Мудрый Юрист

Восстановление социальной справедливости и назначение соразмерного наказания в контексте принципа non bIs In Idem

Андрусенко Сергей Павлович, аспирант Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

Рассматриваются актуальные вопросы восстановления прав потерпевших посредством основополагающих принципов уголовного права: восстановления социальной справедливости и соразмерности уголовного наказания. Исследуются вопросы теории уголовного наказания, обосновывающие возможность увеличения наказания после вынесения приговора. Автор анализирует некоторые позиции современной медицины, на которых основывается возможность изменения приговора и назначения нового уголовного наказания. Недостаточная разработанность изменений, внесенных в действующее уголовно-процессуальное законодательство, может создать проблемы в правоприменительной практике, что приведет к существенному нарушению прав потерпевших. Рассматривается коллизия основополагающих принципов уголовного права - восстановления социальной справедливости, соразмерности уголовного наказания и принципа non bis in idem.

Ключевые слова: потерпевший, наказание, приговор, вред здоровью.

Restoration of social justice and imposition of proportionate punishment in the context of the principle non bis in idem

S.P. Andrusenko

Andrusenko S.P., the Institute of legislation and comparative law under the Government of the Russian Federation.

The article discusses current issues in the restoration of victim rights by applying one of the fundamental principles of criminal law: the reestablishment of social justice and the commensurability/proportionality of the criminal justice system. Study the problems in the theory of criminal punishment that justify the possibility of increasing the punishment after conviction. The author also analyzes some of the positions of modern medicine which is based on the ability to change the verdict and appointment of new criminal penalties. Insufficient developed changes that were made to the criminal procedure law, can create problems of law enforcement practices that lead to a substantial violation of the rights of victims. The article also examines conflict general principles of criminal law, namely, the restoration of social justice and proportionality of criminal punishment and principle non bis in idem. The author points out significant challenges that may arise in law enforcement and offers solutions.

Key words: victims, commensurability, punishment, body harm.

Правам жертв преступлений уделяется очень много внимания в Европе, и актуальность этой темы не вызывает сомнений. Одной из целей современного уголовного права большинства зарубежных стран является примирение преступника с потерпевшим и соразмерная компенсация вреда, причиненного преступлением. Однако цель примирения достигается не всегда и компенсация вреда часто является недостаточно соразмерной. Также одной из главных задач уголовного права является соблюдение двух основных принципов, коррелирующих друг с другом, а также с правами жертв преступлений: 1) восстановление социальной справедливости; 2) соразмерность уголовного наказания. Исходя из двух названных принципов уголовного права, вред, причиненный жертве преступления, должен быть компенсирован материально, а наказание должно соответствовать причиненному вреду. Тем не менее уголовное наказание за причиненный вред здоровью человека очень часто не соответствует тяжести причиненного вреда. Причина несоразмерности уголовного наказания тяжести совершенного преступления заключается в моменте наступления последствий в виде причиненного вреда здоровью, так как момент наступления более тяжких последствий может наступить намного позднее совершенного преступления. Коллизия принципов уголовного права наступает тогда, когда преступник осужден за причинение легкого вреда здоровью, но через некоторое время после вынесения приговора у жертвы преступления начинает развиваться более серьезное заболевание, которое имеет прямую причинно-следственную связь с совершенным преступлением, и в результате наступают более тяжелые последствия <1>. В данном случае коллизия имеет место между одними из главных принципов уголовного права, а именно между принципами восстановления социальной справедливости, соразмерности уголовного наказания и принципом "Никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление" (non bis in idem), который также является принципом конституционного права.

<1> См., например: Barvin N., Belisle S. Adolescent Gynecology and Sexuality. N.Y., 1982; Nadelson C. A Follow-up Study of Rape Victims // Amer. J. Psychiatry 1982. 139. 10. P. 1266 - 1269; Baurman M. Sexualitat, Gewalt und Psychische Folgen, Kriminalistik. Hamburg, 1981. S. 7 - 8, 278 - 281; Шаповалова Н.А. Специфические расстройства личности у женщин как отдаленные последствия сексуального насилия // Международный медицинский журнал. Харьков, 2006. Т. 12. N 4. С. 7.

