Мудрый Юрист

Предмет как существенное условие договора уступки требования

Нариманов Э.Н., Рязанский государственный педагогический университет им. С.А. Есенина.

Уступка требования (цессия) представляет собой сделку, непосредственно направленную на отчуждение обязательственного права, заключаемую между первоначальным кредитором по обязательству (цедентом) и новым кредитором (цессионарием), в силу которой цедент передает цессионарию право требования исполнения обязательства третьим лицом (должником), а цессионарий приобретает это право требования от цедента на условиях, не ухудшающих положение должника.

Правовому регулированию изменения лиц в обязательстве, частным случаем которого является уступка права (требования), посвящена глава 24 ГК РФ. Однако законодателем прямо не регламентировано, какие условия цессии являются существенными для наличности и действительности этого договора. В связи с этим, исходя из действия общей нормы, закрепленной в ч. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ, единственным существенным условием уступки требования следует признать условие о его предмете. Такая точка зрения укрепилась и в юридической литературе <*>.

<*> См.: Белов В.А. Сингулярное правопреемство в обязательстве. 2-е изд. М., 2001. С. 134; Анохин В., Керимова М. Уступка права требования на основании договора // Хозяйство и право. 2002. N 4. С. 50; Рыжков Ю.В., Мельник В.В. О спорах, связанных с переменой лиц в обязательстве // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. N 12. С. 84; Ефимова Л.Г. Перемена лиц в обязательстве: (Законодательство и практика его применения) // Арбитражная практика. 2003. N 11.

Необходимо, однако, оговориться: в некоторых случаях нормативными актами вводятся дополнительные существенные условия цессии для отдельных видов договоров уступки. Хотя эти частные случаи и не являются предметом анализа в настоящей работе, приведем пример специальных существенных условий цессии. Так, договор уступки требования, заключаемый субъектом гражданского права в процессе банкротства на стадиях внешнего управления или конкурсного производства, должен в обязательном порядке содержать условия: 1) о наличии встречного имущественного предоставления за цедируемое право; 2) о получении денежных средств за проданное право требования не позднее чем через 15 дней с даты заключения договора купли-продажи; 3) о переходе права требования только после его полной оплаты (п. 2 ст. 112, ст. 140 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

По общему же правилу единственным существенным условием договора цессии является условие о предмете уступки. Это означает, что при отсутствии соглашения сторон о предмете (передаваемом праве требования) договор цессии не может считаться заключенным (ст. 432 ГК РФ).

В настоящей статье мы проанализируем требования к содержанию и техническому оформлению предмета цессии, несоблюдение которых ведет к признанию договора уступки либо незаключенным, либо недействительным.

  1. Прежде всего предметом цессии может быть лишь обязательственное право, поскольку сфера действия главы 24 ГК РФ ограничивается изменением субъектного состава обязательств, то есть относительных правоотношений. Договоры цессии, в которых уступаются права, возникшие не в сфере гражданско-правовых правоотношений, обоснованно признаются недействительными. Так, арбитражным судом была признана недействительной сделка об уступке требования совместным предприятием, на которое был наложен штраф за нарушение таможенных правил, в пользу акционерного общества о возврате сумм указанного штрафа. При этом в мотивировку решения было положено то обстоятельство, что отношения между совместным предприятием (цедентом) и таможенным органом основаны на властном подчинении и, следовательно, не могут быть предметом уступки требования, поскольку в силу п. 3 ст. 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, гражданское законодательство не применяется <*>.
<*> П. 14 приложения к информационному письму Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июня 1996 г. N 5 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением таможенного законодательства" // Гражданский кодекс РФ: С постатейным приложением материалов практики Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ / Сост. Д.В. Мурзин. М., 2003. С. 465.

Кроме этого общего требования предмет уступки должен подчиняться следующим основным правилам.

  1. Уступаемое право должно быть индивидуально определено в соглашении о цессии.

Как совершенно верно пишет В.А. Белов, вступая в договор, влекущий возникновение для него какого-либо требования, цессионарий не может позволить себе беспечность в вопросе о том, что это за требование <*>. В хорошо составленном договоре максимально четко оговорены все характеристики уступаемого права: его содержание (например, право требовать уплаты определенной денежной суммы в качестве погашения долга, право требования передачи товара и т.п.), его размер (для денежных требований - сумма, для требований передачи товара - наименование и количество товара), основание возникновения уступаемого требования (например, наименование, номер и дата договора, заключенного между цедентом и должником) <**>.

