Мудрый Юрист

Актуальные вопросы привлечения должника-налогоплательщика к субсидиарной ответственности при несостоятельности (банкротстве)

Файзрахманова Лейсан Миннуровна, доцент кафедры конституционного и административного права юридического факультета Казанского (Приволжского) федерального университета, кандидат юридических наук, доцент.

Статья посвящена вопросам субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника-налогоплательщика при несостоятельности (банкротстве). Рассмотрены последние изменения законодательства о несостоятельности в связи с появлением главы об ответственности руководителя-должника и иных лиц в деле о банкротстве. Анализируется увеличение размера поступлений в бюджет задолженности в результате привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности за последний год. Выявлены положительные и отрицательные аспекты этих изменений.

Ключевые слова: банкротство, должник, контролирующее должника лицо, субсидиарная ответственность, презумпция вины.

Relevant Issues of Bringing a Tax Debtor to Subsidiary Liability in Insolvency (Bankruptcy)

L.M. Fayzrakhmanova

Fayzrakhmanova Leysan M., Associate Professor of the Department of Constitutional and Administrative Law of the Law Faculty of the Kazan (Volga Region) Federal University, Candidate of Legal Sciences, Associate Professor.

This article focuses on subsidiary liability of obligor's oversight officials if bankruptcy does occur. The latest amendments to legislation related to insolvency (bankruptcy) were examined due to the appearance of the Chapter on the liability of debtor's principal or other actors involved in the bankruptcy case. The increasing amount of admission to the arrearage budget - a result of obligor's oversight officials being held subsidiarily accountable during the last year, is being analysed. Both positive and negative aspects of the amendments were found.

Key words: bankruptcy, debtor, obligor's oversight officials, subsidiary liability, presumption of guilt.

Институт банкротства в России занимает одно из ведущих мест в развитии нормальных экономических отношений среди участников хозяйственного оборота. Исследование отношений, возникающих в рамках несостоятельности, представляет несомненный интерес. Автор полагает, что на сегодняшний день в свете изменений, внесенных в Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" <1> (далее - Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)") Федеральным законом от 29 июля 2017 г. N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" <2> (далее - Закон N 266-ФЗ), подавляющее большинство вопросов, связанных с субсидиарной ответственностью контролирующих лиц должника, являются актуальными.

<1> Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" // СЗ РФ. 2002. N 43. Ст. 4190.
<2> Федеральный закон от 29 июля 2017 г. N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" // СЗ РФ. 2017. N 31 (часть 1). Ст. 4815.

Ответственность указанных лиц российскому законодательству известна давно. Еще в Законе о банкротстве 1998 г., в ст. 9, была предусмотрена субсидиарная ответственность руководителя должника, членов ликвидационной комиссии (ликвидатора) по обязательствам должника за непредъявление должником заявления о признании его банкротом в установленных случаях. В третьем по счету Федеральном законе "О несостоятельности (банкротстве)" 2002 г. субсидиарная ответственность вышеуказанных лиц была закреплена в ст. 10. В дальнейшем в нее вносились неоднократные изменения. Позже в ст. 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (с 2014 г.) появилось определение лица, контролирующего должника. Сама ст. 10 претерпела значительные изменения.

В целом нельзя сказать, что изменения, внесенные Законом N 266-ФЗ, кардинально изменили вопрос привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, скорее детализировали этот процесс.

Прежде всего, появилась самостоятельная глава III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". Отдельная ст. 61.10, посвященная контролирующему должника лицу. Теперь это как физическое, так и юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествовавших возникновению признаков банкротства, право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника. В ранее действовавшей редакции Закона этот срок был ограничен двумя годами.

Расширился круг лиц, наделенных правом подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Если ранее согласно ст. 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" этим правом обладали: конкурсный управляющий по собственной инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов; конкурсный кредитор и уполномоченный орган, в новой редакции этим правом еще наделены: представитель работника должника, работники или бывшие работники должника.

Срок давности подачи такого заявления теперь ограничен тремя годами со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. И не позднее 10 лет со дня, когда имели место действия или бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Кроме того, в ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" появилось понятие лица, номинально и фактически осуществлявшего управление должником. В п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" <3> (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 53) дано разъяснение, как привлекается к ответственности номинальный и фактический руководитель организации.

<3> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2018. N 3.

Кроме того, хотелось бы обратить внимание на такие важные изменения, как:

Общеизвестно, что и 5, и 10 лет назад привлечение к субсидиарной ответственности директора, учредителя компании-банкрота было скорее исключением, чем правилом. Да, налоговики инициировали процедуру банкротства должника, но вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности не ставился. Фактически долгие годы эта норма практически не работала.

