Мудрый Юрист

Гражданско-правовое регулирование недействительности сделок, не соответствующих закону или иным правовым актам

Киселев А.А., кандидат юридических наук.

Статья 168 ГК РФ устанавливает общее основание недействительности сделок, не соответствующих требованиям закона или иных правовых актов. Необходимо отметить, что для недействительности сделок по этому основанию требуется несоответствие ее императивным нормам закона или других правовых актов.

При исследовании вопроса о несоответствии сделки требованиям закона суд должен оценить юридическую силу того или иного закона. При этом следует руководствоваться такими принципами, как приоритет более позднего закона по отношению к раннему; приоритет специальных норм по отношению к общим, приоритет норм международного права. Кроме того, надо учитывать установленное ГК РФ его приоритетное значение по сравнению с другими федеральными законами. Данное правило следует из ст. 3 ГК РФ, которая предусматривает, что нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК.

Если закон противоречит Конституции РФ, следует оспаривать его в Конституционном Суде РФ. При коллизии правовых актов суд должен руководствоваться тем из них, который имеет большую юридическую силу. В качестве основания недействительности сделки ст. 168 ГК РФ предусматривает также несоответствие ее "иным правовым актам". Согласно ст. 3 ГК РФ под "иными правовыми актами" понимаются указы Президента РФ и постановления Правительства РФ. В соответствии с п. 5 ст. 3 ГК в случае противоречия указа Президента или постановления Правительства ГК или иному закону применяется ГК или соответствующий закон.

При рассмотрении вопроса о том, соответствует ли сделка требованиям закона или иных правовых актов, необходимо учитывать, что ГК РФ не только не запрещает, но, напротив, предусматривает возможность совершения сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (п. 1 ст. 8 ГК; п. 2 ст. 421 ГК РФ).

Несмотря на наличие такой нормы в ГК РФ, Постановлением ВАС РФ договор был признан недействительным, как не предусмотренный законом <*>.

<*> Постановление Президиума ВАС РФ от 10 сентября 1996 г. N 1617/96.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ Постановлением от 10 сентября 1996 года N 1617/96 оставил в силе решение арбитражного суда о признании договора, по которому одна сторона (кредитор) уступила свое право требования задолженности от третьего лица (должника) другой стороне, недействительным как не соответствующего закону, регулирующему договор цессии. Акционерное общество открытого типа "Зейская ГЭС" обратилось с иском в Арбитражный суд Амурской области о признании недействительным договора цессии от 27.02.95 N 671, заключенного между муниципальным предприятием "Горводоканал" и индивидуальным частным предприятием "Финансово-промышленный концерн "Столица" о передаче права требования долга от АООТ "Зейская ГЭС". Решением от 03.09.95 суд удовлетворил иск, мотивируя тем, что действительная воля сторон направлена на оказание услуг за вознаграждение, в связи с чем заключенный договор является притворным. Постановлением кассационной инстанции от 30.01.96 решение оставлено без изменения. Фактически заключенная сделка признана недействительной на основании ст. 168 ГК РФ как не предусмотренная законом.

Данный вывод суда противоречит ГК РФ. Сделки, не предусмотренные законом, должны соответствовать общим началам и смыслу гражданского законодательства. И лишь при нарушении этого требования сделка может быть признана недействительной.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Данная норма, таким образом, устанавливает общее основание недействительности сделок, не соответствующих императивным правовым предписаниям, и должна применяться всякий раз, когда в законе отсутствуют указания на какое-либо специальное основание недействительности (ничтожности или оспоримости). Учитывая же, что оспоримость сделки всегда должна быть оговорена в законе специально, квалификация непосредственно по статье 168 ГК РФ остается возможной лишь в отношении ничтожных сделок.

"Смысл статьи 168 ГК, - отмечает К.И. Скловский, - состоит в том, что нарушается известный позитивный закон, и как следствие этого нарушения - сделка не имеет силы" <*>. Следует согласиться с автором, что основание недействительности сделки, предусмотренное статьей 168, имеет объективный, а не субъективный характер и что для квалификации сделки как недействительной по этому основанию не требуется направленности воли сторон на несоблюдение закона. Поэтому, к примеру, нарушение запрета, установленного пунктом 1 статьи 10 ГК РФ (злоупотребление правом), не может служить основанием для признания сделки недействительной по статье 168 ГК РФ <**>.