В конституционном праве большинства государств также установлены принципы справедливости и соразмерности наказания. Например, несколько сотен постановлений и определений Конституционного Суда РФ содержат прямые ссылки на принцип справедливости. Позиция КС РФ, отраженная в Постановлении от 16 мая 2007 г. N 6-П, сводится к следующему: "В отличие от пересмотра судебных решений в порядке надзора возобновление производства по уголовному делу осуществляется в связи с выявлением таких обстоятельств, которые либо возникли уже после рассмотрения уголовного дела судом, либо существовали на момент рассмотрения уголовного дела, но не были известны суду. Такие обстоятельства, несмотря на то что они не обусловлены какими-либо упущениями со стороны суда либо органов и должностных лиц, осуществлявших предварительное расследование и поддержание обвинения в суде, тем не менее не позволяют в конечном счете оценивать вынесенные по уголовному делу решения как законные, обоснованные и справедливые". Таким образом, Суд признает возможность ухудшения положения осужденного и назначения нового уголовного наказания после вынесения приговора посредством института возобновления уголовного дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств. Однако судья КС РФ С.М. Казанцев, ссылаясь на нормы международного права и правовой опыт зарубежных стран, изложил особое мнение к вышеуказанному Постановлению, суть которого сводилась к необходимости строгого ограничения новых и вновь открывшихся обстоятельств: "...само по себе установление Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации исчерпывающего перечня оснований для возобновления дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, если такое возобновление может привести к повторному осуждению лица за одно и то же преступное деяние, соответствует как Конституции Российской Федерации, так и общепризнанным принципам и нормам международного права. Напротив, законодательное установление примерного перечня таких обстоятельств противоречило бы выраженным в Конституции Российской Федерации, а также в Уголовном кодексе Российской Федерации и Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации принципам законности, справедливости, гуманизма, non bis in idem, презумпции невиновности" <2>. Таким образом, по мнению судьи, правовая природа изменений, внесенных Федеральным законом от 26 апреля 2013 г. N 64-ФЗ в ст. 413 УПК РФ, противоречит принципу non bis in idem ввиду отсутствия строго определенных критериев, позволяющих достоверно установить причинно-следственную связь между совершенным преступлением и последствиями, наступившими после вынесения приговора.

<2> URL: http://www.echr.ru/documents/doc/12053641/12053641.htm (дата обращения: 24.07.2014).

На наш взгляд, для понимания материально-правовой природы обозначенной проблематики необходимо рассмотреть коллизию принципов права, а именно non bis in idem с принципами восстановления социальной справедливости и соразмерности уголовного наказания, акцентировав внимание прежде всего на теории уголовного наказания.

Некоторые аспекты теории уголовного наказания в воззрениях правоведов. Наказание, исходя из теории И. Канта, никогда не может служить исключительно средством для достижения какого-либо блага; преступник должен понести наказание уже только потому, что совершил преступление. Уголовное наказание должно назначаться не потому, что оно полезно, но потому, что оно требуется самим разумом <3>. По мнению философа, основой меры наказания является принцип равенства: воздаяние равным за равное (gleichheit). Все остальные принципы являются непрочными. Одно только возмездие может выражать чистую и строгую справедливость <4>.

<3> См.: Иммануил Кант. Трактаты. Наука. Ленинградское отделение. 1996. С. 341.
<4> См.: Иммануил Кант. Указ. соч.

