Мудрый Юрист

Автоматический зачет взаимных требований: мировой опыт и положения гражданского кодекса РФ

Белов Вадим Анатольевич, профессор кафедры коммерческого права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор юридических наук.

Хорошо известно, что правила ст. ст. 410 - 412 ГК РФ определяют условия, при которых зачет может быть совершен по заявлению одной стороны. Общепризнанным является мнение, согласно которому при отсутствии хотя бы одного из таких условий зачет может быть совершен только по договору. Однако изучение норм ГК РФ свидетельствует о наличии в нем ряда примеров и иного рода, а именно случаев совершения зачета взаимных требований автоматически, также называемого зачетом ipso jure (в силу закона). В настоящей статье эти нормы выявляются и анализируются; в результате выясняется, что они достаточно многочисленны и содержательны для того, чтобы путем индуктивного обобщения имеющихся в них положений сформулировать ряд закономерностей и выводов, свидетельствующих о существовании у нас зачета ipso jure как особого юридического института, пока не только совершенно не исследованного, но и, кажется, впервые открытого.

Ключевые слова: зачет взаимных требований, автоматический зачет, односторонний зачет, договорный зачет, судебный зачет.

Automatic Offset of Mutual Claims: Global Experience and Provisions of the Civil Code of the Russian Federation

V.A. Belov

Belov Vadim, Professor at Business Law Department of the Law Faculty of Lomonosov Moscow State University, Doctor of Laws.

It is well known that the rules of art. 410 - 412 of the Civil Code of the Russian Federation determine the conditions under which an offset may be made at the request of one party. It is generally recognized that, in the absence of even one of these conditions, the offset may be made only by contract. However, the study of the norms of the Civil Code of the Russian Federation testifies to the presence in it of a number of examples of a different kind, namely, cases when mutual claims are set off automatically, also called ipso jure offset (by law). In this article, these norms are identified and analyzed; as a result, it turns out that they are sufficiently numerous and meaningful that by inductively summarizing the provisions they contain, they form a number of regularities and conclusions indicating that we have an ipso jure offset as a special legal institution that is not only completely unexplored, but also, it seems, just now discovered.

Key words: offset of mutual claims, automatic offset, unilateral offset, contract offset, court offset.

Предметом настоящей статьи является зачет в силу закона, или автоматический зачет <1> по современному российскому частному праву. Зная о всеобщей убежденности в том, что ничего подобного у нас (в России) не существует <2>, необходимо сказать два слова о том, как вообще мы пришли к противоположной мысли.

<1> Напрашивается, конечно, и такой (краткий и точный) вариант обозначения, как "зачет автоматом". Но он, очевидно, способен ввести по крайней мере студенческую часть читательской аудитории в заблуждение, а потому мы решили воздержаться от его использования.
<2> Почти всеобщей является убежденность также и в том, что (а) автоматического зачета в России не только не существует сейчас, но и не существовало никогда (б) и во всем остальном мире автоматический зачет также почти не встречается. Соответствуют ли эти мнения действительности, или перед нами очередные юридические мифы, мы выясним по ходу настоящей статьи.

Изучая многочисленные поправки, недавно внесенные в нормы ГК РФ по вопросам финансовых сделок, мы обратили внимание на предписание п. 3 ст. 860.13, согласно которому право выплаты денежных средств, депонированных для бенефициара на публичном депозитном счете, а также их возврат депоненту "осуществляется с учетом (здесь и далее в цитатах выделено нами. - В.Б.) уплаченных или подлежащих уплате банком процентов за период с момента поступления депонированных денежных средств на публичный депозитный счет до их выплаты бенефициару или возврата депоненту за вычетом вознаграждения, причитающегося банку по договору публичного депозитного счета". ГК РФ специально не определил, какой именно смысл он вкладывает в словосочетание "за вычетом", но по контексту его можно установить: Кодекс имеет в виду, что причитающиеся по счету проценты банк обязан платить (а его контрагент вправе получить) не целиком в полной сумме, но лишь в некоторой ее части. В какой же? В части, рассчитанной путем уменьшения банком той суммы, которая причитается к выплате (суммы долга) определенному лицу, на ту сумму, которая причитается к получению им (сумму встречного требования) с этого же самого лица. При этом встречное требование должно возникнуть по особому, прямо и точно установленному в законе основанию: оно должно быть требованием об уплате вознаграждения по договору публичного депозитного счета.

Казалось бы, и что тут такого? Разве ГК не имеет в данном случае в виду зачет в одном из классических смыслов, вкладываемых в это понятие, - зачет односторонне-сделочный (ст. ст. 410 - 412), или договорный <3>? Полагаем, что нет. Почему же? Потому что комментируемая норма сформулирована так, что не оставляет выбора, принципиально лишая банк возможности заплатить, а его контрагента - получить набежавшие по счету проценты в полной сумме. Без вычета причитающегося банку вознаграждения проценты по публичному депозитному счету уплатить нельзя - только за предварительным (предшествующим уплате) вычетом такового, и никак иначе <4>!

<3> Договорный зачет, как известно, ГК РФ не регулируется, но случаи его совершения в практике встречаются, а возможность совершения никем не оспаривается.
<4> Может несколько смутить кажущаяся наличествующей в комментируемой норме альтернатива: выплата сумм с публичного депозитного счета "осуществляется с учетом уплаченных (здесь и далее в цитатах выделено нами. - В.Б.) или подлежащих уплате банком процентов... за вычетом вознаграждения" и т.д. Но если норму прочесть внимательно, то станет ясно, что предметом этой альтернативы являются не проценты (по публичному депозитному счету) и вознаграждение (по договору такого счета), а проценты и сумма, подлежащая выдаче с публичного депозитного счета (сумма основного долга банка перед своим клиентом - владельцем счета). Говоря об уплаченных процентах, п. 3 ст. 860.13 ГК РФ в любом случае имеет в виду проценты, уменьшенные на сумму банковского вознаграждения, - хоть "подлежащие уплате", хоть "уже уплаченные".

Классический зачет - хоть путем односторонней сделки, хоть путем договора - следствие реализации общегражданской способности к производству зачета встречных требований, которой обладает всякий кредитор, по крайней мере по общему правилу. Реализация элементов гражданской правоспособности всегда является предметом свободного усмотрения ее обладателя. Иными словами, классический (волевой) зачет всегда составляет предмет юридической возможности, но не неизбежности: тот, за кем признана способность к производству зачета известных требований, вправе ею воспользоваться и, инициировав зачет, произвести таковой, но вправе этого и не делать. Кредитору - обладателю требования, встречного по отношению к требованию, обращенному к нему (основному), всегда принадлежит возможность решения, выбора: выйти с почином (инициативой) производства зачета или воздержаться от этого. Что же касается нормы п. 3 ст. 860.13 ГК РФ, то она, как уже говорилось, возможности такого выбора банку не оставляет: хочет банк или нет, но он юридически не может (не имеет права) заплатить больше той разницы, которая образуется между суммой его долга по процентам и суммой его требования об уплате вознаграждения; соответственно, владелец счета не может более этой разницы требовать, а бенефициар или депонент - получить <5>.

КонсультантПлюс: примечание.

Монография В.А. Белова "Что изменилось в Гражданском кодексе?: Практическое пособие" включена в информационный банк согласно публикации - Юрайт, 2014.

<5> Такова особенность конструкции договора публичного депозитного счета, воплощенной в нормах ст. ст. 860.11 - 860.15 ГК РФ: банк, ведущий таковой, состоит в юридических отношениях только со своим контрагентом по договору названного счета (владельцем счета), но не с лицами, вносящими на него денежные средства (депонентами), и не с лицами, их получающими (бенефициарами), - они состоят в правоотношениях с владельцем счета, а по отношению к банку являются третьими лицами - адресатами исполнения (подробнее см.: Белов В.А. Что изменилось в Гражданском кодексе? 3-е изд. М., 2018. С. 242 - 243). Если бы п. 3 ст. 860.13 ГК РФ имел в виду тот или другой вариант классического ("волевого") зачета, он должен был бы акцентировать внимание не на фактическом движении денег (выдаче их адресату исполнения - депоненту или бенефициару), а на юридической стороне такого движения, т.е. на отношениях банка с владельцем публичного депозитного счета - его кредитором по требованию об уплате процентов и его же должником по требованию об уплате вознаграждения за ведение счета и производство операций по нему.

