Мудрый Юрист

Конституционное развитие: статика и динамика (к 25-летию основного закона России)

Хабриева Талия Ярулловна, член редсовета журнала "Конституционное и муниципальное право", академик Российской академии наук, действительный член Международной академии сравнительного права, директор Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, заместитель президента Российской академии наук, член Европейской комиссии за демократию через право (Венецианской комиссии Совета Европы), заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор.

В статье анализируется проблема конституционного развития как в свете сложившихся в мировой практике моделей и подходов к преобразованию конституционного регулирования, так и в связи с отечественным опытом конституционных изменений. Специальное внимание уделено необходимости различения таких проявлений конституционного процесса, как "устранение неточностей", "внесение изменений", "реформирование", применительно к конституционному тексту. Это имеет принципиальное значение для идентификации изменений, свидетельствующих о нормальной динамике конституционного регулирования, когда в достаточной мере сбалансированы его статические и динамические проявления, а также изменений, служащих характеристикой дестабилизации конституционного процесса, нарушения его устойчивости.

С учетом юбилейной даты принятия российской Конституции в статье представлены размышления о перспективах ее обновления, анализ существующих инициатив и результатов социологических исследований, иллюстрирующих возрастание уровня общественного запроса на перемены, которые в массовом сознании ассоциируются с изменением Конституции.

Ключевые слова: конституционное развитие, конституционные изменения, конституционная реформа, конституционное регулирование, конституционно-правовая доктрина, Конституция РФ, Основной Закон, конституционное правосудие, правовой мониторинг.

The constitutional development: statics and dynamics (on the 25th anniversary of the Fundamental Law of Russia)

T.Ya. Khabrieva

Khabrieva Taliya Ya., Member of the Editorial Board of the Constitutional and Municipal Law Journal, Member of the Russian Academy of Sciences, Active Member of the International Academy of Comparative Law, Director of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation, Deputy President of the Russian Academy of Sciences, Member of the European Commission for Democracy through Law (the Venice Commission of the Council of Europe), Honored Lawyer of the Russian Federation, Doctor of Law, Professor.

The article analyzes the issue of the constitutional development in view of the models and approaches to reformation of the constitutional regulation established in the world practice and in relation to the national experience of constitutional changes. Increased attention is paid to the need for differentiation of such constitutional process manifestations as elimination of inaccuracies, introduction of changes, reformation in respect of a constitutional text. This is of key importance for the identification of changes evidencing normal constitutional regulation dynamics when its static and dynamic manifestations are duly balanced, and changes serving as characteristics of destabilization of the constitutional process, deterioration of its stability.

Taking into account the anniversary of adoption of the Russian Constitution, the article presents reflections over its update prospects, analyzes the existing initiatives and results of sociological research illustrating the growth of the level of public request for change, which in mass consciousness is associated with the amendment of the Constitution.

Key words: constitutional development, constitutional changes, constitutional reform, constitutional regulation, constitutional law doctrine, the Constitution of the Russian Federation, fundamental law, constitutional justice, legal monitoring.

В преддверии юбилейной даты принятия Конституции РФ с новой силой возобновилась дискуссия по поводу оценки вектора конституционного развития, перспектив уточнения сложившейся модели конституционного процесса и направлений конституционного реформирования <1>.

<1> См., например: Буква и дух Конституции. Валерий Зорькин - о тревожных призывах к кардинальным конституционным реформам // Российская газета. 2018. 9 октября.

С одной стороны, такие вопросы являются частью традиционной повестки обсуждения проблемы функционирования и развития правовой системы в целом и ее основной составляющей - конституционной регуляции.

С другой стороны, учитывая, что речь все же идет об основном систематизирующем правовом акте, определяющем ключевые идеи, "смысловые коды" национального права, любого рода обсуждения возможных изменений требуют самого пристального внимания.

Следует принимать во внимание, что само обсуждение конституционного развития, как правило, не только затрагивает тему внесения отдельных конституционных изменений, но и обозначает проблематику возможности уточнения или даже преобразования концептуальных положений основного закона, отождествляемых с идеями о конституционной идентичности. Нередко такие обсуждения бывают вызваны законодательными предложениями или инициативами, способными сигнализировать о предстоящих изменениях, хотя так же часто случается, что эти "сигналы" оказываются несостоятельными (как, например, в случае законопроектов, нацеленных на регламентацию статуса Конституционного Собрания Российской Федерации <2>).

