Мудрый Юрист

Применение правовых позиций европейского суда по правам человека при рассмотрении арбитражными судами Российской Федерации дел о защите деловой репутации (на примере практики арбитражного суда мурманской области)

Гринь Ю.А., помощник судьи Арбитражного суда Мурманской области.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации <1> (далее - ГК РФ) нематериальные блага, в числе которых законодатель указал и деловую репутацию, защищаются в соответствии с названным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, которые ими предусмотрены, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

<1> В редакции от 31.01.16.

В силу статьи 152 ГК РФ юридическое лицо вправе требовать по суду опровержения порочащих его деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.05 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" <2> (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 3) разъяснено следующее: по делам, связанным с защитой деловой репутации, судам необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судом при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

<2> Российская газета. 2005. 15 марта.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

При этом обязанность доказывания факта распространения сведений, а также порочащего характера этих сведений лежит на истце, доказывание соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Также согласно Постановлению Пленума ВС РФ N 3 судам следует иметь в виду, что порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении юридическим, физическим лицом действующего законодательства, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют деловую репутацию юридического, физического лица.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во времени, к которому относятся оспариваемые сведения.

Таким образом, именно сведения в форме утверждений о фактах, касающихся неправомерной деятельности определенного лица, поддаются проверке на соответствие или несоответствие их действительности и, вследствие этого, именно они могут быть предметом опровержения в порядке статьи 152 ГК РФ.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации <3> каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

<3> Собрание законодательства Российской Федерации. 2014. N 31. Ст. 4398.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод <4> (далее - Конвенция), ратифицированной Российской Федерацией Федеральным законом от 30.03.98 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" <5>. Частью 1 названной статьи Конвенции установлено, что каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

<4> Заключена в г. Риме 04.11.1950.
<5> Российская газета. 1998. 7 апреля.

В соответствии со статьей 10 Конвенции и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского суда по правам человека (далее - ЕСПЧ) при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, представляя собой выражение субъективного мнения и взглядов ответчика, они не могут быть проверены на соответствие действительности.

Лицо, которое полагает, что высказанное оценочное суждение или мнение, распространенное в средствах массовой информации, затрагивает его права и законные интересы, может использовать предоставленное ему пунктом 2 статьи 152 ГК РФ и статьей 46 Закона Российской Федерации от 27.12.91 N 2124-1 "О средствах массовой информации" <6> право на ответ, комментарий, реплику в том же средстве массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку.

<6> Российская газета. 1992. 8 февраля.

Таким образом, предметом опровержения в порядке, предусмотренном пунктами 1, 2 статьи 152 ГК РФ, могут выступать лишь сведения как утверждения о фактах, то есть о тех или иных действительных, вполне реальных событиях, действиях, которые могут характеризоваться такими признаками, как конкретность деяния, дата, субъектный состав, иными словами, те сведения, которые возможно проверить на соответствие действительности.

При разрешении споров о защите деловой репутации арбитражными судами принимаются во внимание положения международно-правовых актов, в частности Всеобщей декларации прав человека <7>, Международного пакта о гражданских и политических правах <8>, вышеуказанной Конвенции, а также практика ЕСПЧ <9>.

<7> Принята 10.12.1948 Генеральной Ассамблеей ООН.
<8> Принят 16.12.1966 Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН.
<9> Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.16) // СПС "КонсультантПлюс".

Анализ практики ЕСПЧ в сфере защиты деловой репутации позволяет выявить приведенные ниже ключевые правовые позиции, которые, по мнению автора, могут найти широкое практическое применение в судебной практике арбитражных судов Российской Федерации.

При освещении вопросов, представляющих всеобщий интерес и значимость, средства массовой информации имеют право прибегать к использованию в должной мере журналистского преувеличения и провокации; вместе с тем использование подобных приемов при формировании высказываний представляется оправданным только при наличии достаточной фактической основы.