Конечно, п. 3 ст. 860.13 ГК РФ имеет и еще одно подспудное, не сразу очевидное юридическое значение: помимо своего основного эффекта, разбираемого в настоящей статье, он производит и еще один, побочный - подчеркивает отсутствие способности к производству зачета требований по договору публичного депозитного счета у его владельца, бенефициара и депонента и наличие такой способности только у банка. Может быть, именно в этом и заключается смысл комментируемой нормы, а тот (более глубокий), что в ней углядели мы (автоматический зачет), является плодом нашей фантазии, попыткой выдать желаемое за действительное?

Изучение Кодекса показывает, что если бы это было так, если бы законодатель имел в виду простое ограничение способности к совершению зачета, т.е. ее признание в данном случае за одним только банком, ведущим публичный депозитный счет с отобранием таковой у владельца счета, бенефициаров и депонентов, то он бы выразился иначе. Например, так, как он это сделал в абз. 2 п. 5 ст. 503, абз. 4 и 7 п. 1 ст. 612, п. 4 ст. 831, ст. 832, ст. 853, п. 5 ст. 875, п. 4 ст. 954, ст. 997, абз. 2 и 4 п. 4 ст. 1243 ГК РФ, т.е. сказал бы о том, что соответствующий субъект "в соответствии со ст. 410 [!] вправе удержать" из суммы, причитающейся к выплате известному лицу, сумму, причитающуюся с него же к получению; "вправе зачесть (предъявить к зачету)" (свои встречные требования) и т.п. Вправе удержать (т.е. произвести зачет), но вправе этого и не делать - не удерживать (т.е. зачета не производить) <6>.

<6> Словосочетание "вправе зачесть" (удержать, вычесть, уменьшить и т.д.) указывает на волевой (односторонний, договорный или судебный) зачет, ибо говорит о действии, существо которого передается глаголом "зачесть" (удержать и т.д.); но выражение типа "вправе требовать с зачетом" (или "обязан уплатить с зачетом") описывает совсем другую ситуацию: в ней кредитор требует, должник уплачивает, а зачет... происходит безотносительно к их действиям, сам по себе. Им ничего не остается, кроме как принять результат такого зачета к сведению, дабы не ошибиться с определением суммы требования (долга).

В ситуации, описанной в п. 3 ст. 860.13 ГК РФ, такого права выбора у банка нет: он не может правой рукой платить проценты по договору публичного депозитного счета, а левой рукой собирать вознаграждение за ведение этого счета и совершение операций по нему. Левая рука банка всегда должна знать о том, что делает правая, и наоборот; соответственно, уплатить проценты банк может только в виде сальдо - разницы между суммой набежавших процентов и суммой причитающегося ему за счет данного конкретного получателя денежных средств вознаграждения. Спрашивается: как в данном случае могла бы образоваться такая разница, если одного из противостоящих друг другу контрагентов (банк) закон прямо лишил права выбора, производить зачет или нет, а другой контрагент (хоть владелец счета, хоть получатель денег) такой возможности просто не имел? Мыслим единственный ответ: такая разница могла бы образоваться только в результате зачета, происходящего автоматически, или, как говорят цивилисты, в силу закона (ipso jure) <7>.

<7> О недостаточной ясности значения выражения ipso jure, впервые употребленного применительно к зачету в узаконениях императора Юстиниана, и проистекшем отсюда недоразумении см.: Пляниоль М. Курс французского гражданского права. Ч. 1. Теория об обязательствах / Пер. с фр. В.Ю. Гартмана. Петроков, 1911. С. 116 - 111.

Нужно заметить, что последнее выражение, понимаемое строго буквально, никак нельзя признать эталоном точности. Частные субъективные права и юридические обязанности возникают, изменяются и прекращаются не в силу закона, а в силу наступления указанных в нем фактических обстоятельств - юридических фактов; в разбираемом случае таковыми являются, с одной стороны, пользование (в течение известного времени) денежными средствами, которые зачислены на публичный депозитный счет и причитаются к выплате известному лицу, с другой - оказание определенных услуг, подлежащих по условиям договора публичного депозитного счета вознаграждению. Первый юридический факт (пользование денежными средствами) становится основанием возникновения долга банка перед владельцем счета по уплате процентов; второй (оказание услуг по счету) - основанием возникновения требования банка к владельцу счета об уплате вознаграждения за оказанные услуги. Наступление любого из этих фактов в период существования правоотношений, порожденных противостоящим фактом, т.е. самое образование возможности или почвы для зачета, возникновение его предметов (встречных требований указанных в законе типов (видов)), автоматически (немедленно) приводит при равенстве сумм к их полному, а при неравенстве - к частичному прекращению.

Итак, выражение "за вычетом" суммы, причитающейся к получению (вознаграждения за услуги), из суммы, причитающейся к уплате (процентов за пользование денежными средствами на счете), употребленное в п. 3 ст. 860.13 ГК РФ, должно толковаться как означающее "за автоматическим зачетом".

Автоматический зачет как правовой институт не является ни открытием, ни откровением. Хотя еще в 1914 г. Н.Г. Вавин писал, что "не останавливается на обосновании зачета, происходящего силой закона, так как эта форма зачета новейшими законодательствами [судя по всему, им имелись в виду Германское гражданское уложение 1898 г. и Швейцарский обязательственный закон в ред. 1911 г.] отвергнута. Нет ее и в проекте русского Гражданского уложения" <8>, в литературе и в настоящее время отмечается, что "прекращение обязательств зачетом автоматически - на основании закона, при условии лишь наступления обстоятельств, при которых зачет возможен" - по-прежнему характерно для романских стран (Франции, Бельгии, Люксембурга) <9>.

<8> Вавин Н.Г. Зачет обязательств. 2-е изд. М., 1914. С. 10, сноска.
<9> Бевзенко Р.С., Фахретдинов Т.Р. Зачет в гражданском праве: опыт исследования теоретической конструкции и обобщения судебной практики. М., 2006. С. 102.

Это действительно так. Классикой жанра в этом отношении считаются ст. ст. 1289 и 1290 Французского гражданского кодекса (ФГК), гласившие: "1289. Если два лица являются оба должниками друг друга, то между ними происходит зачет, погашающий оба долга, в порядке и в случаях, указанных ниже"; "1290. Зачет происходит без обращения к суду (de plein droit), непосредственно в силу закона, даже без ведома должников; оба долга погашаются взаимно в тот момент, когда они оказываются одновременно существующими, в размере той части, в которой они существуют обоюдно" <10>. Идентичные ст. ст. 1285 и 1286 содержались в Гражданском уложении Королевства Италия от 25 июня 1865 г. <11>. В некоторых кодексах они содержатся и по сей день <12>. Наконец, нужно принять во внимание наличие примерно двух десятков кодексов, самостоятельных по форме, но содержательно основанных на положения классического ФГК <13>. Впрочем, посвященная зачету ст. 1347 ныне действующей редакции ФГК (с учетом изменений, внесенных Ордонансом от 10.02.2016 N 2016-131) отходит от французской же традиции, постановляя, что "зачет - это одновременное прекращение взаимных обязательств двух лиц. Зачет происходит при условии заявления о нем в момент возникновения конкурирующих [встречных] требований, соответствующих условиям [перечисляемым в нижеследующих статьях]" <14>.