<*> Скловский К.И. О злоупотреблении правом // ЭЖ-Юрист. 2000. N 32. С. 2.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья К.И. Скловского "О злоупотреблении правом" включена в информационный банк согласно публикации - "Вестник ВАС РФ". 2001. N 2.

<**> Там же.

Иск о признании сделки ничтожной, являясь разновидностью установительного иска (иска о признании), направлен на установление судом факта недействительности сделки и отсутствия правоотношения, на которое эта сделка была направлена. Следовательно, этот иск представляет собой так называемый отрицательный, или негативный, иск о признании. В литературе и судебной практике он именуется как "иск о признании недействительной ничтожной сделки". Были, однако, предложены и более компактные термины для его обозначения - иск о ничтожности или негационный иск. Предусматривая общее основание недействительности сделок, статья 168 ГК РФ не предполагает, да и едва ли может предполагать, установление точно определенного перечня законов и иных правовых актов, несоответствие которым влекло бы ничтожность сделки.

Непосредственно по статье 168 ГК РФ следует квалифицировать и иные сделки, не соответствующие требованиям закона или иных правовых актов, если в самом законе (ином правовом акте), которому сделка не соответствует, нет специального указания на ее недействительность.

Так, ничтожными по основанию, предусмотренному статьей 168 ГК РФ, являются сделки юридических лиц, обладающих специальной правоспособностью (некоммерческие организации, государственные и муниципальные унитарные предприятия, иные организации, указанные в законе), совершенные с нарушением этой правоспособности <*>.

<*> См. п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.96 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (прилож. к "Вестнику ВАС РФ" N 1 за 2001 год. С. 47).

То же следует сказать и о сделках государственных и муниципальных унитарных предприятий по распоряжению закрепленным за ними имуществом, совершенных без согласия собственника, если по закону такое согласие требуется.

Гражданский кодекс Российской Федерации не дает прямых указаний о круге надлежащих истцов по негационному иску. В нем говорится лишь о том, кто вправе требовать применения последствий недействительности ничтожной сделки (в частности, реституции). Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 166 Кодекса это требование может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Однако, как разъясняют в совместном постановлении Пленум Верховного Суда Российской Федерации и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, споры по требованиям о признании недействительными ничтожных сделок (то есть по негационным искам), поскольку ГК РФ не исключает возможности их предъявления, также должны решаться судом по заявлению любого заинтересованного лица <*>. Вместе с тем ясно, что любое заинтересованное лицо, о котором идет речь в пункте 2 статьи 166 ГК РФ, не равнозначно вообще любому лицу. Кого же следует понимать под заинтересованным лицом? Этот вопрос очень часто возникает в процессе разрешения арбитражными судами споров, связанных с недействительностью сделок.

<*> См. п. 32 Постановления от 01.07.96 N 6/8 (прилож. к "Вестнику ВАС РФ" N 1 за 2001 год. С. 50 - 51).

Как известно, заинтересованность истца может быть материальной или процессуальной. Лицо считается имеющим материальный интерес в деле, если оно требует защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый им иск выступает средством такой защиты. Материально-правовой интерес принято рассматривать как одну из необходимых предпосылок права на удовлетворение иска. Именно поэтому, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что права или охраняемые законом интересы самого истца не нуждаются в защите, то есть у него отсутствует материальный интерес, это явится основанием для отказа в удовлетворении иска.

