Мудрый Юрист

О некоторых проблемных аспектах применения новой меры пресечения - запрета определенных действий

Рябинина Татьяна Кимовна, заведующая кафедрой уголовного процесса и криминалистики Юго-Западного государственного университета, кандидат юридических наук, профессор.

Снегирева Дарья Евгеньевна, магистрант юридического факультета Юго-Западного государственного университета.

В статье рассматриваются актуальные вопросы практики применения новой для отечественного уголовного судопроизводства меры пресечения в виде запрета определенных действий, с которыми столкнулись суды в своей практической деятельности.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, мера пресечения, запрет определенных действий.

On Some Disputable Aspects of Application of a New Interim Measure, Prohibition of Specific Actions

T.K. Ryabinina, D.E. Snegireva

Ryabinina Tatyana K., Head of the Department of Criminal Procedure and Criminalistics of the Southwest State University, Candidate of Legal Sciences, Professor.

Snegireva Darya E., Graduate Student of the Law Faculty of the Southwest State University.

The article reviews relevant issues of the practice of application of an interim measure in the form of prohibition of specific actions, which is new for the national criminal proceedings, encountered by courts in their practical activities.

Key words: criminal proceedings, interim measure, prohibition of specific actions.

Очевидно, что вопрос о необходимости расширения списка мер пресечения в российском уголовном процессе стал обсуждаться давно, что было обусловлено необходимостью сделать предусмотренную в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации <1> (далее - УПК РФ) систему мер пресечения более эластичной, учитывающей обстоятельства различных уголовных дел. Так, например, несколько лет назад К.Б. Калиновский предлагал в качестве новых вариантов указанных мер полицейский надзор и "отобрание вида на жительство", по аналогии с уставом уголовного судопроизводства 1864 г., что в современных условиях предполагало бы изъятие заграничного паспорта у гражданина РФ или паспорта для иностранного гражданина <2>.

<1> Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ (ред. от 11.10.2018). URL: http://www.consultant.ru.
<2> Калиновский К.Б. Система мер пресечения в российском уголовном процессе: современные проблемы и исторический опыт // Судебно-правовая реформа 1860-х гг. в России и современное уголовно-процессуальное право (посвящается 150-летию принятия судебных уставов 1864 г.): Материалы III Международной научно-практической конференции, проводимой в Российской академии правосудия (г. Москва, 10 - 11.04.2014): Сб. науч. ст. М.: РГУП, 2014. Ч. 1. С. 105 - 109.

Апрель 2018 г. был ознаменован включением в список мер пресечения (остававшийся неизменным с момента принятия в 2001 г. УПК РФ) новой меры пресечения - запрета определенных действий (ст. 105.1 УПК РФ). В пояснительной записке к соответствующему законопроекту о введении этой меры пресечения указана цель его подготовки - создание условий, при которых существует альтернатива заключению под стражу при избрании меры пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого <3>.

<3> Пояснительная записка к проекту Федерального закона "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части избрания и применения мер пресечения в виде залога, запрета определенных действий и домашнего ареста)". URL: http://base.garant.ru/57722915/.

О необходимости соответствующих изменений в УПК РФ свидетельствовали результаты работы отечественных судов. Так, например, в 2017 г. было удовлетворено 113 260 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, 6 442 ходатайства об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, 133 ходатайства об избрании меры пресечения в виде залога. Как показывает статистика, за 2017 г. доля удовлетворенных судами ходатайств об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста и залога составила, соответственно, 5,3 и 0,1% от общего числа удовлетворенных ходатайств об избрании меры пресечения, которые применяются по решению суда <4>.

<4> Сводные статистические сведения о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей за 2017 г. N 1 "Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции". URL: http://cdep.ru/index.php?id=79&item=4476.

Представленные выше статистические данные за 2017 г. (а подобная тенденция прослеживается в России на протяжении многих лет) свидетельствуют о том, что ситуация в сфере применения мер пресечения являлась явно несовершенной, поскольку имело место чрезмерно частое применение меры пресечения в виде заключения под стражу. В связи с этим представляется очевидным желание законодателя усовершенствовать систему мер пресечения, разнообразить их, чтобы властные субъекты уголовного процесса имели объективную возможность для соблюдения равновесия между необходимостью достижения целей уголовного судопроизводства и соблюдения прав и законных интересов человека, который оказался в него вовлеченным.

