Мудрый Юрист

Проблемы и перспективы судебного контроля при рассмотрении жалоб в порядке, предусмотренном статьей 125 УПК РФ

Воскобойник Игорь Олегович, старший преподаватель кафедры уголовного процесса Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук.

Кузнецова Ольга Дмитриевна, заместитель председателя Арбитражного суда Калининградской области, кандидат юридических наук.

Авторы статьи анализируют проблемы и перспективы судебного контроля при рассмотрении жалоб в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, выявляют неполноту и противоречия закона и правоприменительной практики.

Ключевые слова: судебный контроль, обжалование, незаконные действия (бездействие) и решения следователя.

Problems and prospects of judicial control while considering complaints within the procedure provided for by article 125 of the Code of criminal procedure of the Russian Federation

I.O. Voskoboynik, O.D. Kuznetsova

Voskoboynik Igor O., Senior Lecturer of the Department of Criminal Proceedings of the Kaliningrad Branch of the Saint Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, Candidate of Legal Sciences.

Kuznetsova Olga D., Deputy Chairman of the Arbitration Court for the Kaliningrad Region, Candidate of Legal Sciences.

The authors analyze the problems and prospects of judicial review when reviewing complaints in the manner prescribed by Article 125 of the Criminal Procedure Law, reveal the incompleteness and contradiction of the law and law enforcement.

Key words: judicial review, appeal, illegal actions (inaction) and decisions of the investigator.

В 2015 г. судами Российской Федерации в порядке ст. 125 УПК РФ было рассмотрено 130 962 жалобы, из которых 8086 удовлетворено, по 35 240 жалобам принято решение об отказе в удовлетворении <1>.

<1> Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции за 12 месяцев 2015 г. // Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации.

Сущность производства, предусмотренного ст. 125 УПК РФ, обусловлена его отношением к видам судебного контроля, эффективность которого зависит от соблюдения принципов уголовного процесса в рамках данного производства.

Отметим, что внесение изменений в ст. 125 УПК РФ и включение в структуру УПК РФ ст. 125.1 УПК РФ не позволили устранить некоторые пробелы правовой регламентации рассматриваемого производства. В частности, не устранен пробел, в целях преодоления которого Верховный Суд РФ еще в 2009 г. разъяснил судам общей юрисдикции необходимость расширительного толкования некоторых положений ст. 125 УПК РФ <2>.

<2> Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 10 февраля 2009 г. "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ" // СПС "КонсультантПлюс", 2016.

Так, в 2010 г. нами была высказана позиция о необходимости внесения изменений в ст. 125 УПК РФ в части расширения перечня субъектов, чьи действия (бездействие) могут быть обжалованы <3>. В настоящее время законодатель устранил данный пробел.

<3> Воскобойник И.О., Кузнецова О.Д. Обжалование в судебном порядке процессуальных действий и решений органов, осуществляющих уголовное преследование // Уголовное право. 2010. N 1.

Несмотря на данные изменения в качестве затрудняющего реализацию принципа уголовного процесса, гарантирующего право на обжалование в досудебном производстве, необходимо назвать положение, содержащееся в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, о том, что решения и действия (бездействие) вышеперечисленных лиц могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления, а если место производства предварительного расследования определено в соответствии с ч. 2 - 6 ст. 152 УПК РФ, жалобы на действия (бездействие) и решения указанных лиц рассматриваются районным судом по месту нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело.

Изменения, коснувшиеся подсудности рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, таким образом, направлены на замену ранее используемого в законе понятия "место предварительного расследования" на "место совершения деяния, содержащего признаки преступления" и "место нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело".

Суть данных изменений направлена на приведение норм УПК РФ в соответствие с позицией Конституционного Суда РФ и устранение возможности произвольного применения при определении территориальной подсудности <4>. В данном случае законодатель учел позицию и Верховного Суда РФ, согласно которой в тех случаях, когда место производства предварительного расследования не совпадает с местом совершения деяния, жалоба в порядке ст. 125 УПК РФ рассматривается тем районным судом, который территориально находится в месте производства предварительного расследования, определяемого в соответствии со ст. 152 УПК РФ.

<4> Постановление Конституционного Суда РФ от 20 июля 2012 г. N 20-П "По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 125 и части первой статьи 152 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Р.Г. Мишиной" // СПС "КонсультантПлюс", 2016.

Вместе с тем данные изменения полностью не устранили пробелов в правовом регулировании подсудности рассматриваемых жалоб. Зачастую "место совершения деяния, содержащего признаки преступления" и "место нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело" не совпадают с местом производства следственных действий и с местом принятия процессуальных решений.

