Мудрый Юрист

Информационная безопасность личности в глобальном информационном обществе: теоретико-правовые аспекты

Чеботарева А.А., кандидат юридических наук, доцент.

Автор развивает имеющиеся в науке информационного права представления о физических лицах как субъектах информационных отношений и обосновывает необходимость унифицированного подхода, учитывающего характеристики личности и целесообразность определения данного понятия к объекту правового обеспечения информационной безопасности и субъекту, участвующему в обеспечении информационной безопасности. Акцентируется внимание на характеристиках личности в условиях глобального информационного общества. Подчеркивается, что именно в информационном обществе создаются комфортные условия для самоопределения и самореализации личности. В процессе социализации личности в информационном обществе минимизируется возможность ее изоляции от общества, коммуникативные процессы делают жизнь личности более открытой, публичной, в результате чего такая информационная открытость выводит на новый уровень проблемы, связанные с правовым обеспечением информационной безопасности личности. Решая вопрос определения места правового обеспечения информационной безопасности личности, автор обосновывает целесообразность сбалансированного подхода, учитывающего как публичные интересы, интересы общественные - всего глобального информационного общества, так и личные интересы.

Ключевые слова: личность, информационная безопасность, информационная безопасность личности, глобальное информационное общество, информационная открытость, доступ к информации, электронные сервисы, информационные ресурсы, персональные данные, информационные права и свободы.

Information security identity in the global information society: theoretical and legal aspects

A.A. Chebotareva

The author develops the ideas of physical persons which are available in science of information right as subjects of information relations and proves need of the unified approach in case of which characteristics of the personality are considered. The author proves application of concept of the personality to object of legal support of information security and the subject who participates in ensuring information security. In article the attention is focused on characteristics of the personality in the conditions of global information society. The conclusion is drawn that in information society comfortable conditions for self-determination and self-realization of the personality are created. In the course of socialization of the personality in information society the possibility of its isolation from society is minimized, information openness leads to problems, the persons connected with legal support of information security. The author proves need of approach which shall consider public interests, public concerns - all global information society and private interests.

Key words: personality, information security, information security of the personality, global information society, information openness, access to information, electronic services, information resources, personal information, information rights and freedoms.

Под воздействием процесса глобализации информационного общества происходит трансформация общественного сознания современного социума, как следствие - взаимосвязи общества с государством и личностью. Л.В. Филатова справедливо замечает, что в процессе движения к информационному обществу "неизбежно должна происходить переоценка как прав, так и обязанностей органов власти и граждан в информационной сфере" <1>.

<1> Филатова Л.В. Развитие государственных электронных сервисов в области правовой информации // Российская юстиция. 2012. N 4. С. 42.

Новые вызовы и угрозы информационной безопасности в условиях интеграционных процессов в глобальном информационном пространстве оказывают существенное влияние на формирование и развитие личности, создают для нее не только новые возможности для реализации ее социальной энергии, активности, но и привносят в ее жизнь новые риски и проблемы. В связи с этим теоретико-феноменологический анализ роли личности в современных информационных отношениях в аспекте проблем ее информационной безопасности представляется актуальным и востребованным.

Происходящие процессы развития информационного общества, в том числе проводимая государственная политика в данном направлении, свидетельствуют, что во многом слабая результативность проводимых реформ, инерционный характер "откликов" на них членов информационного общества связаны с заметным отставанием правового обеспечения информационной безопасности личности от динамики развития информационных технологий. Многочисленные риски и угрозы способны нанести ущерб при реализации личностью своих интересов в глобальном информационном обществе, что связано с проблемами идентификации, возможностью фальсификации результатов онлайн-голосования, возможностями технологических сбоев в процессе развития элементов электронного парламента, механизмов электронной демократии, с возможностью недостоверности баз данных, незащищенности конфиденциальной информации и персональных данных при оказании государственных и муниципальных услуг в электронном виде, с потенциально возможной опасностью недобросовестного использования персональных данных в процессе развития механизмов электронного правосудия, с проблемой распространения противоправного, вредного контента, диффамационных материалов электронными средствами массовой информации, с возможностью кражи информации, используемой в системах интернет-банкинга, с потерей данных в результате вредоносных атак во время работы в Интернете.