Нормы международного права, которые согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ <5> являются частью ее правовой системы, также ориентируют на обеспечение уголовно-процессуальным законодательством достаточно обширного перечня мер в досудебном производстве, не связанных с лишением свободы. Те же Токийские правила закрепляют, что в целях обеспечения большей гибкости в соответствии с характером и степенью тяжести правонарушения, личностью и биографией правонарушителя, а также с интересами защиты общества и во избежание неоправданного применения тюремного заключения система уголовного правосудия должна предусматривать широкий выбор мер, не связанных с тюремным заключением, от досудебных до послесудебных мер <6>. Принимая во внимание вышеизложенное, вместе с тем не следует забывать о том, что для обеспечения реальной альтернативы заключению под стражу и эффективного применения запрета определенных действий необходимо помимо содержания законоположения иметь четкий механизм для его воплощения в жизнь.

<5> Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ). URL: http://www.pravo.gov.ru.
<6> Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила) (приняты Резолюцией 45/110 Генеральной ассамблеи ООН от 14.12.1990). URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/tokyo_rules.shtml.

Проанализируем некоторые содержательные моменты ст. 105.1 УПК РФ, которая регламентирует новую меру пресечения. В частности, при применении указанной меры на подозреваемого, обвиняемого возлагается обязанность являться в назначенное время к дознавателю, следователю или в суд по их вызовам, и в отношении его устанавливается один или несколько запретов, перечень которых указан в ч. 6 рассматриваемой статьи. Запрет определенных действий избирается по судебному решению. Контролирует соблюдение исследуемой меры пресечения уголовно-исполнительная инспекция территориального органа ФСИН России, которая может использовать для этого различные технические средства (аудиовизуальные, электронные и иные).

Как отмечено выше, в УПК РФ закреплен исчерпывающий список запретов (сформулированных в шести пунктах ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ), которым суд может подвергнуть подозреваемого, обвиняемого при избрании указанной меры пресечения, в их числе: 1) запрет на выход в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживает на законных основаниях; 2) запрет на нахождение в определенных местах, а также ближе установленного расстояния до определенных объектов, запрет на посещение определенных мероприятий и участие в них; 3) запрет на общение с определенными лицами; 4) запрет на отправление и получение почтово-телеграфных отправлений; 5) запрет на использование средств связи и информационно-телекоммуникационной сети Интернет; 6) запрет на управление автомобилем или иным транспортным средством в случае, когда совершенное преступление связано с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Причем суд не обязан возлагать на подозреваемого, обвиняемого все предусмотренные законом для данной меры пресечения запреты. В зависимости от ситуации могут быть установлены один или несколько из них, выбранные запреты в случае необходимости могут быть дополнены.

Как следует из содержания нормы уголовно-процессуального закона, в шести вышеперечисленных пунктах предусмотрено восемь запретов. Пункт 2 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ включает в себя три запрещения, различных по своей сути. Во-первых, запрет находиться в определенных местах. Во-вторых, запрет на приближение к определенным объектам. В-третьих, запрет на посещение определенных мероприятий и участие в них. У правоприменителей в связи с этим возникает справедливый вопрос. Поместив указанные запреты в пределах одного пункта, законодатель подразумевал тем самым, что при избрании новой меры пресечения суд может возложить запреты, перечисленные в п. 2 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, лишь в совокупности либо каждый в отдельности? Очевидно, на наш взгляд, что установленные в указанном пункте запреты не тождественны друг другу по своему содержанию, значению и их размещение в одном пункте не значит, что они обязательно должны применяться в комплексе. Представляется, что с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела судом могут быть наложены либо все запреты из анализируемого п. 2, либо какой-то один из них, либо их комбинация.

