Мудрый Юрист

Залог авторского права

Ф. Богатырев, старший научный сотрудник ИЗиСП, кандидат юридических наук.

Проблема залога авторского права практически не обсуждалась в юридической литературе. Между тем вполне реальна ситуация, когда автор (или иной правообладатель) может предложить кредитору в обеспечение исполнения обязательства авторское право, которое ему уже принадлежит или возникнет в будущем. Как следует оценивать такой случай залога? Постановка данного вопроса носит не теоретический или гипотетический, а вполне насущный, практический характер, о чем свидетельствует Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 12 июля 2002 года N КГ-А40/4044-02 <1>. В нем изложена позиция арбитражного суда о том, что договор залога, по условиям которого залогодатель обязался передать в залог залогодержателю предполагаемые к возникновению у залогодателя в будущем исключительные авторские права, соответствует гражданскому законодательству.

<1> Данное Постановление прокомментировано автором этой статьи в книге "Комментарий судебно-арбитражной практики" / Отв. ред. В.Ф. Яковлев. Вып. 10. М., 2003.

Рассмотрение проблемы залога авторского права должно опираться на четкое уяснение его правовой природы. Представляется, что возможность залога существует в том случае, если допустимы, во-первых, отчуждение авторского права и, во-вторых, обращение взыскания на него.

В советское время господствовала точка зрения на авторское право как на совокупность имущественных и неимущественных правомочий, принадлежащих автору <2>. Нельзя сказать, что такой взгляд на авторское право был вызван исключительно идеологическими причинами: советское авторское право противопоставлялось "буржуазному" праву, которое охраняет только имущественные интересы издателей и других пользователей авторского права. Идея о синтезе имущественных и неимущественных правомочий, входящих в состав авторского права, высказывалась еще во второй половине XIX века, в частности, немецкими учеными. Несмотря на подкупающие доводы о неразрывной связи произведения с его автором (на этом И. Колер построил свою известную и многословную теорию Individualrecht) указанное построение авторского права неточно, как мне кажется, отражает формально-юридическую сторону вопроса.

<2> См., например: Гордон М.В. Советское авторское право. М., 1955. С. 76 - 78; Антимонов Б.С., Флейшиц Е.А. Авторское право. М., 1957. С. 41 и сл.; Иоффе О.С. Советское гражданское право: Курс лекций. III. Л., 1965. С. 37 и сл.; Мнение В.И. Серебровского по данному вопросу не совсем ясно. С одной стороны, он говорил о личных и имущественных правах (правомочиях) автора (а не о расчленении авторского права на личные и имущественные права), а с другой - отмечал, что авторское право (как субъективное право) в целом охраняет все законные (как имущественные, так и неимущественные) интересы автора. Таким образом, надо полагать, что В.И. Серебровский все-таки допускал мысль об охвате авторским субъективным правом столь разнохарактерных правомочий. См.: Серебровский В.И. Вопросы советского авторского права. М., 1956. С. 107, 94 - 108.

Едва ли возможно в рамки одного субъективного авторского права вместить правомочия, диаметрально противоположные по своему характеру, - личные и имущественные права. Одни направлены на защиту личности автора, другие - на предоставление автору возможности вводить произведение в оборот. При этом объект авторского права, по преобладающему мнению, - нематериальное благо, на которое устанавливаются как неимущественные, так и имущественные права.

Представляется, что авторское право как субъективное есть сугубо имущественное право. Оно является таковым прежде всего потому, что его объектом выступает материальное благо - авторское произведение. Хотя в литературе существует единодушное мнение, что авторское произведение представляет собой нематериальное благо, есть основание предположить, что это не соответствует действительности, ибо характер субъективного права предопределен характером объекта (блага), на который оно (субъективное право) устанавливается. В отношении нематериального блага не может быть установлено имущественное право.

Авторское право - имущественное право также потому, что автор, создавая авторское произведение, хотя в большинстве случаев и не думает в первую очередь о материальных выгодах, однако юридически (в данном случае - объективно) за ним закрепляется имущественный интерес, связанный с дальнейшим использованием произведения, не говоря уже о правопреемниках или пользователях в силу лицензии, которые всегда преследуют имущественный интерес. Для реализации имущественного интереса устанавливается имущественное право.

