Мудрый Юрист

Моральный вред как одно из последствий имущественных преступлений

Воробьев С.М., кандидат юридических наук, преподаватель кафедры гражданско-правовых дисциплин Академии права и управления Минюста России.

Последствия в виде морального вреда, на наш взгляд, наличествуют при совершении имущественных преступлений, предусмотренных следующими составами: например, ст. 158 - "Кража", ст. 161 - "Грабеж", ст. 167 - "Умышленные уничтожение или повреждение имущества" и др.

Если обратиться к гражданскому законодательству, то в соответствии со ст. 151 и 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права граждан, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

КонсультантПлюс: примечание.

Закон Российской Федерации от 22.01.1993 N 4338-1 "О статусе военнослужащих" утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 27.05.1998 N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих".

В действующем российском законодательстве положения двух нормативно-правовых актов устанавливают такую возможность - это Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. "О защите прав потребителей", с последующими изменениями и дополнениями, и Закон Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе военнослужащих".

Так, ст. 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" предусматривает возможность компенсации морального вреда при нарушении договорных отношений. Причем касается это исключительно отношений между конкретным гражданином-потребителем и гражданином, являющимся изготовителем (исполнителем, продавцом), или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца). Уголовная ответственность за такое преступление предусматривается ст. 200 УК РФ. Пункт пятый ст. 18 Закона Российской Федерации "О статусе военнослужащих" предоставляет право на компенсацию морального вреда при нарушении условий контракта и незаконном лишении прав и льгот, то есть в случаях причинения имущественного вреда.

Кроме названных, законодатель не предусматривает других случаев, в которых возможна компенсация морального вреда от имущественных преступлений, хотя возникающие при этом последствия в виде морального вреда очевидны и являются более опасными для потерпевшего, чем последствия в виде морального вреда, причиненного нарушениями, указываемыми в приведенных Законах. По этому поводу мы согласны с мнением И.А. Михайловой, которая считает, что нравственные страдания, вызванные приобретением некачественного товара, компенсация которых предусматривается Законом о защите прав потребителей, несопоставимы по тяжести и длительности с переживаниями граждан, утративших свое имущество в результате кражи, грабежа, разбоя, когда к потере имущества примешиваются боль, гнев, унижение, чувства бессилия и отчаяния, которые, однако, по действующему праву компенсации не подлежат. В связи с этим возникает вопрос: почему продавцы и изготовители некачественных товаров несут повышенную ответственность, возмещая не только имущественный, но и неимущественный вред, а воры и грабители освобождены от такой обязанности? <*> Аналогичная точка зрения на данное обстоятельство у С. Нарижного и К. Голубева, которые, в частности, полагают, что повреждение транспортного средства в результате дорожно-транспортного происшествия неизбежно вызывает и моральный вред в виде и физических, и нравственных страданий <**>. Этого мнения придерживается также И.А. Сухаревский, который считает, что в случае причинения неимущественного вреда при совершении имущественных преступлений "важно не благо, на которое совершено посягательство, а результат, насколько он отразился на внутренней, душевной сфере потерпевшего" <***>.

<*> См.: Михайлова И.А. Способ судебной защиты права собственности // Право собственности: вопросы теории и практики: Сб. мат. межкафедр. семинара. Академия права и управления Минюста России. Рязань, 2001. С. 54.
<**> См.: Нарижний С., Голубев К. Компенсация морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина // Рос. юстиция. 2001. N 4. С. 20 - 21.
<***> Сухаревский И.А. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. С. 13.

Между тем судебная практика руководствуется Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12 июля 2000 года, в котором подчеркнуто, что действующим законодательством не предусмотрена возможность компенсации морального вреда, причиненного хищением чужого имущества. Этим Постановлением отменено решение Тверского областного суда от 23 июля 1997 года, согласно которому виновные в совершении преступления, предусмотренного п. "а", "б" ч. 2 ст. 158 УК РФ, должны были выплатить компенсацию морального вреда наряду с возмещением материального ущерба. При этом сделана ссылка на то обстоятельство, что ни гражданское, ни иное законодательство не содержит указаний на возможность компенсации морального вреда, причиненного хищением имущества <*>.

<*> См.: Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2001. N 3. С. 15 - 16.

Приведенный пример из судебной практики являет собой одно из свидетельств актуальности необходимого законодательного решения вопроса о возможности компенсации морального вреда при совершении имущественных преступлений. Остается неясным до сих пор, почему потерпевшие от имущественных преступлений должны страдать при нарушении их нематериальных благ, а законодатель не может принять нормы, служащие защитой от этих страданий.

В ходе изучения 280 уголовных дел, рассмотренных в период 1997 - 2001 гг. судебными органами города Рязани, нами выявлено 25 случаев возмещения морального вреда при нарушении имущественных прав граждан, в том числе десять случаев такой компенсации вреда при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК РФ, - "Кража". На наш взгляд, суд, принимая решение об удовлетворении исковых требований потерпевшей стороны, учитывал личностный характер преступных последствий для потерпевшего, так как во всех десяти случаях наличествует квалифицирующий признак кражи - значительный ущерб. В 90 случаях суд отклонял гражданские иски по возмещению морального вреда при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158, несмотря на то что потерпевшие указывали на причинение им такого вреда. Более того, при совершении кражи, квалифицируемой по ч. 1 ст. 158, гражданские иски не подавались вообще. При этом следственными органами не разъяснялось потерпевшим их право на подачу гражданского иска, что подтверждается отсутствием в уголовных делах протоколов о признании потерпевшего гражданским истцом в ходе предварительного следствия.

