ФСТ России и Ростовским областным судом, о том, что правопреемство в ходе тарифного регулирования в сфере теплоснабжения невозможно, так как отсутствуют специальные правовые нормы, не соответствует действующему законодательству.

Таким образом, отсутствие специального регулирования вопросов правопреемства в правах и обязанностях, возникших из тарифных решений, означает необходимость применения к такого рода случаям общих положений гражданского законодательства о правопреемстве при реорганизации юридических лиц.

В определении Судебной коллегии по анализируемому делу верно отмечается, что объектом правопреемства выступает предусмотренное в п. 13 Основ право регулируемой организации на включение дополнительных экономически обоснованных расходов в состав необходимой валовой выручки. В этой связи также возникает и другой вопрос по комментируемому делу, а именно вопрос о конкретизации объекта правопреемства.

Осуществление права на учет дополнительных расходов связано с инициативными действиями регулируемой организации по документальному подтверждению указанных расходов на основании годовой бухгалтерской и статистической отчетности (см. п. 13 Основ). Если необходимые документы не будут представлены в регулирующий орган, то указанные расходы не будут учитываться.

Таким образом, существует принципиальная разница между правом на учет дополнительных расходов и правом на включение экономически обоснованных расходов в состав необходимой валовой выручки. Отличие - в механизме осуществления. Если в первом случае требуется активность регулируемой организации, то во втором - право будет реализовано даже при отсутствии такой активности. Так, в соответствии с п. 14 Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22 октября 2012 г. N 1075 (далее - Правила), в случае непредставления регулируемыми организациями предложения об установлении цен (тарифов) и (или) материалов, предусмотренных Правилами, орган регулирования открывает дело об установлении цен (тарифов) в отношении указанных организаций на основании результатов проверки их хозяйственной деятельности, а также исходя из имеющихся данных за предшествующие периоды регулирования, использованных для установления действующих цен (тарифов), в том числе для этих организаций.

Право на учет экономически обоснованных дополнительных расходов при установлении тарифов в последующие периоды регулирования в соответствии с п. 13 Основ (до 1 января 2014 г. аналогичное право предусматривалось п. 10 Основ ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2004 г. N 109; далее - Основы ценообразования от 26 февраля 2004 г.) - это право регулируемой организации, возникшее из публичных правоотношений по установлению тарифов в сфере теплоснабжения. Именно как право рассматривается возможность учета экономически обоснованных дополнительных расходов при установлении тарифов и судебной практикой <1>.

<1> См., например: Определение ВАС РФ от 7 марта 2014 г. N ВАС-1780/14 по делу N А41-58554/12: "...если компания в связи с применением тарифа для потребителей... понесла экономически обоснованные расходы, не учтенные при установлении регулируемых тарифов (цен), она вправе в силу пункта 10 Основ ценообразования от 26 февраля 2004 г. и пункта 13 Основ заявить их при установлении для нее тарифов в последующие периоды регулирования при соблюдении установленных законодательством правил"; Определение ВАС РФ от 6 декабря 2013 г. N ВАС-16565/13 по делу N А19-21536/2012: "...общество, являясь теплоснабжающей организацией, в случае несения расходов, которые не учтены при установлении тарифа на тепловую энергию, вправе при обращении в регулирующий орган за установлением для нее соответствующего тарифа на последующий финансовый год включить фактически понесенные экономически обоснованные расходы... (пункт 10 Основ ценообразования и пункт 13 Основ)".

Поэтому объектом правопреемства по данному делу выступает право на учет в составе тарифов на тепловую энергию и горячую воду для правопреемника (ООО "ВТС") ранее не учтенных (дополнительных) расходов, понесенных правопредшественником (ООО "ЛТТК"), наличие и объем которых установлены Приказом ФСТ России N 141-э/1.

В Определении Судебной коллегии по комментируемому делу затронут концептуальный вопрос о правопреемстве в правах и обязанностях, возникших из публичных правоотношений, по которому высказана соответствующая действующему законодательству, судебной практике и доктрине позиция: из положений о реорганизации в форме выделения (п. 1 ст. 57 и п. 4 ст. 58 ГК РФ) следует, что "объектом правопреемства выступают права и обязанности реорганизуемого юридического лица, при этом закон не устанавливает положений, исключающих возможность распространения общего правила о правопреемстве к правам и обязанностям, возникающим из публичных правоотношений".

В связи с этим возникает следующий вопрос: можно ли рассматривать указанную правовую позицию как общее положение, применимое к правопреемству в правах и обязанностях, возникших из тарифных решений?

