Мудрый Юрист

О правовых последствиях отчуждения оригинала произведения

Калятин В.О., к.ю.н.

В статье профессора Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, главного юриста по интеллектуальной собственности ООО "Управляющая компания "РОСНАНО" Калятина В.О. анализируются ситуации, когда важно различать оригинал и экземпляры произведения, рассматриваются многочисленные конфликты прав на материальный носитель произведения с иными правами - личными неимущественными правами, исключительным правом и т.д.

Ключевые слова: интеллектуальная собственность, авторское право, оригинал, копия, личные неимущественные права, исключительное право, право следования, право доступа.

The publication by V. Kalyatin, professor at Alexeyev Private Law Research Center and chief intellectual property lawyer at Rosnano, analyzes the occasions where it is important to distinguish between the original and other copies of works and reviews multiple conflicts between rights for the data storage media, containing the work, and other rights - personal non-proprietary rights, exclusive right etc.

Key words: intellectual property, copyright, original, copy, moral rights, exclusive right, droit de suite, access right.

Произведение литературы, науки и искусства нематериально по своей природе, что, казалось бы, означает выход всех вопросов принадлежности прав на материальные объекты, связанных с произведением, за пределы авторского права. В конце концов п. 1 ст. 1227 ГК РФ устанавливает, что интеллектуальные права не зависят от права собственности и иных вещных прав на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Однако в действительности взаимосвязи между правами на произведение и правами на материальный объект, в котором оно воплощено, гораздо сложнее.

Одним из базовых критериев охраноспособности произведения является его выраженность в объективной форме. Это означает отрыв произведения от его создателя, возможность объективного существования произведения в мире за пределами сознания автора, позволяющую воспринимать произведение третьими лицами.

Материальный носитель может выступить в качестве основы <1> существования этой объективной формы, что является типовым случаем. Но это же влечет и наличие внутреннего конфликта между нематериальным характером произведения и его материальным воплощением. Использование материального носителя в соответствии с его назначением в ряде случаев может рассматриваться как использование произведения; в то же время возможности использования произведения не сводятся к возможностям использования его материального носителя. При этом характер отношений зависит от того, является ли материальный носитель произведения оригиналом или обычным экземпляром - обладатель оригинала имеет большие возможности по использованию соответствующего произведения.

<1> Объективная форма может существовать и помимо материального носителя.

В юридической литературе термин "оригинал" часто применяется при противопоставлении первоначально созданного произведения и его измененного или переведенного варианта, например: "В переводе содержание произведения остается таким, каким его создал автор оригинала, а переводчику принадлежит только словесная ткань перевода" [1, с. 97 - 101]. Однако в настоящее время корректным является использование в этом случае выражения "оригинальное произведение", подобно тому, как это сделано, например, в п. 4 ст. 1274 ГК РФ.

Термин же "оригинал" должен использоваться в значении экземпляра произведения, созданного непосредственно автором, отражающего его личность. Постановление Правительства РФ от 19 апреля 2008 г. N 285 "Об утверждении Правил выплаты автору вознаграждения при публичной перепродаже оригиналов произведений изобразительного искусства, авторских рукописей (автографов) литературных и музыкальных произведений" [2] раскрывает понятие оригинала, указывая, что сюда относятся оригиналы произведений живописи, скульптуры, графики, дизайна, графических рассказов, комиксов и других произведений изобразительного искусства, оригиналы авторских рукописей (автографов) литературных и музыкальных произведений, собственноручно написанных автором либо напечатанных с помощью технического устройства и подписанных им, а также копии (повторы) произведений изобразительного искусства, которые были сделаны самим автором или под его руководством, подписаны или иным способом отмечены автором. Иными словами, говоря об объекте как об "оригинале", закон характеризует всегда экземпляр произведения, а не само произведение.

Исходя из приведенного определения, оригинал может быть не только у произведения живописи или скульптуры, но и у литературного или музыкального произведения и т.д.