Доктринальные идеи И. Канта об уголовном наказании в той или иной степени нашли отражение в уголовных законодательствах многих государств мира. Принципы восстановления социальной справедливости и соразмерности уголовного наказания являются краеугольными принципами уголовного права. Если наказание за преступление будет достаточно соразмерным для виновного в совершении преступления, то оно достигает своей цели. "Наказание внешне тождественно преступлению, потому что в случае совершения преступления не может быть иного возмездия, как наказание".

Также понятие "наказание" как удовлетворение справедливости рассматривали Тертуллиан, св. Августин, Иоанн Златоуст. Многие правоведы, изучающие историю развития института уголовного наказания, отмечают, что последствием совершенного преступления является нарушение законных прав и интересов потерпевшего. Таким образом, потерпевший по воле преступника ставится в условия принуждения. Исходя из этого, принуждение, в которое поставлен потерпевший преступником, и принуждение преступника государством должны обладать по возможности равным объемом. И.Я. Фойницкий отмечал, что "существо справедливости состоит в причинении одному человеку точно того же, что он причинил другому; дело юстиции должно покрывать дело обиды и быть математически соразмерно с ним". И.М. Рагимов, в свою очередь, писал: "...сущность и содержание наказания не находятся в зависимости от того, как его формулировал законодатель в законе. По своей внутренней сущности наказание является только карой. И законодатель не в состоянии "очистить" наказание от этого свойства или добавить какие-то элементы воспитания. В то же время законодатель может оказать влияние на содержание той или иной "дозы" кары в его составе в зависимости от целей, стоящих перед наказанием".

Заслуживают внимания научные исследования известного советского ученого Б.С. Никифорова, который также рассматривал уголовное наказание как право потерпевшего и общества в целом на восстановление социальной справедливости посредством назначения соразмерного наказания: "По закону и в соответствии с социалистическим правосознанием наказание следует за преступлением. Это происходит не только во времени, но и в том смысле, что наказание соответствует преступлению: чем тяжелее преступление, тем суровее наказание" <5>. Указанная зависимость, по мнению ученого, отражает общественное представление о справедливости. Поясняя свою позицию, Б.С. Никифоров указывал, что посредством назначения уголовного наказания должен возмещаться вред, причиненный преступлением. Например, если вред, причиненный преступлением, выразился в дезорганизации общественных отношений, то наказание должно восстановить их. С точки зрения правоведа, общественные отношения представляют собой систему, которая находится в упорядоченном состоянии и стремится вернуться в упорядоченное состояние, если оно нарушено <6>. Поэтому Б.С. Никифоров полагал, что уголовное наказание должно быть достаточно существенным, чтобы иметь своим содержанием возмещение причиненного вреда. Он рассматривал уголовное наказание с позиций восстановления социально-психологического порядка в упорядоченное состояние, т.е. результатом применения уголовного наказания состоявшееся нарушение как бы "погашается" как в общественном сознании, так и в социальной действительности <7>.

<5> Никифоров Б.С. Избранное. М., 2010. С. 209.
<6> Там же.
<7> См.: Никифоров Б.С. Указ. соч. С. 215.

Если конкретизировать воззрения Б.С. Никифорова в контексте принципов восстановления социальной справедливости и соразмерности уголовного наказания, то можно заключить, что вред, причиненный непосредственному объекту, например жизни или здоровью человека, который является элементом общественных отношений, должен быть соразмерно наказан и только в данном случае будет достигнут принцип восстановления социальной справедливости, который, на наш взгляд, является правом потерпевшего и общества, которое должно реализовывать государство. Не только обществу и государству совершенным преступлением причиняется вред посредством нарушения общественных отношений, но также непосредственному объекту, и в случае, если речь идет о вреде здоровью или жизни, потерпевший имеет право на соразмерное наказание преступнику, которое можно рассматривать через призму восстановления нарушенных прав потерпевшего посредством применения к преступнику соразмерной кары и восстановления status quo. Развивая позицию Б.С. Никифорова, уголовное наказание можно рассматривать в определенном смысле не только как реституцию общественных отношений, которые были нарушены преступлением, но и как компенсаторную реституцию прав потерпевшего. Разумеется, жизнь и здоровье нельзя вернуть, но можно применить к преступнику карательные меры уголовно-правового воздействия, чтобы он претерпевал страдания, которые должны быть приблизительно соразмерными страданиям потерпевшего (например, длительный срок отбывания наказания в колонии строгого режима). Иными словами, если нельзя восстановить жизнь и здоровье, т.е. прямо возместить причиненный вред, то преступник должен быть лишен в соразмерной степени определенных благ, что в некотором смысле соответствует понятию компенсаторной реституции. А.В. Наумов <8>, А.Э. Жалинский <9>, С.В. Полубинская <10>, А.С. Самойлов <11>, Т.Ю. Погосян <12> и некоторые другие ученые-правоведы <13> также рассматривали удовлетворение потерпевшего через призму восстановления социальной справедливости.