Так как объектом авторского права является материальное благо и само авторское право есть имущественное право, автор имеет возможность вводить в имущественный оборот свое произведение. Всякое благо, которое является объектом имущественного оборота (участвует в товарообмене), есть товар. Конечно, объект авторского права - неосязаемый объект, но это не мешает признать его товаром. В современном имущественном обороте не только вещи, но и многие неосязаемые объекты являются товаром, например требования из обязательств, услуги, труд. Автор, который создал не материальный объект (вещь), а неосязаемый объект - произведение, также должен иметь возможность распоряжаться им, и это не отрицается ни в литературе, ни в законе.

Авторское право, являясь имущественным правом, относится к группе исключительных гражданских прав. С учетом сказанного термины "авторское право" и "исключительное право" можно считать синонимами и равными по объему понятиями. Вот почему представляются корректными выражения "залог авторского права", "отчуждение авторского права" и другие подобные выражения, так как без всякого уточнения ясно, что речь идет именно о залоге или отчуждении исключительного права.

Говоря об авторском праве как имущественном праве, конечно, нельзя отрицать тот бесспорный факт, что в связи с созданием произведения у автора возникают личные права (на имя, авторства, на неприкосновенность произведения), которые неотчуждаемы, и постановка вопроса о возможности их отчуждения просто не имеет смысла <3>.

<3> В нашей литературе исключительно имущественный характер авторского права был обоснован Г.Ф. Шершеневичем в работе "Авторское право на литературные произведения (Казань, 1891). В то же время, насколько можно судить, Г.Ф. Шершеневич вообще отрицал наличие у автора личных прав на произведение (с. 68), что, конечно, неправильно (см., однако: Там же. С. 225).

Само по себе признание авторского права правом имущественным не дает ответа на вопрос о допустимости его залога, поскольку не всякое имущественное право способно служить целям залога. Как следует из п. 1 ст. 336 ГК РФ, только то имущественное право, которое может быть отчуждено залогодателем, по общему правилу относится к предмету залога.

Проблема отчуждения авторского права неоднократно обсуждалась в юридической литературе. Например, Г.Ф. Шершеневич без всякого сомнения допускал отчуждение авторского права <4>, Я.А. Канторович также однозначно поддерживал эту идею, хотя делал оговорку о том, что залог авторского права невозможен, поскольку закон запрещал обращение взыскания на авторское право <5>.

<4> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 218 - 219.
<5> Канторович Я.А. Авторское право на литературные, музыкальные, художественные и фотографические произведения. 2-е изд. - Пг., 1916. С. 512 - 513.

Действительно, Положение об авторском праве 1911 года разрешало отчуждение авторского права. Этот вывод можно сделать из ст. 8 Положения, согласно которой договор об отчуждении авторского права, об уступке права на издание или о предоставлении права перевода, публичного исполнения произведения или какого-либо из принадлежащих автору прав другому лицу должен быть изложен на письме. Однако ст. 10 Положения не допускала обращения взыскания на авторское право без согласия автора или его наследников, поэтому вопрос о залоге отпадал сам собой <6>.

<6> В.И. Синайский в своем "Курсе гражданского права" (Синайский В.И. Русское гражданское право. Вып. 1: Общая часть. Вещное право. Авторское право. Изд. 2-е. Киев, 1917. С. 239) поднимает вопрос о залоге авторского права и со ссылкой на ст. 10 Положения (по Своду законов гражданских - ст. 695-10) приходит к выводу о допустимости залога авторского права, полагая, видимо, что автор мог уже при заключении договора о залоге дать согласие на обращение взыскания на авторское право, что вряд ли верно, так как эффект введенного Положением запрета свелся бы на нет, - ведь известно, кто находится в более выгодном положении при заключении договора залога, кто в связи с этим может легко добиться включения в договор соответствующего условия.

Что касается специальных публикаций по залогу того времени, а также работ по гражданскому праву в целом, то литература, как правило, хранила молчание по рассматриваемому вопросу <7>. Наверное, единственное исключение - "Курс гражданского права" В.И. Синайского <8>.

<7> Нет никаких указаний по данной проблеме в фундаментальной монографии по залоговому праву А.С. Звоницкого (Звоницкий. А.С. О залоге по русскому праву. Киев, 1912). Известные учебники и курсы гражданского права того времени Д.И. Мейера, К.П. Победоносцева, К. Анненкова, Г.Ф. Шершеневича не упоминают о залоге авторского права.
<8> См.: Синайский В.И. Указ. соч.