В узком смысле цель проведения различия между оригиналом и экземпляром произведения заключается в выделении объектов, содержащих некоторые уникальные черты, не переносимые на обычные экземпляры произведения (понятно, что репродукция не может передать все детали картины, хотя и может приближаться к оригиналу), в широком же смысле - в определении объектов, вышедших непосредственно из рук автора, что подтверждает их полное соответствие замыслу автора. Это обусловливает большую ценность для общества оригинала, чем обычного экземпляра произведения.

В некоторых странах предусматриваются дополнительные условия для признания оригинала (в том числе количественные, например в случае печатания гравюр). В российском законодательстве количественных ограничений для признания экземпляров оригиналами нет, потенциально одно произведение может иметь несколько (и довольно много) оригиналов. Экземпляры произведения, существующие в цифровой форме, считаться оригиналами не могут, так как здесь в принципе не будет никаких различий между экземпляром, созданным автором и иными лицами, т.е. утрачивается цель выделения понятия "оригинал".

Значимость оригинала произведения влечет предоставление его обладателю определенных возможностей по использованию произведения, что приводит к возникновению конфликта между различными группами прав.

Проявляться этот конфликт может в разных ситуациях, которые могут быть сведены в следующие группы:

Конфликт прав на материальный носитель с личными неимущественными правами автора

Личные неимущественные права автора неотчуждаемы и ограничивают все другие права, в том числе исключительное право на произведение и право собственности на носитель произведения. Используя произведение или его носитель, мы должны с уважением относиться к автору и соблюдать его личные неимущественные права. В то же время принадлежность лицу права собственности на носитель произведения позволяет в ряде случаев вторгаться в сферу личных интересов автора.

Автору, чья репутация зависит от восприятия обществом его творений, всегда хочется, чтобы произведения были наиболее совершенны. Поэтому и после передачи произведения заказчику автор зачастую не забывает о нем, думая, как можно было бы лучше реализовать свой творческий замысел. Иногда это выливается в новую реализацию старого произведения, появляется новая редакция романа или пьесы, новый вариант картины (достаточно вспомнить многочисленные варианты картины "Вдовушка" работы П.А. Федотова или картины "Грачи прилетели" А.К. Саврасова) и т.д. Не случайно закон дает автору особое право доступа, выражающееся в праве требовать от собственника оригинала произведения изобразительного искусства предоставления возможности осуществлять право на воспроизведение своего произведения, а от собственника оригинала произведения архитектуры - предоставления возможности осуществлять фото- и видеосъемку произведения <2>.

<2> Ст. 1292 ГК РФ.

Однако это право не позволяет вносить изменения в уже существующий оригинал произведения, как бы автору ни хотелось это сделать, если право собственности на материальный носитель перешло к другому лицу. Так, известны многочисленные попытки И.Я. Репина внести изменения в уже проданные им произведения, недаром он писал: "...И я страдаю слабостью переделок. Каждый раз, приезжая в Москву, я что-нибудь поправляю в своих вещах - и я бы их все переписал снова" <3>.

<3> Из письма Суворину от 5 декабря 1891 года (сб. "Репин об искусстве", изд. Академии художеств СССР. М., 1960, стр. 145).

Автор вправе получить доступ к своему произведению, может даже скопировать его, но не вправе без согласия собственника оригинала внести в него какие-либо изменения.

Специальное право автора изменить свое старое произведение предусматривается законодательством некоторых стран, хотя и немногочисленных. В частности, законодательство Швейцарии содержит обязанность издателя дать автору возможность внести в свое произведение желаемые изменения, прежде чем выпускать новое издание. Схожие правила существуют в Испании, Скандинавских странах, некоторых странах Латинской Америки и т.д. При этом данное право в первую очередь ориентировано на переиздаваемые произведения, а не существующие в единственном экземпляре. Кроме того, законодатель обычно предусматривает специальные механизмы защиты интересов правообладателя или собственника оригинала. Это может достигаться путем установления условий осуществления такого права (например, законы Скандинавских стран устанавливают, что изменения могут быть внесены в произведение в случае, если новый тираж выпускается более чем через год после предыдущего, а сами изменения не меняют характера произведения и не влекут чрезмерных расходов) либо путем возложения на автора имущественных последствий своего действия (например, законодательство Ливии предусматривает выплату справедливой компенсации третьим лицам).