Согласно ч. 7 рассматриваемой статьи в постановлении суда об избрании новой меры пресечения указываются конкретные условия ее исполнения с учетом возлагаемых запретов, а также обязанность подозреваемого или обвиняемого самостоятельно являться по вызовам дознавателя, следователя или суда. Например, если судом накладывается запрет на выход в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором подозреваемый, обвиняемый проживает на законных основаниях, то необходимо четко указать адрес жилого помещения, а также периоды времени, в течение которых лицо не может покинуть это жилье. Или, к примеру, запрещая общение с определенными лицами, суду необходимо указать данные, позволяющие идентифицировать этих лиц (п. 40 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 N 41) <7>.

<7> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" (ред. от 24.05.2016). URL: http://www.consultant.ru.

Обратимся к практике применения данных нормативных положений. Так, Постановлением Тверского районного суда г. Москвы от 14 июня 2018 г. в отношении К.Ф.А. была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий на срок 1 месяц 4 суток, т.е. до 18 июля 2018 г. Ему был установлен запрет на выход в период с 22 ч 00 мин. до 06 ч 00 мин. без письменного разрешения следователя за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: ***, а также возложены запреты: общаться с Д***., В***., Б***., Л***., С***., К***., Б***., Ю***., З***., Ж***., О***., К***., В***., С***., К***., К***., М***., Щ***., и иными действующими или бывшими сотрудниками группы компаний "***"; запрет на получение и отправление корреспонденции, в том числе писем, телеграмм, посылок и электронных посланий; запрет на ведение переговоров без письменного разрешения следователя с использованием любых средств связи и информационно-телекоммуникационной сети Интернет, за исключением случаев, предусмотренных ч. 8 ст. 105.1 УПК РФ <8>.

<8> Апелляционное постановление Московского городского суда от 11 июля 2018 г. по делу N 10-1156/18. URL: https://www.mos-gorsud.ru/mgs/cases/docs/.../2af92806-fe2e-49f7-ab8debefa1d20b9...

При анализе данного примера из практики возникает вопрос о том, возможно ли использование родовых конструкций ("иные сотрудники компаний") при идентификации лиц, запрет на общение с которыми налагается судом? Представляется, что при наложении запрета на общение К.Ф.А. с иными действующими или бывшими сотрудниками группы компаний "***" судом использовано неточное определение этих лиц, не позволяющее в полной мере идентифицировать их. По нашему мнению, суду необходимо максимально конкретизировать лиц, общение с которыми подозреваемому, обвиняемому запрещается, одного лишь указания данных о том, что они являются иными действующими или бывшими сотрудниками группы компаний "***", недостаточно при ограничении лица в праве общения. Запрещая контактировать с различными людьми, суд должен обоснованно исходить из того, почему общение с тем или иным человеком может помешать осуществлению производства по делу, а значит, необходимо иметь достаточные конкретные сведения о таком лице и данные, подтверждающие нежелательность общения с ним подозреваемого, обвиняемого. Следовательно, информация, конкретизирующая лицо (как минимум ФИО), с которым запрещается общаться, должна быть указана в постановлении суда при установлении такого запрета для определения условий исполнения новой меры пресечения.

Помимо уже сказанного следует отметить, что ч. 13 ст. 105.1 УПК РФ предусматривается возможность изменения запрета определенных действий на более строгую меру пресечения (согласно иерархии мер пресечения, закрепленных в УПК РФ, таковыми выступают залог, домашний арест и заключение под стражу) в случае нарушения подозреваемым (обвиняемым) возложенных на него запретов, отказа от применения к нему технических средств контроля или умышленного совершения действий, направленных на нарушение их функционирования. В контексте данного положения закона возникает вполне закономерный вопрос: а если подозреваемый, обвиняемый не будет выполнять обязанность своевременно являться по вызовам следователя, дознавателя или в суд, то рассматриваемую меру пресечения нельзя заменить на более строгую? Как известно, цель применения любой меры пресечения заключается в предупреждении со стороны обвиняемого, подозреваемого любых действий, которые могут препятствовать производству по уголовному делу, поэтому невыполнение обязанности своевременно являться по вызовам следователя, дознавателя или в суд также должно влечь за собой либо установление дополнительных запретов, либо избрание более строгой меры. Думается, что на данное упущение в вышеуказанной норме закона должно быть обращено внимание законодателя.