<10> Французский гражданский кодекс 1804 г. с позднейшими изменениями до 1939 г. / Пер. И.С. Перетерского. М., 1941. С. 285, 285 - 286.
<11> "1285. Когда два лица взаимно должны один другому, то между ними имеет место зачет долгов, погашающий оба долга в порядке и в случаях, ниже сего определенных"; "1286. Зачет долгов делается в силу закона и даже без ведома должников в самый момент одновременного существования двух долгов, взаимно погашающихся в соответствующих количествах" (Гражданское уложение Итальянского королевства и русские гражданские законы: опыт сравнительного изучения системы законодательства С.И. Зарудного. СПб., 1869. С. 331).
<12> Например, в ГК Королевства Бельгия от 3 сентября 1807 г., где эти статьи фигурируют под теми же номерами и с тем же содержанием, что и в классическом варианте ФГК, см.: Code Civil [Belgium]: textes en vigueur au 1er avril 2008 / par D. Philippe, D. Dehasse, A. Lilien. 6e Bruxelles, 2008. P. 189.
<13> Пример - ГК Республики Алжир от 26 сентября 1975 г. (ст. 300); см.: Algerian Code Civil: texte du code mis jour et jurisprudence. Alger, 2002. Р. 98 - 99.
<14> "La compensation est l'extinction d'obligations entre deux personnes. Elle , sous , due concurrence, la date ses conditions se trouvent ". Здесь и далее перевод автора, если не указано иное. - Прим. ред.

Однако ст. 1241 и ч. 1 ст. 1242 ГК Итальянской Республики от 16 марта 1942 г. N 262 по-прежнему предусматривают, что, "когда два лица являются должниками друг друга, их долги считаются погашенными в соответствии с правилами далее установленных статей (2917)", и при этом "[з]ачет происходит в первый же день сосуществования двух долгов, безотносительно наличия о том решения суда" <15>.

<15> "Quando due persone sono obbligate l'una verso l'altra, i due debiti si estinguono per le corrispondenti, secondo le norme degli articoli che seguono (2917)"; "La compensazione estingue i due debiti dal giorno della loro coesistenza. Il giudice non rilevarla d'ufficio". URL: http://www.jus.unitn.it/cardozo/Obiter_Dictum/codciv/.

Им вторят ст. ст. 1195 и 1202 ГК Королевства Испания от 24 июля 1889 г.: "Будет иметь место зачет, если два лица, действуя от собственного имени, являются взаимными кредиторами и должниками друг от друга"; "Зачет погашает оба долга в совпадающей сумме, даже если кредиторы и должники не осведомлены об этом" <16>.

<16> " lugar la cuando dos personas, por derecho propio, sean acreedoras y deudoras la una de la otra"; "El efecto de la es extinguir una y otra deuda en la cantidad concurrente, aunque no tengan conocimiento de ella los acreedores y deudores". URL: http://civil.udg.es/normacivil/estatal/CC/4T1C4.htm.

В том или другом виде эти статьи воспроизводятся во всех (!) кодексах испаноговорящих стран, т.е. всех стран Центральной и почти всех (кроме Бразилии) стран Южной Америки, - а ведь это более двух десятков (!) стран и кодексов.

Кстати, выпадение ГК Федеративной Республики Бразилия от 10 января 2002 г. из общего ряда испаноязычных кодексов не мешает ему в прямое отступление от своего прототипа (ГК Португалии 1966 г.) закрепить в ст. ст. 368 - 371, 375 ряд общих правил об автоматическом (!) зачете: "Как только два лица сделаются кредиторами и должниками друг друга, их обязательства прекратятся в совпадающей сумме. Предметом такого [законного] зачета становятся чистые денежные долги и долги, состоящие в заменимых вещах. Хотя бы предметами взаимных долгов и были вещи, определяемые родовыми признаками, принадлежащими к одному и тому же роду, [законного] зачета не произойдет, если договором установлены разные требования к их качеству. <...> Вообще [законный] зачет не состоится там, где стороны по взаимному согласию исключат его возможность или одна из сторон предварительно возразит против него в письменной форме" <17>.

<17> "Se duas pessoas forem ao mesmo tempo credor e devedor uma da outra, as duas extinguem-se, onde se compensarem. A efetua-se entre , vencidas e de coisas . Embora sejam do mesmo as coisas , objeto das duas , se , verificando-se que diferem na qualidade, quando especificada no contrato. <...> quando as partes, por acordo, a , ou no caso de de uma delas". URL: http://www.planalto.gov.br/CCivil_03/LEIS/2002/L10406.htm.

Несколько неожиданной известностью и не вполне объяснимой популярностью в нашей стране пользуется ГК канадской провинции Квебек от 4 июня 1991 г., ст. 1672 и ч. 1 ст. 1673 которого постановляют, что, "если два лица являются взаимно должниками и кредиторами друг друга, долги, которыми они связаны, погашаются зачетом в пределах суммы меньшего долга"; при этом "зачет осуществляется в силу закона в отношении одновременно существующих долгов, которые являются взаимно определенными, ликвидными и подлежащими взысканию и предметом которых является денежная сумма или определенное количество заменимых вещей одного рода" <18>.

<18> Гражданский кодекс Квебека / Пер. Г.Е. Авилова, М.В. Боряк, Д.А. Гришина и др.; под науч. ред. О.М. Козырь, А.А. Маковской. М., 1999. С. 258.

Ничем не хуже в интересующем нас отношении и ГК американского штата Луизиана от 10 сентября 2011 г., согласно ст. 1893 которого "зачет имеет место в силу самого закона в тех случаях, когда два лица обязаны друг другу денежными суммами или количествами заменимых вещей одного и того же рода в натуре, в результате чего долги в этих суммах или количествах считаются прекращенными должным образом. В подобном случае зачет прекращает оба обязательства в сумме наименьшего из них. Предоставление отсрочки зачету не препятствует" <19>.

<19> "Compensation takes place by operation of law when two persons owe to each other sums of money or quantities of fungible things identical in kind, and these sums or quantities are liquidated and presently due. In such a case, compensation extinguishes both obligations to the extent of the lesser amount. Delays of grace do not prevent compensation". URL: https://sites.google.com/site/thelouisianacivilcode/article-1893.

Из новейших кодификаций весьма интересен ГК Республики Румынии от 17 июля 2009 г., ст. ст. 1616 и 1617 которого предусматривают: "Взаимные долги погашаются путем зачета в сумме наименьшего из них"; "(1) Зачет производит действие сразу же, как только будут налицо два бесспорных долга, ликвидных и подлежащих оплате, независимо от их происхождения, лишь бы они имели своим предметом денежные суммы или некоторое количество заменимых вещей одного и того же вида. (2) Сторона вправе требовать взыскания долга через суд, дабы препятствовать зачету. (3) Любая сторона может отказаться от зачета прямым либо подразумеваемым образом" <20>.

<20> "Datoriile reciproce se sting prin la celei mai mici dintre eie"; "(1) Compensatia de plin drept de ce datorii certe, lichide exigibile, oricare ar fi izvorul lor, care au ca obiect o de bani sau o cantitate de bunuri fungibile de aceeasi . (2) O parte poate cere lichidarea a unei datorii pentru a putea opune . (3) Oricare dintre poate renunta, mod expres ori tacit, la " (Monitorul Oficial al . R.I. Legi, de crete, alte acte. 2009 (Anul 177 (XXI)), 24 iulie (Nr. 511)).

Ну и несколько примеров законоположений совсем уж экзотических стран.

Согласно ст. 409 ГК Республики Ирак от 8 сентября 1951 г. "(1) Зачет может быть либо неизбежным (обязательным), осуществляемым в силу закона, либо добровольным, осуществляемым по взаимному согласию должников (которые обязаны друг другу). (2) Обязательный зачет имеет место в отношении двух долгов одного и того же вида, содержания (характеристик), даты погашения, преимуществ и возражений; соблюдение перечисленных условий не требуется для осуществления добровольного зачета; если два долга принадлежат к различным видам, имеют разные характеристики или сроки погашения, один из которых наступил, а другой нет, или когда один долг бесспорный, а другой спорный, то такие долги подлежат зачету не иначе как по взаимному согласию должников, хотя бы их долги и возникли из одного и того же основания" <21>.

<21> "(1) A set-off is either compulsory (obligatory) effected by the force of the law or voluntarily effected as a result of the mutual consent of the inter-debtors (debtors who are indebted to each other). (2) In order for the compulsory set-off to be effected the two debts must be concordant as to kind, description (attributes), the date of maturity, strength and weakness, which thing is not a condition for effecting a voluntary set-off; if the two debts are of different kinds, have different attributes, or for a term, or where one has and the other has not matured, or where one is strong and the other is weak they will not be liable to set-off except by the mutual consent of the inter-debtors regardless of whether the cause thereof is the same or not". URL: https://landwise.resourceequity.org/record/750.

