Мудрый Юрист

Договоры о представительстве

Санникова Лариса Владимировна - старший научный сотрудник ИГП РАН, кандидат юридических наук.

В российском гражданском праве договором о представительстве принято называть договор поручения <*>. При этом представительство понимается в узком смысле, согласно которому представителем может считаться только то лицо, которое выступает от имени представляемого. Однако такой подход существенно сужает сферу применения данной правовой категории.

<*> См.: Гражданское право России. Часть вторая: Обязательственное право: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 1997. С. 539; Гражданское право: В 2 т. Т. II, полут. 2: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. М., 2000. С. 91; Гражданское право. Часть вторая: Учебник / Под общ. ред. А.Г. Калпина. М., 2000. С. 431.

Для большинства ведущих зарубежных стран характерно широкое понимание представительства, включающее как прямое, так и косвенное представительство, а иногда и посредничество <*>. При прямом представительстве представитель действует от имени и в интересах представляемого, приобретая права и обязанности непосредственно для последнего. При косвенном представительстве лицо, действующее в интересах другого, выступает от собственного имени.

<*> См.: Основные институты гражданского права зарубежных стран. Сравнительно-правовое исследование. М., 1999. С. 15 - 29.

Разграничение действий представителя на действия "от чужого имени" и "от собственного имени" присуще европейским странам. Оно основано на существовании в континентальном праве различных правовых форм, опосредующих деятельность "в чужих интересах". Однако, по справедливому замечанию К. Цвайгерта и Х. Кетца, "правопорядки стран континентальной Европы не столь строго придерживаются этого разграничения" <*>, допуская, в частности, существование правовых форм, в рамках которых представитель может действовать как от своего имени, так и от имени представляемого. Ярким примером могут служить положения Германского торгового уложения, в соответствии с которыми прямое представительство возникает на основании прокуры (§ 48 - 58 ГТУ), а косвенное - на основании комиссионной сделки (§ 383 - 406 ГТУ). Торговый представитель может посредничать для другого предпринимателя, действуя и как косвенный представитель от собственного имени, или заключать сделки от имени этого предпринимателя, действуя соответственно как прямой представитель (§ 84 ГТУ).

<*> Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2 т. Т. 2. М., 1998. С. 149.

В странах общего права под представительством (agency) понимается "правоотношение, в котором одно лицо (агент) представляет другое лицо (принципала) и уполномочено совершать действия для последнего" <*>. Все многообразие представительских отношений регулируется в рамках агентского договора. При этом агентами именуется широкий круг лиц, действующих в чужих интересах, независимо от имени кого они выступают в гражданском обороте.

<*> Emerson Robert W., Hardwicke John W. Business Law. 3rd ed. 1997. P. 248.

Среди российских цивилистов XIХ века получила довольно широкое распространение идея деления представительства на виды в зависимости от того, выступает ли лицо от "своего" имени или от "чужого". Возникновение прямого (или открытого, непосредственного, полного) представительства связывалось с договором поручения, по которому поверенный действует от имени доверителя и в его интересах. Косвенное (или скрытое, посредственное, одностороннее) представительство, как полагали ряд ученых, порождается договором комиссии, согласно которому комиссионер заключает сделки в интересах комитента, но от своего имени <*>.

<*> См.: Хвостов В.М. Система римского права: Учебник. М., 1996; Гордон А.Я. Представительство в гражданском праве. СПб., 1879; Казанцев Л.Н. Учение о представительстве в гражданском праве. Ярославль, 1879.

Встречались и противоположные суждения. Так, Г.Ф. Шершеневич выступал против отнесения комиссионного правоотношения к скрытому представительству, полагая, что в нем отсутствует существенный признак представительства - заключение сделки от имени представляемого <*>. Не видел в этом смысла и Н.О. Нерсесов, считая, что "если такое посредствующее лицо не есть представитель, то его нельзя назвать и скрытым представителем" <**>.

<*> См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права: (По изданию 1907 г.). М., 1995. С. 130.
<**> Нерсесов Н.О. Избранные труды по представительству и ценным бумагам в гражданском праве. М., 2000. С. 51.