<2> См., например: проект федерального конституционного закона "О Конституционном Собрании Российской Федерации" N 316307-7. URL: http://sozd.parliament.gov.ru/bill/316307-7.

Кроме того, очевидно, что к вопросам трансформации положений конституционного текста нельзя подходить с той же меркой, что и к изменению обычных норм права. В случае конституционных изменений требуется не только оценка предлагаемых коррективов, в том числе с учетом их системной взаимосвязи с существующими конституционными нормами и идеями, но и комплексное рассмотрение самой конституции, онтологических и аксиологических аспектов ее действия на предмет обеспечения и реализации ее нормативного потенциала по предмету предлагаемых изменений. Приоритетного внимания заслуживает оценка развития ее содержания в свете заложенных в конституции форм толкования при осуществлении конституционного правосудия, конкретизации норм в процессе законотворчества, т.е. рассмотрение способов гибкой трансформации идей и положений Основного Закона.

Важно указать, что основные факторы, определяющие постановку темы развития конституционного текста, можно условно разделить на две группы - собственно правовые, сопряженные с потребностью отдельных (как правило, небольших) коррективов конституционного регулирования в связи с его соотнесением и соизмерением с другими правовыми актами, обладающими аксиологической характеристикой, значимой для конституционного развития, и иные. Последние, не предполагающие в первую очередь в своем содержании правовых оснований и связанные, например, с изменениями социокультурного или экономического уклада жизнедеятельности, чаще обосновывают крупномасштабные конституционные изменения.

Так, В.Е. Чиркин справедливо подчеркивает, что Конституция Российской Федерации "принималась в сложных условиях 1990-х годов, достаточно упомянуть о противоборстве различных сил и "параде суверенитетов". Теперь российское общество и государство существенно изменились, появились новые взгляды и оценки. Поэтому, анализируя нормы Конституции России через четверть века после ее принятия, важно учитывать все эти обстоятельства. Конечно, теперь это делать проще, чем в 1990-е годы. Нужно отдавать должное мудрости законодателей и Конституционного Суда РФ, но необходимо также исправлять неточности" <3>.

<3> Чиркин В.Е. Верна ли терминология о принятии поправок к Конституции Российской Федерации? // Конституционное и муниципальное право. 2018. N 2. С. 3 - 7.

"Неточности", "изменения", "реформы" не только не являются по своему содержанию и значению тождественными формами правового процесса, но, более того, их различение применительно к развитию и преобразованию конституционного текста имеет особенно принципиальное значение. Такое различение позволяет идентифицировать изменения, свидетельствующие о нормальной динамике конституционного регулирования, когда в достаточной мере сбалансированы его статические и динамические проявления, а также изменения, служащие характеристикой дестабилизации конституционного процесса, нарушения его устойчивости.

Тема конституционных изменений и реформирования, как правило, ассоциируется не только с динамикой конституционно-правового развития, но и с возникновением едва ли не новых этапов функционирования конституционного процесса в свете изменения и внесения поправок в конституционное регулирование.

В то же время трактовку изменений, предполагающую такие последствия для конституционного процесса, при которых можно было бы вести речь о новых его проявлениях и тем более этапах функционирования, можно считать справедливой применительно к очень ограниченному кругу случаев подобных изменений.

Изменения конституции, как убеждает современная практика, весьма разнообразны, но при этом лишь часть из них представляет собой конституционную реформу <4>.

<4> См. подробнее: Хабриева Т.Я. Конституционная реформа в современном мире: Монография / Т.Я. Хабриева. М.: Наука РАН, 2016.

Анализ показал, что значительную долю изменений конституций составляют те, которые затрагивают отдельные слова и знаки текстов основных законов (в основном условно именуемые стилистическими). Другой вид довольно многочисленных изменений текстов конституций имеет терминологический характер - они предполагают замену одного термина или терминологического оборота другим, но уже с иным или уточняющим смыслом <5>. Нередко встречаются замена, включение или исключение из конституционного текста положений, конституционных формулировок, понятий, относящихся к определенному конституционно-правовому институту, не касающихся природы самого института <6>. Изменения конституции могут выражаться во включении в текст нового конституционно-правового института, в замене или упразднении ранее существовавшего <7>.