Статьей 295 ГК Исламской Республики Иран от 23 мая 1928 г. предусмотрено, что "зачет - юридически неизбежный процесс, происходящий безотносительно к волеизъявлению сторон зачитываемых требований. Так, если две стороны обязаны друг перед другом к исполнению в одно и то же время, их долги аннулируются путем зачета в сумме, причитающейся с каждой стороны, в каковой обе стороны от своих долгов освобождаются" <22>.

<22> "Set-off is an obligatory process which is effected without the necessity of the two parties giving their consent. Thus when two parties are indebted to one another at the same time, their debts are annulled by set-off to the extent of the amount owed by both parties and the parties to that extent released their mutual debts". URL: http://www.wipo.int/edocs/lexdocs/laws/en/ir/ir009en.pdf.

В силу ст. 1286 ГК Республики Филиппины от 18 июня 1949 г. "зачет происходит в силу действия закона, причем даже тогда, когда зачитываемые долги подлежат погашению в разных местах; в таком случае подлежат возмещению издержки по обмену или переводу суммы платежа в место исполнения [как это предусмотрено] (ст. 1199 a)" <23>.

<23> "Compensation takes place by operation of law, even though the debts may be payable at different places, but there shall be an indemnity for expenses of exchange or transportation to the place of payment (1199a)". URL: http://www.chanrobles.com/civilcodeofthephilippinesfulltext.html.

Список примеров можно продолжать. Видно, что почти все приведенные законоположения (за исключением испанских) заключаются в кодификациях еще более новых, чем те, которые Н.Г. Вавин в 1914 г. называл новейшими. Во всяком случае, и германская, и швейцарская кодификации к сегодняшнему моменту таковыми быть уже перестали. Тем не менее конструкция автоматического зачета не только не осталась в прошлом, но продолжает совершенствоваться и распространяться. Мало кто сейчас об этом помнит, но одно время она была известна даже... российскому (!) законодательству. Произошло это, правда, не от хорошей жизни, а, напротив, от катастрофически неясного (недостаточного) на сей счет регулирования, заключавшегося в ст. 129 ГК РСФСР 1922 г. - простом перечне оснований прекращения обязательств, среди которых (под п. "б") упоминался "зачет встречного однородного требования, срок коему наступил". Имелось ли в виду, что он должен происходить сам, или же то, что его необходимо целенаправленно осуществлять? М.М. Агарков - в то время, бесспорно, ведущий специалист в теории обязательств - писал: "В советской юридической литературе спорен вопрос о порядке производства зачета. Согласно одной теории зачет производится автоматически в момент наступления условий, указанных в п. "б" ст. 129 ГК. По другой теории зачет производится по заявлению одной из сторон другой стороне (односторонним волеизъявлением). Текст закона не дает прямого ответа на вопрос. Все же закон, по-видимому, скорее говорит в пользу теории одностороннего волеизъявления ("Обязательство прекращается полностью или в части... б) зачетом встречного однородного требования, срок которому наступил"). Закон говорит, что одно обязательство прекращается зачетом другого, имея в виду, что кто-то производит зачет. Если бы зачет производился сам собой, автоматически, то не надо было бы подчеркивать погашение одного обязательств зачетом другого, а следовало бы просто сказать, что два встречных однородных обязательства взаимно погашаются при наступлении определенных условий" <24>.

<24> Гражданское право: Учебник / Под ред. М.М. Агаркова, Д.М. Генкина. Т. I. М., 1944. С. 389.

Это, конечно, верно, но следовало бы принять во внимание и специальные предписания на сей счет, содержавшиеся в нормах ч. 2 ст. 143, ст. ст. 146 и 234 ГК РСФСР 1922 г.: первая и последняя обязывали к возмещению убытков "с зачетом [автоматическим?] сумм" (задатка или сбережения), а ст. 146 говорила о сохранении права контрагента взаимного договора, расторгнутого по причине нарушения его другой стороной, на встречное удовлетворение "с зачетом [опять-таки неясно каким - автоматическим?] выгод, сберегаемых или приобретаемых ею вследствие освобождения от обязательства". Конечно, признание возможности автоматического зачета не исключает и иного (волевого) порядка его совершения; другое дело, какой из них должен был признаваться общим правилом. К сожалению, понять этого перечень ст. 129 не позволял, допуская различные трактовки.

Наиболее пристальное внимание к институту автоматического (законного) зачета неизменно проявляют французские авторы (понятное дело). Далеко не каждый из них в равной степени обращается к теоретической его разработке, но несколько традиционных замечаний (главным образом пересказывающих ст. ст. 1289, 1290 Кодекса Наполеона) делается во всяком руководстве и пособии. Вот несколько примеров.

"Когда два лица взаимно друг другу должны определенные предметы, тогда нет необходимости, чтобы каждое из них платило другому то, к чему оно обязано: гораздо проще считать обоих должников освобожденными до высоты суммы меньшего долга, так что только излишек большего долга является объектом действительного исполнения (ст. 1289 ГК). Зачет поэтому можно определить следующим образом: зачет есть способ погашения, свойственный лишь взаимным обязательствам, освобождающий обоих должников от действительного исполнения. <...> Французское право знает три разновидности этого института, а именно: зачет законный, договорный и судебный. Зачет будет законный, если он наступает в силу самого закона и при наличности предвиденных законом условий. Это единственный вид зачета, предусмотренный в Кодексе" <25>. "Последствие, присвоенное зачету во французском праве, указано очень ясно в ст. 1290 ГК: "зачет происходит непосредственно в силу самого закона... оба долга взаимно погашаются в момент одновременного их существования и в том размере, в каком они покрывают друг друга". Последние слова, однако, можно было бы исправить, так как правильнее было бы сказать: до высоты суммы меньшего из долгов. Зачет, происходящий в силу самого закона, имеет место независимо от воли сторон и независимо от того, знают ли они о нем или нет: он происходит "даже без их ведома", гласит ст. 1290 ГК" <26>.

<25> Пляниоль М. Указ. соч. С. 168, 169.
<26> Там же. С. 175.

"Законная компенсация осуществляется тогда, когда два лица являются взаимно кредиторами и должниками, причем оба долга бесспорны, могут быть предметом взыскания и относятся к заменимым вещам; такие долги зачитываются в силу самого закона, т.е. они взаимно прекращаются в пределах меньшего единственно в силу закона со дня их одновременного существования" <27>.

<27> Годэмэ Е. Общая теория обязательств / Пер. с фр. И.Б. Новицкого. М., 1948. С. 433.

"Зачет происходит в силу самого закона, даже без ведома должников по требованиям; оба долга погашаются в пределах меньшего из них в момент, когда начинается их одновременное существование. Выраженное в ст. 290 Гражданского кодекса, это правило составляет основную черту зачета в современном французском праве. Прекращение встречных обязательств происходит автоматически, в первый момент их сосуществования, без участия воли сторон в этом прекращении" <28>.

<28> Морандьер Л.Ж. Гражданское право Франции / Пер. с фр. Е.А. Флейшиц. Т. 2. М., 1960. С. 568.

"При отсутствии соответствующего соглашения закон устанавливает правило, что встречные долги и права требования взаимно погашаются при соблюдении определенных условий. Это называется зачетом в силу закона. <...> Он осуществляется... независимо от просьбы сторон произвести зачет. Однако стороны могут договориться об отказе от зачета, в результате чего погашенные обязательства вновь возникнут" <29>.

<29> Саватье Р. Теория обязательств / Пер. с фр. Р.О. Халфиной. М., 1972. С. 427, 428.