Также необходимо обратиться к положению, предусмотренному ч. 8 ст. 105.1 УПК РФ, согласно которому подозреваемый, обвиняемый не может быть ограничен в праве использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения со следователем, дознавателем и контролирующим органом. Сразу бросается в глаза то обстоятельство, что в числе лиц, для общения с которыми не может быть ограничено использование телефонной связи, не назван адвокат, призванный оказывать профессиональную юридическую помощь лицу, подозреваемому или обвиняемому в совершении преступления. Данный законодательный пробел в обязательном порядке должен быть восполнен, поскольку подобные положения уголовно-процессуального закона в настоящее время идут вразрез с Конституцией РФ, в ст. 48 которой закреплено право на квалифицированную юридическую помощь.

Хотелось бы также обратить внимание на возможность использования отдельных составляющих запрета определенных действий в рамках иных мер пресечения (залога и домашнего ареста). Некоторые авторы выражают негативное отношение к возможности такого параллельного использования запрета определенных действий, в частности, ограничений, которые им предусмотрены, и иных мер пресечения (залога и домашнего ареста). А.А. Усачев, Л.Н. Котлярова, А.А. Якушкин считают, что запрет определенных действий должен рассматриваться лишь как самостоятельная мера пресечения, которая является альтернативой для более строгих мер и не может применяться факультативно. По мнению указанных авторов, законодательное закрепление положений о возможности одновременного применения может нивелировать значимость новой меры в системе мер пресечения <9>.

<9> Усачев А.А., Котлярова Л.Н., Якушкин А.А. Запрет определенных действий как альтернатива домашнему аресту и заключению под стражу. URL: http://evansys.com/articles/novatsii-v-oblasti-yurisprudentsii-sbornik-nauchnykh-trudov-po-itogam-mezhdunarodnoy-nauchno-praktich/sektsiya-7-ugolovnyy-protsess-kriminalistika-operativno-rozysknaya-deyatelnost/zapret-opredelennykh-deystviy-kak-alternativa-domashnemu-arestu-i-zaklyucheniyu-pod-strazhu/.

Полагаем возможным не согласиться с этой точкой зрения в силу следующих обстоятельств. Так, суд, приняв решение об избрании залога в качестве меры пресечения, имеет право (не обязанность) возложить на подозреваемого или обвиняемого обязательство соблюдать один или несколько запретов, которые предусмотрены в рамках новой меры пресечения (запрет определенных действий). Следовательно, суд при избрании залога, с учетом особенностей рассматриваемого дела, может вменить в обязанность соблюдение предусмотренных ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ запретов или отказаться от такой возможности. Данное нововведение мы расцениваем как положительное, поскольку в таком случае профилактические резервы залога в значительной степени расширяются. Как отмечает М.Ю. Юсупов, данная мера пресечения, применяемая в совокупности с запретами, предусмотренными в рамках запрета определенных действий, приобретает более строгий характер, так как предполагает не только психологическое (обращение заложенного имущества в доход государства), но и физическое воздействие на обвиняемого с помощью запретов и надзора за их соблюдением <10>.

<10> Юсупов М.Ю. Изменения в системе мер пресечения // Администратор суда. 2018. N 2. С. 35 - 39.

В связи с произошедшими изменениями в уголовно-процессуальном законодательстве домашний арест теперь представляет собой полную изоляцию обвиняемого (подозреваемого) от общества в пределах территории жилого помещения. И это вполне закономерно, ведь при сохранении возможности частичной изоляции в рамках меры пресечения, предусмотренной ст. 107 УПК РФ, произошло бы дублирование с запретом определенных действий, что являлось бы нецелесообразным. При избрании меры пресечения в виде домашнего ареста суд с учетом обстоятельств уголовного дела может установить запреты, предусмотренные п. п. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Новая регламентация меры пресечения, предусмотренной ст. 107 УПК РФ, ликвидировала существовавшую ранее несправедливость, связанную с включением времени домашнего ареста, не связанного с запретом выхода за пределы жилого помещения, в срок содержания под стражей из расчета день на день. Современное регулирование в наибольшей степени предстает как объективное, поскольку лишь полная изоляция обвиняемого (подозреваемого) в жилом помещении может быть приравнена к заключению под стражу.