Новая парадигма глобализации информационного общества, характеризующаяся по сравнению с предыдущими интенсивностью использования глобальных сетей, трансграничностью, что вызывает многочисленные деструктивные явления, информационные риски и угрозы, обнаруживает наличие корреляционной зависимости между ними и прогрессирующими проблемами безопасности и перераспределяет акценты с правового обеспечения информационной безопасности в направлении сбалансированной политики правового обеспечения институционально - личности, общества и государства.

Вместе с тем нуждается в научных исследованиях вопрос о том, что подразумевается под личностью применительно к субъекту - члену глобального информационного общества и объекту правового обеспечения информационной безопасности? Случайно ли то, что на первый план выдвигаются интересы личности при определении понятия "национальная безопасность" в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации?

Идеи роли личности в истории всегда были востребованы различными сферами гуманитарного знания - сегодня они получают свое новое развитие в теории информационного права в условиях развития глобального информационного общества.

Этот вопрос является предметом исследований в науке. Так, согласно учению о свободе человека Н.А. Бердяева "личность есть свобода и независимость человека в отношении к природе, к обществу, к государству, но она не только не есть эгоистическое самоутверждение, а как раз наоборот" <2>.

<2> Нерсесянц В.С. История политических и правовых учений: Учебник. М.: Норма; Инфра-М, 2010. С. 657.

Заслуживает внимания позиция А.Б. Венгерова <3>, который дает точную характеристику личности, отмечая, что данное понятие "является динамичным" и "в наполнении этого понятия действует принцип историзма: оно наполняется новыми характеристиками прав и свобод. Проявляется это в таком ценном свойстве личности, которое определяется как свобода личности. По сути, характеристика свободы личности определяет и существо государства, в котором реализуется эта свобода: тоталитарное ли это государство, теократическое или демократическое, правовое ли, социальное ли и т.д.". А.Б. Венгеров подчеркивал, что процесс социализации "демонстрирует организационную, коэволюционную взаимосвязь права и человека" и "именно в этом специализированном смысле и понимается личность в современной теории права как средоточие общественных отношений, как общественное существо, наделенное достоинством, волей и сознанием, как итог определенного эволюционного процесса".

<3> Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. 3-е изд. М.: Юриспруденция, 2000. С. 301 - 311.

Отраслями российского права сегодня сформированы самостоятельные представления о личности. В уголовном праве <4> это человек, физическое лицо, обладающее индивидуальными характеристиками, возрастом, набором особенностей биологического характера, психологическими характеристиками (вменяемостью), ценностными (нравственными) ориентирами, обладающее определенным социальным статусом (к примеру, преступника - личности с негативной направленностью социальной деятельности), социальными функциями.

<4> Лоханский С.С. Уголовно-правовая характеристика признаков понятия "личность" // Право: современные тенденции: Материалы междунар. науч. конф. (г. Уфа, июль 2012 г.). Уфа: Лето, 2012 // http://moluch.ru/conf/law/archive/42/2568/ (дата обращения 01.06.2016).

Статус личности в административном праве определяется ее участием в управлении делами государства, предопределен ее отношением к гражданству, рассматривается в сочетании с реализацией в сфере исполнительной власти прав и свобод, а также с выполнением возложенных на гражданина обязанностей.

Для гражданского права категория личности всегда была категорией основополагающей. Представитель российской романистики начала XX века И.А. Покровский утверждал, что "гражданское право исконно и по самой своей структуре было правом отдельной человеческой личности, сферой ее свободы и самоопределения. Раз за человеком признано то или другое субъективное право, он уже занимает определенную позицию по отношению к этим последним, он уже чего-то может требовать от них, он уже известная волевая единица, а не безгласная особь кем-то пасомого стада <5>. Характеризуя статус личности в римском праве, ученый указывал на "детальную проработку категории личности, под которой понималось юридически дееспособное физическое лицо - persona, ведущее самостоятельную экономическую деятельность <6>.

<5> Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998. С. 309.
<6> Покровский И.А. История римского права / Вст. ст., пер. с лат. А.Д. Рудокваса. СПб.: Летний сад, 1999. С. 296.