Данная ситуация характерна для нарушений, допускаемых в ходе производства следственных действий вне указанных мест как самим следователем, так и при выполнении поручений следователя, направляемых для исполнения в другие города. Это означает, что место совершения обжалуемых действий и решений часто отдалено от районного суда, территориально находящегося в "месте совершения деяния, содержащего признаки преступления" или в "месте нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело".

Анализ судебной практики показывает, что суды общей юрисдикции допускают расширительное толкование понятия "место производства предварительного расследования", включая в его содержание и место производства отдельных следственных действий.

В данном случае Пленум Верховного Суда РФ не отвечает на вопрос о соотношении вышеупомянутых понятий.

Как представляется, законодательное решение о распространении действия норм ст. 152 УПК РФ, определяющих место производства предварительного расследования и по своей сущности являющихся нормами, регламентирующими общие условия предварительного расследования, на правоотношения, возникающие в связи с реализацией права на обжалование процессуальных действий и решений в досудебных стадиях уголовного процесса, является необоснованным, так как сужает возможности обжалования рассматриваемых действий и решений. Не расширяет данную возможность и введение в ч. 1 ст. 125 УПК РФ понятия "место, совершения деяния, содержащего признаки преступления".

Таким образом, место подачи и рассмотрения жалобы никоим образом не должно быть связано исключительно с "местом совершения деяния, содержащего признаки преступления" и "местом нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело". Данное законодательное решение значительно ограничивает реализацию права на обжалование.

Особенно очевидно это в случае, когда жалоба подается лицом, не являющимся участником уголовного процесса, чьи конституционные права нарушены незаконными действиями, осуществленными вне "места совершения деяния, содержащего признаки преступления" и "места нахождения органа, в производстве которого находится уголовное дело". В данном случае реализация права на обжалование по правилам ч. 1 ст. 125 УПК РФ выглядит не иначе как глумление над конституционной гарантией на судебную защиту.

Исходя из вышеизложенного полагаем необходимым внести изменения в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, в рамках которых предоставить субъектам подачи жалоб право подавать их также в районный суд по месту совершения обжалуемых действий.

В связи с изложенным следует признать единственно верной практику судов, которые трактуют понятие "место производства предварительного расследования" широко и допускают подачу рассматриваемых жалоб по месту принятия обжалуемого решения или по месту производства обжалуемого действия (бездействия).

Изменение названных формулировок в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, так же как и раньше <5>, не позволяет определять подсудность жалоб на действия (бездействие) и решения в стадии возбуждения уголовного дела.

<5> Галимов О., Дочия И. Подсудность жалоб, поданных в порядке ст. 125 УПК РФ // Мировой судья. 2009. N 2.

Исходя из вышеизложенного полагаем необходимым внести соответствующие изменения в ч. 1 ст. 125 УПК РФ, в рамках которых указать на возможность подачи и рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ также в месте проведения проверки сообщения о преступлении или по месту совершения процессуальных действий, осуществляемых в порядке ст. 144 УПК РФ.

В настоящее время правоприменительная практика выработала два различных подхода к осознанию процессуального статуса лица, которое заявляет жалобу в порядке ст. 125 УПК РФ.

Первый, поддерживаемый нами, подход заключается в том, что лицо, заявляющее жалобу в порядке ст. 125 УПК РФ, имеет процессуальный статус, идентичный тому, которым он наделен при производстве предварительного расследования. Сторонники данной позиции считают, что в случае заявления жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, например, подозреваемым заявитель жалобы при подаче и рассмотрении данной жалобы наделен правами и несет обязанности подозреваемого; соответственно, в случае заявления указанной жалобы потерпевшим - правами и обязанностями потерпевшего и т.д. Из этого следует, что защиту прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого, подавшего жалобу в порядке ст. 125 УПК РФ, полномочен осуществлять только защитник, а других участников уголовного процесса - представитель. Учитывая, что в досудебном производстве в качестве защитника может выступать только адвокат, то и защитником подозреваемого, обвиняемого в данном производстве должен быть исключительно адвокат.

Второй подход заключается в том, что при определении процессуального статуса заявителя жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ не берется во внимание фактический процессуальный статус лица, что означает распространение на данных лиц единого процессуального статуса заявителя жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ. Исходя из приведенных посылок следует, что защиту прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого, равно как и любого лица, подавшего жалобу в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ, полномочно осуществлять любое лицо, о допуске которого заявлено ходатайство.