<*> Белов В.А. Сингулярное правопреемство в обязательстве. С. 134.
<**> Ломидзе О.Г. Правонаделение в гражданском законодательстве России. СПб., 2003. С. 281.

Таким образом, можно сделать вывод, что индивидуализация требования достигается при условии конкретизации пяти его основных составляющих:

  1. предмета требования;
  2. активной стороны (кредитора);
  3. пассивной стороны (должника);
  4. содержания требования (какие действия должник обязан произвести с предметом обязательства);
  5. основания возникновения требования <*>.
<*> Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М., 1940. С. 24; Белов В.А. Сингулярное правопреемство в обязательстве. С. 134.

Именно такая степень определенности предмета уступки позволяет признавать договор цессии заключенным и с точки зрения судебной практики. Так, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.12.1998 N 1676/98 суд признал недостаточным согласование в договоре условия о передаче цессионарию всех прав требования цедента к должнику, которые возникли в течение определенного периода времени, без перечисления конкретных прав в отдельности <*>.

<*> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.12.1998 N 1676/98 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1999. N 3.

Точно так же поражает юридическую силу договора и влечет признание его незаключенным отсутствие указания на обязательство, на котором основано передаваемое право. Так, по делу N А13-3926/00-12 Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа указал следующее: "Предметом уступки требования является право (требование), основанное на обязательстве. Следовательно, в договоре об уступке права должно быть обозначено не только само право, но и обязательство, на основании которого оно возникло" <*>.

<*> См.: Лавриненко Н.В. Проблемы судебно-арбитражной практики по рассмотрению споров, связанных с уступкой права (требования) // Арбитражные споры. 2001. N 3 (15). С. 37.

Таким образом, нарушение требования индивидуальной определенности уступаемого требования является основанием для признания договора цессии незаключенным в соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ.

  1. Право требования, передаваемое в порядке цессии, должно быть действительным.

Требование, вытекающее из обязательственного правоотношения, следует считать действительным, если оно, во-первых, юридически существует и, во-вторых, принадлежит цеденту.

Прежде всего необходимо отметить отличие правовых последствий нарушения этих требований от последствий нарушения принципа индивидуальной определенности уступаемого требования. Если в первом случае договор признается незаключенным, то передача несуществующего права требования либо такого права, которое не принадлежит цеденту, является недействительной (ничтожной) сделкой, поскольку противоречит п. 1 ст. 382 ГК РФ. Об этом же говорит и В.С. Анохин: "Исходя из общих принципов договорного права, если в договоре цессии отсутствует предмет договора... то такой договор считается заключенным с нарушением законодательства и в силу ст. 168 ГК является ничтожным" <*>. Именно "отсутствует предмет договора", а не "не согласован" или "не может быть определен (конкретизирован)", как это имеет место в случае нарушения требования индивидуальной определенности.

<*> Анохин В.С. Проблемы, возникающие при уступке права требования в арбитражном процессе // Арбитражная практика. Специальный выпуск: Уступка права требования. 2001. С. 40.

А) Практическая реализация условия юридического существования субъективного обязательственного права предполагает его возникновение из юридически действительного договора <*>. Соответственно, если договор между цедентом и должником, на основании которого возникло передаваемое требование, является ничтожным либо признан недействительным как оспоримая сделка, уступка требования по нему не порождает юридических последствий. Указанное обстоятельство подтверждается и судебной практикой. "Цессия по ничтожной сделке является недействительной", - такое заключение сделал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в Постановлении от 19 августа 1997 г. N 1334/97 <**>.

<*> См.: Ефимова Л.Г. Перемена лиц в обязательстве: (Законодательство и практика его применения) // Арбитражная практика. 2003. N 11.
<**> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19.08.1997 N 1334/97 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1997. N 12. С. 42.

Следует также иметь в виду, что договор, на основании которого возникает цедируемое право требования, должен соответствовать требованиям п. 1 ст. 432 ГК РФ. Иначе говоря, не может передаваться требование по основному договору, по которому стороны не достигли соглашения по всем его существенным условиям, так как в этом случае право требования также юридически не существует. По одному из дел по договору цессии фирма передала совхозу право требования к ОАО. Судом было установлено, что право требования возникло из соглашения между фирмой и ОАО, согласно которому последнее обязалось отпустить фирме продукцию на сумму 100 тыс. рублей. Однако ни договором, ни перепиской к нему стороны не определили ассортимент и количество продукции, подлежащей передаче фирме. В связи с этим суд кассационной инстанции указал, что при таких обстоятельствах, когда стороны не достигли соглашения по предмету договора, он не может считаться заключенным <*>.