Мнения последних возобладали в российской цивилистической доктрине. Лишь в редких работах ученых ХХ века упоминается о косвенном представительстве <*>. В целом же концепция косвенного представительства либо игнорировалась, либо подвергалась критике. Противники разграничения представительства на прямое и косвенное апеллируют прежде всего к гражданскому законодательству. Не соглашаясь с О.С. Иоффе по поводу возникновения при комиссии отношений косвенного представительства, М.В. Кротов указывает на то, что "комиссионер действует хотя и в интересах комитента, но от собственного имени, что исключает возможность возникновения отношений представительства (п. 2 ст. 182 ГК РФ)" <**>. Действительно, согласно п. 2 ст. 182 ГК не являются представителями лица, действующие хотя и в чужих интересах, но от собственного имени, в частности коммерческие посредники, конкурсные управляющие при банкротстве, душеприказчики при наследовании и т.п. Соответственно к представителям по формальному признаку нельзя отнести и комиссионера, несмотря на то что в данный перечень он не включен.

<*> См.: Ландкоф С.Н. Основы цивильного права. Киев, 1948. С. 122; Гордон М.В. Договор комиссионной продажи колхозами продукции // Уч. зап. Харьковского юрид. ин-та. 1956. Вып. 7. С. 115; Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 522; Гражданское право. Часть вторая: Учебник / Под общ. ред. А.Г. Калпина. С. 445; Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга третья: Договоры о выполнении работ и оказании услуг. М., 2002. С. 404 - 406.
<**> Гражданское право: Учебник. Ч. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 561.

Вместе с тем вряд ли было бы правильным расценивать законодательные установления как препятствие для выработки более широкого по объему доктринального понятия представительства. На это указывает, в частности, М.И. Брагинский <*>. Однако его позиция не вполне четко выражена. Так, сначала он утверждает, что "нет оснований считать представительство понятием "родовым", охватывающим в равной мере два его вида: поручение и комиссию" (с. 405), а затем допускает, что "представительство", с точки зрения сторонников приведенных взглядов, может занимать наряду с его традиционным пониманием, отраженным в законодательстве, и еще одно, более высокое место в классификации соответствующих конструкций, став понятием родовым" (с. 406).

<*> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч.

В Толковом словаре русского языка значение слова "представитель" раскрывается следующим образом: "...лицо, которое действует по чьему-нибудь поручению..." <*>. Если исходить из семантического значения данного слова, то основным признаком представительства следует признать совершение действий в интересах другого лица. Такой подход открывает возможность для формирования доктринального понятия представительства в качестве родового, объединяющего два вида представительства - прямое и косвенное.

<*> Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1996. С. 571.

Полагаем, что под представительством, в широком значении, следует понимать правоотношение, в силу которого одно лицо (представитель) совершает действия в интересах другого лица (представляемого) от своего имени или от имени представляемого с целью создания для последнего желаемых им правовых последствий.

Исходя из понимания представительства в широком смысле, договор поручения, в котором поверенный действует от имени доверителя, порождает прямое представительство, а договор комиссии, в котором комитент совершает сделки от собственного имени, но в интересах комитента, - косвенное.

В нарушение сложившейся дихотомии в ГК РФ содержатся нормы, согласно которым агентским договором опосредуются отношения как прямого представительства, так и косвенного. В соответствии со ст. 1005 Кодекса агент может совершать юридические и иные действия и от своего имени, и от имени принципала. Такая правовая конструкция, как уже отмечалось, характерна для стран общего права. В странах континентального права многообразные посреднические отношения регулируются преимущественно договорами поручения и комиссии. Как считает М.И. Брагинский, "обозначив фигуру "торгового агента" ("торгового представителя"), ГТУ все же в перечень поименованных им торговых сделок агентский договор не включил" <*>.

<*> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 465.

Постановление ЦИК и СНК СССР от 29 октября 1925 г. "О торговых агентах" также определяло лишь правовой статус торгового агента. В нем отсутствовали какие-либо особые правила относительно договора, заключаемого торговым агентом, за исключением обязательности письменной формы (ст. 8). С.Н. Ландкоф рассматривал агентский (агентурный) договор не как самостоятельный тип, а как разновидность договора поручения <*>.

<*> См.: Ландкоф С.Н. Торговые сделки. Харьков, 1929. С. 28.

Решение российского законодателя о закреплении в Гражданском кодексе РФ агентского договора, в основе которого лежит англо-американская модель, представляется небесспорным. Отношения агентирования могли бы регулироваться и в рамках смешанного договора (содержащего элементы договоров комиссии, поручения и возмездного оказания услуг), заключение которого допускается в соответствии с принципом свободы договора (п. 3 ст. 421 ГК РФ). На такой вариант как на один из возможных указывает и Г.Е. Авилов <*>. Однако для России, по его мнению, он неприемлем из-за отсутствия сложившейся практики самостоятельного урегулирования сторонами своих отношений.