Первый законодательный акт РСФСР об авторском праве - Основы авторского права 1925 года - также допускал всякого рода его отчуждение. Согласно ст. 12 Основ авторское право в части или в целом может быть отчуждено по издательскому договору или иным законным способом, причем характер использования авторского права должен быть определен в точности договором.

В литературе советского авторского права после принятия Основ 1925 года, а также в период действия Основ 1928 года и ГК РСФСР 1964 года не прекращалась дискуссия о возможности заключения договора об отчуждении авторского права. Некоторые цивилисты (Я.А. Канторович, М.В. Гордон, В.И. Серебровский) допускали возможность отчуждения авторского права по договору. Немалое число ученых отрицали действительность такого договора (И.А. Грингольц, М.И. Никитина, Б.С. Антимонов, Е.А. Флейшиц, А.К. Юрченко), по существу относили авторские договоры только к лицензионному типу (хотя слово "лицензия" могло не употребляться) <9>.

<9> Один из последних обзоров мнений по этому вопросу в литературе по авторскому праву: Юрченко А.К. Издательский договор. Л., 1988. С. 7 и сл.

Надо сказать, что если Основы 1925 года прямо указывали на возможность заключения договора об отчуждении авторских прав, то ГК РСФСР 1964 года уже не содержал такой нормы, а предусматривал два типа авторских договоров: авторский договор о передаче произведения для использования и авторский лицензионный договор. На этом фоне говорить об отчуждении авторского права было еще труднее <10>. Что касается различия между двумя типами авторских договоров, предусмотренных ГК РСФСР 1964 года, то оно было и остается едва уловимым, поэтому можно только присоединиться к мнению А.П. Сергеева о том, что каких-либо принципиальных различий между этими договорами не существовало <11>.

<10> Хотя некоторые исследователи продолжали допускать возможность отчуждения авторского права. См.: Дозорцев В.А. Авторский договор и его типы // Советское государство и право. 1977. N 2. С. 46; В другой работе В.А. Дозорцев занимает противоположную позицию, утверждая, что авторские правомочия неотчуждаемы. См.: Дозорцев В.А. Авторские правомочия // Проблемы современного авторского права. Свердловск, 1980. С. 130); Гаврилов Э.П. Советское авторское право. Основные положения. Тенденции развития. М., 1984. С. 196 и сл.
<11> Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности. 2-е изд. М., 2003. С. 273.

Как же следует решить обсуждаемый вопрос исходя из действующего Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах" (далее - Закон). Может ли обладатель авторского права произвести отчуждение авторского права, а значит, и заложить его <12>?

<12> Современная литература в основном продолжает хранить молчание по вопросу о залоге авторского права. Пожалуй, единственное исключение - учебник гражданского права под редакцией Е.А. Суханова. В нем утверждается, что п. 1 ст. 336 ГК РФ не запрещает залог исключительного права, в том числе авторского права. См.: Гражданское право. Т. II. Полутом I. 2-е изд. / Под ред. Е.А. Суханова. М., 2000. С. 106 (автор - В.С. Ем).

Закон нигде прямо не говорит о том, что автор может отчуждать авторское право любым способом. Напротив, в ст. 30 Закона сказано, что имущественные права могут передаваться только по авторскому договору. Такая формулировка ставит под сомнение допустимость залога авторского права, ибо основанием отчуждения заложенного авторского права будет договор залога (лучше говорить о юридическом составе: договор залога, неисполнение должником обеспечиваемого обязательства, продажа авторского права с публичных торгов) <13>.

<13> М.М. Богуславский и Э.П. Гаврилов говорили о невозможности залога авторского права, так как, по их мнению, советское законодательство прямо указывало лишь на возможность его перехода по авторскому договору. См.: Богуславский М.М., Гаврилов Э.П. Авторское право: изменения и дальнейшее развитие // Советское государство и право. 1975. N 6. С. 23.

Если предположить, что отношения приобретателя авторского права с торгов и залогодателя (автора) строятся по квазидоговорной модели, весьма схожей с авторским договором, можно сделать вывод о том, что формулировка Закона о передаче имущественных прав только по авторскому договору не является непреодолимым препятствием для дальнейшего движения к позитивному ответу на поставленный вопрос.