Однако нарушение нематериальной сферы, по нашему мнению, возможно и при совершении хищений без квалифицирующего признака, указывающего на причиненный значительный ущерб. Об этом свидетельствуют данные научных исследований. Так, узнав о происшедшей краже собственного имущества, 82% из 372 потерпевших испытали чувство гнева. При этом у 94% пострадавших происшедшая кража вызвала чувство страха на длительное время. Страх является эмоцией обратной силы, которая оказывает заметное воздействие на восприятие, сознание и поведение людей. В зависимости от интенсивности он переживается как предчувствие неизвестного, неуверенность, незащищенность. Следующим по интенсивности названо чувство горя, которое испытали 73% потерпевших. Психологические его причины связаны с аффективными привязанностями людей к предметам или идеям. Утрата объекта привязанности означает утрату источника радости и возбуждения. 92% потерпевших считают, что совершенная кража их личного имущества умаляет и их человеческое достоинство <*>.

<*> См.: Нравственные последствия краж личного имущества и деятельность органов внутренних дел по их минимизации: Экспресс-информация органов внутренних дел. Вып. 7 / Акад. МВД РФ, Отдел организации научных исследований и научной информации. М., 1992. С. 4.

Данные, полученные в результате исследований, являются прямым подтверждением причинения потерпевшему морального вреда любым имущественным преступлением. В этой связи мы вполне согласны с мнением В.Б. Кулика, который считает, что при возложении ответственности за моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, естественно, нужно иметь в виду, что речь идет не о временных, преходящих ограничениях, а о невосполнимых имущественных интересах. Поэтому в результате нарушения неимущественных прав (благ) гражданина может быть причинен как имущественный, так и моральный вред либо только моральный вред <*>.

<*> См.: Кулик В.Б. Общественно опасные последствия хищения чужого имущества: Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 1999. С. 23 - 24.

Кроме случаев положительного решения судом вопросов относительно компенсации морального вреда при совершении кражи, квалифицируемой по ч. 2 ст. 158 УК РФ, нами установлено, что такие решения принимались и при совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 161 "Грабеж" (3 случая), ч. 2, 3 ст. 166 "Неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения" (3 случая), ст. 264 "Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств" (9 случаев). Перечисленные случаи удовлетворения исков о компенсации морального вреда также указывают на то, что любое преступление, затрагивающее имущественные интересы граждан, причиняет моральный вред даже вне зависимости от вида вины. Свидетельством этому являются факты судебного удовлетворения исков потерпевших по компенсации морального вреда при совершении преступления с неосторожной формой вины в рамках ст. 264 УК РФ, что, в свою очередь, служит очередным доказательством причинения морального вреда любым преступлением.

Совершение имущественных преступлений в отношении граждан неминуемо связано с причинением вреда их здоровью. Например, нравственные страдания могут повлечь за собой соматическое заболевание (гипертонический кризис, инфаркт), связанное с физической болью <*>. Поэтому считаем неверным утверждение А. Эрделевского, полагающего, что безоговорочное отнесение психического благополучия к числу нематериальных благ в смысле ст. 150 ГК РФ означает "выхолащивание ограничений, установленных в отношении возникновения права на компенсацию морального вреда в ст. 151 ГК РФ" <**>. В связи с этим следует согласиться с мнением С. Нарижного и К. Голубева, которые считают, что в ст. 151 ГК РФ установлены ограничения реализации имущественных прав граждан в части возмещения морального вреда, поскольку законодателем предусмотрена возможность компенсации морального вреда, причиненного посягательством только на неимущественное благо (здоровье), которое, однако, тесным образом связано и с правом на имущество. Например, желая отомстить за ранее нанесенную обиду, гражданин сжигает дом своего соседа. С одной стороны, это будет обычным преступлением против собственности (ч. 2 ст. 167 УК РФ), а с другой - главной целью виновного было лишение потерпевшего не столько его имущества, сколько психического благополучия <***>.

<*> См.: Нарижний С., Голубев К. Указ. соч. С. 20 - 21.
<**> Эрделевский А. Моральный вред: соотношение с другими видами вреда // Рос. юстиция. 1998. N 6. С. 21.
<***> См.: Нарижний С., Голубев К. Указ. соч. С. 20 - 21.

Так, при совершении преступления, связанного с нарушением имущественных благ (например, кражи), нарушается привычное психическое состояние человека на неопределенное время. В частности, вследствие внезапно возникшего волнения при обнаружении отсутствия личной вещи у человека нарушается душевное равновесие, появляется беспокойство, которое может сопровождаться чувством утраты и изменением состояния здоровья (повышение давления, обострение заболеваний). Все это свидетельствует о нарушении психического благополучия человека и причинении ему морального вреда, вызванного нарушением его материальных благ.