Проанализируем правомерность допуска в качестве лиц, оказывающих квалифицированную юридическую помощь подозреваемому, обвиняемому при судебном рассмотрении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, лиц, не имеющих процессуального статуса защитника.

При определении процессуального статуса заявителя жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ необходимо учитывать, что УПК РФ содержит исчерпывающий перечень участников уголовного процесса (раздел II УПК РФ). Исходя из этого и в производстве по рассмотрению жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ процессуальный статус заявителя обусловлен его фактическим статусом в ходе досудебного производства.

Таким образом, при рассмотрении данной жалобы в суде квалифицированную защиту прав и законных интересов подозреваемого и обвиняемого полномочен осуществлять только защитник, а других участников уголовного процесса - факультативный представитель.

При этом отстаивать права участников уголовного процесса, не обладающих уголовно-процессуальной дееспособностью, при подаче и рассмотрении данной жалобы правомочен их законный представитель, что полностью соответствует процессуальному положению представляемых ими участников уголовного процесса в досудебном производстве.

Фактическое положение лица, подающего жалобу, в данном случае является гарантией оказания ему квалифицированной юридической помощи, предполагая в определенных случаях обязательность ее оказания. В рамках иного подхода можно говорить лишь об обеспечении участия в производстве по ст. 125 УПК РФ лица, о допуске которого ходатайствует подозреваемый, обвиняемый, но если данное лицо не является защитником, то речи о полноценной реализации права на защиту идти не может.

В подтверждение правильности наших суждений еще раз приведем положения ч. 2 ст. 125 УПК РФ: "Жалоба может быть подана в суд заявителем, его защитником, законным представителем или представителем..."

Более того, в соответствии с п. 3 рассматриваемого Постановления Пленума Верховного Суда РФ "не подлежат обжалованию в порядке статьи 125 УПК РФ решения и действия (бездействие) должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу". Данная правовая позиция показывает сущность уголовно-процессуальных отношений при осуществлении данного вида судебного контроля, обязывая правоприменителя учесть необходимость привлечения к защите прав подозреваемого, обвиняемого при производстве в порядке ст. 125 УПК РФ именно профессионального участника уголовного процесса.

Естественно, что у заявителя жалобы может быть одновременно законный представитель и защитник (например, у несовершеннолетнего обвиняемого) или законный представитель и представитель (например, у не обладающего уголовно-процессуальной дееспособностью потерпевшего). Однако противоречит самой доктрине уголовно-процессуального права и сущности принципа состязательности одновременное наличие у заявителя защитника (как у подозреваемого) и представителя (как у заявителя жалобы) без учета фактического процессуального статуса как самого заявителя, так и его представителя в досудебном производстве. Именно на это указывает разделительный союз "или", употребляемый в приведенной выдержке из ч. 2 ст. 125 УПК РФ.

Таким образом, следует признать абсурдной практику допуска к участию в рассмотрении жалоб, поданных подозреваемым, обвиняемым в порядке ст. 125 УПК РФ, лиц, полномочия которых удостоверены доверенностью.

При этом действующая редакция ч. 2 ст. 125 УПК РФ не нуждается в корректировке, так как предельно четко регламентирует вышеизложенные аспекты. В данном случае налицо необходимость более четкого разъяснения судам ее сущности и неукоснительного соблюдения посредством внесения соответствующих дополнений в ранее упомянутое Постановление Пленума Верховного Суда РФ.

Интересна в связи с этим формулировка, содержащаяся в п. 5 названного Постановления, согласно которой представителем заявителя может быть лицо, не принимавшее участия в досудебном производстве, в связи с которым подана жалоба, но уполномоченный заявителем на подачу жалобы и (или) участие в ее рассмотрении судом. Именно данное разъяснение позволяет части правоприменителей руководствоваться в своей деятельности вторым из названных нами подходов в определении возможности допуска конкретных лиц для защиты прав и законных интересов субъекта подачи жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ.

Приведенное положение нельзя назвать некорректным, так как оно не противоречит ни УПК РФ, ни Конституции РФ. Однако о защитнике данного субъекта в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ не говорится, несмотря на то что ч. 2 ст. 125 УПК РФ регламентирует его деятельность в производстве по указанной жалобе.

Полагаем, что столь односторонние разъяснения Пленума Верховного Суда России обусловлены лишь необходимостью учета ранее сложившейся практики.