Наличие в Законе разрешения на заключение авторского договора об отчуждении авторского права позволило бы считать допустимым залог авторского права. Но и здесь приходится сталкиваться с трудностями, которые возникают из-за не совсем ясных формулировок Закона. Так, ст. 30, которая содержит нормы об авторском договоре, имеет заглавие "Передача имущественных прав. Авторский договор". Сам термин "передача права" подразумевает именно отчуждение права или, по крайней мере, возможность совершения, в частности, актов отчуждения. Но содержание статьи свидетельствует о том, что Закон, к большому сожалению, знает только авторский договор лицензионного типа <14>. Этот договор оформляет лишь предоставление права пользования авторским правом на определенный срок, то есть выдачу автором лицензии. То, что в ст. 30 называется "договором о передаче исключительных прав" и "договором о передаче неисключительных прав", на самом деле означает возможность выдачи в первом случае исключительной лицензии, а во втором случае - неисключительной лицензии <15>.

<14> К такому же выводу приходит и В.О. Калятин. См.: Калятин В.О. Интеллектуальная собственность (исключительные права). М., 2000. С. 153.
<15> Противопоставление в Законе "исключительных прав" и каких-то мифических "неисключительных прав" вообще кажется по меньшей мере странным. Что же это за такие "неисключительные права"?

Данный тезис находит подтверждение, если обратиться к данному в Законе определению авторского договора о передаче исключительного права. В п. 2 ст. 30 говорится, что по этому договору автор разрешает использование произведения определенным способом и в установленных договором пределах только лицу, которому эти права передаются, и дает такому лицу право запрещать подобное использование произведения другим лицам. В этом определении раскрывается сущность исключительной лицензии, ибо отчуждение авторского права само по себе означает, что никто, кроме правопреемника, не может пользоваться произведением. Автор не имеет юридической возможности произвести отчуждение одного и того же права дважды; иное дело, когда автор сохраняет за собой авторское право и выдает лицензию, тогда у него есть возможность выдавать какое угодно количество лицензий, если он не ограничил себя выдачей исключительной лицензии.

Вывод о том, что Закон знает только авторский лицензионный договор, подтверждается также п. 1 ст. 31. В силу этого пункта авторский договор должен содержать указание о сроке, на который передается авторское право. При отсутствии условия о сроке автор получает право в силу Закона расторгнуть договор по истечении пяти лет. Эти нормы Закона едва ли согласуются с существом договора об отчуждении авторского права, так как отчуждение на срок - нежизненная конструкция. Отчуждение предполагает бесповоротную передачу права правопреемнику.

Несмотря на приведенные положения Закона в литературе преобладает мнение о возможности заключения договора об отчуждении авторского права <16>. В.А. Дозорцев полагает, что несмотря на нечеткость Закона и на то, что он не упоминает уступку авторских прав, Закон тем не менее не содержит прямого запрета на уступку, поэтому с учетом п. 2 ст. 421 ГК РФ, общих начал и смысла гражданского законодательства договор об отчуждении авторских прав является правомерным <17>. Автор данной статьи всецело поддерживает возможно более свободное распоряжение авторскими правами, в том числе и их отчуждение, но, как представляется, аргументация В.А. Дозорцева не вполне корректна. Участники гражданского оборота вправе на основании ст. 421 ГК РФ заключать любой договор, в том числе не предусмотренный законом, свободно определять содержание заключаемого договора, но они не могут своим соглашением расширить пределы оборотоспособности объектов гражданского права. Если Закон, хотя и достаточно сумбурно, но все-таки запрещает отчуждение авторского права, стороны не могут обойти этот запрет ссылкой на свободу договора <18>.

<16> См.: Дозорцев В.А. Творческий результат: система правообладателей // Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сб. статей / Исследовательский центр частного права. М., 2003. С. 293 - 294; Сергеев А.П. Указ. соч. С. 262. Следует отметить, что А.П. Сергеев не опирается в своем выводе на какую-либо конкретную норму закона. Он говорит: "Ныне действующее законодательство неоднократно прямо подчеркивает возможность перехода (передачи) права на использование произведения от автора к другим лицам и, как представляется, достаточно однозначно решает вопрос о природе (в смысле возможности договора об отчуждении. - Ф.Б.) авторского договора". Если А.П. Сергеев имеет в виду ст. 30 Закона, то настоящая передача авторского права на основании данной статьи весьма сомнительна.
<17> Дозорцев В.А. Указ. сб. статей. С. 293 - 294.
<18> Повторю, запрещает (хотя такого слова там нет), потому что рамки распоряжения авторским правом определяются Законом, а договорное распоряжение по Закону исчерпывается лицензионным договором (об исключениях - ниже).