Приблизительно такая же ситуация складывалась и с привлечением к уголовной ответственности за преднамеренное и фиктивное банкротство. Реализация действующих уголовных норм о банкротстве на практике вызывала определенные затруднения. Так, например, по данным государственной статистической отчетности, судами РФ в 2011 г. по ст. 195 УК РФ всего было осуждено 38 лиц, по ст. 196 УК РФ (преднамеренное банкротство) осуждено 45 лиц, по ст. 197 УК РФ (фиктивное банкротство) осужденных не было <4>. Тогда как, например, в 2010 г. в арбитражные суды РФ поступило более 40 243 заявлений о признании должника банкротами (в отношении 16 009 введено конкурсное производство), в 2011 г. поступило 33 385 заявлений (введено соответственно 12 794 конкурсных производства) <5>. Немаленькие цифры. Неужели во всей России не было виновных в фиктивном банкротстве организации? То есть, что мы наблюдаем: норма есть, ответственность закреплена, а практика ее применения минимальна.

<4> Файзрахманова Л.М. О совершенствовании законодательства о несостоятельности (банкротстве) гражданина // Актуальные проблемы экономики и права. 2013. N 2. С. 216.
<5> Справка о рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) в 2010 - 2013 гг. // Официальный сайт ВАС РФ. URL: http://arbitr.ru/.

В последние годы налоговые органы начали обращаться в арбитражные суды с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности налогоплательщиков-должников. Если обратиться к статистическим данным ФНС РФ относительно поступлений в бюджет задолженности по результатам привлечения к субсидиарной ответственности по делам о несостоятельности (банкротстве) за 2014 - 2017 гг., то ситуация следующая: за 2014 г. в бюджет поступило 26 млн руб.; за 2015 г. - 257 млн руб.; за 2016 г. - 152 млн руб.; а за 2017 г. - 2 млрд 43 млн руб. <6>. По-видимому, резкое увеличение поступлений в бюджет в 2017 г., более чем в 13 раз по сравнению с 2016 г. напрямую связано с изменениями, внесенными Законом N 266-ФЗ.

<6> Чекмышев К.Н. Противодействие злоупотреблениям в процедурах банкротства, направленным на уклонение от уплаты задолженности // Последние изменения в налоговом законодательстве и законодательстве о банкротстве: Материалы научно-практической конференции (Казань, 29.03.2018): Сб. науч. ст. Казань, 2018.

Субсидиарная ответственность является одним из видов гражданско-правовой ответственности. Зачастую исследователи говорят о ее деликтной природе <7>. Она наступает вследствие совершения гражданского правонарушения, которое, как и любое правонарушение, имеет свой состав: субъект, субъективную сторону, объект, объективную сторону. Для обоснованного привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности должны быть доказаны и обоснованы все элементы состава правонарушения.

<7> Крюкова Ю.А. Субсидиарные обязательства в гражданском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2013. 27 с.; Покровский С.С. Субсидиарная ответственность: проблемы правового регулирования и правоприменения // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. N 7. С. 98 - 129.

Во-первых, это субъект правонарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", как уже ранее было отмечено, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествовавших возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Круг контролирующих должника лиц практически не ограничен, и каждый из них может стать мишенью для привлечения к субсидиарной ответственности. Законодатель также предоставил возможность арбитражному суду самостоятельно решать вопрос о наличии оснований, которые позволят признать лицо контролирующим должника (п. 5 ст. 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

  1. являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;
  2. имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50% и более голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;
  3. извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

К контролирующим лицам должника не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем 10% уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

Во-вторых, субъективная сторона.

Необходимым условием привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности является наличие его вины. Но следует учесть, что в гражданском праве установлена презумпция виновности. Согласно ст. 372 ГК РФ лицо предполагается виновным, пока не докажет свою невиновность. Эта норма нашла отражение в ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", которая предусматривает освобождение от субсидиарной ответственности в случае, если лицо, привлекаемое к ответственности, докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует (п. 10 ст. 61.11). А также в п. 2 ст. 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому бремя доказывания отсутствия вины также возложено на привлекаемое к ответственности лицо. То есть контролирующие должника лица обязаны сами доказать обоснованность и разумность своих действий, если другой стороной представлены аргументы против их добросовестности. Поскольку к субсидиарной ответственности привлекаются физические лица, нередки ситуации, когда по объективным причинам данные лица либо не могут присутствовать на судебных заседаниях, либо вообще остаются в неведении о таких судебных заседаниях, что в итоге чревато негативными последствиями в виде привлечения к субсидиарной ответственности.

В-третьих, объективная сторона правонарушения.

