Мудрый Юрист

Субъекты исполнения мер уголовно-процессуального принуждения

Баландюк Олеся Владимировна, преподаватель кафедры уголовного процесса Омской академии Министерства внутренних дел Российской Федерации, кандидат юридических наук.

В статье рассматриваются вопросы определения субъектов, участвующих в механизме исполнения мер уголовно-процессуального принуждения. В зависимости от уровня и степени нормативного регулирования осуществляемой ими деятельности автором предложена их классификация.

Ключевые слова: мера пресечения, исполнение, субъект исполнения мер уголовно-процессуального принуждения.

Subjects of execution of measures of criminal procedure compulsion

O.V. Balandyuk

Balandyuk Olesya V., Lecturer of the Criminal Procedure Department of the Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation, Candidate of Legal Sciences.

In article questions of definition of the subjects participating in the mechanism of execution of measures of criminal procedure coercion are considered. Depending on level and extent of standard regulation of the activity by the author which is carried out by them their classification is offered.

Key words: measure of restraint, execution, subject of execution of measures of criminal procedure coercion.

Проблема определения субъектов деятельности по исполнению мер уголовно-процессуального принуждения в юридической литературе глубоко не освещалась. Правовой статус отдельных участников <1> данных правоотношений был предметом изучения ученых-процессуалистов, при этом вопросы осуществления контроля за надлежащим применением мер пресечения рассматривались ими фрагментарно. В нормах уголовно-процессуального законодательства исчерпывающий перечень субъектов, участвующих в механизме исполнения мер принуждения, не представлен. Такой подход обусловлен спецификой рассматриваемой деятельности, регламентировать которую нормами УПК РФ не всегда возможно и целесообразно. Учитывая роль, которую играет тот или иной субъект в ходе исполнения мер уголовно-процессуального принуждения, предлагаем классификацию субъектов, участвующих в этом процессе. Ее критерием является нормативное регулирование, поскольку оно наиболее полно отражает специфику и правовую природу осуществляемой деятельности.

<1> В данной статье категории "субъект" и "участник" уголовного судопроизводства используются как тождественные.

К первой группе относятся субъекты, определенные в УПК РФ, деятельность которых регламентирована нормами уголовно-процессуального законодательства. В первую очередь это должностные лица и государственные органы, наделенные правом принимать решение об избрании мер уголовно-процессуального принуждения. Из системного толкования норм УПК РФ следует, что именно эти участники осуществляют контроль за их надлежащим исполнением. В эту категорию можно включить и других участников уголовного судопроизводства: личного поручителя, командование воинской части, лиц, осуществляющих присмотр за несовершеннолетним подозреваемым (обвиняемым), залогодателя. Рассмотрим каждого из перечисленных участников.

Исполнение меры пресечения, предусмотренной ст. 103 УПК РФ, возлагается законодателем на личного поручителя. В российском уголовном судопроизводстве им может выступать только физическое лицо. Мнение ученых-процессуалистов <2> о привлечении юридического лица в качестве поручителя вызывает сомнения. Такое толкование не вытекает из анализа ст. 103 УПК РФ. В ряде зарубежных стран наряду с личным поручительством в уголовно-процессуальном законодательстве в качестве меры пресечения предусмотрено поручительство организации <3>.

<2> См., например: Громов В.П., Проценко В.П. Применение мер пресечения на предварительном расследовании и в суде. Краснодар, 2006. С. 39.
<3> См., например: ст. 151 УПК Туркменистана; ст. 167 УПК Азербайджанской Республики; ст. 180 УПК Республики Молдова.

Привлечение надлежащего субъекта к исполнению личного поручительства связано с оценкой личности самого поручителя. Законодатель допускает к участию только лиц, заслуживающих доверия. В юридической литературе к ним относят лиц, способных по своим моральным и психологическим качествам положительно влиять на подозреваемого и обвиняемого <4>. Помимо этого лицо, заслуживающее доверия, не должно иметь судимостей и фактов привлечения к административной ответственности <5> за совершение правонарушений, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность и (или) на здоровье населения и общественную нравственность. Полагаем, что совершение других административных правонарушений, например в области связи и информации, воинского учета, охраны окружающей среды и природопользования, не повлияет на возможность выступать в качестве поручителя.

<4> См., например: Чуниха А.А. Сущность и субъекты личного поручительства // Вестник Северо-Кавказского государственного технического университета. 2008. N 2. С. 131.
<5> На необходимость применения указанных требований к личному поручителю в юридической литературе указывает О.В. Медведева. См. подробнее: Медведева О.В. Залог и поручительство в системе мер уголовно-процессуального принуждения по законодательству Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 1998. С. 109.