В частности, еще в 2005 г. Конституционный Суд России указал на то, что положения ст. 125 УПК РФ в их конституционно-правовом истолковании не препятствуют допуску представителя к участию в рассмотрении жалобы потерпевшего независимо от того, принимал ранее представитель участие в деле или нет <6>. Позиция Конституционного Суда РФ лишь подтверждает наши рассуждения, так как, во-первых, речь идет о потерпевшем и правильно указывается, что допускаться в рассматриваемое производство должен именно представитель (а не его защитник), во-вторых, данное решение вынесено с учетом того, что участие представителя потерпевшего в досудебных стадиях не обязательно.

<6> Определение Конституционного Суда РФ от 24 ноября 2005 г. N 431-О // СПС "КонсультантПлюс", 2016.

По аналогии конституционно-правового толкования можно заключить, что положения ст. 125 УПК РФ в их конституционно-правовом истолковании не препятствуют также и допуску защитника к участию в рассмотрении жалобы подозреваемого, обвиняемого независимо от того, принимал ранее защитник участие в деле или нет. Естественно, что если защитник ранее не принимал участия в досудебном производстве, то перед его допуском к производству в порядке ст. 125 УПК РФ должен решаться вопрос о наделении его полномочиями защитника конкретного подозреваемого, обвиняемого в порядке ст. 49 УПК РФ.

Отметим еще одну проблему судебной практики. В настоящее время, как правило, при судебном обжаловании постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, о возбуждении уголовного дела при наличии оснований для признания их незаконными решения об этом принимаются крайне редко. Как ни странно, но суд в данном случае сталкивается с ситуацией, когда вступивший в производство по жалобе прокурор вдруг приходит к выводу, что вправе принять решение об отмене обжалуемых постановлений и без судебного решения. В данной ситуации суды зачастую принимают не предусмотренное ч. 5 ст. 125 УПК РФ решение о прекращении производства по жалобе в данной части, а заявитель жалобы восстановлен в правах посредством прокурорского реагирования. Именно этим отчасти и объясняется относительно небольшое количество решений об удовлетворении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, сведения о чем мы приводили в начале статьи.

Наши оппоненты сочтут данный исход дела нормальным и обоснуют свое мнение тем, что незаконное решение отменено. Вместе с тем возникает вопрос о цели участия прокурора в производстве по жалобе и о природе процессуального решения суда по итогам рассмотрения данной жалобы.

Полагаем, что повсеместное распространение указанной практики означает только одно - суд в подобных ситуациях служит своеобразным стимулом для осуществления прокурорского надзора. Вместе с тем правовая природа участия прокурора при осуществлении судебного контроля в данном случае не предполагает смешения и тем более перехода судебного контроля в прокурорский надзор, так как цель участия прокурора в данном производстве - по сути, дача заключения о законности обжалуемых действий и решений.

В связи с изложенным полагаем целесообразным вынести на обсуждение научной общественности вопрос о пересмотре процессуального порядка рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ. Как представляется, производство по ст. 125 УПК РФ должно иметь место только после рассмотрения данных вопросов в порядке ст. 124 УПК РФ.

Данный порядок позволит судам при рассмотрении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ принимать исключительно решения, которые предусмотрены в ч. 5 ст. 125 УПК РФ: 1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение; 2) об оставлении жалобы без удовлетворения.

В заключение хотелось бы обратить внимание на предмет судебного обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ. Ограничение на доступ к правосудию и нарушение конституционных прав как основание для возбуждения данного производства по сути своей делают указанный предмет обжалования очень узким, что зачастую воспринимается как бесполезность подачи жалоб в суд в ходе досудебного производства в случае, если обжалуемые действия (бездействие) и решения не ограничивают конституционные права и не затрудняют доступ к правосудию. Простой пример невозможности обжаловать в порядке ст. 125 УПК РФ законность проведения обыска в помещении, не являющемся жилищем, зачастую приводит к указанным выше выводам.

Вместе с тем данный вывод не является верным и не исчерпывает возможности судебной защиты. По сути, действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования и прокурора в случае, если они не являются предметом рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, являются предметом рассмотрения в рамках Кодекса административного судопроизводства. Правоприменительная практика в настоящее время в данной области не выработала единых подходов, в связи с чем будет проанализирована нами в дальнейших исследованиях.

В настоящее же время полагаем обоснованным заключить, что перспективы развития судебного контроля неразрывно связаны с решением поднятых в настоящей статье проблем.

Литература

  1. Воскобойник И.О., Кузнецова О.Д. Обжалование в судебном порядке процессуальных действий и решений органов, осуществляющих уголовное преследование // Уголовное право. М.: АНО "Юридические программы", 2010, N 1. С. 70 - 74.
  2. Галимов О., Дочия И. Подсудность жалоб, поданных в порядке ст. 125 УПК РФ // Мировой судья. 2009. N 2. С. 26 - 28.