<*> См.: Рыжков Ю.В., Мельник В.В. О спорах, связанных с переменой лиц в обязательстве: (На основе дел, рассмотренных Федеральным арбитражным судом Северо-Кавказского округа в 1999 - 2001 годах) // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. N 12. С. 85.

Также в силу условия реального юридического существования требования не может быть уступлено право, которое существовало лишь в течение срока действия договора, но прекратилось в связи с его истечением. В Постановлении от 30 мая 2000 г. N 6088/99 Президиум Высшего Арбитражного Суда указал: "Поскольку на момент уступки у предприятия отсутствовало право требовать от завода исполнения в натуре в силу истечения срока действия договора поставки, это право не могло быть приобретено у него товариществом" <*>.

<*> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.05.2000 N 6088/99. См.: Сарбаш С.В. Арбитражная практика по гражданским делам: Конспективный указатель по тексту Гражданского кодекса. М., 2000. С. 350.

Требование юридического существования права требования не лишает возможности передавать в порядке цессии такие права, срок для защиты которых (срок исковой давности) пропущен цедентом. Однако следует помнить содержание ст. 201 ГК РФ, которая устанавливает, что перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Это означает, что особое внимание при совершении сделок цессии цессионарий должен обращать на момент возникновения у цедента права на судебную защиту по приобретаемому им требованию, поскольку сам факт заключения сделки уступки не прерывает и не приостанавливает течение срока исковой давности, что непосредственно отражается на осуществимости предмета уступки.

Оценка действительности уступаемого права предполагает также и решение вопроса о том, влияет ли на эту самую действительность наступление срока исполнения должником корреспондирующей переданному праву требования обязанности. Иначе говоря, соответствуют ли так называемые будущие права требованию юридического существования.

По нашему мнению, следует признать, что будущие права требования в принципе подлежат передаче в порядке цессионного преемства, однако в каждом конкретном случае следует давать оценку их характеру: являются ли они существующими, но "несозревшими" (то есть само право существует, но срок исполнения корреспондирующей ему обязанности еще не наступил) - в этом случае отсутствуют всякие препятствия к передаче, либо они еще вовсе не существуют, но с необходимостью должны возникнуть в будущем. В последнем случае весьма существенно, чтобы требование, которое возникнет в будущем, было таким образом определено в договоре цессии, чтобы в момент его возникновения оно могло быть идентифицировано <*>.

<*> См.: Степаненко Е. Особенности уступки требования по кредитному договору // Хозяйство и право. 2002. N 11. С. 134 - 135.

Б) Второе условие, соблюдение которого обеспечивает действительность уступаемого требования, заключается в принадлежности передаваемого права цеденту. Его выполнение означает, что цедент действительно является кредитором по уступаемому им требованию, так как в соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ уступлено может быть требование, принадлежащее кредитору на основании обязательства.

В противном случае договор цессии также лишается своего предмета и соответственно признается недействительным. Указанная позиция выражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.08.2002 N 10254/01: "Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что договор цессии от 25.07.2000 N 16, на который в обоснование своего требования ссылается истец, является ничтожным в силу статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ЗАО "Холдинговая компания "Арсенал-Инвест" (цедент) на момент его заключения само не обладало передаваемым цессионарию (ООО "Графика-Люкс") правом" <*>.

<*> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.08.2002 N 10254/01 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2002. N 11.
  1. Уступаемое в порядке цессионного преемства право должно подчиняться установленным в законе требованиям об объеме.

Диспозиция ст. 384 ГК РФ предусматривает, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором.

В этой связи прежде всего следует вспомнить об известном еще древнеримским цивилистам требовании "Ut quidquid juris haberet venditor emptor haberet" ("Никто не может перенести больше прав на другого, чем он имел бы сам"). По нашему мнению, именно этот смысл заложен законодателем в норму ст. 384 ГК РФ.

Однако арбитражные суды, как правило, склонны трактовать изложенное законодательное правило и в другом значении - в смысле недопустимости частичной уступки права требования кредитора в обязательстве. Основывается такая позиция на запрете уступки требования "помимо изменения лиц в обязательстве". Так, например, уступка требования к банку по нескольким платежным документам была квалифицирована как неполное выбытие кредитора из договора банковского счета, в связи с чем указано на ничтожность заключенной сделки цессии <*>.