Немаловажным обстоятельством, определяющим субъектный состав правоотношений, возникающих в ходе исполнения рассматриваемой меры принуждения, является определение количества поручителей. В отечественном законодательстве личное поручительство может применяться при наличии одного лица, заслуживающего доверия. Сомнения об эффективности привлечения одного поручителя в юридической литературе высказываются А.Р. Белкиным, по мнению которого привлечение двух и более поручителей, как это предусматривала ст. 94 УПК РСФСР, более предпочтительно <6>. Аналогичной позиции придерживается Е.Г. Васильева, которая считает, что чем большее количество заслуживающих доверия лиц может поручиться за подозреваемого (обвиняемого), тем больше уверенности, что цели данной меры пресечения будут достигнуты. Поэтому определять необходимое для конкретного случая число поручителей предоставляется следователю <7>. Высказанное мнение достаточно обоснованно и согласуется с нормами отечественного законодательства, однако привлечение в качестве поручителей нескольких лиц может усложнить механизм реализации избранной меры пресечения. В связи с этим представляется возможным в случае привлечения нескольких поручителей составлять между ними соглашение, в котором указывать обязанности каждого из них.

<6> См.: Белкин А.Р. "Менее строгие" меры пресечения в уголовном процессе России // Уголовное судопроизводство. 2012. N 3. С. 23 - 24.
<7> См.: Васильева Е.Г. Меры уголовно-процессуального принуждения: Монография. Уфа, 2003. С. 103 - 104.

В качестве субъектов исполнения обязательств, связанных с реализацией специальной меры пресечения в отношении несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого), законодателем определены родители, опекуны, попечители или другие заслуживающие доверия лица, а также должностные лица специализированного учреждения, в котором он находится. Данное положение необходимо применять в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым опека устанавливается над малолетними (ст. 32 ГК РФ). По достижении указанными лицами возраста четырнадцати лет опека над ними прекращается, а гражданин, осуществляющий обязанности опекуна, становится попечителем несовершеннолетнего (ст. 40 ГК РФ). Учитывая нормы уголовно-процессуального и гражданского законодательств, представляется нецелесообразным относить опекунов к субъектам исполнения меры пресечения, предусмотренной ст. 105 УПК РФ. В связи с этим следует исключить опекунов из перечня лиц, указанных в ч. 1 ст. 105 УПК РФ.

Субъектами исполнения обязательств, связанных с применением меры пресечения в виде залога, являются подозреваемый (обвиняемый), а также залогодатель <8>. В качестве залогодателя в уголовном судопроизводстве может выступать как физическое, так и юридическое лицо. В юридической литературе высказывалось предложение о расширении круга указанных лиц за счет введения в уголовный процесс института "профессиональных залогодателей" <9>. По мнению ученых-процессуалистов, эффективность такого залога будет выше, чем залога, внесенного самим обвиняемым или третьим лицом. Так, "профессиональный залогодатель", рискуя своими деньгами, будет заинтересован в том, чтобы обвиняемый не нарушил меру пресечения, а значит, и контроль за правильным применением залога будет осуществляться как со стороны правоохранительных органов, применяющих меру пресечения, так и со стороны залогодателя <10>.

<8> Имеются в виду случаи, когда предмет залога внесен третьим лицом.
<9> См., например: Вершинина С.И. Залог в системе мер пресечения: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1998. С. 124.
<10> См.: Вершинина С.И. Там же.

Высказанное предложение заслуживает внимания, однако полагаем, что введение института "профессиональных залогодателей" не требует внесения изменений в УПК РФ. Расширение круга лиц, которые могут внести залог, не противоречит нормам действующего законодательства. Форма такого образования - будет это физическое лицо, заключившее с подозреваемым (обвиняемым) соглашение о предоставлении ему необходимой суммы в целях обеспечения залога, или юридическое лицо - для уголовного судопроизводства не имеет особого значения. Особенностью такого субъекта при введении его в уголовное судопроизводство являются только его взаимоотношения с подозреваемым (обвиняемым) и условия, на которых вносится предмет залога. Обязательства, возлагаемые на "профессионального залогодателя", не будут отличаться от обязательств других третьих лиц, привлекаемых в качестве залогодателей.

