Мудрый Юрист

Возможен ли зачет времени домашнего ареста в срок лишения свободы? (вопросы судебного толкования)

Власенко Владислав Владимирович, преподаватель кафедры уголовного права и криминологии Ставропольского филиала Краснодарского университета Министерства внутренних дел Российской Федерации, кандидат юридических наук.

В статье автором исследуются проблемные аспекты судебного толкования вопроса, связанного с возможностью зачета времени домашнего ареста в срок лишения свободы.

Ключевые слова: зачет времени, содержание под стражей, домашний арест, лишение свободы.

Is It Possible to Count the House Arrest Period as a Detention Term? (Judicial Interpretation Issues)

V.V. Vlasenko

Vlasenko Vladislav V., Lecturer of the Department of Criminal Law and Criminology of the Stavropol Branch of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia, Candidate of Legal Sciences.

In the article the author examines the problematic aspects of judicial interpretation of the issue related to the possibility of offsetting the time of house arrest during the term of imprisonment.

Key words: time off, detention, house arrest, imprisonment.

В отечественных СМИ широкое распространение получила информация, согласно которой Евгению Васильеву, бывшего чиновника Министерства обороны РФ, Пресненский суд г. Москвы приговорил к 5 годам лишения свободы. Однако фактически осужденная должна провести в местах лишения свободы всего 2,5 года, так как суд зачел срок домашнего ареста, который избирался в качестве меры пресечения на период предварительного расследования, в срок лишения свободы <1>. В связи с таким решением суда возникает закономерный вопрос: возможен ли зачет времени домашнего ареста, который избирался в отношении осужденного в качестве меры пресечения до судебного разбирательства, в срок лишения свободы, назначенный по приговору суда?

<1> См., например, сайт интернет-газеты "Вести". URL: http://www.vesti.ru/doc.html?id=2564307-&tid=100374 (дата обращения: 02.09.2018).

Проанализировав имеющуюся судебную практику зачета времени домашнего ареста в срок лишения свободы, можно выделить три типичные ситуации, при которых производился подобный зачет:

1 - лицу первоначально судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, но в дальнейшем она была заменена на меру пресечения в виде домашнего ареста;

2 - лицу первоначально судом была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, но в дальнейшем она была заменена на меру пресечения в виде заключения под стражу;

3 - лицу на весь срок следствия до постановления приговора суда избиралась мера пресечения в виде домашнего ареста.

Для наглядной иллюстрации этих типичных ситуаций можно привести следующие судебные решения.

Так, Уваров, обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного п. "а" ч. 3 ст. 162 УК РФ, содержался под стражей с 11 января по 4 апреля 2003 г. 4 апреля 2003 г. мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена Уварову на домашний арест, который продлился до 2 октября 2003 г. В соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время домашнего ареста, а в силу ч. 3 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день. При таких данных судом в срок лишения свободы зачтено также время содержания Уварова под домашним арестом <2>. В данном случае представлен пример первой типичной ситуации.

<2> См.: Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 16 мая 2007 г. N 126-П07 по делу Уварова // Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 11.

Из материалов уголовного дела следует, что в отношении осужденного Л. Ленинским районным судом г. Ставрополя 20 мая 2012 г. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, срок которого был продлен Ставропольским краевым судом на 6 месяцев и действовал до постановления приговора, т.е. до 7 марта 2013 г. В соответствии с требованиями п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ время домашнего ареста подлежало зачету в срок назначенного Л. наказания в виде лишения свободы, однако это сделано не было. При таких обстоятельствах Судебная коллегия определила зачесть время содержания Л. под домашним арестом с 20 мая 2012 г. по 6 марта 2013 г. в срок назначенного ему наказания в виде лишения свободы <3>. Подобным образом поступил суд и в уголовном деле Е. Васильевой.

<3> См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 6 июня 2013 г. N 19-АПУ13-6 // Обзор практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за первое полугодие 2013 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2014. N 2.

Представляется, что причиной сложившейся судебной практики Президиума и Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ является неверное расширительное толкование текста УПК РФ. Согласно ч. 10 ст. 109 УПК РФ "Сроки содержания под стражей" в срок содержания под стражей засчитывается время: 1) на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого; 2) домашнего ареста; 3) принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, по решению суда; 4) в течение которого лицо содержалось под стражей на территории иностранного государства по запросу об оказании правовой помощи или о выдаче его Российской Федерации в соответствии со ст. 460 УПК РФ. Аналогичное правило действует и в отношении домашнего ареста. В соответствии с ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ "Домашний арест" в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Логика законодателя в данном случае абсолютно понятна - лицу, в отношении которого кроме заключения под стражу также избирались иные меры процессуального принуждения, связанные с лишением или ограничением свободы, последние засчитываются в срок заключения под стражу. Приведенное правило соответствует принципам уголовно-процессуального законодательства и законным интересам подозреваемого, обвиняемого.

Если толковать указанное правило буквально, то получается, что, когда в отношении лица в период следствия избиралось в качестве меры пресечения изначально заключение под стражу, а затем оно заменялось на домашний арест, срок заключения под стражу засчитывается в срок домашнего ареста, и наоборот. Однако это совершенно не означает, что срок домашнего ареста должен засчитываться в срок лишения свободы. Как было разъяснено Пленумом Верховного Суда РФ, правила зачета срока домашнего ареста в срок заключения под стражу (ч. 10 ст. 109 УПК РФ) и наоборот (ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ) применяются для определения времени окончания срока соответствующей меры пресечения <4>, а не для определения срока лишения свободы лица, в отношении которого избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста. Кроме того, судами игнорируется категоричное правило, предусмотренное в ч. 3 ст. 72 УК РФ "Исчисление сроков наказаний и зачет наказания", в соответствии с которым в срок лишения свободы засчитывается исключительно время содержания под стражей до судебного разбирательства из расчета один день за один день.