Буквальное толкование положений ГК РФ (ст. 58, 59) может привести к выводу о том, что объектом правопреемства являются только права и обязанности, возникшие из гражданских правоотношений (к примеру, п. 1 ст. 59 ГК РФ (до изменений, внесенных Федеральным законом от 5 мая 2014 г. N 99-ФЗ "О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации"): "Передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами").

Для понимания норм ст. 58 и 59 ГК РФ в части объекта правопреемства должно использоваться систематическое толкование.

С точки зрения систематического толкования очевидно, что использование в данных статьях слов "права и обязанности" и "обязательства" не означает, что речь идет только о правах и обязанностях, возникших из обязательств. Подразумевается, что подлежат переходу и вещные права (имущество), а также все иные права и обязанности, которые могут быть переданы в соответствии с законодательством.

Примеров последних - иных прав и обязанностей - действующее законодательство знает множество <1>.

<1> См., например: ст. 50 Налогового кодекса РФ, ст. 2.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Законодательство в части прав и обязанностей, возникших из публичных отношений, лишь подчеркивает специфику в отношении тех или иных объектов (разрешения, ответственности и проч.), определяет невозможность перехода тех или иных прав и обязанностей и т.д., но не устанавливает какого-то специального, отличного от общего порядка. Это означает, что правовой режим, в рамках которого осуществляется правопреемство, в том числе и общие правила такого правопреемства, едины для всех прав и обязанностей.

Следовательно, ни использованные слова в ст. 58 ГК РФ "права и обязанности", ни использованное в ст. 59 ГК РФ слово "обязательство", ни использование слова "имущество" в некоторых законах <1> не должно вводить в заблуждение относительно объекта правопреемства.

<1> См., к примеру:

Таким объектом являются все права и обязанности, которые возникли у реорганизуемого лица по различным правовым основаниям, любого характера, возникшие из частноправовых и публично-правовых отношений, если они могут переходить другому лицу и существуют к моменту перехода, определенному ГК РФ. Переходит не только различное имущество, права и обязанности, возникшие из обязательств, интеллектуальные права, но и обязанности по уплате налогов и сборов, пеней, штрафов (ст. 50 Налогового кодекса РФ <1>), ответственность за совершенное административное правонарушение (ст. 2.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) <2>), права и обязанности работодателей (ст. 43 и 75 ТК РФ), права, возникшие из разрешений (лицензии и проч.) и других отношений административного характера, функции и полномочия.

<1> Исключая выделение.
<2> Исключая выделение.

Данные результаты систематического толкования закона подтверждает и правовая позиция Конституционного Суда РФ, выраженная им в Определении от 7 декабря 2010 г. N 1620-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества "Райффайзенбанк" на нарушение конституционных прав и свобод частями 4 и 7 статьи 2.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", которая хотя и высказана в отношении присоединения, но имеет явно общий для всех форм реорганизации характер: "происходящее при реорганизации юридических лиц в форме присоединения правопреемство... охватывает иные имущественные и неимущественные права реорганизуемого юридического лица" (выделено нами - авт.).

Следует отметить, что реорганизация юридических лиц влечет не только правопреемство в правах и обязанностях, но и иные изменения в правах и обязанностях реорганизуемого лица.

В частности, отдельные права и обязанности, принадлежащие реорганизованному юридическому лицу, в случаях прямо предусмотренных в нормативных правовых актах, прекращаются <1>.

<1> См., например: п. 2 ст. 60 ГК РФ; ст. 16, 17 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"; ст. 52, 53 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"; п. 91 Постановления Правительства РФ от 18 ноября 2013 г. N 1039 "О государственной аккредитации образовательной деятельности".

Однако прекращение прав и обязанностей не является основным результатом реорганизации. Это при ликвидации прекращение прав и обязанностей, за отдельными исключениями, является основным результатом, при реорганизации основной результат иной - преемство в правах.

Анализ положений законодательства с учетом результатов систематического толкования показывает, что объектом правопреемства выступают права и обязанности реорганизуемого юридического лица; такое правопреемство осуществляется в рамках одного правового режима и на основании одних и тех же документов; в части прав и обязанностей, возникших из отношений публичного характера, нормативные акты регулируют лишь отдельную специфику; права и обязанности из публичных правоотношений могут переходить к правопреемнику, если иное специально не предусмотрено нормой; само по себе то, что указанные права и обязанности возникли из публичных правоотношений, не означает, что они не могут переходить в результате реорганизации юридического лица по общим правилам ст. 58 и 59 ГК РФ (с учетом специфики, установленной отдельными нормативными актами).

Таким образом, отсутствие специального регулирования вопросов правопреемства в правах и обязанностях, возникших из тарифных решений (отсутствие исключений), означает необходимость применения к такого рода случаям общих положений гражданского законодательства о правопреемстве.