В следующую группу включены субъекты, определенные в УПК РФ, деятельность которых регулируется не только положениями уголовно-процессуального законодательства, но и другими нормативными правовыми актами. Так, компетенция командования воинской части определена уставами Вооруженных Сил Российской Федерации. Несмотря на то что указанный субъект назван законодателем, в ходе исполнения данной меры принуждения возникают определенные сложности. В юридической литературе на это указал Е.А. Глухов, который отметил, что используемый в УПК РФ термин "командование воинской части" не позволяет с точностью определить должностное лицо, уполномоченное осуществлять наблюдение за подозреваемым (обвиняемым) военнослужащим <11>. Более категорично по этому поводу высказалась Я.Ю. Бурлакова. По ее мнению, обязанности по обеспечению предупреждения правонарушений со стороны лица, к которому применена данная мера пресечения, могут быть возложены только на командование воинской части <12>. Высказанная позиция заслуживает внимания, однако наделение рассматриваемыми полномочиями исключительно командования воинской части представляется затруднительным. В этом случае ставится под сомнение эффективность данной меры пресечения, поскольку наряду со своими основными должностными обязанностями командир (начальник) воинской части обязан осуществлять непосредственный контроль за подозреваемым (обвиняемым). Это может привести к единичным случаям реализации этой меры принуждения или отказу от ее применения. В связи с этим полагаем, что за подозреваемым (обвиняемым) военнослужащим должно устанавливаться наблюдение, которое представляется возможным поручить лицам, назначенным в суточный наряд.

<11> См.: Глухов Е.А. Как наблюдает командование // Военно-юридический журнал. 2007. N 9. С. 29 - 30.
<12> См.: Бурлакова Я.Ю. Проблемы избрания и применения мер уголовно-процессуального пресечения, не связанных с лишением или ограничением свободы: Дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2009. С. 81 - 83.

Помимо командования воинской части к субъектам, которые закреплены в УПК РФ и правовой статус которых регламентирован другими нормативными правовыми актами, относятся органы, осуществляющие контроль за надлежащим исполнением домашнего ареста. Долгое время данный вопрос не был определен на законодательном уровне. В связи с этим учеными высказывались мнения о наделении указанными функциями участковых уполномоченных, следователей и дознавателей, оперативных уполномоченных, сотрудников подразделений по делам несовершеннолетних, службы судебных приставов или создании в ее подчинении специального подразделения из сотрудников уголовно-исполнительной системы <13>. Федеральным законом от 07.12.2011 N 420-ФЗ контроль за исполнением домашнего ареста возложен на уголовно-исполнительные инспекции Федеральной службы исполнения наказаний. Порядок исполнения инспекциями полномочий по контролю за подозреваемыми (обвиняемыми), в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, определен положениями межведомственного Приказа от 11.02.2016 "Об утверждении Порядка осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением ими наложенных судом запретов и (или) ограничений".

<13> См., например: Светочев В.А. Домашний арест как мера пресечения в уголовном процессе Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Калининград, 2009. С. 143; Соловьев И.Н. Проблемные вопросы исполнения домашнего ареста // Российский следователь. 2010. N 13. С. 11 - 14.

Контроль за соблюдением самой строгой меры пресечения возложен законодателем на администрацию мест содержания под стражей. Обязанности названного субъекта определены Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". Такой подход обусловлен возникновением административных правоотношений, складывающихся в силу нахождения подозреваемого (обвиняемого) в специальном учреждении.

Субъектами рассматриваемой группы также являются органы дознания, судебные приставы по обеспечению установленного порядка деятельности судов, осуществляющие привод в порядке ст. 113 УПК РФ; работодатель - в ходе исполнения решения о временном отстранении от должности подозреваемого (обвиняемого); судебные приставы-исполнители, исполняющие меру принуждения в виде денежного взыскания.

Третью группу представляют субъекты, участие которых нормами уголовно-процессуального законодательства не регламентируется. Представляется целесообразным разделить указанную категорию лиц на субъектов, осуществляющих исполнение мер принуждения, и субъектов, выполняющих иные функции.

К первой подгруппе относятся лица, оказывающие содействие при исполнении решения об избрании меры принуждения. Так, в ходе применения мер пресечения, не связанных с лишением свободы, должностным лицом (органом), избравшим данную меру принуждения, для проведения индивидуальной профилактической работы с подозреваемым (обвиняемым) могут привлекаться участковые уполномоченные полиции. При избрании меры пресечения в отношении несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого) осуществление данного вида деятельности возлагается на подразделения по делам несовершеннолетних. Возможность привлечения указанных субъектов предусмотрена ведомственными нормативными правовыми актами, регламентирующими их деятельность.

Контроль за подозреваемым (обвиняемым), в отношении которого избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, может осуществляться при непосредственном взаимодействии органа расследования (суда) с другими правоохранительными структурами: военным комиссариатом, пограничными органами Федеральной службы безопасности и таможенными органами. Деятельность этих участников регламентируется специальными федеральными законами <14>. Помимо этого, содействие в ходе исполнения мер уголовно-процессуального принуждения могут оказать члены общественных формирований по охране правопорядка, должностные лица органов исполнительной власти, представители администрации предприятий, организаций, учреждений по месту работы или учебы лица, в отношении которого такая мера применяется.

<14> См., например: Федеральный закон от 15.08.1996 N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию"; Федеральный закон от 03.04.1995 N 40-ФЗ "О Федеральной службе безопасности".