<5> Например, изменение, осуществленное Конституционным законом Австрии от 21 декабря 1994 г. N 1013, когда в связи с вступлением страны в Европейский союз (ЕС) было изменено название австрийского Основного закона. Вместо конституционного закона был принят термин "федеральная Конституция", смысл которого иной, чем конституционный закон, так как последний обычно используется для внесения поправок в Конституцию. Это понимание утвердилось в правосознании народов большинства европейских стран, и Австрия, вступая в ЕС, предпочла использовать общепринятое название.
<6> Например, на протяжении последних десятилетий во многих странах часто изменялся в сторону понижения избирательный возраст для активного избирательного права.
<7> Так, в ходе провозглашенной реформы 2008 г. во Франции произошло изменение института конституционного контроля в связи с введением нового института конституционной жалобы лица на нарушение его конституционных прав и свобод.

Особым видом конституционных изменений является конституционная реформа, которую отличают масштаб и последствия как для современного и развивающегося правового регулирования, так и в целом для системы общественных отношений в орбите конституционного воздействия.

В юридической науке, особенно зарубежной, как и в практике международных организаций, обычно не проводится различий, учитывающих характер конституционных изменений. Не все они приобретают свойства реформы, и большое значение в определении ее необходимых параметров имеет доктрина, которая может обозначить границы вносимых в основной закон изменений, за пределами которых уже можно ставить вопрос о конституционной реформе.

Научный подход требует обобщения разнородных случаев по основаниям, позволяющим привести их к единству. Конституционная реформа характеризуется не одним уникальным признаком, идентифицирующим ее в ряду схожих явлений, не может быть измерена количественными показателями, поэтому важно выявить условия, или критерии, соответствие которым позволит отнести конституционные преобразования к классу конституционных реформ.

Раскрывая свойства конституционной реформы, следует обратить внимание на то, что: 1) ее содержание предполагает создание или видоизменение основных институтов конституционного строя, переустройство государственных органов, развитие конституционного законодательства; 2) закрепляемые и осуществляемые нововведения направлены на обеспечение развития общества. Конституционная реформа выступает как проявление присущей общественной жизни общей тенденции к прогрессу; 3) конституционная реформа должна иметь характер поступательного, поэтапного, эволюционного процесса, противостоящего революционному и радикальному слому институтов и норм преобразуемого строя; она не уничтожает положительных ценностей существующей социальной системы, но серьезно меняет и совершенствует ее структуру в целом и отдельные институты.

На основе обобщения подходов отметим, что конституционной реформой часто признаются принятие новой конституции; изменения, принципиально преобразующие организацию публичной власти; многочисленные изменения, по сути корректирующие концептуальную направленность основного закона.

Важная отличительная особенность реформаторских изменений конституции заключается в том, что они связаны с фундаментальными основами конституционного регулирования, корректировкой сложившихся конституционных моделей.

Поэтому изменение такого рода положений основного закона влечет прерывание конституционной стабильности. Однако такое "прерывание" не всегда следует воспринимать как отрицательное политико-правовое явление, хотя чаще всего оно и имеет негативные последствия для устойчивого и последовательного функционирования права (по крайней мере, в течение некоторого периода времени).

Нередко такие изменения можно трактовать как обоснованные - если назрели условия для обновления основ конституционного строя. В западноевропейской государствоведческой литературе подчеркивается, что принцип стабильности конституции "не должен становиться препятствием там, где необходимы маневренность и поступательное развитие, иначе развитие выйдет за рамки правового поля... Ведь вопрос об изменении конституции возникает только в том случае, когда широта и гибкость конституции уже не позволяют справиться с поставленной задачей" <8>.

<8> Хессе Конрад. Основы конституционного права ФРГ. М.: Юридическая литература, 1981. С. 35.

Некоторые конституционные изменения, по признакам соотносимые с реформированием, вполне укладываются в логику обеспечения конституционной стабильности. Так, актуализация конституционного регулирования, своевременное правовое обеспечение политических, социальных и экономических потребностей согласно их позитивной динамике не только не противоречат, но и составляют одну из сторон конституционной стабильности.

Конституционная стабильность, полагаем, в отдельных случаях может и не нарушаться внесением в конституцию крупных поправок или принятием новых конституций. Так, Конституции РСФСР, сменявшие друг друга, не нарушали конституционной стабильности, поскольку они все исходили из одних и тех же базовых принципов советского строя.