Актуальным и злободневным представляется вопрос о том, будет ли на практике эффективно работать новая мера пресечения, готово ли государство обеспечить реальное воплощение с практической стороны запрета определенных действий? Ведущий научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета в Санкт-Петербурге К. Титаев назвал законопроект о введении данной меры разумным, но более или менее бесполезным. По его мнению, "наши суды нужно учить применять хоть какие-то меры пресечения, отличные от содержания под стражей, а пока это не произойдет, "запрет определенных действий" останется законом на бумаге, который будут вытаскивать в очень странных случаях" <11>.

<11> В России появилась новая мера пресечения - "запрет определенных действий". Это хорошо или плохо? URL: https://meduza.io/cards/v-ros-sii-poyavitsya-novaya-mera-presecheniya-zapret-opredelennyh-deystviy-eto-horosho-ili-ploho.

Конечно, введение новой меры пресечения может помочь освободить государство от несения колоссальных издержек, связанных с содержанием лиц, находящихся под стражей. Однако многие юристы высказывают обоснованные предположения, что новая альтернативная мера пресечения будет лишь декларативной и реально не работающей на практике, что сведет ее возможную эффективность к минимуму <12>.

<12> Калюков Е., Костина Е., Алехина М. Госдума одобрила введение в России новой меры пресечения. URL: https://www.rbc.ru/society/05/04/2018/5ac61ce69a7947a80017f214.

И хотя с момента ее включения в систему мер пресечения прошло еще не так уж много времени (напомним, что она начала применяться с 29 апреля текущего года), однако, как показывает судебная статистика Судебного департамента при Верховном Суде РФ (по итогам первого полугодия 2018 г.), применение с апреля по июнь текущего года этой меры пресечения на практике оценивается едва ли не единичными случаями: всего по России судами было рассмотрено лишь 16 ходатайств об избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий, из них удовлетворено 14 и отказано в удовлетворении двух таких ходатайств. В период нахождения дела в судебном производстве применена была данная мера пресечения лишь единожды в первом полугодии 2018 г. <13>.

<13> Данные судебной статистики. Сводные статистические сведения о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей за 1 полугодие 2018 г. N 1 "Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции" // Сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79.

Не только ученые, но и многие практики, в том числе представители адвокатского сообщества, еще до вступления в силу нововведения в системе мер пресечения высказывали сомнения относительно ее действенности, поскольку достаточно проблематично контролировать в каждом конкретном случае ее реализацию. Высказывалось мнение о том, что необходимо преобразовать систему ведомств, которые ответственны за исполнение запрета определенных действий, в противном случае новая мера пресечения рискует остаться лишь нормой закона. Так, по мнению В. Варшавского, данная мера не будет иметь широкого применения, поскольку она очень сложна в осуществлении контроля за ее соблюдением и нет возможностей для закрепления проверяющего за каждым лицом. Также свои опасения касательно практической реализации вновь введенной меры пресечения высказывал П. Терещенко, который утверждал, что помимо технических средств (электронных браслетов, счетчиков движения) необходимы дополнительные меры по контролю за ограничениями, накладываемыми на подозреваемых, обвиняемых, следовательно, без служб, которые являются ответственными за исполнение, полноценно применять нововведенную меру пресечения не получится. Г. Плесовских, говоря о проблемах по организации контроля и надзора за лицами, в отношении которых такая мера пресечения будет избрана, акцентировал внимание на том, что нагрузка на подразделения Федеральной службы исполнения наказаний, несомненно, возрастет <14>.

<14> Челищева В. Запрещаю вам звонить и писать! // Новая газета. 2018. 16 апреля.