Иная ситуация складывается, если лицо, действуя от собственного имени (то есть не являясь представителем), требует защиты не своего, а чужого права или охраняемого законом интереса. Здесь интерес в иске будет процессуальным. Однако возможность выступать в защиту чужих прав или охраняемых интересов имеет далеко не каждое лицо. На это заявитель должен быть уполномочен законом. Так, согласно статье 40 АПК РФ прокурор, государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы вправе обратиться в арбитражный суд в случаях, когда это предусмотрено федеральным законом. Таким образом, наличие или отсутствие процессуального интереса определяется специальным указанием на него в нормах закона. Если такого указания нет, значит, нет и процессуального интереса, что является основанием для отказа в принятии искового заявления или, если оно уже принято, для прекращения производства по делу. Поэтому наличие процессуального интереса следует рассматривать в качестве обязательной предпосылки права на предъявление иска <*>.

<*> См.: Осокина Г.Л. Право на защиту в исковом судопроизводстве (право на иск). Томск, 1990. С. 107, 150; Тузов Д.О. Иски, связанные с недействительностью сделок: Теоретический очерк. Томск: Пеленг, 1998. С. 16 - 17, 27 - 28.

При исследовании вопроса о заинтересованности истца в делах, связанных с ничтожностью сделок, следует четко разграничивать иск о признании ничтожной сделки недействительной (негационный иск), являющийся, как отмечалось выше, установительным по своей природе, и иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки, относящийся к категории исков о присуждении. Хотя зачастую эти иски заявляются одновременно, путем подачи одного искового заявления, и рассматриваются в одном процессе, они все же отличаются по предмету и основанию, да и стороны их, как будет показано далее, не всегда совпадают.

Сама по себе ничтожная сделка, не будучи исполненной, еще не нарушает субъективных прав сторон и третьих лиц. Однако ее совершение способно создать некоторую правовую неопределенность, что может вызвать интерес в устранении этой неопределенности. И такой интерес охраняется законом путем предоставления заинтересованному лицу права требовать судебного признания сделки ничтожной, то есть права на негационный иск. Из этого следует, что субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность и интерес которого состоит в устранении этой неопределенности. Иными словами - это лицо, правовое положение которого претерпело бы те или иные изменения, если бы сделка на самом деле была действительной. К таким лицам относятся прежде всего сами стороны ничтожной сделки. Но необходимо признать таковыми и других лиц, чьи права могут оказаться нарушенными как исполнением этой сделки, так и одним только мнимым ее существованием, вызывающим у окружающих, в том числе у государственных органов, убеждение в ее действительности, в реальности будто бы возникших из нее "прав" и "обязанностей" <*>.

<*> См.: Тузов Д.О. Указ. соч. С. 17.

Более ограниченным должен быть признан круг лиц, имеющих материально-правовой интерес в применении реституции как последствия недействительности ничтожной сделки. Представляется, что такими лицами здесь могут считаться только сами стороны ничтожной сделки и их правопреемники. Это связано с тем, что реституция восстанавливает первоначальное имущественное состояние именно этих субъектов, а не третьих лиц. Поэтому и материальным интересом в применении данной меры обладает лишь тот, чья имущественная сфера вследствие этого будет непосредственно восстановлена. К такому же, в сущности, выводу приходит научно-консультативный совет при Федеральном арбитражном суде Северо-Западного округа, указывая, что "в качестве заинтересованных лиц, которые в соответствии с п. 2 ст. 166 ГК РФ могут заявлять иски о применении последствий недействительности ничтожной сделки, должны рассматриваться лица, которые непосредственно участвовали в совершении сделки, и иные лица, имущественные интересы которых будут непосредственно восстановлены в результате применения последствий недействительности этой сделки" <*>. Здесь необходимо лишь уточнить, что под "иными лицами", о которых говорится в разъяснении, следует понимать правопреемников сторон недействительной сделки.

<*> Заключение научно-консультативного совета при Федеральном арбитражном суде Северо-Западного округа от 18.12.98 N 3 "В связи с обзором арбитражной практики по соотношению исков об истребовании имущества (виндикационных исков) и исков о применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде истребования имущества" // Справочно-правовая система "КонсультантПлюс".