Нереформаторский характер имеют конституционные изменения, которые развивают базовые положения конституции, уточняют их смысл и содержание. Это относится, например, к инициированной Президентом РФ в 2008 г. поправке в Конституцию России о контрольных полномочиях Государственной Думы в отношении Правительства РФ.

Рассматривая проект Конституции Украины в 2008 г., Венецианская комиссия Совета Европы указала, что он обозначен как проект совершенно новой конституции. Однако документ был оценен как достаточно консервативный, основанный на тексте действующего Основного закона. В этих условиях Комиссия отметила необоснованность выбора метода принятия новой Конституции, поскольку изменения можно было бы внести путем поправок в действующую Конституцию, что имеет преимущество в свете символической непрерывности и способствует обеспечению стабильности конституционного порядка. "Конституционная стабильность является важным элементом для достижения стабильности в стране в целом, и никто не должен принимать новую Конституцию как средство" быстрого решения "текущих политических проблем" <9>.

<9> См.: Заключение по проекту конституции Украины (CDL-AD (2008) 015). URL: https://www.venice.coe.int/webforms/documents/?pdf=CDL-AD(2008)015-e.

Тем не менее как объем, так и качество изменений конституционного регулирования всегда можно и следует рассматривать с позиции довольно чувствительной сферы вопросов, учитывая высокий риск нанести ущерб устойчивости основного закона, стабильности и непрерывности конституционного процесса в случае недостаточно обстоятельной оценки и внимания к таким изменениям. Это, в свою очередь, может иметь непоправимые последствия для положительной динамики политико-правового развития, социально-экономической основы функционирования правовой системы.

Нельзя не согласиться с тем, что "устойчивый основной закон страны, к которому постоянно адресуются не только правоведы, но и политики и рядовые граждане, постепенно становится одним из ключевых символов правовой идентичности нации" <10>. В государствах со стабильной конституционной системой конституция приобретает в массовом сознании своего рода сакральный статус. Именно поэтому нации идут на кардинальный пересмотр конституции лишь тогда, когда новая социальная ситуация жестко требует такого пересмотра. Во всех других случаях обходятся локальными поправками либо просто уточняют применительно к меняющимся условиям трактовку базовых конституционных положений <11>. В одном из своих докладов Венецианская комиссия выразила обеспокоенность по поводу слишком частых поправок или попыток внесения изменений в конституцию, так как это может негативно повлиять на конституционную и политическую стабильность. Конституция не может быть изменена в связи с каждым изменением политической ситуации в стране или после формирования нового парламентского большинства <12>.

<10> Зорькин В.Д. Цивилизация права: современный контекст // Журнал конституционного правосудия. 2014. N 5 (41). С. 6.
<11> См.: Там же.
<12> См.: Совместное заключение по проекту Закона "О внесении изменений и дополнений в Конституцию Кыргызской Республики" (COL-AD (2015) 014). URL: https://www.venice.coe.int/webforms/documents/default.aspx?pdffile=CDL-AD(2015)014-rus.

Как следует из вышесказанного, конституционные преобразования неодинаковы, как и их последствия с точки зрения воздействия на содержание сложившихся конституционных моделей и установок, а также на обусловленную ими социально-правовую практику.

Обращаясь к тексту российской Конституции 1993 г., можно заметить, что он неоднократно претерпевал изменения, однако такие изменения в основном имели характер точечных коррективов, уточнений.

Так, большая часть из них - это изменения ст. 65, касающиеся наименования и состава субъектов РФ. Вряд ли в этом случае имеются основания считать, что указанные изменения стали вестниками конституционной реформы, причем даже тогда, когда такие изменения явились проекцией объединения субъектов РФ или принятия в состав Российской Федерации новых субъектов. Несмотря на изменение состава субъекта РФ, подобная возможность была прямо предусмотрена самой Конституцией РФ, той же ч. 2 ст. 65, и реализована в рамках действия общих принципов федеративного устройства государства. Изменение состава субъектов РФ не отразилось на их видах, на системе взаимоотношений федерального центра и регионов, принципах взаимоотношений субъектов РФ между собой. В то же время указанные изменения в совокупности могут составлять элемент длящейся конституционной реформы определенной части государственно-территориального устройства страны.

Изменение срока, на который избираются Президент РФ и Государственная Дума, имевшее место в 2008 г., также вряд ли можно отнести к конституционной реформе, поскольку речь в данном случае не шла об изменении конституционно-правовой формации - система и структура общественных отношений сохранились в прежнем виде. Вряд ли можно считать "реформой" и изменение в 2008 г., усилившее систему контрольных полномочий Государственной Думы в отношении Правительства РФ, хотя результатом поправки в Конституцию РФ стало изменение баланса взаимоотношений между Парламентом РФ и Правительством РФ.