<*> См.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М., 1996. С. 525.

Что касается агентских соглашений, скопированных с американских аналогов, то они применялись на практике задолго до принятия ГК РФ и регулировали отношения, возникающие в системах сетевого маркетинга. Такие соглашения активно использовались американскими фирмами для распространения товара (например, Herbalife, Mary Kay и др.).

Несмотря на критическое отношение к появлению агентского договора, сам факт его существования является веским аргументом в пользу формирования единого понятия представительства. В связи с этим принципиальное значение приобретает норма ст. 1011 ГК РФ, устанавливающая порядок субсидиарного применения правил, предусмотренных главами "Поручение" или "Комиссия". В зависимости от того, выступает ли агент от своего имени или от имени принципала, к агентским отношениям применяются правила ГК РФ о комиссии или о поручении соответственно, если они не противоречат нормам ГК РФ об агентировании или существу агентского договора.

К числу лиц, действующих в отношениях с третьими лицами не в своих собственных интересах, а в интересах другого лица, следует отнести и доверительного управляющего (ст. 1012 ГК РФ).

Являясь, несомненно, самостоятельным договорным типом, договор доверительного управления имеет тем не менее много общего с договорами поручения и комиссии. В обязательстве, возникающем из договора доверительного управления, как и в обязательствах, порождаемых договорами комиссии и поручения, можно выделить два вида правоотношений - внешние и внутренние. Внутренние правоотношения складываются между доверительным управляющим и учредителем управления (или выгодоприобретателем) по поводу управления имуществом, переданным по договору. Во внешнем правоотношении доверительный управляющий взаимодействует с третьими лицами, выступая, как и комиссионер, от своего имени. Однако, в отличие от комиссионера, представительская природа правомочий лица, действующего в качестве доверительного управляющего, должна быть очевидна для контрагента. Закон требует, чтобы при совершении действий, не требующих письменного оформления, другая сторона была об этом информирована, а в письменных документах после имени или наименования доверительного управляющего делалась пометка "Д.У." (абз. 1 п. 3 ст. 1012 ГК).

Это дает основания для выделения двух видов косвенного представительства. Для их обозначения могут быть использованы уже имеющиеся термины, но в новом значении: открытое и скрытое косвенное представительство. Открытое косвенное представительство имеет место в тех случаях, когда лицо информирует контрагента по договору о том, что действует как представитель, или это явствует из обстановки. К открытым косвенным представителям, помимо доверительного управляющего, можно отнести комиссионные магазины. Скрытый представитель совершает сделки от собственного имени, не раскрывая того, что он действует в чужих интересах.

В действующем законодательстве лишь в отношении доверительного управляющего устанавливаются правовые последствия в зависимости от того, действовал ли он как открытый или как скрытый косвенный представитель. Если доверительный управляющий действовал как скрытый представитель, то он лично отвечает перед третьими лицами и только принадлежащим ему имуществом (абз. 2 п. 3 ст. 1012 ГК). Необходимость в подобных установлениях может возникнуть и в отношении комиссионера, и в отношении агента, действующих в качестве косвенных представителей.

Исходя из предложенного критерия - совершение действий в чужих интересах, в группу договоров о представительстве было бы логично включить и договор транспортной экспедиции. Как справедливо отмечает Ю.В. Романец, "в рамках транспортной экспедиции могут выполняться обязательства различной направленности (возмездного оказания услуг, поручения, и т.д.)" <*>.

<*> Романец Ю.В. Система договоров в гражданском праве России. М., 2001. С. 438.

Таким образом, единое понятие представительства может быть использовано в классификационных целях. Расширение понятия представительства соответственно расширяет круг договоров, опосредующих данные отношения, позволяя объединить их в отдельную группу договоров о представительстве. Помимо традиционных договоров поручения и комиссии, регулирующих соответственно прямое и косвенное представительство, в эту группу можно включить и впервые закрепленные в Гражданском кодексе РФ агентский договор и договор доверительного управления.

Предложение о выделении договоров о представительстве в системе гражданско-правовых договоров неизбежно ставит вопрос о существующих в науке гражданского права классификациях.