Вторую подгруппу составляют лица, осуществляющие иные функции в ходе исполнения мер уголовно-процессуального принуждения. Так, в правоотношениях, возникающих при реализации судебного решения о применении ст. 114 УПК РФ, может участвовать орган, осуществляющий выплату ежемесячного государственного пособия временно отстраненному от должности подозреваемому (обвиняемому) <15>. В качестве таковых судами указываются Министерство финансов Российской Федерации, орган, проводящий предварительное следствие, финансовая служба управления Судебного департамента. Регулирование данного вида деятельности осуществляется посредством применения подзаконных актов.

<15> См. подробнее: Клюкова М.Е., Бикмиев Р.Г. К вопросу об источнике возмещения процессуальных издержек в виде ежемесячного государственного пособия при временном отстранении от должности // Вестник экономики, права и социологии. 2013. С. 152 - 155.

К субъектам, не обозначенным в УПК РФ, можно отнести лиц, обеспечивающих сохранность предмета залога. Если участие такого субъекта при наложении ареста на имущество вытекает из ч. 6 ст. 115 УПК РФ <16>, то при реализации меры пресечения в виде залога его привлечение нормами уголовно-процессуального законодательства напрямую не предусмотрено. При этом в ч. 3 ст. 106 УПК РФ указано, что вопросы сохранности данного имущества определяются Правительством Российской Федерации <17>. Условия содержания предмета залога отличаются в зависимости от его вида. По отдельным категориям имущества необходимы особые условия, поэтому в качестве хранителей должны привлекаться организации и должностные лица, осуществляющие специализированные виды деятельности, связанные с обеспечением надлежащих условий содержания предмета залога.

<16> См. подробнее: Тутынин И.Б. Исполнение судебного решения о наложении ареста на имущество следует полностью возложить на судебных приставов // Российский следователь. 2009. N 13. С. 7 - 9.
<17> См. подробнее: Постановление Правительства РФ от 13.07.2011 N 569 "Об утверждении Положения об оценке, содержании предмета залога по уголовному делу, управлении им и обеспечении его сохранности" // СЗ РФ. 2011. N 29. Ст. 4490.

В качестве вывода следует отметить, что предложенная классификация позволяет достаточно полно учесть роль каждой категории субъектов исполнения мер уголовно-процессуального принуждения с учетом объема их прав и обязанностей. Ее критерием послужило нормативное регулирование деятельности, которую осуществляют государственные органы, должностные, физические или юридические лица, участвующие в процессе реализации мер принуждения. С учетом данного обстоятельства выделены следующие группы субъектов: 1) субъекты, которые определены в УПК РФ и деятельность которых регламентирована нормами уголовно-процессуального законодательства; 2) субъекты, которые определены в УПК РФ и деятельность которых регулируется и другими нормативными правовыми актами; 3) не обозначенные в УПК РФ субъекты, участие которых в механизме исполнения мер принуждения вытекает из других нормативных правовых актов.

Литература

  1. Белкин А.Р. "Менее строгие" меры пресечения в уголовном процессе России // Уголовное судопроизводство. 2012. N 3. С. 22 - 26.
  2. Бурлакова Я.Ю. Проблемы избрания и применения мер уголовно-процессуального пресечения, не связанных с лишением или ограничением свободы: Дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2009. 170 с.
  3. Васильева Е.Г. Меры уголовно-процессуального принуждения: Монография. Уфа, 2003. 136 с.
  4. Вершинина С.И. Залог в системе мер пресечения: Дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 1998. 177 с.
  5. Глухов Е.А. Как наблюдает командование // Военно-юридический журнал. 2007. N 9. С. 29 - 31.
  6. Громов В.П., Проценко В.П. Применение мер пресечения на предварительном расследовании и в суде. Краснодар, 2006. 352 с.
  7. Клюкова М.Е., Бикмиев Р.Г. К вопросу об источнике возмещения процессуальных издержек в виде ежемесячного государственного пособия при временном отстранении от должности // Вестник экономики, права и социологии. 2013. С. 152 - 155.
  8. Медведева О.В. Залог и поручительство в системе мер уголовно-процессуального принуждения по законодательству Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 1998. 219 с.
  9. Светочев В.А. Домашний арест как мера пресечения в уголовном процессе Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. Калининград, 2009. 213 с.
  10. Соловьев И.Н. Проблемные вопросы исполнения домашнего ареста // Российский следователь. 2010. N 13. С. 11 - 14.
  11. Тутынин И.Б. Исполнение судебного решения о наложении ареста на имущество следует полностью возложить на судебных приставов // Российский следователь. 2009. N 13. С. 7 - 9.
  12. Чуниха А.А. Сущность и субъекты личного поручительства // Вестник Северо-Кавказского государственного технического университета. 2008. N 2. С. 130 - 133.