Наиболее масштабными были изменения Конституции РФ в 2014 г. - поправки главным образом коснулись расширения полномочий Президента РФ в отношении формирования состава Совета Федерации, Верховного Суда РФ и прокуратуры РФ. Но едва ли и эти поправки, несмотря на их существенный, можно даже сказать, концептуальный, характер, приближающийся к реформе, носят реформаторский характер. Скорее, речь идет о частичной корректировке действующей конституционной модели организации государственной власти.

Обратим внимание, указанные изменения не касались глав, требующих полного пересмотра российской Конституции. В то же время любые, даже самые незначительные, изменения трех глав (первой, второй и девятой) Основного закона с неизбежностью влекут за собой смену Конституции, обязательно предваряемую созывом Конституционного Собрания, которое может вынести решение о принятии новой Конституции, в том числе посредством референдума.

Такой, можно сказать, аккуратный и бережный подход к вопросу изменения Основного Закона предопределен оценкой Конституции РФ как стратегического документа, задающего вектор политического, экономического, социального, культурного развития, оказывающего регулирующее и ценностно-мировоззренческое воздействие на общественные отношения. В связи с этим сам факт внесения поправок нередко воспринимается как отражение перемен либо нарушение стабильности правопорядка.

Конституция как акт особой юридической природы имеет двойственное значение - она и регулирует общественные отношения, и подготавливает почву для восприятия правосознанием человека и общества тех или иных правовых моделей, которые воплощены не только в ней самой, но и в законодательстве в целом.

Поэтому подходить к вопросу об изменении Конституции необходимо с осторожностью, чтобы избежать постоянных конституционных реформ и неустойчивости правопорядка в государстве. Современная правовая история знает немало примеров того, как нестабильность Конституции в государстве становится "зеркалом" деструктивных, хаотичных общественно-политических процессов <13>.

<13> См. подробнее: Хабриева Т.Я. Конституционная реформа в современном мире. М.: Наука, 2016; Хабриева Т.Я., Чиркин В.Е. Теория современной конституции // Хабриева Т.Я. Избранные труды: В 10 т. М., 2018. Т. 2.

В то же время к размышлениям о перспективах обновления текста российской Конституции приводят и результаты социологических исследований, иллюстрирующие повышение уровня общественного запроса на перемены, которые в массовом сознании ассоциируются с изменением Конституции.

В частности, как показали недавние социологические исследования, проведенные Фондом "Общественное мнение", две трети респондентов высказались в пользу того, что Конституция России нуждается в пересмотре. Респондентам задали вопрос: "Время от времени высказываются и обсуждаются предложения о внесении в Конституцию России различных поправок. Следует или не следует, по вашему мнению, сегодня пересматривать Конституцию, вносить в нее поправки?" Ответ "следует" дали 66% россиян при том, что пять лет назад, в декабре 2013 г., таких было 44%. "Не следует" ответили 20% (в 2013 г. этот показатель составлял 25%). Затруднились ответить 14% (в 2013 г. таких респондентов было 31%) <14>.

<14> Две трети россиян выступают за пересмотр Конституции, показал опрос // РИА Новости. 26 октября 2018 г. URL: https://ria.ru/society/20181026/1531547425.html (дата обращения: 30.10.2018).

Интересно сопоставить эти данные с результатом сходных опросов, проводившихся Фондом ранее. В частности, в 2007 г. примерно каждый второй участник опроса (54%) был склонен относиться к Конституции как к рабочему документу, который необходимо периодически пересматривать, приводя его в соответствие с требованиями времени. В два с половиной раза была меньше доля тех, кто видит в Конституции политико-правовой фундамент общества, который можно подвергать пересмотру только в исключительных случаях (21%). Каждый четвертый респондент (25%) не поддержал ни одну из представленных точек зрения <15>. В 2003 г. половина опрошенных (47%) полагали, что Конституцию нужно пересматривать, вносить в нее изменения, и только пятая часть - что этого делать не следует; треть респондентов (33%) затруднились с ответом <16>.