<8> См.: Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1: Общая часть. М., 2004. С. 364.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации" (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - ИНФРА-М-НОРМА, 2000 (3-е издание, дополненное и измененное).

<9> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 1996. С. 125.
<10> См.: Полубинская С.В. Понятие и цели наказания // Российское уголовное право. Общая часть: Учебник. М., 1997. С. 268 - 269.
<11> См.: Самойлов А.С. Понятие, признаки и цели уголовного наказания // Российское уголовное право: В 2 т. Т. 1: Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2002. С. 383; Он же. Наказание // Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учеб. пособие. М., 2001. С. 195.
<12> См.: Погосян Т.Ю. Наказание: понятие, цели, система и виды // Уголовное право. Часть общая: Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова. М., 2001. С. 318.
<13> См.: Мельниченко А.Б., Радчинский С.Н. Уголовное право. Общая часть: Учеб. пособие. Ростов н/Д, 2002. С. 207; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейными материалами и судебной практикой. Ростов н/Д, 2002. С. 99.

Однако возникает вопрос: как функционируют принципы восстановления социальной справедливости и соразмерности уголовного наказания, когда по прошествии некоторого времени после вынесения приговора преступнику состояние здоровья жертвы преступления существенно ухудшается и фактический вред, причиненный преступлением, является более тяжким, чем до вынесения приговора? В данном случае уголовное наказание является явно не соответствующим причиненному жертве преступления фактическому вреду. Из этого следует вопрос: какими принципами уголовного права можно пренебречь - принципом восстановления социальной справедливости, принципом соразмерности уголовного наказания? Или можно пренебречь принципом - никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (non bis in idem)? Уголовные законодательства большинства государств решают этот вопрос однозначно. Принцип non bis in idem является незыблемым, и по этому вопросу имеются решения конституционных судов, а также сложившаяся практика правоприменения. Этот принцип берет начало у истоков римского права и, по мнению многих правоведов, не подлежит никакому исключению.

Многие американские правоведы также поддерживают карательную теорию как одно из центральных понятий уголовного права. При этом особое внимание обращается на то, что уголовное наказание есть результат нарушения уголовно-правовой нормы и оно должно быть соразмерно вреду, который причинен преступлением. Соразмерность уголовного наказания, по мнению последователей карательной теории, также влияет на степень спокойствия населения, предотвращает акты самосуда, вызывает уважение к закону <14>.

<14> См.: Кубанцев С.П. Основные виды наказания в уголовном праве США // Журнал российского права. 2004. N 9. С. 120 - 131.

Медицинское обоснование исследуемой проблематики. Для определения возможности существования причинно-следственной связи между преступлением и последствиями, которые могут наступить намного позже вынесения приговора, необходимо обосновать возможность таких последствий с точки зрения современной медицины.