Причем дискуссии о проблемах, касающихся практической реализации введенной в закон новой меры пресечения, ведутся не только среди ученых и практиков, в научных публикациях и СМИ, но и порой в зале судебного заседания. И, несмотря на имеющиеся проблемы с обеспечением реализации на практике этой меры, адвокатам удается убедить суд в необходимости смягчения своим подзащитным меры пресечения, в частности, с домашнего ареста на запрет определенных действий.

Так, во время рассмотрения в Набережно-челнинском городском суде Республики Татарстан ходатайства следователя по особо важным делам следственного отдела по городу Набережные Челны следственного управления СК России по Республике Татарстан о продлении домашнего ареста фигуранту громкого уголовного дела Миронову (так называемого короля недвижимости автограда) до 17 сентября 2018 г. следователь акцентировал внимание судьи на том, что Миронов не сдал свой действующий заграничный паспорт (его местоположение неизвестно) и есть опасения, что он также может скрыться, потому что у него нет браслета, но и нет технической возможности выдать ему его. Прокурор ходатайство следствия о необходимости продления домашнего ареста Миронову поддержал, заявив, что не видит оснований для смягчения или отмены меры пресечения.

Когда слово предоставили защитнику, он заявил, что продлевать срок содержания под домашним арестом его подзащитному нет никаких оснований, и просил изменить меру пресечения на запрет определенных действий, аргументируя свою позицию следующим образом: "Почему эта норма введена законодателем, не просто же так? Потому что иначе следствие может постоянно соединять дела и до бесконечности продлевать срок следствия и срок содержания под стражей. А данная конструкция уголовно-процессуального закона позволяет обеспечить соблюдение прав подсудимых, обвиняемых и подозреваемых". При этом адвокат добавил, что отсутствие браслета на ноге Миронова и отсутствие технической возможности им его обеспечить не может и не должно являться основанием для продления меры пресечения. "Ну, нет у них технической возможности, почему Миронов за это отвечает? Почему это является основанием для продления, избрания или изменения меры пресечения?" - заявил адвокат, призвав суд отказать в удовлетворении ходатайства следствия.

Судья избрал меру пресечения в виде запрета определенных действий сроком на 1 месяц и 18 суток (до 07.09.2018). При этом Миронову было запрещено покидать свое место жительства с 10 ч вечера до 6 ч утра (за исключением случаев необходимости обращаться за медицинской помощью), а также общаться с лицами, проходящими по делу в качестве потерпевших, свидетелей, подозреваемых или обвиняемых, отправлять и получать почтово-телеграфную корреспонденцию, за исключением корреспонденции от следователя. Нельзя будет также посещать офис "..." и общаться с его сотрудниками. Нельзя также пользоваться средствами связи, за исключением общения с защитниками, вызовов скорой помощи и других экстренных служб. Запрещено также пользоваться сетью Интернет, за исключением его работы в благотворительном фонде "...". При этом он должен являться на допросы по первому вызову следователя <15>.

<15> Идиятуллин А., Скрябин И. Алексей Миронов с четвертой попытки вышел из-под домашнего ареста - теперь ему запрещено лишь гулять по ночам и ходить в офис "Еврогруп" // БИЗНЕС Online. URL: https://www.business-gazeta.ru/article/389359.

В плане обеспечения государством действенного и эффективного механизма практической реализации меры пресечения в виде запрета определенных действий уже обнадеживает тот факт, что Минюстом России подготовлен проекта приказа Минюста России, МВД России, Следственного комитета Российской Федерации, ФСБ России "Об утверждении Порядка осуществления контроля за нахождением подозреваемых или обвиняемых в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемыми или обвиняемыми, в отношении которых в качестве меры пресечения избран запрет определенных действий, домашний арест или залог". В нем определяется процедура осуществления указанного контроля уголовно-исполнительными инспекциями и их взаимодействия со следственными органами Следственного комитета Российской Федерации, органами дознания, органами предварительного следствия федеральных органов исполнительной власти и судами. Так, для обеспечения контроля инспекция принимает решение о применении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств, проводит проверки, осуществляет сбор информации о фактах общения подозреваемого или обвиняемого, о посещении им запрещенных мест и мероприятий, осуществляет учет использования телефонной связи <16>.