Анализ показывает, что в зарубежных государствах также различным является содержание понятий "человек", "личность", "лицо". Так, "конституционные акты США и Великобритании оперируют термином "лицо". Конституции Италии, ФРГ и Испании права и свободы равным образом относят к личности, человеку, гражданину. В ряде актов личность и человек неявно дифференцированы. Во Всеобщей декларации прав человека, Конституциях Греции и Испании говорится о "человеческой личности". Согласно ст. 13 Конституции Японии все люди должны уважаться как личности. Тем самым предполагается несовпадение человека и его личности <7>. В актах зарубежного законодательства, регулирующих информационные правоотношения, также обнаруживается употребление различных понятий, что можно проиллюстрировать на примере наименований ряда актов: Директива 95/46/ЕС Европейского парламента и Совета Европейского союза о защите прав частных лиц применительно к обработке персональных данных и о свободном движении таких данных 1995 г., Федеральный закон Мексиканских Соединенных штатов о защите персональных данных физических лиц 2010 г., Закон Румынии о защите лиц при обработке персональных данных и свободном перемещении таких данных 2001 г.

<7> Тюгашев Е.А. Юридическое понятие личности // Государство, право, образование: Сб. науч. тр. Новосибирск: Новосибирский государственный аграрный университет, 2003. С. 201 - 210.

Представляет научный интерес исследование, проведенное авторским коллективом Института государства и права РАН в монографии 2003 г. <8>, где обосновывается, что "особое значение применительно к правам и свободам человека (в особенности - человека в информационном обществе) имеет применение законодателем термина "личность". Авторы монографии акцентируют внимание на том, что "именно к личности как индивиду - члену общества, наделенному от природы своим образом духовного развития, способностью строить свою частную жизнь по своему усмотрению в зависимости от природных личных свойств и способностей, обращены статьи Конституции РФ об охране достоинства личности (ст. 21), о личной неприкосновенности (ст. 22), неприкосновенности частной жизни, о личной и семейной тайне (ст. 23) и др. Термином "личность" в таком же понимании обозначается человек... в актах международного законодательства". Подводя итог проведенному анализу, авторы приходят к обоснованному выводу о том, что различие в применении терминов "не является продуктом терминологического произвола, а определенным образом связано с содержанием этих прав и свобод вообще и субъективных прав и свобод человека в сфере информатизации в частности" <9>.

<8> Информационные ресурсы развития Российской Федерации: правовые проблемы / А.А. Антопольский, И.Л. Бачило, Г.В. Белов и др. / Отв. ред. И.Л. Бачило; рос. акад. наук. Ин-т государства и права. М.: Наука, 2003. С. 207.
<9> Там же. С. 208.

Личность в глобальном информационном обществе есть личность свободная, реализующая принадлежащие ей права и свободы и способная защитить их. Эта личность обладает высокой степенью автономии в информационных отношениях, наличием собственной шкалы ценностей, своими интересами и определенной долей ответственности.

Объективно имеет место достижение информационным обществом того, определенного этапа общественного развития, который предопределяет возможности для самоопределения и самореализации личности.

В ходе исследования информационного законодательства и трудов ученых выявлены проблемы семантического характера в комплексе связанных между собой понятий. Исследование позволяет сделать вывод, что сегодня применяются в международных актах и в национальном законодательстве такие категории, как "человек", "каждый" (ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах); "физическое лицо", "гражданин" (ст. 6 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"); "личность" (раздел I Доктрины информационной безопасности Российской Федерации).

В Справочной правовой системе "КонсультантПлюс" <10> при запросе по ключевым словам было выявлено следующее процентное соотношение употребления исследуемых понятий. В международно-правовых актах употребление термина "человек" составляет 42%, "каждый человек" - 11,62%; "индивид" - 0,57%, "физическое лицо" - 29,31%, "личность" - 16,53%. В российском законодательстве: "человек" - 36,42%, "каждый человек" - 6,41%; "индивид" - 0,45%, "физическое лицо" - 37,1%, "личность" - 19,57%.

<10> По состоянию на 01.06.2016.

Вместе с тем аналогичное исследование в разделе "законодательство" этой же системы, но по конкретной тематике - "информация и информатизация" показало, что термин "человек" употребляется в 26,47% случаях, "каждый человек" - 6,89%; "индивид" - 0,54%, "физическое лицо" - 43,41%, "личность" - 22,69%. Анализ полученных результатов приводит к выводу о наметившейся тенденции выделять личность в информационном обществе как объект внимания законодателя.

В результате проведенных исследований выделим специфические особенности личности в глобальном информационном обществе.

Личность в информационном обществе, в отличие от понятий индивида, физического лица, человека, характеризуется устойчивой системой характерных для глобального информационного общества социальных черт.