Медицинский критерий является детерминирующим для определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью жертвы преступления. Причинно-следственная связь между преступным действием и наступившими последствиями устанавливается правоохранительными органами на основании судебно-медицинской экспертизы. Современные научные знания в области медицины также позволяют с большой долей вероятности установить причинно-следственную связь, даже если последствия наступили через несколько лет после совершенного преступления. В большинстве случаев последствия совершенного преступления имеют психологический или психический характер. Однако психологические травмы как последствия совершенного преступления могут развиваться и переходить не только в психические, но и в некоторые физические заболевания <15>.

<15> См.: Старович З. Судебная сексология. М., 1991. С. 104.

Полагаем целесообразным исследовать конкретные примеры, которые позволят установить факт наступления последствий совершенного преступления через несколько лет после его совершения.

М. Баурман (Baurman), обследовавший 8058 женщин, которые были изнасилованы в Нижней Саксонии, пришел к выводу, что законодательная дефиниция изнасилования не учитывает последствий, проявляющихся в форме различных психических расстройств, которые довольно часто могут возникать через продолжительное время после совершения преступления <16>. Наступлению отдаленных последствий сексуальных преступлений уделяется значительное внимание со стороны как врачей, так и правоведов <17>. Например, американский исследователь Н. Барвин (Barvin), исследуя проблематику психологических расстройств жертв сексуальных преступлений, пришел к выводу, что у 1/9 таких жертв развивается комплекс специфических эмоциональных расстройств <18>. К. Наделсон (Nadelson), исследовав 41 изнасилованную женщину, подчеркнул, что последствия в виде различных психических расстройств развиваются у жертв сексуальных преступлений на протяжении от одного до полутора лет после совершенного преступления, что может значительно превышать срок предварительного следствия <19>.

<16> См.: Baurman M. Op. cit. P. 7 - 8, 278 - 281.
<17> См.: Микиртумов Б.Е. К вопросу об острых невротических реакциях у детей в результате насильственных (педофильных) действий // Судебно-медицинская экспертиза. 1979. Т. 22. N 3. С. 47 - 49.
<18> См.: Barvin N., Belisle S. Op. cit.
<19> См.: Nadelson C. Op. cit. P. 1266 - 1269.

Особо стоит отметить отдаленные последствия сексуальных преступлений, жертвами которых являются дети. Н.А. Шаповалова, исследовавшая вопросы отдаленных последствий сексуальных преступлений, совершенных в отношении детей, пришла к выводу, что у большинства женщин в возрасте от 25 до 35 лет, в отношении которых были совершены сексуальные преступления в детском и подростковом возрасте, развиваются такие психические расстройства личности, как параноидальные, шизоидные, диссоциальные, демонстративные, ананкастные, тревожные, зависимые, преимущественно навязчивые мысли и размышления, а также специфическая изолированная фобия <20>. Развитие того или иного психического расстройства личности зависит от многих факторов, например от характера сексуального насилия, психологических и физических особенностей развития личности и т.д. Однако по прошествии даже продолжительного времени отмечается стойкая тенденция развития психологических проблем и психических расстройств личности. Кроме того, психические расстройства личности довольно часто коррелируют с физическими заболеваниями, которые также могут носить отдаленный характер.

<20> См.: Шаповалова Н.А. Указ. соч. С. 7.

Например, отдаленными последствиями сексуальных преступлений, совершенных в отношении ребенка или подростка, могут быть такие заболевания, как диспареуния (боль в области малого таза, которая возникает у женщины при половом акте); сексуальная аверсия; вагинизм (болевые ощущения при вагинальном проникновении); дезадаптивные формы расстройства личности <21>. Эти расстройства могут проявляться уже в зрелом возрасте и в зависимости от интенсивности болезни могут квалифицироваться по различным категориям причинения вреда здоровью.

<21> См.: Шаповалова Н.А. Указ. соч.

Необходимо отметить возможность развития тяжких психических заболеваний, которые наступают в отдаленный период времени после совершенного сексуального преступления, например вялотекущей шизофрении, параноидального расстройства личности и др. <22>.

<22> Там же.