Аналогичные замечания относительно автоматического зачета мы находим в юридической литературе тех стран, законодательства которых (подобно ФГК) считают именно этот его вариант если не единственным, то по крайней мере общим правилом (см. о них выше). Что же касается литературы "прогерманской", и в частности российской, то в ней автоматическому зачету посвящаются буквально мимолетные, вскользь брошенные единичные замечания <30>. Очень характерным примером в этом отношении является цитируемая здесь книга Н.Г. Вавина, соединяющая краткость замечаний с их общей скептической и даже критической направленностью. Главной причиной настороженного отношения к институту автоматического зачета Николай Григорьевич считает состояние правовой неопределенности, возникающее благодаря тому, что законодательства, допускающие автоматический зачет, обыкновенно признают и способность к его договорной (или даже односторонней) отмене, причем не только превентивной, но и последующей. В связи с этим возникает вопрос: каков статус встречных требований, подлежащих автоматическому зачету после того, как наступили необходимые для него условия (и зачет, таким образом, должен автоматически произойти), но до того, как контрагенты лишатся принадлежащей им возможности этот зачет отменить? Получается, что требований этих вроде бы и не существует, но остается какой-то шанс на то, что договором (или даже волеизъявлением одной стороны) они однажды будут восстановлены (возвращены к жизни), а состоявшийся было зачет отменен <31>.

<30> В литературе англо-американского права, где с понятием о зачете обыкновенно ассоциируется представление о процессуальной форме и судебном порядке его совершения, даже таких (отрывочных, единичных) замечаний об институте автоматического зачета не встречается совсем. Обе отмеченные тенденции показывают, что законодатели и ученые, исповедующие взгляд на волевую природу зачета (сделочную или судебную), что называется, по определению и умолчанию исключают для себя возможность признать существование зачета автоматического.
<31> См.: Вавин Н.Г. Указ. соч. С. 28 - 29.

Другой недостаток зачета ipso jure отмечает М.М. Агарков: "Теория автоматического зачета приводит к непреодолимым затруднениям, если одна из сторон должна другой две денежные суммы по различным обязательствам, причем условия для зачета имеются по той и по другой сумме. Эта теория не может объяснить, которое из двух обязательств погашено. Теория одностороннего волеизъявления легко решает этот вопрос: погашенным будет то обязательство, на которое укажет производящая зачет сторона" <32>. Между прочим, именно это соображение он считает решающим для целей устранения неопределенности в толковании ст. 129 ГК РСФСР 1922 г.: очевидно, законоположение нельзя толковать так, чтобы создавать этим толкованием дополнительные трудности, которых можно избежать, предпочтя другое толкование, грамматически равно возможное.

<32> Гражданское право: Учебник / Под ред. М.М. Агаркова, Д.М. Генкина. Т. I. С. 389.

Что здесь можно сказать? Ни один юридический (и вообще социальный) институт не идеален. Но разве это повод отказаться от его использования? Ничуть - это повод лишь к тому, чтобы найти пути преодоления недостатков, институту присущих. Если говорить о недостатках института, обсуждаемого в настоящей статье, то та неопределенность, о которой пишет Н.Г. Вавин, устраняется лишением возможности односторонней или договорной отмены автоматического зачета. Именно так обстоит дело по п. 3 ст. 860.13 ГК РФ: ни банк, ведущий депозитный счет, ни тот, кому выплачивается внесенная на него сумма, не имеют возможности выбирать, производить зачет или нет, - он произойдет автоматически, безотносительно к тому или другому их волеизъявлению, согласию на зачет или несогласию с зачетом, договорному или одностороннему; при отсутствии же противоположной общей нормы нужно признать, что участники отношений по п. 3 ст. 860.13 ГК РФ не способны не только отменить автоматический зачет в последующем, но и предупредить его совершение. Что же касается неопределенности, о которой пишет М.М. Агарков, то и ее легко устранить, установив в законе правила определения очередности долгов, погашаемых автоматическим зачетом. Если говорить о современном российском законодательстве, то на эту роль вполне могли бы претендовать нормы ст. 319.1 ГК РФ.

Нельзя не обратить внимания и на то, что ближайший конкурент автоматического зачета - зачет с помощью односторонней сделки (в частности, по ст. ст. 410 - 412 ГК РФ) - тоже небезгрешен. Каков статус встречных требований, которые в принципе могли бы быть зачтены односторонним волеизъявлением любого из контрагентов до тех пор, пока такого волеизъявления не последовало? В течение какого времени каждый из таких контрагентов может инициировать зачет и обязан его ожидать от другого контрагента? В течение какого времени связаны подобным ожиданием третьи лица (например, их кредиторы)? Когда заинтересованные лица получат право полагать, что "угроза" (перспектива) совершения зачета миновала, и смогут не беспокоиться за судьбу ни самих способных к зачету требований, ни разного рода дополнительных требований (процентов, неустоек), приросших к основным после наступления возможности совершения зачета?

Почему все эти вопросы так важны? Из-за феномена ретроспективной (обратной, ретроактивной) силы односторонне-сделочного зачета: зачет считается приведшим к правопрекращающим последствиям не с момента заявления о нем, а с того момента, как встречные требования стали способными к зачету. В результате все расчеты, построенные прежде на них, теряют под собой почву, а возникшие ранее требования, дополнительные по отношению к ним, окажутся как бы никогда и не существовавшими. Это ли "определенность"?

Сделанного обзора, думается, уже более чем достаточно для того, чтобы продемонстрировать и подтвердить достаточно простой и очевидный, как нам представляется, тезис: автоматический зачет - нормальный рабочий частноправовой инструмент, вводящий распорядительную способность частных лиц в рамки целесообразности и практичности и в конечном счете подчиняющий ее реализацию началу разумности. И как здесь не вспомнить классическое римское двухступенчатое обоснование зачета: 1) нецелесообразно (бессмысленно) требовать того, что немедленно по получении придется отдать; 2) практичнее (удобнее) совсем не отдавать того, что немедленно по передаче будет потребовано обратно <33>. Очевидно, что такое объяснение лучше подходит именно для зачета автоматического, чем волевого (сделочного и судебного). А это означает, что нормы законодательства о волевом зачете совершенно неправильно толковать в том смысле, что возможность совершения еще и зачета автоматического ими исключается. Разве только по общему правилу, которое, конечно, может иметь исключения. Система тех общих признаков, что характерны для таких исключений, даст целый институт.

<33> См. об этом: Вавин Н.Г. Указ. соч. С. 6 - 8.

Попробуем проиллюстрировать этот - пока чисто умозрительный - тезис на конкретном материале. Конечно, на основании единственного проанализированного законоположения (п. 3 ст. 860.13 ГК РФ) построить целый правовой институт автоматического зачета (хотя бы применяемый и не по общему правилу, а только в случаях, прямо предусмотренных законом) невозможно. Для того чтобы говорить о таком институте, необходимо отыскать еще и другие установленные законом случаи его применения. В результате мы получим материал для индуктивного обобщения: из норм, регулирующих отдельные случаи автоматического зачета, мы сможем составить ряд более общих правил, применимых во всех тех ситуациях, когда автоматический зачет допущен законом. Быть может, какие-то из них окажутся достойными того, чтобы со временем быть возведенными в закон в качестве уточнений и дополнений норм ст. ст. 410 - 412 ГК РФ.

Существуют ли в ГК РФ другие нормы, подобные п. 3 ст. 860.13, и если да, то где и как их искать? Очевидно, что при отсутствии пока даже самого приблизительного представления о круге тех отношений, которые по крайней мере чисто теоретически было бы целесообразно развязывать при помощи зачета ipso jure <34>, логично начать с чернового поиска по ключевым словам и выражениям типа "вычет", "с (за) вычетом", "вычитается", "уменьшается", "с зачетом", "зачитывается", "засчитывается", "удерживается (погашается, удовлетворяется) из стоимости", "в счет" и т.п. Мы получим целый ряд норм, которые и вправду могут стать материалом для любопытных рассуждений, выводов и обобщений.

<34> Едва ли не единственное исключение в этом смысле составляют контокоррентные отношения, нашим ГК, однако, не регулируемые. Кроме того, вопрос о юридической квалификации актов занесения требований на контокоррентный счет и актов его заключения как оснований к автоматическому зачету является спорным (см.: Бевзенко Р.С., Фахретдинов Т.Р. Указ. соч. С. 30 - 31).