В пункте 35 Постановления ЕСПЧ от 21.12.10 по делу "Новая газета в Воронеже" (Novaya gazeta v. Voronezhe) против Российской Федерации" (жалоба N 27570/03) <10> указано, что пресса играет существенную роль в демократическом обществе. Хотя она не должна выходить за определенные рамки, особенно если это касается репутации и прав иных лиц, ее обязанность тем не менее заключается в распространении - способом, совместимым с ее обязанностями и ответственностью, - информации и идей по всем вопросам, представляющим всеобщий интерес (Постановление ЕСПЧ от 24.02.97 по делу "Де Хас и Гейселс против Бельгии" (De Haes and Gijsels v. Belgium), § 37, Reports of Judgments and Decisions 1997-I <11>).

<10> Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2011. N 11.
<11> Постановление ЕСПЧ от 04.04.13 по делу "Резник (Reznik) против Российской Федерации" (жалоба N 4977/05) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2014. N 3.

Не только у прессы есть задача распространять подобную информацию и мнения: общество имеет право на получение указанных сведений (Постановление ЕСПЧ от 25.06.92 по делу "Торгейр Торгейрсон против Исландии" (Thorgeir Thorgeirson v. Iceland), Series A, N 239, § 63 <12>, и Постановление Большой палаты по делу "Бладет Тромсе и Стенсос против Норвегии" (Bladet Tromso and Stensaas v. Norway), жалоба N 21980/93, § 62, ECHR 1999-III <13>).

<12> Постановление ЕСПЧ от 21.12.10 по делу "Новая газета в Воронеже" (Novaya gazeta v Voronezhe) против Российской Федерации" (жалоба N 27570/03).
<13> Там же.

Чтобы играть значимую роль в освещении вопросов, представляющих всеобщий интерес и значение, журналисты могут прибегать к некоторой степени преувеличения, провокации и даже к определенным несдержанным высказываниям (Постановления ЕСПЧ от 28.09.2000 по делу "Лопиш Гомиш да Силва против Португалии" (Lopes Gomes da Silva v. Portugal), жалоба N 37698/97, § 34, ECHR 2000-X <14>, от 07.11.06 по делу "Мамер против Франции" (Mamere v. France), жалоба N 12697/03, § 25, ECHR 2006-XIII <15>).

<14> Постановление ЕСПЧ от 28.03.13 по делу "Новая газета" и Бородянский (Novaya Gazeta and Borodyanskiy) против Российской Федерации" (жалоба N 14087/08) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2014. N 1.
<15> Там же.

В Постановлении ЕСПЧ от 21.07.05 по делу "Гринберг (Grinberg) против Российской Федерации" (жалоба N 23472/03) <16> указано на то, что, принимая во внимание положения пункта 2 статьи 10 Конвенции, свобода выражения мнения распространяется не только на "информацию" и "мнения", воспринимаемые положительно, считающиеся неоскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на оскорбительные, шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых не существовало бы "демократического общества".

<16> Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2005. N 12.

При этом ЕСПЧ при разграничении высказываний по признаку достоверности в своей практике исходит из того, имеется ли у спорного высказывания достаточная фактическая основа (пункт 38 Постановления ЕСПЧ от 21.12.10 по делу "Новая газета в Воронеже" (Novaya gazeta v Voronezhe) против Российской Федерации" (жалоба N 27570/03)).

Сформулированные выше правовые позиции ЕСПЧ использованы Арбитражным судом Мурманской области при рассмотрении дел N А42-3021/2014, А42-3199/2014, А42-2512/2013.

Так, в рамках дела N А42-3021/2014 <17> управляющая компания обратилась в суд с иском к редакции местной газеты с требованием о признании не соответствующими действительности, порочащими деловую репутацию распространенных указанной газетой сведений, выраженных в словосочетаниях "равнодушная к нуждам жильцов компания", "полное фиаско на коммунальном поприще", "кормят "завтраками" и т.п.

<17> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 23.09.14 по делу N А42-3021/2014.