Согласно ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" объективная сторона правонарушения выражается в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующего лица. В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, изложенными в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 53, "под такими действиями (бездействием) контролирующего лица следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы". Например, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника. Суд должен оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Субсидиарную ответственность контролирующих лиц должника некоторые исследователи относят к категории sui generis, так как для нее характерны определенные признаки, к числу которых можно отнести:

<8> Евтеев К.И. Правовая природа субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве // Этносоциум и межнациональная культура. 2017. N 4 (106). С. 53.

Общеизвестно, институт банкротства зачастую используется отнюдь не в целях восстановления платежеспособности должника или удовлетворения требований кредиторов. Он оказался действенным способом изменения прав собственности на организации, ухода от долгов и зачастую также служит способом уклонения от уплаты налогов и обязательных платежей.

С одной стороны, в сложившихся условиях, безусловно, введенная в действие глава должна стать действенным механизмом воспрепятствования недобросовестному банкротству. Так, за 2017 г. по сравнению с 2015 и 2016 гг. прослеживается резкое увеличение поступления в бюджет налоговой задолженности в порядке добровольного погашения при инициировании банкротства и по мировым соглашениям, заключенным при банкротстве <9>. Как отмечено в Постановлении Пленума ВС РФ N 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. Вместе с тем, с другой стороны, судам все-таки не стоит руководствоваться позицией "банкрот - значит, виновен", а разбирать каждое дело с учетом индивидуальных особенностей, принимать во внимание выводы арбитражных управляющих. В противном случае институт банкротства, смысл которого заключается в освобождении от долгов неплатежеспособных предприятий, фактически может исчезнуть, вернее, трансформироваться в новый институт переноса долгов с юридического лица на физическое лицо.

<9> По данным ФНС России, размер добровольных погашений налоговой задолженности при инициировании банкротства в 2015 г. составил 8 млрд 805 тыс. руб.; в 2016 г. - 28 млрд 193 тыс. руб.; в 2017 г. соответственно 35 млрд 277 млн руб. Поступления в бюджет в рамках мировых соглашений составили 4,2 млрд руб. и выросли по сравнению с 2016 г. более чем втрое, а по сравнению с 2015 г. - в 14,3 раза. См.: Официальный сайт Федеральной налоговой службы России. URL: https://www.nalog.ru/.

С этой точки зрения показательна ситуация, которая сложилась в Республике Беларусь. Там несколько лет назад подача иска о субсидиарной ответственности учредителей и директора компании стало не правом, а обязанностью антикризисного управляющего. В результате сегодня в Минске удовлетворяются 85% таких исков, около 10% заканчиваются примирением либо уменьшением размера ответственности, отказ в привлечении к субсидиарной ответственности происходит только в 5% рассмотренных дел <10>.

<10> Кирилюк М. Учредители и директор все чаще платят по долгам компании-банкрота // Пробизнес. URL: https://probusiness.io/law/1851-uchreditel-i-direktor-vse-chashche-platyat-po-dolgam-kompanii-bankrota-pochemu-eto-nepravilno-mnenie-mikhaila-kirilyuka.html (дата обращения: 15.06.2018).

Литература

  1. Евтеев К.И. Правовая природа субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве / К.И. Евтеев // Этносоциум и межнациональная культура. 2017. N 4 (106). С. 50 - 57.
  2. Кирилюк М. Учредители и директор все чаще платят по долгам компании-банкрота / М. Кирилюк // Пробизнес. URL: https://probusiness.io/law/1851-uchreditel-i-direktor-vse-chashche-platyat-po-dolgam-kompanii-bankrota-pochemu-eto-nepravilno-mnenie-mikhaila-kirilyuka.html (дата обращения: 15.06.2018).
  3. Крюкова Ю.А. Субсидиарные обязательства в гражданском праве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / Ю.А. Крюкова. Екатеринбург, 2013. 27 с.
  4. Покровский С.С. Субсидиарная ответственность: проблемы правового регулирования и правоприменения / С.С. Покровский // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. N 7. С. 98 - 129.
  5. Файзрахманова Л.М. О совершенствовании законодательства о несостоятельности (банкротстве) гражданина / Л.М. Файзрахманова // Актуальные проблемы экономики и права. 2013. N 2. С. 212 - 218.
  6. Чекмышев К.Н. Противодействие злоупотреблениям в процедурах банкротства, направленным на уклонение от уплаты задолженности / К.Н. Чекмышев // Последние изменения в налоговом законодательстве и законодательстве о банкротстве: Материалы научно-практической конференции (Казань, 29.03.2018): Сб. науч. ст. Казань, 2018.