1. Согласно ч. 1 ст. 232 ГК РФ "в случае возврата безнадзорных домашних животных собственнику лицо, задержавшее животных, и лицо, у которого они находились на содержании и в пользовании, имеют право на возмещение их собственником необходимых расходов, связанных с содержанием животных, с зачетом выгод, извлеченных от пользования ими" <35>. Норма, в принципе признающая существование встречных денежных требований (о возмещении расходов и о выдаче доходов), не позволяет ни то ни другое осуществить в полной сумме - только в сумме сальдо (разницы). В силу чего? В силу автоматического зачета одного требования с другим <36>.

<35> В случае если сумма долга по доходам превысит сумму требования о возмещении расходов, эту норму нужно будет прочесть иначе: лицо, задержавшее безнадзорных животных, обязано выдать доходы, извлеченные от пользования ими, за вычетом расходов, понесенных на их содержание.
<36> Ср. со сходной ситуацией, обсуждаемой в ст. 303 ГК РФ, о расчетах незаконного владельца имущества с его собственником: там также требованию о возмещении расходов на содержание чужого имущества (а иногда и на неотделимые его улучшения) противостоит требование о выдаче доходов, извлеченных из пользования этим имуществом, но об их зачете ipso jure ничего не говорится.

2. В соответствии со ст. 1108 ГК РФ "при возврате неосновательно полученного или сбереженного имущества... или возмещении его стоимости... приобретатель вправе требовать от потерпевшего возмещения понесенных необходимых затрат на содержание и сохранение имущества с того времени, с которого он обязан возвратить доходы... с зачетом полученных им выгод...", т.е. с учетом уменьшения суммы своего требования по затратам на сумму этих самых выгод. Что представляет собой последняя операция, как не автоматический (происходящий в силу указания закона) зачет?

3. Согласно п. 2 ст. 238 (а также ссылающемуся на него абз. 2 п. 2 ст. 1180) ГК РФ выручка от принудительной продажи имущества, которое в силу закона не может принадлежать известному лицу, подлежит передаче бывшему собственнику, но опять-таки не в полной сумме: "При этом вычитаются затраты на отчуждение имущества". Снова перед нами ситуация, где возникают два встречных требования, ни одно из которых нельзя осуществить без его предварительного соотнесения с другим, приводящего к образованию разницы в суммах этих требований (сальдо). При этом комментируемая норма говорит о таком соотнесении не как об осуществлении какого-нибудь права, а как о чисто техническом (математическом) действии ("вычитаются затраты"). На чем могло бы быть основано требование ГК о совершении такого действия? Только на соображении о том, что нет смысла отдавать (требовать) ту часть суммы, которая по уплате будет немедленно потребована (отдана) обратно, т.е. на автоматически происходящем зачете.

4. В силу п. 5 ст. 239.1 ГК РФ "средства, вырученные от продажи объекта незавершенного строительства с публичных торгов либо приобретения такого объекта в государственную или муниципальную собственность, выплачиваются бывшему собственнику объекта за вычетом расходов на подготовку и проведение публичных торгов". Налицо полное тождество с только что рассмотренной ситуацией: принудительная продажа чужого имущества, приводящая, с одной стороны, к денежному обогащению за чужой счет, с другой - к несению расходов в чужом интересе. Возникающие в обоих случаях требования (долги) не имеет никакого смысла погашать в полном объеме - только в сумме сальдо; разумно, следовательно, считать, что в совпадающей (наименьшей) сумме таковые "схлопнулись", т.е. автоматически зачлись.

5. Нормы, аналогичные рассмотренным под п. п. 3 и 4, находим также:

<37> Разумеется, главным "вычетом" из стоимости реализованного предмета залога является сумма обеспеченного залогом обязательства, но этот "вычет" относится к другой категории автоматических зачетов - зачетов требований о выдаче стоимости предметов обеспечения с обеспеченными ими требованиями (рассматривается ниже).<38> Договором подряда по общему правилу может быть предусмотрено и "иное", притом не сказано, что именно; значит, можно предусмотреть, в частности, и исключение возможности автоматического совершения зачета. Договором же бытового подряда иное предусмотрено быть не может.

Можно, следовательно, констатировать первую общую закономерность: требование о выдаче доходов от продажи чужого имущества никогда не может быть осуществлено в полном объеме, поскольку неизбежно (в силу закона) парализуется встречным требованием о выдаче расходов на отчуждение и (в зависимости от случая) содержание такого имущества, на его обработку и обслуживание, т.е. эти требования прекращаются их автоматическим зачетом.

Можно ли подвести под это правило упомянутые выше ситуации 1 и 2? Думается, что нет. Очевидно их отличие от случаев 3 - 5: в них не идет речь о продаже чужого (приобретенного за чужой счет) имущества, только о пользовании им, с одной стороны, и о его содержании - с другой. Доходы за чужой счет здесь тоже будут присутствовать, но это будут доходы пользовательского (возвратного - арендного или заемного), а не отчуждательного (продажного) типа. Наличие дохода от продажи, осуществленной за чужой счет, неизбежно, и его сумма легко может быть установлена; извлечение же дохода от пользования имуществом, о котором его владельцу точно известно, что оно чужое, не столь очевидно и обязательно, а его сумма нуждается в особом выяснении. Может быть, поэтому ст. 303 ГК РФ, в которой описывается случай более общий по отношению к ч. 1 ст. 232 <39>, ничего об автоматическом зачете не говорит. Что же касается ст. 1108, то в ней речь идет о ситуации перехода (хотя и неосновательного) права собственности на имущество, составляющее предмет обогащения; обогатившееся лицо пользуется им как собственник, т.е. совершенно определенно извлекает из него доходы, размер которых, очевидно, может быть установлен исходя из рыночных ставок арендной платы за пользование таким имуществом, процентных ставок за пользование денежными средствами или (если имущество используется производительно) норм его амортизации и процента стоимости, переносимого на производимую с его помощью продукцию.

<39> И, очевидно, по отношению к п. 3 ст. 860.13 ГК РФ, разбором которого открылась наша статья.

Итак, мы выявили закономерности, относящиеся к требованиям о выдаче доходов с чужого имущества. Они разделяются на три типа:

а) требования о выдаче доходов, образующихся от отчуждения чужого имущества в случаях, предусмотренных законом, по общему правилу парализуются автоматическим зачетом встречных требований о возмещении расходов на такое отчуждение, на его содержание, улучшение, обслуживание и обработку, предшествующие отчуждению;

б) требования о выдаче доходов, извлекаемых из пользования чужим имуществом, автоматическим зачетом встречных требований о возмещении расходов на содержание, улучшение, обслуживание и обработку такого имущества по общему правилу не парализуются, если иное не предусмотрено законом;

в) наконец, требования о выдаче доходов, приносимых пользованием имуществом, которое в момент их извлечения принадлежит пользователю, но в последующем принадлежать ему перестает, снова автоматически зачитываются со встречными требованиями о возмещении расходов на это имущество.

Надо отметить, что практически все рассмотренные нормы (за исключением ст. 337 и п. 6 ст. 720 ГК РФ) императивны.

6. Следующую группу случаев автоматического зачета по ГК РФ можно именовать "неясность назначения предоставленного": кредитор по нескольким обязательствам, предметом которых являются заменимые вещи или деньги, получает от должника (или за его счет) некоторое количество вещей соответствующего рода либо денег в целях исполнения этих обязательств без должной конкретизации вопроса о том, в счет исполнения которого из обязательств имущество было выдано, при этом для полного исполнения всех обязательств его не хватает. При отсутствии специальных правил эти ситуации должны были бы рассматриваться как ненадлежащее исполнение и разрешаться на основании норм п. 3 ст. 1103 ГК РФ, т.е. по правилам о неосновательном обогащении: предоставление, произведенное одной стороной обязательства другой его стороне в связи с обязательством, точно не определенным, должно было бы расцениваться как неосновательное получение имущества за чужой счет и основание возникновения обязательства по его возврату.