В отечественной литературе также делались попытки обосновать введение подобного права. Так, М.В. Гордон полагал, что после опубликования произведения право на опубликование частично сохраняется у автора в виде права запрещать дальнейшее использование произведения без внесения определенных изменений [3, с. 124]. Следует заметить, что и здесь речь идет не о праве внести изменения в оригинал, а лишь о праве запретить публичное использование произведения без определенных коррективов.

Таким образом, даже при наличии в законодательстве указанного выше права оно ограничивается сферой публичного использования произведения.

В любом случае в настоящее время российское законодательство не дает автору каких-либо прав, позволяющих настаивать на внесении в произведение изменений.

А в ряде случаев личные неимущественные права оказываются ограниченными при использовании соответствующих носителей произведения. Точнее, происходит взаимное ограничение как прав автора, так и прав собственника носителя, но эти ограничения не симметричны. В качестве ориентира для решения конфликта автора и собственника носителя произведения можно предложить следующую схему:

  1. любое частное использование носителя произведения его владельцем находится вне контроля обладателя личных неимущественных прав;
  2. любое публичное использование носителя произведения не должно нарушать личных неимущественных прав автора;
  3. публичное использование произведения (с учетом возможности установления законом особых правил такого использования) по его прямому назначению считается не нарушающим личные неимущественные права автора, если иное в конкретной ситуации не будет доказано автором <4>.
<4> Подробнее см.: Калятин В.О. Личные неимущественные права автора объекта интеллектуальной деятельности. М.: ИНИЦ Роспатента, 2006. С. 44 - 45.

К этим случаям будет примыкать и внесение изменений в произведение собственником носителя (например, перестройка здания), изменение характеристик произведения в ходе его эксплуатации, уничтожение произведения и т.д.

Таким образом, отчуждение носителя произведения автором будет означать в значительной степени утрату возможности запрещать действия, наносящие ущерб его личным интересам, в особенности когда эти действия будут совершаться в частной сфере и автор должен сознавать эти последствия.

В то же время для сторон имеет смысл прямо определить в договоре определенные разрешенные случаи изменения произведения или его уничтожения - это не только снизит количество потенциально конфликтных ситуаций, но и позволит собственнику носителя произведения не обращаться к автору в дальнейшем за согласованием такого типа действий, что может на уровне договора смягчить жесткость норм о личных неимущественных правах.

Конфликт прав на материальный носитель с исключительным правом

Наличие права собственности на оригинал произведения может породить иллюзию права использовать этот объект по своему усмотрению, однако в действительности права собственника оказываются ограниченными правами автора. Рассмотрим это на примере судебного дела, имевшего место еще в XIX веке.

Знаменитый французский художник XIX века Антуан-Жан Гро (Antonine-Jean Gros) создал одну из своих известных картин "Сражение у пирамид" (Batalie des Pyramides) в 1809 г. и в том же году продал ее. Позднее он заключил договор с другим лицом об отчуждении тому права на изготовление гравюр данной картины. Собственник картины посчитал свои права нарушенными. Возник спор о том, переходит ли к приобретателю картины и право контролировать изготовление гравюр или оно остается у автора [4].

Прежде всего обратимся к участникам разбирательства. Прокурор Дюпин (Dupin) высказал позицию (которую поддержали суд первой и суд кассационной инстанций), что в отсутствие явно выраженных положений в договоре, исходя из общих положений, право на использование картины должно переходить к приобретателю в качестве "принадлежности". По его мнению, иное решение будет против интересов автора - так как его слава увеличится в результате воспроизведения. Указанный подход был популярен во Франции практически до начала XX века.

Как мы видим, модель, изначально созданная для вещей, была в данном деле распространена и на интеллектуальную собственность.

Применима ли она в настоящее время?

Очевидно, что непосредственно норма статьи 135 ГК РФ, посвященная отношению главной вещи и принадлежности ("вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное"), не может регулировать использование интеллектуальной собственности. Но может ли быть здесь использован тот же подход по аналогии?

Согласно п. 1 ст. 1227 ГК РФ интеллектуальные права не зависят от права собственности на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом по общему правилу (п. 2 той же статьи) переход права собственности на вещь не влечет перехода или предоставления интеллектуальных прав на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, выраженных в этой вещи.