Вышеизложенные примеры показывают, что вред, причиненный здоровью жертвы преступления, может приобретать как психический, так и физический характер. Очевидно, что на момент вынесения обвинительного приговора суд не может учитывать наступление будущих последствий, которые могут иметь место в более поздний период после совершения преступления. Правовое регулирование данного вопроса большинство государств решает в рамках специального закона, посвященного компенсации вреда жертвам преступлений (например, Закон Великобритании "Система компенсации вреда" 2012 г. и Закон ФРГ "О компенсациях жертвам насилия" 1976 г.). Однако возникает вопрос: являются ли денежные выплаты вполне соразмерными тяжести совершенного преступления? Любое преступление должно быть соразмерно наказанным или нет?

Во многих составах преступлений уголовное наказание напрямую зависит от причиненного вреда здоровью. Если преступлением причинен тяжкий вред здоровью, причинно-следственная связь не вызывает сомнений, а вина преступника является доказанной, то судья при наличии смягчающих или отягчающих обстоятельств выносит обвинительный приговор, который соответствует характеру совершенного преступления и степени причиненного вреда. Но существуют ситуации, когда преступлением причинен небольшой ущерб здоровью, причинно-следственная связь также не вызывает сомнений, а приговор является полностью правосудным, однако релевантные последствия совершенного преступления могут наступать намного позже не только совершенного преступления, но и вынесенного приговора. Например, верхний предел наказания по п. "б" ч. 3 ст. 131 УК РФ за изнасилование, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью, составляет 15 лет лишения свободы. Тогда как верхний предел наказания по ч. 1 ст. 131 УК РФ за неквалифицированное изнасилование составляет всего лишь шесть лет лишения свободы. Однако если после вынесения приговора состояние здоровья жертвы сексуального насилия резко ухудшилось, то вынесенный приговор уже не отражает тяжести совершенного преступления и должен быть пересмотрен по новым обстоятельствам в порядке гл. 49 УПК РФ. Анализ отдаленных последствий на примере преступлений против половой неприкосновенности не является исчерпывающим, поскольку эти последствия могут развиваться также у жертв других насильственных преступлений, таких как причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ).

Одной из тяжелейших травм, которые могут быть получены в результате совершения насильственных преступлений, является черепно-мозговая травма. Согласно исследованиям, проведенным В. Шевага, отдаленные последствия черепно-мозговой травмы, в том числе тяжкие, могут наступать в период от нескольких месяцев до нескольких лет после ее нанесения <23>.

<23> См.: Шевага В.Н. Ранние и отдаленные последствия черепно-мозговой травмы: медико-социальные аспекты и возможности нейропротекции // Здоровье Украины. 2009. N 5. С. 45.

Вышеуказанные отдаленные последствия могут возникать у жертв преступлений в зависимости от многочисленных факторов, таких как физическое состояние жертвы преступления, должное медицинское лечение, правильная медицинская и социальная реабилитация и т.д. В некоторых случаях данные заболевания не возникают вообще (примерно 30%) <24>. Однако возникает вопрос о правовой характеристике таких последствий. Если предположить, что черепно-мозговая травма и одно из психических заболеваний наступили в короткий промежуток времени после совершения преступления, до рассмотрения дела в суде, то в данной ситуации вполне очевидно, что приговор должен быть максимально суровым, отражающим как причинение черепно-мозговой травмы, так и возникновение вследствие этой травмы психического заболевания. Но если предположить ситуацию, когда психическое заболевание наступило после вынесения приговора, то опять становится очевидной необходимость пересмотра приговора и вынесение нового приговора с таким наказанием, которое не нарушало бы право жертвы преступления на восстановление социальной справедливости.

<24> Там же.