<15> Отношение к Конституции. Опрос Фонда "Общественное мнение". 13.12.2007. URL: http://bd.fom.ru/report/cat/power/pow_con/d074926 (дата обращения: 30.10.2018).
<16> Отношение к Конституции РФ. Опрос Фонда "Общественное мнение". 18.12.2003. URL: http://bd.fom.ru/report/cat/power/pow_con/dd034934 (дата обращения: 30.10.2018).

Несомненно, к принятию любых мер в этом отношении, в том числе в свете возникающих предложений и опросов, требуется подходить взвешенно и осторожно. Логика рационалистического анализа должна превалировать. В связи с этим особое значение имеют методы научного познания и оценки вопросов конституционного регулирования, а также предложений по их разрешению.

При принятии решений о поправках к Конституции важно неизменно руководствоваться научно обоснованными критериями, учитывающими функционирование институтов конституционного права в условиях проводимых реформ <17>. Однако практика показала, что известные инициативы о поправках или об изменении Конституции РФ опирались (опираются) на экспертные оценки, авторитетные мнения или результаты социологических опросов. По этой причине сложность представляют задачи определения степени объективности, обоснованности высказанных суждений, верификации данных социологических исследований, а также проблема выбора тех из них, на которых следует строить стратегию дальнейшего конституционного развития страны.

<17> См. подробнее: Хабриева Т.Я. Современный мир и Конституция // Конституция Российской Федерации: от образа будущего к реальности (к 20-летию Основного Закона России): Монография / Под ред. Т.Я. Хабриевой. М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, ИД "Юриспруденция", 2014. С. 12 - 13.

Отдавая должное опыту экспертов и ценности достижений практической социологии, считаем, что в процессе принятия такого рода решений необходимо использовать и другие инструменты, позволяющие обеспечить объективность и достоверность выводов, обоснованность конкретных правотворческих инициатив.

Одним из таких инструментов может стать правовой мониторинг, проведение которого на постоянной основе в отношении такого объекта, как Конституция РФ, способно сыграть существенную роль в деле обеспечения ее реального действия, стабильности и необходимой динамики, а также правовой охраны, в частности, от преждевременных или непроработанных изменений.

Этот тезис актуален не только для России. Осознание инструментальной ценности мониторинговых исследований в конституционно-правовой сфере демонстрируют и ученые (их коллективы) <18>, и различные организации <19>. Есть основания полагать, что создание и применение этого инструмента, встраивание его в механизм конституционного правообразования <20> и, возможно, конституционного контроля, формирование многоуровневой системы мониторинга конституции (включающей как национальный, так и наднациональный уровни) в ближайшем будущем станет одним из новых трендов глобального конституционного развития, а в перспективе - неотъемлемым элементом конституционного правопорядка, конституционной законности, конституционализма в целом <21>.

<18> См., например: Конституционный мониторинг: Концепция, методика и итоги экспертного опроса в России в марте 2013 года / Под ред. А.Н. Медушевского. М.: Институт права и публичной политики, 2014.
<19> Оценка по странам индекса верховенства права, проведенная Домом свободы США (URL: https://freedomhouse.org/search/search-page/l/0/index%20of%20rule%20of%20law), а также Всемирным проектом правосудия (The World Justice Project) в 2010 - 2018 гг. (URL: https://worldjusticeproject.org/our-work/wjp-rule-law-index/previous-editions-wjp-rule-law-index).
<20> См. подробнее: Дерхо Д.С. Конституционный мониторинг в механизме конституционного правообразования // Евразийский юридический журнал. 2014. N 10 (77). С. 108 - 114.
<21> По мнению Г.Г. Арутюняна, конституционный мониторинг способен превратиться в элемент конституционного строя (см.: Арутюнян Г.Г. Конституционный мониторинг как гарантия преодоления дефицита конституционализма (концептуальные подходы): Доклад на Ереванской международной конференции 22 октября 2016 г. URL: http://www.concourt.am/armenian/structure/president/articles/yerevan_conf2016_ru.pdf).

Полагаем, что тема мониторинга Конституции требует специального внимания в свете обсуждения вопросов конституционного развития и перспективности конституционного реформирования <22>.

<22> Отметим, что идея мониторинга Конституции была выдвинута и обоснована учеными Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации еще в 2008 г., последовательно разрабатывалась в последующие годы в рамках одного из научных направлений института - правового мониторинга и применялась в ходе проведения конкретных фундаментальных и прикладных исследований. См.: Черногор Н.Н. Мониторинг конституции: постановка проблемы // Законодательство и экономика 2008. N 11. С. 49 - 52; Он же. Мониторинг конституции и его инструментальная роль // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2008. N 12. С. 37 - 43; и др.