<16> Разработан проект приказа об утверждении порядка контроля за соблюдением возложенных судом запретов подозреваемыми или обвиняемыми. URL: http://ru/ru/novosti/razrabotan-proekt-prikaza-ob-utverzhdenii-poryadka-kontrolya-za-soblyudeniem-vozlozhennyh.

Однако одной лишь соответствующей нормативной регламентации порядка осуществления контроля за соблюдением возложенных судом запретов недостаточно, необходимы и другие меры, в том числе материально-технического, кадрового и иного обеспечения.

В итоге проведенного исследования новой меры пресечения в российском уголовном процессе, коей является запрет определенных действий, можно сделать следующие выводы. Во-первых, необходимо разработать действенный и эффективный механизм реализации на практике меры пресечения в виде запрета определенных действий. Во-вторых, реальное применение указанной меры будет способствовать уменьшению расходов государства на содержание подозреваемых и обвиняемых в СИЗО, а также снижению сумм выплат в счет возмещения вреда за нарушение прав личности при заключении под стражу. Последнее объясняется тем, что ранее суд по большей части избирал в качестве меры пресечения заключение под стражу, люди, не согласные с таким решением, обжаловали данные действия в Европейский суд по правам человека, который достаточно часто удовлетворяет подобные жалобы. В-третьих, применение альтернативы заключению под стражу должно положительно отразиться на самих людях, в отношении которых будет избираться запрет определенных действий, поскольку подозреваемые, обвиняемые с учетом обстоятельств дела будут иметь возможность находиться дома, с возложением на них определенных запретов, например, на совершение телефонных звонков, которые могут оказать негативное влияние на процесс расследования. Таким образом, введение новой меры пресечения можно расценивать как следствие гуманизации российского законодательства. В-четвертых, введение новой меры пресечения дает толчок для дальнейшего развития уголовно-процессуального закона России в соответствии со стандартами международного права, поскольку существовавшая ранее система мер пресечения, как бы категорично это ни звучало, себя практически изжила.

Литература

  1. Идиятуллин А. Алексей Миронов с четвертой попытки вышел из-под домашнего ареста - теперь ему запрещено лишь гулять по ночам и ходить в офис "Еврогруп" / А. Идиятуллин, И. Скрябин // БИЗНЕС Online. URL: https://www.business-gazeta.ru/article/389359.
  2. Калиновский К.Б. Система мер пресечения в российском уголовном процессе: современные проблемы и исторический опыт / К.Б. Калиновский // Судебно-правовая реформа 1860-х гг. в России и современное уголовно-процессуальное право (посвящается 150-летию принятия судебных уставов 1864 г.): Материалы III Международной научно-практической конференции (г. Москва, 10 - 11.04.2014): Сб. науч. ст. М.: РГУП, 2014. Ч. 1. С. 105 - 109.
  3. Калюков Е. Госдума одобрила введение в России новой меры пресечения / Е. Калюков, Е. Костина, М. Алехина. URL: https://www.rbc.ru/society/05/04/2018/5ac61ce69a7947a80017f214.
  4. Усачев А.А. Запрет определенных действий как альтернатива домашнему аресту и заключению под стражу / А.А. Усачев, Л.Н. Котлярова, А.А. Якушкин. URL // http://evansys.com/articles/novatsii-v-oblasti-yurisprudentsii-sbornik-nauchnykh-trudov-po-itogam-mezhdunarodnoy-nauchno-praktich/sektsiya-7-ugolovnyy-protsess-kriminalistika-operativno-rozysknaya-deyatelnost/zapret-opredelennykh-deystviy-kak-alternativa-domashnemu-arestu-i-zaklyucheniyu-pod-strazhu/.
  5. Челищева В. Запрещаю вам звонить и писать! / В. Челищева // Новая газета. 2018. 16 апреля.
  6. Юсупов М.Ю. Изменения в системе мер пресечения / М.Ю. Юсупов // Администратор суда. 2018. N 2. С. 35 - 39.