Такой подход вполне понятен: существующая концепция интеллектуальной собственности допускает независимое использование самого произведения и его носителя. Возможность осуществлять неоднократную фиксацию произведения позволяет оторвать использование самого произведения от использования конкретного носителя, в том числе и оригинала.

В то же время "потребление" произведения (например, чтение книги, просмотр фильма, использование функционала программы) традиционно не рассматривается в качестве его использования в рамках авторского права. Соответственно, речь не может идти о наличии связи между носителем произведения и правом на его использование, аналогичной отношению главной вещи и принадлежности. Исключительное право не обслуживает использование носителя произведения, поэтому нет оснований рассматривать его в качестве чего-то вроде принадлежности права собственности на носитель <5>.

<5> То, что установление такой зависимости принципиально возможно, мы видим на примере п. 1 ст. 1291 ГК РФ: приобретатель вправе без согласия автора и без выплаты ему вознаграждения демонстрировать приобретенный в собственность оригинал произведения и воспроизводить его в каталогах выставок и в изданиях, посвященных его коллекции, а также передавать оригинал этого произведения для демонстрации на выставках, организуемых другими лицами. В этом случае налицо установление определенного "соподчинения" двух правовых режимов.

Исходя из этого, продажа картины не должна влиять на движение исключительного права на произведение. Соответственно, и п. 1 ст. 1291 ГК РФ определяет, что при отчуждении автором оригинала произведения (рукописи, оригинала произведения живописи, скульптуры и тому подобного), в том числе при отчуждении оригинала произведения по договору авторского заказа, исключительное право на произведение сохраняется за автором, если договором не предусмотрено иное. Это правило касается не только авторов, но и их наследников и так далее в пределах срока действия исключительного права на произведение.

Однако п. 2 ст. 1291 ГК РФ устанавливает, что при отчуждении оригинала произведения его собственником, обладающим исключительным правом на произведение, но не являющимся автором произведения, исключительное право на произведение переходит к приобретателю оригинала произведения, если договором не предусмотрено иное. Но и в этом случае нельзя говорить о том, что исключительное право "предназначено для обслуживания оригинала произведения". Здесь установление нормы основано на предположении, что если собственник оригинала произведения, когда-то приобретший и исключительное право, отчуждает право собственности на оригинал, то это свидетельствует и об утрате интереса к использованию произведения.

Согласно п. 1 ст. 1227 ГК РФ интеллектуальные права не зависят от права собственности на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Буквально эта норма указывает на независимость интеллектуальных прав от соответствующих вещных прав, но верно и обратное: право собственности на носитель не зависит от интеллектуальных прав на произведение. Соответственно, в обоих случаях права могут отчуждаться независимо друг от друга.

Особое правило, однако, как указано выше, установлено статьей 1291 ГК РФ: при отчуждении оригинала произведения его собственником, обладающим исключительными правом на произведение, но не являющимся автором произведения, исключительное право переходит к приобретателю оригинала произведения, если договором не предусмотрено иное. В данном случае не будут действовать правила о договоре отчуждения исключительного права, поэтому переход права может произойти и на основании договора в устной форме. Из этого следует, что продавцу оригиналов произведения, желающему сохранить право на произведение, следует всегда заключать договоры в письменной форме, чтобы в дальнейшем не столкнуться со сложностями в доказывании наличия условия о сохранении за ним исключительного права.

Если оригинал отчуждается автором или его наследником, то действует обратная презумпция - сохранение исключительного права за этим лицом, но и здесь договор может установить иное правило.

Указанное правило применяется и к договору авторского заказа. При этом надо учитывать, что исходя из п. 1 ст. 1288 ГК РФ, в таком договоре предполагается передача заказчику материального носителя произведения в собственность, но стороны могут предусмотреть и иное правило.