Наиболее часто договоры поручения, комиссии и агентский договор объединяют в группу договоров об оказании юридических услуг. Сторонники данной классификации не дают четкого определения юридической услуги. Причем Ю.В. Романец прямо признает, что "юридические услуги - понятие в некоторой степени неопределенное" <*>. Неопределенность возникает прежде всего из-за двойственного значения термина "юридические услуги". На практике юридическими услугами называют любые услуги правового характера: консультации по правовым вопросам, составление договоров, претензий, исков и других документов подобного рода и т.п. Автор, понимая двойственность избранного им термина, тем не менее предлагает понимать под юридическими услугами (требующими, по его словам, особой правовой регламентации) юридически значимые действия, то есть действия, влекущие за собой возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей <**>.

<*> Там же. С. 409.
<**> См.: Там же. С. 410.

Сущность юридической услуги Е.А. Суханов раскрывает через фигуру посредника: "Во всех перечисленных отношениях имеется посредник - представитель (поверенный), комиссионер, агент, доверительный управляющий, - который действует в гражданском обороте либо от чужого, либо даже от собственного имени, но так или иначе в чужих интересах, непосредственно или в конечном итоге создавая, изменяя или прекращая определенные права и обязанности для своего клиента (представляемого, комитента, принципала и т.д.) в его правоотношениях с третьими лицами" <*>. При этом автор наряду с экономическим посредничеством выделяет юридическое посредничество, элементы которого, по его мнению, можно обнаружить в договоре транспортной экспедиции, в некоторых банковских сделках и др.

<*> Гражданское право: В 2 т. Т. II, полут. 2: Учебник / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. С. 90.

С таким подходом трудно согласиться по нескольким причинам. Во-первых, в цивилистической литературе утвердилось суждение В.А. Рясенцева о посредничестве как об экономической основе представительства. Он считал, что экономический эффект представительства, заключающийся в установлении экономической связи между двумя или более лицами через посредство третьего, может быть достигнут при помощи различных юридических форм: "прямое представительство, косвенное представительство (деятельность комиссионера), представительное ведение чужого дела без поручения, договор в пользу третьего лица и сочетание первых двух явлений (англо-американское "agency")" <*>. Наряду с посредничеством в экономическом смысле он выделяет и посредничество в правовом смысле, но суть последнего заключается лишь в сведении двух контрагентов, заинтересованных в заключении договора между собой.

<*> Рясенцев В.А. Происхождение представительства и его сущность в буржуазном гражданском праве // Уч. зап. Всесоюз. юрид. заочного ин-та. 1960. Вып. X. С. 77.

Во-вторых, сфера экономического посредничества и сфера отношений, опосредуемых указанными договорами, не вполне совпадают. Большинство авторов указывают лишь на то, что сфера посредничества шире, так как деятельность посредника может заключаться и в совершении фактических действий (ведение переговоров, сообщение информации о потенциальных контрагентах и т.д.), и в совершении сделок в собственных интересах (например, при перепродаже товара). Без внимания остается тот факт, что отношения, регулируемые договорами поручения и доверительного управления, выходят за рамки экономического посредничества. Вряд ли можно признать судебное представительство, доверительное управление имуществом подопечного или наследственной массой правовыми формами экономического посредничества <*>. В связи с этим использование термина "юридическое посредничество" в отношении договоров поручения и доверительного управления представляется не вполне обоснованным.

<*> Справедливости ради следует отметить, что Е.А. Суханов относит договор доверительного управления имуществом к обязательствам по оказанию юридических услуг лишь "в известной мере".

Вместе с тем термины "посредническая сделка", "посредник" применяются довольно часто и в законодательстве, и в правовой литературе <*>, и на практике. В тех случаях, когда они адекватно отражают экономические отношения посредничества, их применение вполне оправданно. Что касается классификации, то выделение посреднических сделок целесообразно в рамках торгового, коммерческого, предпринимательского права, а не в цивилистической доктрине.

<*> См.: Завидов Б.Д. Договоры посреднических услуг. М., 1997. С. 5; Шаповаленко А.С. Агентский договор в системе посреднических сделок в российском гражданском праве: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. С. 16.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья Б.Д. Завидова "Договоры посреднических услуг в России" включена в информационный банк.

Приведенные доводы в равной степени могут быть отнесены и к выделению договоров коммерческого представительства. Указание на коммерческий характер представительства соответственно сужает круг договоров, которые могут быть включены в данную классификационную группу.

Таким образом, критерии, используемые для выделения договоров поручения, комиссии, агентирования и доверительного управления имуществом в отдельную группу договоров об оказании юридических услуг, посреднических сделок или договоров коммерческого представительства, не в полной мере отражают сущность данных правовых явлений. В свою очередь, объединение рассматриваемых договоров на основе широкого понимания представительства позволяет более четко обозначить их правовую природу.