Несомненно, трудно ожидать, что Конституция РФ останется абсолютно незыблемой в процессе трансформации российского правопорядка в условиях сложности современных вызовов и сохранения общественного запроса на перемены. В то же время нельзя не учитывать, что любая реформа Конституции прямым и косвенным образом влияет на целый спектр общественных отношений, государственных и правовых институтов. Нередко это достаточно дорогостоящее мероприятие, что также необходимо учитывать, в связи с чем конституционная реформа может быть не всегда оправданной, особенно в непростых экономических условиях, при которых стабильность и предсказуемость правового регулирования приобретают принципиальное значение. Кроме того, 25 лет для столь фундаментального, основополагающего документа, как Конституция, - небольшой срок по историческим меркам.

Взвешенной и сбалансированной, отвечающей интересам современного государственно-правового развития России представляется позиция правоведов, которые допускают возможность точечных изменений Конституции и, таким образом, адаптации ее текста к меняющимся социально-правовым реалиям в рамках принятой в мировой конституционной практике доктрины "живой Конституции" <23>.

<23> См.: Буква и дух Конституции. Валерий Зорькин - о тревожных призывах к кардинальным конституционным реформам.

К сказанному, полагаем, можно добавить, что способы трансформации Конституции и конституционного правопорядка с учетом потребностей бережного развития конституционных норм и обеспечения устойчивости конституционного процесса первоочередным образом следует связывать с обращением к средствам конституционного правосудия, правоприменительной практики. В этом во многом и выражен феномен конституционной реформы без заметной коррекции юридического текста. В правовой литературе подобные преобразования Конституции рассматриваются как "изменения, которые оставляют ее текст в прежнем виде и вызываются фактами, не связанными непременно с намерением произвести такое изменение, или с сознанием, что последнее обязательно произойдет" <24>.

<24> Еллинек Г. Конституции, их изменения и преобразования / Пер. с нем. Б.А. Кистяковского. СПб.: Изд. юрид. кн. скл. "Право", 1907. С. 5.

Напомним, что принятие в 1993 г. Конституции РФ ознаменовало новый этап конституционного строительства, сопровождавшегося не только фундаментальными правовыми и государственными преобразованиями, но и глубокими мировоззренческими изменениями. Конституция отразила лучшие достижения конституционной мысли и практики, развивающих общемировые тенденции конституционного строительства, закрепила многие базовые ценности, выработанные многовековым опытом человечества и конституционализма.

Это позволило сформировать самобытную модель конституционного регулирования, доказавшую свою эффективность в условиях глобализации и масштабных кризисов, выйти на передовые позиции мирового конституционного развития. Новый Основной закон на десятилетия определил вектор развития российской государственности, заложил основу современного российского конституционализма, обеспечил новое качество эволюции правовой системы страны.

Юбилейная дата принятия Конституции РФ является серьезным поводом для осмысления с позиций современного научного знания изменившихся мировоззрения, философских и жизненных смыслов не только самого Основного Закона, его роли и значения в жизни российского общества, но и сформированной благодаря ему самобытной модели конституционного регулирования, доказавшей свою жизнеспособность и эффективность.

Потребность в таком осмыслении продиктована современными процессами и тенденциями, в том числе имеющими технологическую обусловленность.

Обратим внимание на одно наблюдение, выраженное в философской литературе, согласно которому технологические инновации во многом лишены социогуманитарного содержания <25>. Это действительно важное замечание для понимания возрастающей в сегодняшних условиях роли права. Оно заставляет задуматься о смене приоритетов в рамках оценки и переосмысления юридической ценности базовых идей права. Юристы по-прежнему соизмеряют идеи индивидуализма и коллективизма в контексте проблем обеспечения социальной справедливости и правовой идентичности, размышляют о моделях их синтеза, заняты поиском или конструированием оптимальных моделей, способных обеспечить конституционную идентичность государства, обращаясь к идеям солидаризма <26>. Позволим себе усомниться в перспективности такого рода изысканий.

<25> Аршинов В.И., Буданов В.Г. Парадигма сложностности и социогуманитарные проекции конвергентных технологий // Вопросы философии. 2016. N 1. С. 59 - 70.
<26> См.: Зорькин В.Д. Справедливость - императив цивилизации права // Российская газета. 2018. 9 октября.