<4> См.: пункты 20 ("Для правильного установления даты окончания срока содержания под стражей необходимо учитывать положения ч. 10 ст. 109 УПК РФ...") и 41 ("Для правильного установления даты окончания срока домашнего ареста необходимо учитывать положения ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ...") Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2014. N 2.

В этой связи интересен тот факт, что в п. 48 действовавшего ранее Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 января 2007 г. N 2 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" (ред. от 03.12.2013) было разъяснено, что в резолютивной части приговора должно быть указано "решение о зачете времени содержания под стражей в срок лишения свободы, если оно имело место в порядке задержания либо применения меры пресечения или если он помещался в медицинский либо психиатрический стационар" <5>. Как видно, Пленум ничего не говорил о зачете домашнего ареста в срок лишения свободы. Однако в новом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" (ред. от 29.11.2016) <6> появилось диаметрально противоположное разъяснение, согласно которому время домашнего ареста, наравне с временем содержания под стражей, засчитывается в срок лишения свободы. Думается, что причиной появления подобного разъяснения является распространенная практика Верховного Суда РФ и судов общей юрисдикции по зачету времени домашнего ареста в срок лишения свободы.

<5> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. N 4.
<6> См.: абз. 2 п. 57 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2016. N 2.

На фоне подобных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ необходимо отметить, что и Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что УК РФ использует "единый временной масштаб при исчислении срока лишения свободы независимо от того, применяется оно в качестве меры пресечения или наказания. При этом, предусматривая зачет в срок наказания только времени содержания лица под стражей, эта норма уголовного закона (ч. 3 ст. 72 УК РФ. - В.В.) учитывает характер претерпеваемых им ограничений, связанных с данной мерой пресечения, которые сопоставимы с лишением свободы" <7>.

<7> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 25 сентября 2014 г. N 2054-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гвиниашвили Александра Владимировича на нарушение его конституционных прав положением части третьей статьи 72 УК РФ"; Определение Конституционного Суда РФ от 25 сентября 2014 г. N 2225-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кудинова Романа Николаевича на нарушение его конституционных прав положением части третьей статьи 72 УК РФ"; Определение Конституционного Суда РФ от 23 декабря 2014 г. N 2820-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гурьянова Артема Владимировича на нарушение его конституционных прав положением части третьей статьи 72 УК РФ" // СПС "КонсультантПлюс".

Наиболее "странной" видится ситуация, при которой лицу избиралась мера пресечения только в виде домашнего ареста, но суд засчитывал ее время в срок лишения свободы (как в случае с Е. Васильевой). Закономерно возникает вопрос: как зачесть время домашнего ареста в срок заключения под стражу, если заключение под стражу не избиралось как таковое? Зачесть - синоним слова "засчитать", означает принять что-нибудь в счет чего-нибудь <8>. Как можно зачесть что-либо в то, чего не было в природе?

<8> См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 3-е изд., стереотип. М.: Аз, 1996.

Получается, что в вопросе зачета времени домашнего ареста в срок лишения свободы позиция Верховного Суда РФ (Пленума, Президиума и Судебной коллегии по уголовным делам) противоречит позиции Конституционного Суда РФ. Представляется, что более обоснованной и логичной является именно позиция, которой придерживается Конституционный Суд РФ.

Следует упомянуть, что и у позиции, поддерживаемой Верховным Судом РФ, есть в теории свои сторонники. Так, Р.М. Жиляев, В.Б. Первозванский и И.Н. Медведева указывают, что если время домашнего ареста засчитывается в срок заключения под стражу, то должно засчитываться и в срок лишения свободы <9>. При этом указанные авторы признают, что "в ст. 72 УК РФ это правило прямо не предусмотрено" <10>. Повторимся, законодатель, используя в ч. 10 ст. 109 и ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ слово "засчитывается", имеет в виду случаи, когда одна мера пресечения заменялась на другую, а срок одной из них шел в счет другой для определения исключительно ее предельного срока.

<9> См.: Жиляев Р.М., Первозванский В.Б., Медведева И.Н. О некоторых проблемах избрания судами меры пресечения в виде домашнего ареста и путях их решения // Российская юстиция. 2013. N 11. С. 49 - 52.
<10> См.: Там же. С. 49 - 52.

Таким образом, с учетом положений ч. 3 ст. 72 УК РФ, соответствующих решений (определений) Конституционного Суда РФ применение правил, предусмотренных ч. 2.1 ст. 107 и ч. 10 ст. 109 УПК РФ, при определении времени содержания под стражей, подлежащего зачету в срок лишения свободы, представляется не совсем верным. В срок лишения свободы следует засчитывать только время, фактически проведенное в заключении под стражей (в том числе задержание в качестве подозреваемого и принудительное нахождение в медицинской организации), без учета времени, проведенного под домашним арестом.

Литература

  1. Жиляев Р.М. О некоторых проблемах избрания судами меры пресечения в виде домашнего ареста и путях их решения / Р.М. Жиляев, В.Б. Первозванский, И.Н. Медведева // Российская юстиция. 2013. N 11. С. 49 - 52.
  2. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов; под ред. Н.Ю. Шведовой. 3-е изд., стереотип. М.: Аз, 1996. 944 с.