Установив на основании представленных в материалы дела документов действительный факт длительного неисполнения управляющей компанией принятых на себя обязательств по управлению многоквартирным домом, выразившийся, в частности, в невыполнении работ по установке на крыльце многоквартирного дома пандуса либо направляющих для инвалидной коляски для использования лицами с ограниченной возможностью передвижения (несмотря на неоднократные обращения жительницы одного из домов), суд указал, что, поскольку приведенные выше высказывания являются критическими суждениями, мнением автора публикации о деятельности управляющей компании, изложенными в эмоциональной негативно окрашенной манере для того, чтобы привлечь общественный интерес к фактически существующей проблеме, они не могут быть признаны недостоверными, порочащими деловую репутацию истца.

Кроме того, являясь оценочным мнением, суждением, подобные высказывания, представляя собой литературные приемы, не могут быть проверены на соответствие действительности или не могут быть опровергнуты путем доказывания фактических обстоятельств.

Требование доказать достоверность оценочного суждения невозможно исполнить, и оно само по себе нарушает свободу выражения мнения, которая является фундаментальной составляющей права, защищаемого статьей 10 Конвенции (Постановления ЕСПЧ от 08.07.86 по делу "Лингенс против Австрии" (Lingens v. Austria), жалоба N 9815/82, § 46, Series A, N 103 <18>, от 24.02.97 по делу "Де Хас и Гейселс против Бельгии" (De Haes and Gijsels v. Belgium), жалоба N 19983/92, § 42, Reports of Judgments and Decisions 1997-I, от 18.12.08 по делу "Махмудов и Агазаде против Азербайджана" (Mahmudov and Agazade v. Azerbaidjan), жалоба N 35877/04, § 41 <19>).

<18> Европейский суд по правам человека. Избранные решения. М.: Норма, 2000. Т. 1. С. 524 - 531 (извлечение).
<19> Постановление ЕСПЧ от 28.03.13 по делу "Новая газета" и Бородянский (Novaya Gazeta and Borodyanskiy) против Российской Федерации" (жалоба N 14087/08).

Например, согласно материалам дела N А42-3199/2014 <20> журналист, высказывая мнение о деятельности медицинского учреждения, использовал эпитеты "цинично и нагло", "ситуация дикая", "безразличие на грани жестокости" и т.п. Разрешая спор по существу, суд указал, что, несмотря на ярко окрашенный негативный эмоциональный фон высказываний, последние не могут быть признаны порочащими деловую репутацию, поскольку события, послужившие основанием для написания статьи (недостатки в деятельности медицинского учреждения), в действительности имели место и у автора была достаточная фактическая основа для критики деятельности медицинского учреждения.

<20> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 10.12.14 по делу N А42-3199/2014.

При выполнении своей задачи "публичного контролера" пресса имеет право обращаться открыто и непосредственно к событиям, представляющим всеобщий интерес, в связи с чем при наличии соразмерной фактической основы являются допустимыми определенная степень журналистского преувеличения, провокации или даже несдержанные высказывания.

В деле N А42-2512/2013 <21> речь шла об анализе качества пищевых продуктов (рыбных консервов), проведенном в рамках одной из телепередач на местном телевидении; в результате лабораторных исследований экспертами было установлено несоответствие образцов пищевых продуктов ГОСТам.

<21> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 22.07.13 по делу N А42-2512/2013.

Один из производителей рыбных консервов обратился в суд к телекомпании с иском о защите деловой репутации, настаивая на соответствии выпускаемой им продукции стандартам качества.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что вывод о несоответствии представленных на исследование образцов рыбных консервов предъявляемым требованиям по качеству, озвученный в спорном видеосюжете, основан на реально существующих документах и сведениях, полученных телекомпанией от территориального подразделения Росстандарта, изложенных в экспертном заключении.

Указанные документы не были оспорены или признаны недействительными в установленном законом порядке.

Кроме того, суд указал, что прозвучавшая в телепередаче фраза "Результат - ни один образец не соответствует требованиям..." является воспроизведением вывода, сделанного экспертом территориального подразделения Росстандарта, которая хотя и изложена в форме утверждения, но является не чем иным, как итоговой оценкой, мнением эксперта относительно качества представленных на исследование образцов продукции, основанным на личных профессиональных познаниях эксперта в соответствующих областях.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания указанной выше фразы порочащей деловую репутацию истца.