<*> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.06.1998 N 7846/97 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1998. N 9.

На наш взгляд, изложенная позиция, выработанная судебной практикой, является необоснованной при ее внимательном теоретическом анализе.

Во-первых, еще русскими дореволюционными цивилистами признавалась возможность частичной уступки права, если предмет обязательства является делимым. Признак делимости обязательства наиболее четко изложен Г.Ф. Шершеневичем: "Действие, составляющее содержание обязательства, может быть признано делимым, когда оно может быть выполнено по частям, когда оно допускает разделение его без нарушения сущности, так что каждая часть действия имеет то же содержание, как и целое, и отличается от последнего только количественно" <*>. На возможность уступки части делимого обязательства указывал Д.И. Мейер - в таких случаях, считал он, цедент выбывает из обязательства только по отношению к той части, которая передана другому лицу; но по отношению к этой части между лицами, участвующими в обязательстве, возникают точно такие же юридические отношения, какие предоставляются при уступке полного права по обязательству... <**>.

<*> Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права: (По изданию 1907 г.). М., 1995. С. 280. О делимости предмета денежных обязательств см. также: В.А. Белов. Денежные обязательства. М., 2001. С. 20.
<**> Мейер Д.И. Русское гражданское право: Т. 2. М., 1997. С. 125.

В настоящее время изложенной точки зрения придерживается абсолютное большинство авторов. Например, В.А. Белов утверждает, что следует признать, что перемена лица может производиться как в отношении всего объема обязательства, так и в отношении его части, если иное не установлено законом; при этом единственным ограничителем свободы волеизъявления в этом вопросе является делимость предмета обязательства <*>. Более того, Л.Г. Ефимова специально подчеркивает, что российская правовая доктрина исходит из возможности передачи прав по цессии частично при делимости предмета исполнения <**>.

<*> Белов В.А. Сингулярное правопреемство в обязательстве. С. 116. См. также: Степаненко Е. Особенности уступки требования по кредитному договору // Хозяйство и право. 2002. N 11. С. 132.
<**> Ефимова Л.Г. Перемена лиц в обязательстве: (Законодательство и практика его применения) // Арбитражная практика. 2003. N 11.

Во-вторых, анализ самой нормы ст. 384 ГК РФ позволяет сделать следующие выводы. Указанная статья в силу своей диспозитивности ("если иное не предусмотрено законом или договором") допускает возможность перехода права требования от первоначального кредитора к новому не в том объеме и не на тех условиях, которые существовали к моменту перехода прав. Поскольку же никто не может передать больше прав, чем он имеет, можно утверждать, что ст. 384 имеет в виду возможность передачи цедентом принадлежащего ему права не только в полном объеме, но и в части <*>.

<*> См. также: Новоселов А.Л. Некоторые вопросы уступки части права требования по денежному обязательству // Арбитражная практика. 2001. N 4.

Таким образом, ни собственно законодательство, ни тем более отечественная цивилистическая доктрина не устанавливают никаких препятствий в осуществлении частичной уступки требования. Возможность ее совершения продиктована также и общей тенденцией развития свободного оборота имущественных прав.

Норма ст. 384 ГК содержит также еще одно важное законодательное установление, непосредственно регламентирующее объем передаваемых путем уступки требований. Это правило заключается в следующем: к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты. Сама ситуация с переходом обеспечительных и иных связанных с требованием прав при передаче основного права не вызывает правовых проблем. Спорные же вопросы возникают, как правило, при оценке допустимости отчуждения в отрыве от основного обязательства права на взыскание имущественных санкций и прав из обеспечительных обязательств.

Иначе говоря, нам необходимо дать ответ на вопрос, могут ли быть самостоятельным предметом цессии акцессорные, обеспечительные права.

Одни авторы указывают на невозможность отдельной уступки обеспечительных прав в силу их субсидиарного характера <*>, другие, напротив, отмечают допустимость такой уступки <**>. Однако, следует отметить, что не все обеспечительные обязательства вызывают подобные разногласия, что обусловлено законодательным регулированием института обеспечения исполнения обязательств. В отношении залога прямо установлено правило, в соответствии с которым уступка залогодержателем своих прав по договору о залоге другому лицу действительна, если тому же лицу уступлены права требования к должнику по основному обязательству, обеспеченному залогом (ст. 355 ГК РФ). К сожалению, относительно других способов обеспечения исполнения обязательств законодатель подобной ясности не внес.