Особые правила предусмотрены для случаев приобретения оригинала произведения, если приобретатель не получает исключительного права на него. В таких ситуациях любой приобретатель оригинала имеет минимальный набор прав на использование этого объекта и договор не может лишить его таких прав. Собственник оригинала произведения вправе:

ГК РФ в данном случае употребляет термин "демонстрация", а не "публичный показ", хотя показ картины на выставке может быть назван публичным показом. Это связано с тем, что публичный показ - более широкое понятие, включающее и применение различных технических средств. Демонстрация в данном случае означает открытие публичного доступа именно к оригиналу произведения, соответственно, использование технических средств, расширяющих доступ к произведению, передача в эфир, по кабелю, доведение до всеобщего сведения, так же как и предоставление доступа к копии произведения, не является разрешенным.

В то же время ГК РФ не содержит ограничений по цели такого использования, поэтому коммерческое использование оригинала не запрещено.

Собственник оригинала произведения может демонстрировать оригинал произведения как на выставке, так и, например, в своем офисе. Но передавать третьим лицам для использования он может только для демонстрации на выставке.

Очевидно, что рассмотренное правило будет применяться в первую очередь в отношении произведений живописи и скульптуры. Однако если следовать приведенной формулировке Постановления Правительства РФ N 285, понятие оригинала будет включать и авторские рукописи, а значит, собственник таких объектов также может использовать их указанными выше способами.

В результате не только право собственности на материальный объект оказывается ограниченным исключительным правом, но и, наоборот, исключительное право ограничено правом собственности на такой объект.

Еще одно ограничение исключительного права установлено в пользу собственников экземпляра произведения, изображенных на нем. Этот случай предусмотрен п. 2 ст. 1291 ГК РФ.

Объем разрешенных действий различается в зависимости от того, идет ли речь о произведении изобразительного искусства или фотографическом произведении. В первом случае лицо, изображенное на произведении, может его воспроизводить, показывать и распространять без цели извлечения прибыли (что не исключает возможности взимать плату, обеспечивающую возмещение расходов на эти действия), иначе говоря, оно вправе повесить в офисе свой портрет, изготовить рекламные плакаты или листовки со своим портретом и т.д. Цель извлечения прибыли допустима только при издании художественных произведений такого лица, при котором используется портрет этого лица в качестве иллюстрации.

В случае с фотографией список расширяется: появляется возможность использовать ее при издании биографии этого лица, даже написанной другим человеком. Но в последнем случае заказчиком издания должно быть само изображенное лицо, поэтому издание, например, книги типа "Жизнь замечательных людей" о выдающемся писателе, художнике или ученом прошлого не дает возможности использовать фотографии этого лица в книге без согласия обладателей исключительных прав на них.

Рассматриваемое ограничение распространяется на оригиналы произведений изобразительного искусства, однако в отношении фотографических произведений слово "оригинал" в данном случае не используется (на это прямо указывает использование выражения "приобретатель фотографического произведения" в третьем абзаце п. 2 ст. 1291 ГК РФ). Это связано с тем, что в отношении современных цифровых фотографий разделение оригинала и копий практически утратило смысл.

В связи с тем, что в основе экземпляров произведений будет лежать один и тот же файл, отличий между ними может и не быть, по сути, сохранившись только для случаев сканирования фотографий. Лицо, изображенное на фотографии, не должно доказывать, что имеющаяся у него фотография является оригиналом для того, чтобы использовать ее указанными в статье способами.

Стоит заметить, что рассмотренное исключение для случаев использования произведений изобразительного искусства сформулировано как безусловное, а вот для фотографий введено указание "если иное не предусмотрено договором", что позволяет изменить его или даже полностью нейтрализовать в договоре.

Конфликт прав на материальный носитель с иными правами автора

Наличие у автора исключительного права на созданное им произведение позволяет ему претендовать на получение определенного возмещения за свой труд. В обычном случае размер и характер вознаграждения определяются договором автора с пользователем. Но подчас бывает так, что автор создает свои произведения и отчуждает права на них в молодости, когда его имя никому не известно и на значительное вознаграждение рассчитывать ему не приходится. Когда же он приобретет достаточную известность, возможно, он уже будет не в состоянии создавать новые произведения.