Рационально ли это? Разумеется, нет. В такой ситуации логично ничего не возвращать, а запросить у должника инструкции относительно назначения платежа. Но как быть, если должник по какой-то причине их не дает? Предоставление кредитору свободного усмотрения привело бы к получению им ничем не оправданного преимущества в отношениях с должником, позволив ему засчитывать полученное исполнение в счет самых безнадежных требований (например, задавненных, пораженных возражениями и т.п.), оставляя требования, пригодные к принудительному осуществлению, без погашения. Чтобы предупредить, с одной стороны, нерациональный возврат предоставления, а с другой - кредиторский произвол <40>, ряд норм ГК РФ прямо устанавливает, какие именно обязательства должны прекращаться за счет предоставления подобного - неясного - назначения. Что понимается под выражением "прекращаться за счет"? Это значит, что обязательство возврата предоставления неясного назначения должно прекращаться зачетом одного или нескольких встречных обязательств из числа тех, к которым соответствующее исполнение могло бы быть приурочено. Производится ли такой зачет одной из сторон этих обязательств? Нет, он происходит ipso jure, в силу указаний:

<40> Конечно, в известной степени в этом виноват сам должник: уточни он назначение исполнения - и не было бы никаких проблем. Но что делать, если должник не способен конкретизировать назначение исполнения по обстоятельствам, за которые он не отвечает?<41> Ее отличие от норм ст. 319.1 ГК РФ очевидно: она касается одного и того же обязательства, а не нескольких различных, однородных, друг с другом конкурирующих. Возможность применения в данном случае единого подхода объясняется, очевидно, тем соображением, что обязательство, обеспеченное поручительством частично, фактически разбивается на два.<42> Комментируемая норма также сходна с рассмотренным выше п. 3 ст. 319.1 ГК РФ; разница только в том, что в ней не принимается во внимание разница во времени возникновения обязательств.

Остается сказать, что правила об автоматическом зачете требования о возврате предоставления неясного назначения преимущественно (кроме нормы абз. 2 п. 3 ст. 508 ГК РФ) являются диспозитивными, т.е. могут изменяться (и отменяться) соглашениями сторон, а в предусмотренных законом случаях - и их односторонними действиями. Так, обычно должнику достаточно просто указать назначение выполняемого им предоставления, и никаких вопросов с автоматическим зачетом не будет: он совершит не "предоставление в связи с обязательством (обязательствами)", а нормальное надлежащее исполнение конкретного обязательства.

7. Принципиально сходна с рассмотренной выше следующая группа случаев. В ней в распоряжении кредитора также оказывается имущество, принадлежащее должнику или причитающееся ему (полученное кредитором за его счет), но это имущество не составляет предмета предоставления неясного назначения. Оно попадает к кредитору по иной причине, как правило, в качестве предмета обеспечения его требования или денежного эквивалента стоимости этого предмета, обычно выручаемого путем продажи с публичных торгов. Самый известный и понятный случай - стоимость предмета залога: в результате обращения на него взыскания (путем продажи с публичных торгов) в распоряжении кредитора (залогодержателя) оказывается денежная сумма, которая, будучи полученной за чужой счет (счет залогодателя), по идее, должна была бы выдаваться лицу, за счет которого она получена (залогодателю). Но такое решение, очевидно, обессмыслило бы самую идею залога, лишив его большей части обеспечительной функции. Чтобы этого не произошло, в п. 1 ст. 334, ст. 337, п. 2 ст. 350.1 ГК РФ залогодержатель наделяется преимущественным правом удовлетворения своего обеспеченного требования из стоимости заложенного имущества. В чем будет состоять удовлетворение? Практически оно сведется к присвоению (включению залогодержателем в состав своего имущества) денежной суммы, вырученной от продажи предмета залога с публичных торгов; но каково юридическое основание для этого? В силу чего залогодержатель вдруг перестает быть обязанным выдать сумму, вырученную им за чужой счет, тому лицу, за счет которого он ее выручил? Ответ может быть только один: в силу прекращения требования по этому обязательству. Каким же юридическим фактом? Автоматическим зачетом с требованием по обеспеченному обязательству <43>. Полным или частичным - в зависимости от соотношения сумм требований <44>.

<43> Прекращаемые таким образом требования не всегда будут встречными: вспомним, что залогодателем может быть изначально (или стать в последующем) не только сам должник, но и третье лицо (п. 1 ст. 335, ст. 353 ГК РФ). Исключает ли это возможность объяснения феномена прекращения данных требований автоматическим зачетом? Ничуть, ибо законодатель здесь опирался, очевидно, на нечто вроде фикции применения ст. 412 ГК РФ, согласно которой должник по уступленному требованию вправе зачесть против требования нового кредитора то свое встречное требование, какое он имел к кредитору первоначальному. В нашей ситуации речь идет о "должнике" по требованию выдачи стоимости предмета залога (залогодержателе) и его "новом кредиторе" - третьем лице (залогодателе). Должник по обеспеченному обязательству рассматривается как первоначальный кредитор, уступивший новому это требование, т.е. такой, против которого ст. 412 ГК РФ позволяет зачесть требование к кредитору первоначальному - требование к должнику по основному, обеспеченному залогом обязательству.
<44> В этом смысле очень показательны, конечно, нормы абз. 2 п. 3 ст. 334 и абз. 4 п. 2 ст. 350.1 ГК РФ, обязывающие залогодержателя выдать излишек выручки - часть суммы, вырученной от продажи предмета залога с публичных торгов, превышающую размер обеспеченного залогом обязательства. Спрашивается: в силу чего залогодержатель к этому обязан? В силу того, что эта часть его обязанности автоматическим зачетом не прекратилась, так как для этого не хватило суммы того встречного требования, с которым она могла бы зачесться. Эти законоположения как нельзя лучше доказывают верность нашего тезиса об изначальном (до автоматического зачета) существовании обязательства возврата денежных средств, полученных от продажи предмета залога, в полной сумме.

Случаи автоматических зачетов рассматриваемого типа предусмотрены:

<45> Эта стоимость определяется соглашением сторон, но не должна быть ниже рыночной стоимости предмета залога (абз. 2 п. 2 ст. 350.1 ГК РФ).

Можно видеть, что перечисленные нормы по преимуществу (кроме абз. 2 п. 2 ст. 381 ГК РФ) опять категорически императивны. Это понятно: в ином случае регулируемые ими отношения утратят свой обеспечительный характер и смысл.

8. Последняя группа случаев автоматического зачета, известных ГК РФ, наименее очевидна и потому наиболее трудна для выявления. Афористически их можно обозначить выражениями типа "не было бы счастья, да несчастье помогло", "нет худа без добра" и т.п., поскольку все они вызываются к жизни действиями, имеющими двойственное юридическое значение. С одной стороны, они производят негативные изменения в имуществе известного лица (вследствие чего влекут возникновение у него требования к тому, кто ответствен за эти последствия, о возмещении таких потерь), с другой стороны, они ведут также и к позитивным изменениям - иногда к приобретению, а чаще к экономии (и, соответственно, влекут возникновение обязанности этого лица выдать приобретенное или сэкономленное имущество тому, чьи действия это приобретение или эту экономию вызвали). Абсолютно логично и разумно предупредить осуществление каждого из этих двух встречных требований в полном объеме, прекратив их в совпадающей части автоматическим зачетом: нет смысла требовать того, что в то же самое время требуется отдать. Некоторые подобные случаи прямо регулируются нормами ГК РФ, но самый известный из них сформировался благодаря судебной практике толкования и применения одной из таких норм, которая на первый взгляд кажется не имеющей к вопросу автоматического зачета никакого отношения, а именно:

<46> "При определении упущенной выгоды из суммы выручки, которую истец мог получить при реализации товара, следует исключить необходимые затраты (например, стоимость сырья, затраты на электроэнергию, коммунальные услуги, заработную плату, транспорт и т.д.). Истец должен представить соответствующий расчет с учетом данных требований" (Взыскание убытков: опыт наших юристов. URL: http://www.arbitr-hmao.ru/arbitrazhnaya-praktika/взыскание-убытков.html). Первоначально такая практика основывалась на указаниях п. п. 11 и 49 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ"; они были повторены в п. 10 Обзора практики разрешения споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС РФ от 21.01.2002 N 67. Подобие этих норм см.: абз. 4 в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" и п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств". См. об этом также: Апелляционное постановление АС Пермской области от 16.02.2005, 22.02.2005 по делу N А50-39993/2004-Г6; Постановления ФАС Центрального округа от 12.12.2007 по делу N А62-2665/2006; ФАС Московского округа от 24.09.2012 по делу N А40-14267/12-154-139; решение АС Белгородской области от 03.11.2015, 11.11.2015 по делу N А08-3416/2015 и др.