Аналогичные подходы использованы при рассмотрении дел N А42-4268/2012, А42-5248/2011, А42-6240/2014, А42-2149/2012, А42-5079/2011, А42-9052/2011.

Должностные лица, политики, общественные и политические деятели в силу публичности и/или значимости своего положения обязаны проявлять большую терпимость в отношении прозвучавших в их адрес критических высказываний.

Должностные лица, политики, общественные и политические деятели неизбежно и заведомо выступают объектом контроля и критики со стороны журналистов и общественности в целом. В связи с изложенным лица, замещающие указанные выше должности, должны демонстрировать большую степень терпимости к критическим суждениям и высказываниям, нежели иные лица (Постановления ЕСПЧ от 08.07.86 по делу "Лингенс против Австрии" (Lingens v. Austria), жалоба N 9815/82, § 42, Series А, N 103, от 27.05.04 по делу "Клуб защиты окружающей среды против Латвии" (Vides Aizsardzibas Klubs v. Latvia), жалоба N 57829/00, § 40 <22>), особенно в том случае, когда для критики есть соответствующие основания.

<22> Постановление ЕСПЧ от 28.03.13 по делу "Новая газета" и Бородянский (Novaya Gazeta and Borodyanskiy) против Российской Федерации" (жалоба N 14087/08).

Приведенный выше подход использован Арбитражным судом Мурманской области при рассмотрении дела N А42-3199/2014 по иску руководителя медицинского учреждения к средству массовой информации об опровержении критических высказываний в отношении деятельности указанного лица на должности руководителя организации, а также в деле N А42-6240/2014 <23> по иску руководителя рыболовецкого колхоза к телекомпании об опровержении критических высказываний в отношении управленческих решений, принимаемых названным лицом.

<23> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 18.02.15 по делу N А42-6240/2014.

Установив наличие фактических оснований для критики (так, например, в ходе рассмотрения дела N А42-3199/2014 были выявлены существенные недочеты в организации деятельности медицинского учреждения, а при рассмотрении дела N А42-6240/2014 установлены факты наличия к деятельности председателя рыболовецкого колхоза претензий со стороны правоохранительных органов, сотрудников организации, контрагентов), суд отказал в удовлетворении исков о защите деловой репутации.

Соответствующая действительности справочная информация, размещенная на официальных сайтах государственных органов, не может быть признана порочащей деловую репутацию.

Так, например, в деле N А42-4450/2012 <24> индивидуальный предприниматель обратился в суд с иском к территориальному подразделению Федеральной налоговой службы России о защите деловой репутации в связи с тем, что на сайте налоговой службы размещена информация о наличии у него задолженности по обязательным платежам в бюджет и государственные внебюджетные фонды; истец ссылался на то обстоятельство, что вследствие размещения на сайте налоговой службы сведений о размере задолженности индивидуального предпринимателя перед бюджетом произошло ухудшение состояния здоровья истца, резко сократилась торговая выручка от продаж, ввиду чего индивидуальный предприниматель был вынужден прекратить торговую деятельность.

<24> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 29.11.12 по делу N А42-4450/2012.

Установив в ходе рассмотрения дела соответствие действительности сведений о наличии у индивидуального предпринимателя задолженности по уплате в бюджет и государственные внебюджетные фонды по состоянию на дату размещения указанной информации в сети Интернет, суд в удовлетворении иска отказал.

Вмешательство в право на свободу выражения мнения соразмерно правомерной цели защиты репутации других лиц лишь при условии существования объективной связи между спорным высказыванием и лицом, предъявляющим иск о диффамации (пункт 44 Постановления ЕСПЧ от 23.10.08 по делу "Годлевский (Godlevskiy) против Российской Федерации" (жалоба N 14888/03) <25>).

<25> Российская хроника Европейского суда. 2009. N 3.