<*> См., напр.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. С. 480; Елькин К.С. Перемена лиц в обязательстве путем перехода прав кредитора к другому лицу // Арбитражная практика. Специальный выпуск: Уступка права требования. 2001. С. 65.
<**> См., напр.: Свириденко О. Перемена лиц в обязательстве // Российская юстиция. 1999. N 9. С. 23; Попов А.А. Размер имущественной ответственности предпринимателя при уступке требований по взысканию санкций // Арбитражная практика. Специальный выпуск: Уступка права требования. 2001. С. 76 - 79.

Относительно уступки права требования к поручителю из договора поручительства мы склонны согласиться с мнением О.Г. Ломидзе, которая делает вывод о недопустимости заключения таких сделок в силу требований ст. 363, 365 ГК РФ <*>. Действительно, поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, исполнение обязательства поручителем погашает обязанность должника, по исполнении поручителем обязательства кредитор обязан вручить ему документы, удостоверяющие требование к должнику, и передать права, обеспечивающие это требование. Очевидно, что уступка требования к поручителю затруднительна уже потому, что объем прав, принадлежащих кредитору по отношению к поручителю, не может быть четко определен в силу солидарной ответственности поручителя и должника по основному обязательству.

<*> Ломидзе О.Г. Правонаделение в гражданском законодательстве России. С. 323.

Что же касается судебной практики, то она склоняется к тому мнению, что уступка требования по любым акцессорным обязательствам в отрыве от основных обязательств недействительна. Так, например, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ признал недействительным договор цессии, по которому было передано право требования уплаты штрафа за неправильное (с просрочкой) списание банком денежных средств со счета клиента - контрагента банка по договору банковского счета. Мотивировано это решение было тем фактом, что перемены лиц в основном обязательстве (обязательстве по договору банковского счета) не произошло <*>.

<*> Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.10.1996 N 3172/96 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1997. N 4. С. 77 - 78.

Однако такой подход представляется недостаточно обоснованным хотя бы потому, что в законодательстве не содержится императивных предписаний, который запрещали бы передавать акцессорные права без перемены лиц в основном обязательстве.

По нашему мнению, сделка уступки требования, в которой самостоятельным предметом выступают любые акцессорные права, должна оцениваться в каждом конкретном случае с учетом характера и особенностей взаимоотношений сторон. В этом контексте следует признать справедливым также и мнение О.Г. Ломидзе, согласно которому достаточно большое значение при разрешении рассматриваемой проблемы имеет изучение вопроса о том, способна ли уступка права требования на взыскание санкции (убытков, неустойки, процентов по ст. 395 ГК) ухудшить положение должника <*>.

<*> Ломидзе О.Г. Правонаделение в гражданском законодательстве России. С. 324.

Однако оценка всех этих обстоятельств (не ухудшается ли положение должника, имеет ли для должника существенное значение личность кредитора по основному и акцессорному обязательству), несомненно, значительно затруднит процедуру судебного рассмотрения подобного рода споров. Кроме того, в этом случае возможны случаи различного толкования однотипных правовых ситуаций разными судебными инстанциями, что приведет к несовершенству судебной практики.

Поэтому, по нашему мнению, следует законодательно поставить возможность уступки требования по акцессорным обязательствам в зависимость от получения согласия должника - по аналогии с п. 2 ст. 388 ГК РФ. Такое решение проблемы позволит самому должнику оценивать свое правовое положение до и после уступки требования и, проанализировав все обстоятельства, принять решение о своем согласии или, напротив, несогласии с уступкой прав требования по акцессорному обязательству.

Рассмотренные в настоящей статье особенности правового регулирования предмета уступки требования позволяют сформулировать предложение по дополнению главы 24 ГК РФ нормой следующего содержания:

Статья 382.1. Предмет уступки требования.

  1. Передаваемое по сделке право (требование) должно быть индивидуально определено. В противном случае сделка уступки требования не может считаться заключенной.
  2. Передаваемое по сделке право (требование) должно быть действительным, то есть юридически существовать на момент уступки и принадлежать кредитору на основании обязательства. В противном случае сделка уступки требования является недействительной.
  3. Если иное не предусмотрено законом, уступка требования по дополнительным (акцессорным) обязательствам без одновременной передачи прав по соответствующему основному обязательству допускается, но только с согласия должника.