Таким образом, в силу действующей редакции Закона автор (первоначальный обладатель авторского права) не может заложить авторское право. Так как суды, по-видимому, еще не сталкивались с попыткой авторов заложить авторское право, их позиция по данному вопросу пока неизвестна. Возможно, они сочтут законным такое распоряжение авторским правом и вряд ли их можно будет упрекнуть в неправильности позиции по существу, поскольку создатель интеллектуального продукта не должен находиться в более стесненном положении, чем собственник вещи, который волен каким угодно способом распоряжаться ею. Конечно, Закон может и должен предусматривать определенные меры защиты автора, направленные против ущемления его интересов при отчуждении авторского права (в том числе при реализации заложенного авторского права).

Несмотря на то, что Закон формально не допускает заключение договора об отчуждении авторского права <19>, он все же предусматривает в отдельных случаях правопреемство при жизни автора в силу прямого указания Закона (конечно, при наличии определенных юридических фактов).

<19> Применительно к таким авторским произведениям, как программы для ЭВМ, в литературе высказано мнение, что автор может заключить договор об отчуждении авторского права. См.: Трахтенгерц Л.А. Исключительные права на экземпляр программы для ЭВМ могут быть переданы пользователю только по авторскому договору / Комментарий судебно-арбитражной практики. Вып. 6. 1999. С. 108.

Этих случаев, как полагает В.О. Калятин, два: отчуждение авторского права по трудовому договору (п. 2 ст. 14) и по договору заказа (ст. 33). Надо сказать, что второй пример, конечно, менее бесспорный, чем первый, ввиду, во-первых, не такой однозначной формулировки п. 1 ст. 33, в котором говорится об обязанности автора создать произведение и передать его заказчику, а "передача", как следует из ст. 30 Закона, еще не означает возможности отчуждения; и, во-вторых, авторский заказ - это разновидность авторского договора и передаваться произведение заказчику может, как представляется, только в тех формах, в которых в принципе передается уже существующее произведение.

Более определенная ситуация складывается с аудиовизуальными произведениями, по поводу создания которых заключается договор заказа. В силу п. 2 ст. 13 Закона заключение договора на создание аудиовизуального произведения, то есть договора заказа, влечет за собой передачу авторами этого произведения изготовителю аудиовизуального произведения исключительных прав.

Во всех случаях, когда авторское право перешло к правопреемнику, он вправе его заложить. Он не связан ограничениями, установленными ст. 30, 31 Закона (в частности, о возможности заключения только лицензионного договора), так как данные статьи регулируют авторский договор в узком смысле, то есть договор, который заключает первоначальный обладатель авторского права - автор. В связи с этим при решении вопроса о залоге авторского права в настоящее время приходится учитывать, кто является залогодателем - первоначальный обладатель авторского права или производный (правопреемник).

Существенное значение для разрешения проблемы залога авторского права имеет возможность обращения взыскания на него. Это касается не только первоначальных обладателей авторского права (в том случае, если практика допустит залог данного права автором или будет изменен Закон), но и правопреемников.

Из п. 2 ст. 336 ГК РФ следует, что нельзя заложить то имущество, на которое законом запрещается обращать взыскание. Хотя в п. 2 ст. 336 речь идет только об имуществе граждан, понятно, что запрет обращать взыскание может быть установлен законом также по поводу имущества юридических лиц (например, запрет обращать взыскание на имущество богослужебного назначения, принадлежащее религиозным организациям в силу п. 5 ст. 21 ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях"). Ни Гражданский процессуальный кодекс РФ, ни Закон не запрещают в настоящее время обращать взыскание на авторское право. Однако молчание законодательных актов по этому поводу нельзя признать намеренным, возможно, дело в том, что авторское право еще не до конца рассматривается как обычное имущественное право, как объект оборота. Вот почему подходить к решению этого вопроса следует весьма осторожно.

Если представить, что автор все-таки может закладывать авторское право, то залог возможен только в отношении уже обнародованного произведения, так как обнародование произведения - это осуществленное с согласия автора действие, которое впервые делает произведение доступным для всеобщего сведения (ст. 4 Закона). Значит, нельзя подвергать взысканию авторское право, пока произведение не обнародовано, потому что его приобретатель получит возможность самостоятельно решить вопрос о его обнародовании, а это затрагивает серьезным образом личные интересы автора (если же признать, что приобретатель не будет обладать правом на обнародование, такое усеченное авторское право просто никому не нужно).