Довольно часто утрата какого-либо органа как результат совершенного преступления влечет за собой ряд последствий социального и психологического характера, а именно снижение уровня социальной активности, ухудшение качества жизни, утрату работы. На этом фоне начинают развиваться различные расстройства, например депрессии, фрустрации, фобии и т.д., которые являются причинами развития многих физических заболеваний. Профессор Т. Хэнел отмечает, что довольно часто существует определенная корреляция между депрессией и болезнями сердца. Психогенные причины, влияющие на развитие различных форм депрессии, которые в самом широком смысле были вызваны окружающей средой, постепенно начинают влиять на сердце негативным образом и могут выражаться в таких заболеваниях, как хроническая ишемическая болезнь сердца, сердечная недостаточность и др. <25>.

<25> См.: Хэнел Т. Депрессия, или Жизнь с дамой в черном. СПб., 2009. С. 112.

Как видно из вышеприведенного, некоторые последствия преступлений могут не обладать прямой причинно-следственной связью, что не исключает возможности в определенных случаях установления судебной экспертизой причинно-следственной связи, на основании которой может быть вынесен новый приговор.

Стоит отметить, что отдаленные последствия могут не только носить тяжкий характер, но и обладать средней и легкой степенью тяжести. Однако любое преступление, особенно связанное с причинением вреда здоровью, должно соответствовать определенному уголовному наказанию.

Необходимо обратить внимание, что в свете широкого распространения экологических преступлений, прежде всего в развивающихся государствах, установление ответственности за наступление отдаленных последствий является актуальным при условии, что причинно-следственная связь с совершенным ранее преступлением может быть установлена судебной экспертизой <26>.

<26> См.: Москалев Ю.И. Отдаленные последствия ионизирующих излучений. М., 1991. С. 464.

Последствия преступлений против экологии могут выражаться в различных видах генетических заболеваний у потомства, в общем сокращении продолжительности жизни <27>.

<27> Там же.

Итак, рассмотренная проблематика поднимает вопрос об экс-криминальном <28> статусе и (или) динамике социальной связи между преступником и потерпевшим. По нашему мнению, социальная связь не прерывается даже в момент прекращения уголовно-правовой связи (juris nexus), например после отбывания наказания и (или) выплаты правонарушителем компенсации потерпевшему.

<28> "Экс-криминальная ситуация" означает такое неустранимое положение дел, которое буквально возникло "из преступления" и порождает различные экстраюридические (не связанные с правом) обременения, прежде всего для потерпевшей стороны.

На наш взгляд, уголовное наказание должно быть максимально соразмерным совершенному преступлению. Поэтому уголовное законодательство Российской Федерации должно отражать последствия преступления, которые могут наступать после вынесения приговора. Однако отсутствие исчерпывающего перечня новых обстоятельств может послужить причиной огромного числа пересмотров, которые будут связаны с нарушением прав осужденных и злоупотреблением обращений потерпевших с требованиями вынести новый приговор по делу в связи с новыми обстоятельствами, которые не существовали на момент вынесения приговора. Например, в Российской Федерации имеется большое количество государственных медицинских учреждений, обладающих правом экспертной оценки. Такие организации в своих заключениях могут сослаться на совершенное в отношении потерпевшего насильственное преступление как на одну из причин, которая ухудшила состояние здоровья потерпевшего. Иными словами, недостаточная разработанность порядка и критериев установления отдаленных последствий по некоторым видам заболеваний может привести к злоупотреблениям при обращении к институту пересмотра уголовного дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам. Законодатель должен уделить особое внимание развитию нормативно-правовой базы, регулирующей порядок определения отдаленных последствий.