Современные цивилизационные трансформации обусловливают выдвижение на первый план идей гуманизма и трансгуманизма, их борьбу и согласование. Вероятно, именно здесь надо искать истоки формирования новых правовых ценностей. До тех пор пока они не найдены, основой права должно оставаться его понимание как всеобщей нормы равенства для всех (как это повелось еще с эпохи Ренессанса, Реформации и Просвещения, сформулировавшей идею права как рациональную картину мира, в котором демократическим образом уравновешены различные социальные силы) <27>.

<27> Выступление В.С. Степина на пленарном заседании XIII Международной школы-практикума молодых ученых-юристов "Право в условиях цифровой реальности" (Москва, ИЗиСП, 6 июня 2018 г.). URL: http://www.izak.ru/institute/events/obzor-pervogo-dnya-xiii-mezhdunarodnoy-shkoly-praktikuma-molodykh-uchenykh-yuristov-pravo-v-usloviya/.

В заключение еще раз подчеркнем, что Конституция, заключая в себе основные цивилизационно-правовые ценности, по своей природе все же подвержена изменениям. Однако принципиально важно, чтобы эти изменения были направлены на поступательное развитие и происходили эволюционно. В решении этой задачи видится миссия и конституционно-правовой доктрины, позволяющей на системной научно-правовой основе обеспечивать последовательное и устойчивое развитие конституционно-правовой практики.

Литература

  1. Арутюнян Г.Г. Конституционный мониторинг как гарантия преодоления дефицита конституционализма (концептуальные подходы). Доклад на Ереванской международной конференции 22 октября 2016 г. / Г.Г. Арутюнян. URL: http://www.concourt.am/armenian/structure/president/articles/yerevan_conf2016_ru.pdf.
  2. Аршинов В.И. Парадигма сложностности и социогуманитарные проекции конвергентных технологий / В.И. Аршинов, В.Г. Буданов // Вопросы философии. 2016. N 1. С. 59 - 70.
  3. Дерхо Д.С. Конституционный мониторинг в механизме конституционного правообразования / Д.С. Дерхо // Евразийский юридический журнал. 2014. N 10 (77). С. 108 - 114.
  4. Еллинек Г. Конституции, их изменения и преобразования / Г. Еллинек; пер. с нем. Б.А. Кистяковского. СПб.: Изд. юрид. кн. скл. "Право", 1907. 96 с.
  5. Зорькин В. Буква и дух Конституции. Валерий Зорькин - о тревожных призывах к кардинальным конституционным реформам / В. Зорькин // Российская газета. 2018. 9 октября.
  6. Зорькин В.Д. Справедливость - императив цивилизации права / В.Д. Зорькин. URL: http://www.ksrf.ru/ru/News/Speech/Pages/ViewItem.aspx?ParamId=85.
  7. Зорькин В.Д. Цивилизация права: современный контекст / В.Д. Зорькин // Журнал конституционного правосудия. 2014. N 5. С. 1 - 15.
  8. Конституционный мониторинг: Концепция, методика и итоги экспертного опроса в России в марте 2013 года / Под ред. А.Н. Медушевского. М.: Институт права и публичной политики, 2014. 183 с.
  9. Хабриева Т.Я. Конституционная реформа в современном мире: Монография / Т.Я. Хабриева. М.: Наука, 2016. 318 с.
  10. Хабриева Т.Я. Современный мир и Конституция / Т.Я. Хабриева // Конституция Российской Федерации: от образа будущего к реальности (к 20-летию Основного Закона России): Монография / Под ред. Т.Я. Хабриевой. М.: Юриспруденция, 2014. 585 с.
  11. Хабриева Т.Я., Чиркин В.Е. Теория современной конституции // Хабриева Т.Я. Избранные труды: В 10 т. М., 2018. Т. 2.
  12. Хессе К. Основы конституционного права ФРГ / К. Хессе. М.: Юридическая литература, 1981. 368 с.
  13. Черногор Н.Н. Мониторинг конституции: постановка проблемы / Н.Н. Черногор // Законодательство и экономика. 2008. N 11. С. 49 - 52.
  14. Чиркин В.Е. Верна ли терминология о принятии поправок к Конституции Российской Федерации? / В.Е. Чиркин // Конституционное и муниципальное право. 2018. N 2. С. 3 - 7.