Что же касается правопреемников, они вправе заложить авторское право как на обнародованное, так и, в большинстве случаев, на необнародованное произведение. Если необходимо решить вопрос о залоге правопреемником авторского права на необнародованное произведение, следует выяснить, перешло ли к правопреемнику (в силу указания закона или прямого либо подразумеваемого условия договора) право на обнародование произведения (в большинстве случаев это именно так), тогда отпадает ограничение на принудительное взыскание, косвенно установленное ст. 4 Закона. По крайней мере, когда автор отчуждает право на издание, на публичный показ, публичное исполнение, передачу в эфир, ясно, что даже при отсутствии прямо выраженного условия договора о переходе права на обнародование оно перешло к правопреемнику вместе с соответствующим правомочием.

Разрешив с теми или иными оговорками вопрос о залоге авторского права в целом, необходимо уделить внимание частностям данной проблемы.

Залог авторского права означает, что его обладатель потенциально может лишиться всех имущественных правомочий по использованию авторского произведения. Однако правообладатель может заложить не только авторское право в целом, но и отдельное правомочие - право на использование произведения, входящее в состав авторского права. Например, автор картины может заложить права на публичный показ картины или издание ее фотографий в таком-то количестве экземпляров; автор литературного произведения - право на его издание определенным тиражом. Обращение взыскания на заложенное правомочие и его реализация не будут означать в данном случае правопреемства между залогодателем и "приобретателем" (как при залоге авторского права в целом). Приобретатель с торгов получает лицензию от залогодателя на использование авторского произведения определенным способом, то есть налицо лицензионный договор, как в обычной ситуации, когда автор желает распорядиться отдельным правомочием по использованию произведения <20>.

<20> Залог отдельного авторского правомочия напоминает открытую лицензию в патентном праве: автор, закладывая, например, право на издание фотографий в таком-то количестве экземпляров, заранее соглашается на то, что в случае неисполнения обеспечиваемого обязательства любое лицо, выигравшее торги в порядке реализации заложенного имущества, будет использовать авторское произведение в заданных объемах.

Применительно к залогу нельзя не упомянуть о независимости авторского права от прав на материальный объект, в котором выражено авторское произведение, хотя на этот счет в науке уже давно нет никаких сомнений. На данной основе строится различие между залогом авторского права и залогом вещи, в которой выражено авторское произведение. Поэтому если скульптор заложил сделанную им скульптуру, то он заложил скульптуру как вещь, но не авторское право на данное произведение. О возможности залога авторского права на нее должно быть прямо указано в договоре. В противном случае взыскание будет обращено только на вещь.

От залога авторского права следует отличать залог лицензиатом обязательственного права (требования) из авторского лицензионного договора. Лицензиат - не субъект авторского права (не правообладатель), он пользуется авторским произведением (извлекает из него выгоду) в силу разрешения со стороны правообладателя на основании лицензионного договора. Не являясь правообладателем, он, естественно, не вправе распоряжаться авторским правом, в том числе закладывать его. Однако лицензиат в лицензионном договоре не только должник, но и кредитор, и, как всякий кредитор, он вправе (по общему правилу) распорядиться (включая залог) своим требованием (обязательственным правом). Здесь нужно учитывать установленное п. 4 ст. 31 Закона ограничение, по которому права, переданные по авторскому договору, могут передаваться полностью или частично другим лицам лишь в случае, если это прямо предусмотрено договором. Это означает, что залог обязательственного права из лицензионного договора возможен только с согласия лицензиара.

Возвращаясь к залогу авторского права в целом, нельзя обойти вопрос, который имеет отношение только к правообладателю-правопреемнику: должен ли правопреемник получать согласие автора на залог авторского права? Хотя авторское право уже не принадлежит автору, следует учитывать, что использование авторского произведения затрагивает его нематериальный интерес. Интерес автора носит существенный характер, когда он (автор), заключая договор об отчуждении авторского права, имеет в виду личность (личные качества) конкретного правопреемника. Например, авторское право на пьесу было отчуждено в пользу известного столичного театра. Данный театр решил заложить это право, в связи с чем появляется опасность, что в результате реализации заложенного права оно перейдет к обычному провинциальному театру. Конечно, в подобного рода случаях нельзя не учитывать интерес автора.

Из этого следует, что по общему правилу правообладатель может заложить авторское право без согласия автора, за исключением тех случаев, когда автор имел в виду личность конкретного правопреемника. Разумеется, согласие автора на залог должно быть получено и тогда, когда об этом прямо сказано в договоре об отчуждении авторского права.