Другой вопрос, который может иметь большое значение для правоприменительной практики: можно ли понимать под новыми обстоятельствами тяжкий вред здоровью, который наступил вследствие совершения преступления? Как было показано выше на примере, связанном с черепно-мозговой травмой, последствиями такой травмы могут быть различные заболевания головного мозга, имеющие прямую причинно-следственную связь с черепно-мозговой травмой, которая сама по себе является тяжким вредом здоровью потерпевшего. По нашему мнению, в данном случае необходимо провести аналогию с другими последствиями, например с трансформацией вреда здоровью средней тяжести в тяжкий вред. Такая трансформация предполагает пересмотр дела по новым обстоятельствам и вынесение нового приговора по ст. 111 УК РФ. Когда тяжкий вред здоровью является причиной ухудшения здоровья потерпевшего и изначально причиненный тяжкий вред явился основанием возникновения заболевания, которое по своему характеру также является тяжким вредом, то, на наш взгляд, пересмотр уголовного дела по новым обстоятельствам возможен и в данной ситуации должен быть вынесен новый приговор, в котором будут отражены новые последствия в виде тяжкого вреда здоровью. Осужденному в этом случае при пересмотре дела назначается еще одно наказание по той же статье УК РФ за тяжкий вред здоровью, который возник вследствие совершения преступления и был заново оценен судом и экспертами при пересмотре дела. Соответственно, следует признать неудачной формулировку "в совершении более тяжкого преступления" п. 2.1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ и de lege ferenda изменить указанную формулировку на "совершение иного преступления". На наш взгляд, данная конструкция отражает современное понимание института пересмотра уголовного дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Неприемлемым законодательным решением следует признать указание в п. 3 ч. 4 ст. 413 УПК РФ на "иные новые обстоятельства". Таким образом, стоит согласиться с рассмотренным выше мнением судьи КС РФ С.М. Казанцевым, что перечень новых обстоятельств должен быть строго исчерпывающим. Отсутствие подобного перечня может привести к злоупотреблению потерпевшими своими правами и необоснованному ограничению прав осужденных.

Библиографический список

Barvin N., Belisle S. Adolescent Gynecology and Sexuality. N.Y., 1982.

Baurman M. Sexualitat, Gewalt und Psychische Folgen, Kriminalistik. Hamburg, 1981.

Nadelson C. A Follow-up Study of Rape Victims // Amer. J. Psychiatry 1982. 139. 10.

Иммануил Кант. Трактаты. Наука. Ленинградское отделение. 1996.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейными материалами и судебной практикой. Ростов н/Д, 2002.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации" (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) включен в информационный банк согласно публикации - ИНФРА-М-НОРМА, 2000 (3-е издание, дополненное и измененное).

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть / Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 1996.

Кубанцев С.П. Основные виды наказания в уголовном праве США // Журнал российского права. 2004. N 9.

Мельниченко А.В., Радчинский С.Н. Уголовное право. Общая часть: Учеб. пособие. Ростов н/Д, 2002.

Микиртумов Б.Е. К вопросу об острых невротических реакциях у детей в результате насильственных (педофильных) действий // Судебно-медицинская экспертиза. 1979. Т. 22. N 3.

Москалев Ю.И. Отдаленные последствия ионизирующих излучений. М., 1991.

Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 1: Общая часть. М., 2004.

Никифоров Б.С. Избранное. М., 2010.

Погосян Т.Ю. Наказание: понятие, цели, система и виды // Уголовное право. Часть общая: Учебник для вузов / Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова. М., 2001.

Полубинская С.В. Понятие и цели наказания // Российское уголовное право. Общая часть: Учебник. М., 1997.

Самойлов А.С. Наказание // Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учеб. пособие. М., 2001.

Самойлов А.С. Понятие, признаки и цели уголовного наказания // Российское уголовное право: В 2 т. Т. 1: Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 2002.

Старович З. Судебная сексология. М., 1991.

Хэнел Т. Депрессия, или Жизнь с дамой в черном. СПб., 2009.

Шаповалова Н.А. Специфические расстройства личности у женщин как отдаленные последствия сексуального насилия // Международный медицинский журнал. Харьков, 2006. Т. 12. N 4.

Шевага В.Н. Ранние и отдаленные последствия черепно-мозговой травмы: медико-социальные аспекты и возможности нейропротекции // Здоровье Украины. 2009. N 5.