При рассмотрении исков о защите деловой репутации в рамках дел N А42-4563/2012, А42-5242/2012, А42-524/2012 суд установил, что оспариваемые истцами высказывания по своему смысловому и семантическому содержанию относились к другим лицам, а не к истцам, заявившим требования о диффамации; истцы упоминались в указанных высказываниях лишь косвенно (в названных делах спорные высказывания относились к деятельности физических лиц, для которых истцы являлись работодателями).

В связи с указанными обстоятельствами, ссылаясь на пункт 44 Постановления ЕСПЧ от 23.10.08 по делу "Годлевский (Godlevskiy) против Российской Федерации" (жалоба N 14888/03), суд отказал истцам в защите деловой репутации (решение суда по делу N А42-4563/2012 оставлено в силе Постановлением суда апелляционной инстанции).

Дополнительно необходимо отметить, что в рамках указанных выше дел судом установлено отсутствие именно объективной связи между юридическом лицом, заявившим требование о диффамации, и оспариваемыми высказываниями, которые относились к деятельности физических лиц, не связанной с их деятельностью как сотрудников истца - юридического лица.

В том случае, если такая связь могла быть установлена, то с учетом позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 26.10.15 по делу N 307-ЭС15-5345, о том, что деловая репутация организации может быть нарушена путем распространения порочащих сведений как о самой организации, так и о лицах, входящих в органы управления организацией, а также о работниках этой организации; и наоборот, деловая репутация руководителя организации (лица, выполняющего управленческие функции в организации) может быть нарушена распространением порочащих сведений как о нем самом, так и об организации, а также с учетом конкретных обстоятельств дела, могли быть основания для признания распространенных сведений порочащими деловую репутацию юридического лица.

Критические высказывания могут быть признаны допустимыми, не нарушающими диффамационные требования только при наличии соразмерной фактической основы.

Если лицо, распространившее критические суждения, ни разу не пыталось доказать истинность своих утверждений, а, напротив, заявляло, что выражало критические суждения, необходимость доказывать которые отсутствует, такое лицо следует признать нарушившим диффамационные требования (Постановления ЕСПЧ от 06.05.03 по делу "Перна против Италии" (Perna v. Italy), жалоба N 48898/99 <26>, от 24.09.13 по делу "Бельпьетро против Италии" (Belpietro v. Italy), жалоба N 43612/10 <27>).

<26> Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2003. N 10.
<27> Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2014. N 1.

Данный подход использован Арбитражным судом Мурманской области при рассмотрении дела N А42-4904/2011 <28> по иску авиакомпании к редакции газеты, опубликовавшей высказывания о том, что авиакомпания заключает муниципальные контракты, минуя установленную законом конкурсную процедуру, использует устаревший авиапарк, применяет завышенные расценки на свои услуги, в отношении руководителей авиакомпании возбуждены уголовные дела.

<28> Решение Арбитражного суда Мурманской области от 16.02.12 по делу N А42-4904/2011.

Поскольку в ходе рассмотрения иска редакцией газеты не было предъявлено ни одного документа, свидетельствующего о наличии обстоятельств, которые могли послужить основой для указанных выше критических высказываний, при этом в ходе судебного разбирательства истцом были представлены доказательства, опровергающие опубликованные редакцией газеты утверждения, суд удовлетворил исковое заявление авиакомпании, признал указанные выше сведения порочащими деловую репутацию истца, обязал ответчика опубликовать опровержение (решение суда от 16.02.12 по делу N А42-4904/2011 вступило в законную силу).

В заключение необходимо отметить, что ЕСПЧ в целом придерживается позиции максимальной свободы выражения мнения о субъектах и событиях, сдерживаемой лишь рамками наличия фактической подоплеки для осуществления тех или иных высказываний, рамками этических норм, при этом названные рамки не являются строгими, допускается субъективная свобода интерпретации и восприятия событий, обстоятельств.

Свобода выражения мнения, вмешательство в которую допускается лишь при наличии самых серьезных оснований, с точки зрения ЕСПЧ, призвана обеспечить необходимый баланс интересов между людьми, хозяйствующими субъектами, социумом и государством, в том числе с превентивной целью недопущения злоупотреблений.