Для того чтобы дать авторам дополнительную защиту их интересов, в некоторых странах существует особое право, позволяющее автору получать определенное вознаграждение в случае перепродажи его произведений, даже если автор уже не обладает исключительным правом на произведение - право следования. В настоящее время это право предусмотрено Бернской конвенцией <6>, закрепляется в законодательстве многих стран (в том числе введено оно и в ЕС), но отсутствует в Великобритании, большинстве штатов США, ряде других стран.

<6> Согласно п. 1 ст. 14ter Бернской конвенции "в отношении оригиналов произведений искусства и оригиналов рукописей писателей и композиторов автор, а после его смерти лица или учреждения, управомоченные национальным законодательством, пользуются неотчуждаемым правом долевого участия в каждой продаже произведения, следующего за первой его уступкой".

Согласно п. 1 ст. 1293 ГК РФ в случае отчуждения автором оригинала произведения изобразительного искусства при каждой перепродаже соответствующего оригинала, в которой в качестве посредника участвует юридическое лицо или индивидуальный предприниматель (в частности, аукционный дом, галерея изобразительного искусства, художественный салон, магазин), автор имеет право на получение от продавца вознаграждения в виде процентных отчислений от цены перепродажи (право следования). Исходя из п. 2 указанной статьи, это право применяется также в отношении авторских рукописей (автографов) литературных и музыкальных произведений.

Здесь следует обратить внимание на следующие условия:

Данное право зачастую подвергается жесткой критике, как несправедливо обременяющее перепродавцов произведений живописи в пользу "не заслуживающих внимания" интересов авторов <7>. Это подкрепляется и доводами о низкой эффективности данного права, так как мало кто из авторов в действительности получает доход от перепродажи оригиналов его произведения, да и обойти такую норму несложно. Но все же считать это право тяжелым обременением не приходится (тем более после его сужения в 2014 г.), а некоторые дополнительные гарантии автору оно создает, поэтому существование этого права можно считать оправданным.

<7> Характерно, например, высказывание одного из известных специалистов в области авторского права M. Price: "Право следования вознаграждает не тех авторов, вероятно, необоснованными денежными суммами, в не то время их жизни" // Price M. Government Policy and Economic Security for Artists: The Case of the Droit de Suite, 77 Yale Law Journal, (1968). P. 1333, 1366.

Еще одним правом, имеющим отношение к рассматриваемой теме, является право доступа. Согласно ст. 1292 ГК РФ автор произведения изобразительного искусства вправе требовать от собственника оригинала произведения предоставления возможности осуществлять право на воспроизведение своего произведения, а автор произведения архитектуры - от собственника оригинала произведения предоставления возможности осуществлять фото- и видеосъемку произведения, если договором не предусмотрено иное. Реализация этого права автором может создать неудобства собственнику оригинала произведения (например, если воспроизведение изобразительного произведения потребует немало времени), более того, он может обязать не просто допустить автора к оригиналу произведения, но и обеспечить тому необходимые условия для воспроизведения произведения (например, свет, электричество, воду и т.п.). Собственник может потребовать компенсировать понесенные в связи с этим затраты, но отказать автору он не вправе. Фактически, такое лицо приобретает право собственности оригинала произведения с обременением.

Как и в случае с правом следования, это право распространяется только на оригиналы соответствующих произведений.

Таким образом, переход права собственности на оригинал произведения влечет важные правовые последствия, связанные как с возникновением у собственника определенных возможностей по использованию произведения, так и с появлением у него определенных обязанностей по отношению к автору. Эти последствия необходимо учитывать при выстраивании модели планируемого использования произведения.

ЛИТЕРАТУРА:

  1. Азов Л.М. Правовые вопросы литературного перевода // Советское государство и право. 1954. N 8.
  2. Постановление Правительства РФ от 19 апреля 2008 г. N 285 "Об утверждении Правил выплаты автору вознаграждения при публичной перепродаже оригиналов произведений изобразительного искусства, авторских рукописей (автографов) литературных и музыкальных произведений" // СЗ РФ. 28 апреля 2008 г. N 17. Ст. 1880.
  3. Гордон М.В. Советское авторское право. М.: Госюриздат, 1955.
  4. Heirs of Baron Gros and Vallot v. Gavard, Cour de Cassation, 27 May 1842.