В соответствии со ст. ст. 138, 139 АПК РФ стороны (истец и ответчик) могут окончить дело мировым соглашением в любой инстанции. Если заключено мировое соглашение и оно утверждено арбитражным судом, это является основанием для прекращения производства по делу (ч. 2 ст. 150 АПК РФ), о чем суд выносит соответствующее определение. Такое определение не тождественно решению суда, поскольку в случае утверждения мирового соглашения арбитражный суд не рассматривает дело по существу, а лишь констатирует прекращение судебного спора между сторонами <*>.

<*> См.: Моисеев С. Мировое соглашение в арбитражном судопроизводстве // Российская юстиция. 1999. N 10. С. 22 - 23.

В связи с этим возникает вопрос о законности мировых соглашений, предметом которых является взаимное признание сторонами ничтожности либо, напротив, действительности сделки, а следовательно, и о правомерности утверждения этих соглашений судом. Как представляется, ответ должен быть следующим.

Сделка - это юридическое действие, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. При этом она может соответствовать закону, а может и противоречить ему. В первом случае сделка будет действительной, во втором - нет. Это отношение сделки к нормам права является объективным и не зависит от усмотрения совершивших ее лиц. Следовательно, вопрос о ничтожности или действительности сделки просто не может быть предметом соглашения. Подобное мировое соглашение не соответствовало бы закону, а согласно части 6 статьи 141 АПК РФ арбитражный суд не вправе утверждать мировое соглашение, если оно противоречит законам и иным нормативным правовым актам <*>.

<*> См.: Тузов Д.О. Указ. соч. С. 26.

Представляется также, что суд не может принять и признание негационного иска ответчиком. Как известно, принятие судом такого признания оформляется вынесением решения об удовлетворении иска <*>, то есть дело разрешается в этом случае по существу. Следовательно, если сделка действительна, положительное судебное решение по негационному иску будет незаконным. Хотя, безусловно, ответчик может отказаться от осуществления своего субъективного права, основанного на действительном договоре, он может также по соглашению с истцом расторгнуть его, но он не в состоянии путем признания иска сделать этот договор из действительного ничтожным.

<*> См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. В.Ф. Яковлева, М.К. Юкова. М.: КОНТРАКТ; ИНФРА-М, 1997 (коммент. к ст. 37, п. 2).

Предположим, однако, что суд принимает признание иска ответчиком и удовлетворяет требование истца, то есть признает действительную сделку ничтожной. Как отмечалось выше, судебное решение по негационному иску является установительным. В отличие от конститутивного (преобразовательного) решения оно не может каким-либо образом повлиять на материальные права и обязанности сторон. Получается парадокс: сделка как была действительной, так и осталась, но в то же время судом установлена ее ничтожность. Если, например, впоследствии бывший ответчик предъявит бывшему истцу иск о присуждении, основанный на этой сделке, суд вынужден будет отказать в удовлетворении его требований, поскольку предыдущее решение по негационному иску будет иметь преюдициальное значение в новом споре. Источник данной коллизии между законной силой судебного решения и юридической силой сделки следует искать в несовместимости признания ответчиком негационного иска с правовой сущностью последнего. Учитывая эту несовместимость, суд, по-видимому, не вправе принять признание иска ответчиком и в том случае, если сделка и в самом деле ничтожна <*>.

<*> См.: Тузов Д.О. Указ. соч. С. 26.

С другой стороны, нет препятствий для принятия судом отказа истца от негационного иска, даже если ничтожность сделки ни у кого не вызывает сомнений. Отказ от иска означает, что истец решил не пользоваться своим правом на судебную защиту. Принятие судом этого процессуального акта истца оформляется определением, которым производство по делу прекращается (п. 4 ч. 1 ст. 150, ч. 1 ст. 151 АПК РФ), то есть спор не разрешается по существу. При этом определение суда ничего не подтверждает и не опровергает: в правоотношениях сторон остается та же неопределенность, которая была и до процесса. Тем не менее сама сделка остается ничтожной независимо от судебного определения. И хотя истец уже не сможет вновь обратиться в суд с тем же требованием (ч. 3 ст. 151 АПК РФ), он вправе без ограничений ссылаться на ничтожность сделки в качестве возражения против иска, предъявленного ему самому.