Все нормы этой группы случаев императивны.

Рассмотренные законоположения не оставляют сомнений в том, что частному праву современной России известен не только волевой зачет (в односторонней, договорной и судебной формах), но и зачет автоматический, который происходит сам собой с наступлением указанных в законе фактических обстоятельств, независимо от того, сделаны ли на сей счет какие бы то ни было заявления и соображения, а нередко несмотря на них и вопреки им, - зачет ipso jure. Автоматический зачет может иметь место в случаях, прямо предусмотренных нормами закона, с учетом того смысла, который вкладывается в них практикой арбитражных судов. Анализ норм ГК РФ, проведенный в настоящей статье, позволил выявить четыре типа (рода, вида) таких случаев. По общему правилу автоматическому зачету подвергаются:

  1. доходы и расходы, т.е. требования о выдаче доходов от пользования и (или) распоряжения чужим имуществом, - с требованиями о возмещении необходимых расходов на его содержание, улучшение, обработку, обслуживание и продажу;
  2. предоставления и исполнения, т.е. требования о возврате предоставления неопределенного назначения, - с требованиями по обязательствам, в связи с которыми это предоставление было или могло быть произведено;
  3. долги и их обеспечения, т.е. требование о выдаче выручки от продажи предмета обеспечения, его суммы, стоимости или ее возмещения, - с требованием по обязательству, обеспеченному этим предметом;
  4. убытки и поступления (экономия), т.е. требование о возмещении убытков, причиненных нарушением обязательства, - с требованием о возврате поступлений, вызванных вредоносными действиями, или о выдаче тех затрат, которые кредитор необходимо должен был бы понести в случае исполнения обязательства, но по причине его нарушения не понес.

В тех ситуациях, для которых автоматический зачет законом прямо не предусмотрен, должен применяться по общему правилу зачет договорный; при наличии условий, установленных ст. ст. 410 - 412 ГК РФ, может применяться зачет односторонний, а при наличии условий, закрепленных процессуальным законодательством, главным из которых является предъявление встречного иска, - также и зачет судебный. Возникает вопрос: могут ли случаи автоматического зачета предусматриваться не в одном только ГК РФ и не в одних только законах и (шире) нормативных правовых актах, но и в иных источниках? Например, вправе ли лица, состоящие между собой в постоянных или систематических двусторонне направленных хозяйственных отношениях, прописывать в заключаемых ими договорах автоматическое прекращение зачетом тех или иных возникающих меж ними взаимных требований? Могут ли подобные случаи предусматриваться обычаями, правилами организаторов торгов (например, бирж и расчетных палат о многостороннем зачете или клиринге), предопределяться существом того или иного юридического института (например, договора о контокоррентных или корреспондентских счетах, о взаимном кредитовании, договора РЕПО и т.п.)? Принципиальная актуальность перечисленных и других подобных вопросов как нельзя лучше видна из следующего замечания Л.Ж. Морандьера: "Шире всего применяется зачет в области торговых отношений. Это понять нетрудно. Встречные обязательства редко возникают между лицами, не являющимися купцами. Наоборот, встречные обязательства между купцами, например между торговцем и банком, возникают повседневно" <47>. А ведь именно в торговых отношениях перечисленные инструменты регулирования - договоры, автономные правила, обычаи оборота, деловые обыкновения - наиболее важны.

<47> См.: Морандьер Л.Ж. Указ. соч. Т. 2. С. 567 - 568.

Действующее российское законодательство прямого ответа на поставленные вопросы не дает. Относительно договора п. 2 ст. 421 ГК РФ (позволяющий договариваться по вопросам, прямо не предусмотренным в законодательстве, если только это прямо не запрещено), по всей видимости, дает возможность прийти хотя и к косвенному, но определенно положительному ответу: да, об автоматическом зачете можно договариваться. Существенных условий такого договора, очевидно, два: 1) предмет, т.е. требования, подлежащие автоматическому зачету; 2) условия, т.е. фактические обстоятельства, с наступлением которых такой зачет производится. Также в этом договоре может быть решен вопрос о возможности последующей отмены (поворота уже состоявшегося) зачета: по общему правилу она не должна считаться существующей, но если договором предусмотрено иное, то необходимо урегулировать порядок ее реализации; при отсутствии такого регулирования следует считать, что автоматический зачет, произошедший на основании договора, может быть отменен также только в договорном порядке и только если такая отмена не нарушает прав и интересов третьих лиц.

Аналогичным должно быть и рассуждение относительно других источников регламентации договорно-обязательственных отношений: автоматический зачет может быть предусмотрен в любых нормах, подлежащих применению к соответствующим отношениям (в том числе обычаях, автономных правилах, деловых обыкновениях), а также предопределяться их существом. Единственным пределом применения норм этих источников может быть прямой законодательный запрет, например:

<48> То же правило применяется и к векселю, но не как императивное, а как диспозитивное: соглашением сторон можно предусмотреть, что выдача или передача векселя прекращает обязательства стороны, которая осуществила такую выдачу или передачу.<49> То есть перед нами случаи, прямо противоположные рассмотренной выше четвертой группе ситуаций автоматического зачета - зачета убытков, возникших от вредоносных действий, с поступлениями, ими же спровоцированными. ГК РФ ничего не говорит о запрете зачета возникающей при этом экономии; по косвенному замечанию п. 1 ст. 1089 ГК РФ можно заключить, что она зачитывается при определении размера возмещения вреда, причиненного смертью кормильца; значит, при определении размера возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, - нет.

В перечисленных и иных подобных случаях ни договорами, ни какими бы то ни было источниками правовой регламентации договорных и обязательственных отношений автоматического зачета предусмотреть нельзя.

References

Agarkov M.M., Genkin D.M., eds. Civil Law: A Textbook [Grazhdanskoe pravo: Uchebnik]. Vol. I. Moscow, Yuridicheskoe izdatelstvo NKYu SSSR, 1944. 420 p.

Belov V.A. What Has Changed in the Civil Code? [Chto izmenilos' v Grazhdanskom kodekse?]. 3rd ed. Moscow, Yurait, 2018. 322 p.

Bevzenko R.S., Fakhretdinov T.R. Offset According to the Civil Code: Experience in Research of the Theoretical Construction and Generalization of Judicial Practice [Zachet v grazhdanskom prave: opyt issledovaniya teoreticheskoi konstruktsii i obobscheniya sudebnoi praktiki]. Moscow, Statut, 2006. 172 p.

Godeme E. General Theory of Liabilities [Obschaya teoriya obyazatelstv]. Moscow, Yuridicheskoe izdatelstvo MYu SSSR, 1948. 512 p.

Morandier L.J. Civil Law of France [Grazhdanskoe pravo Frantsii]. Vol. 2. Moscow, Inostrannaya literatura, 1960. 728 p.

Planiol M. A Course in French Civil Law. Part 1. Theory of Liabilities [Kurs frantsuzskogo grazhdanskogo prava. Ch. 1. Teoriya ob obyazatelstvakh]. Petrokow, Izdanie tipografii S. Panskogo, 1911. 1010 p.

Savatier R. Theory of Liabilities [Teoriya obyazatelstv]. Moscow, Progress, 1972. 440 p.

Vavin N.G. Offset of Liabilities [Zachet obyazatelstv]. 2nd ed. Moscow, Izdanie voenno-yuridicheskogo knizhnogo magazina "Pravovedenie" i K. Golubeva, 1914. 66 p.

Zarudnyi S. The Civil Code of the Italian Kingdom and Russian Civil Laws: Experience of Comparative Study of the Legislative System [Grazhdanskoe ulozhenie Italianskogo korolevstva i russkie grazhdanskie zakony: opyt sravnitelnogo izucheniya sistemy zakonodatelstv]. Saint Petersburg, Tip. 2 otd. sobstv. e. i. v. kantselyarii, 1869. 744 p.