Личность как активный субъект информационных отношений не только участвует в общественных отношениях, но и воздействует, влияет на них. При этом важную мотивационную роль занимают интересы личности в глобальном информационном обществе, именно они формируют мотивы того или иного поведения в информационном пространстве.

Отметим, что в условиях глобального информационного общества в процессе социализации минимизируется возможность изоляции личности от общества, коммуникативные процессы делают жизнь личности более открытой, публичной. И.Л. Бачило подчеркивает, что "социальная активность индивида теснейшим образом связана с информационной открытостью личности перед обществом и государством" <11>. И такая информационная открытость выводит на новый уровень проблемы, связанные с правовым обеспечением информационной безопасности личности, выработкой устойчивых правовых гарантий.

<11> Информационное право: актуальные проблемы теории и практики: Колл. монография / Под общ. ред. И.Л. Бачило. М.: Юрайт, 2009. С. 63.

Личность в условиях глобального информационного общества обладает определенной свободой, при этом государство должно преследовать цель обеспечить комфортные условия для развития личностью своего социально-деятельностного потенциала. Представляется обоснованной точка зрения В. Гумбольдта о том, что "государство должно ограничивать себя в той сфере, которая затрагивает частную жизнь граждан и определяет меру их свободной и беспрепятственной деятельности" <12>.

<12> Гумбольдт В. Язык и философия культуры. М., 1985. С. 34.

Как совершенно справедливо отмечает Т.А. Полякова, "органы государственной власти имеют право осуществлять сбор и хранение информации только в целях обеспечения возможности реализации гражданами и юридическими лицами установленных законом прав и обязанностей, а также в целях осуществления установленных законом государственных функций" <13>.

<13> Полякова Т.А. Информационно-правовые учетные системы федеральных органов государственной власти: опыт создания и проблемы // Административное право и процесс. 2015. N 10. С. 23 - 30.

Проведенный анализ приводит к следующим обобщающим выводам.

Личность выступает в качестве уникального объекта правового обеспечения информационной безопасности и одновременно - субъекта, участвующего в обеспечении информационной безопасности. Представляется целесообразным отметить, что понятие "информационная безопасность" имеет расширительное толкование, не охватывающее всей сути рассматриваемого правового института. Информационную безопасность личности предложено понимать - с учетом статических и динамических характеристик понятия - как состояние защищенности личности, характеризуемое способностью личности противостоять внутренним и внешним информационным воздействиям и способностью информационного государства и информационного общества эффективно решать задачи по обеспечению информационной безопасности личности.

Список использованной литературы

  1. Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. 3-е изд. М.: Юриспруденция, 2000. С. 301 - 311.
  2. Гумбольдт В. Язык и философия культуры. М., 1985. С. 34.
  3. Информационное право: актуальные проблемы теории и практики: Колл. монография / Под общ. ред. И.Л. Бачило. М.: Юрайт, 2009. С. 63.
  4. Информационные ресурсы развития Российской Федерации: правовые проблемы. М.: Наука, 2003. С. 207.
  5. Лоханский С.С. Уголовно-правовая характеристика признаков понятия "личность" // Право: современные тенденции: Материалы междунар. науч. конф. Уфа: Лето, 2012.
  6. Нерсесянц В.С. История политических и правовых учений: Учебник. М.: Норма; Инфра-М, 2010. С. 657.
  7. Организационное и правовое обеспечение информационной безопасности: Учебник и практикум для бакалавриата и магистратуры / Под ред. Т.А. Поляковой, А.А. Стрельцова. М.: Юрайт, 2016. С. 117.
  8. Покровский И.А. История Римского права. СПб.: Летний сад, 1999. С. 296.
  9. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М.: Статут, 1998. С. 78 - 79.
  10. Полякова Т.А. Информационно-правовые учетные системы федеральных органов государственной власти: опыт создания и проблемы // Административное право и процесс. 2015. N 10. С. 23 - 30.
  11. Тюгашев Е.А. Юридическое понятие личности // Государство, право, образование: Сб. науч. тр. Новосибирск: Новосибирский государственный аграрный университет, 2003. С. 201 - 210.
  12. Филатова Л.В. Развитие государственных электронных сервисов в области правовой информации // Российская юстиция. 2012. N 4. С. 42 - 45.