Мудрый Юрист

Криптовалюта как платежное средство

Кучеров Илья Ильич, заместитель директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации.

Легитимация криптовалюты в обязательном порядке предполагает определение возможностей и пределов использования ее как платежного средства. Автор ранее обращал внимание читателей на самую первую в истории человечества транзакцию с биткоином, которая со всей очевидностью носила характер денежного перевода. В настоящее время пользователи различных стран по всему миру активно эксплуатируют платежную способность этого и других подобных альтернативных платежных средств. Однако из этого вовсе не следует, что криптовалюта безоговорочно получит признание публичных институтов и будет возведена в разряд законного платежного средства. Главным препятствием на пути узаконения платежной функции криптовалюты, по мнению автора, являются существующие законодательные положения, которые оформляют построение национальных денежных систем. Соответствующие правовые нормы, как правило, закрепляют монополию государств на денежную эмиссию и определяют национальные валюты в качестве единственно возможных платежных средств на соответствующих территориях.

В этом смысле типичной являются соответствующие формулировки отечественного законодательства, согласно которым на территории Российской Федерации официальной денежной единицей (валютой) Российской Федерации является рубль. Введение других денежных единиц и выпуск денежных суррогатов, согласно ст. 27 Федерального закона от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", запрещаются. В соответствии с поручением Президента Российской Федерации законодательное регулирование сферы криптовалют должно исходить из "обязательности рубля в качестве единственного законного платежного средства в Российской Федерации". Однако, по мнению автора, из этого вовсе не следует, что отсутствует какое-либо законодательное решение рассматриваемого вопроса.

Ключевые слова: криптовалюта, платежные средства, валютное регулирование, валютный контроль, денежные суррогаты, законное платежное средство.

Cryptocurrency as a Means of Payment

I.I. Kucherov

Kucherov Ilya I., Deputy Director of the Institute of Legislation and Comparative Law under the Government of the Russian Federation, Doctor of Law, Professor, Honored Lawyer of the Russian Federation.

Legitimation of cryptocurrency necessarily involves the determination of the possibilities and limits of its use as a means of payment. The author previously drew the attention of readers to the very first transaction in the history of mankind with bitcoin, which clearly had the character of a money transfer. Currently, users of different countries around the world are actively exploiting the payment ability of this and other similar alternative means of payment. However, this does not mean that the cryptocurrency will unconditionally receive the recognition of public institutions, and will be elevated to the category of a legitimate means of payment. The main obstacle to legalize the payment function of cryptocurrency, according to the author's view, are the existing legal provisions that formalize the construction of national monetary systems. As a rule, the relevant legal provisions establish the monopoly of States on the monetary issues and define national currencies as the only possible means of payment in the respective territories.

In this sense, the appropriate wording of the domestic legislation is typical, according to which the official currency of the Russian Federation is the ruble in the territory of the Russian Federation. Introduction of other monetary units and issue of monetary surrogates, according to Art. 27 of the Federal law of 10.07.2002 No. 86-FZ "About Central Bank of the Russian Federation (Bank of Russia)", are forbidden. In accordance with the order of the President of the Russian Federation, the legislative regulation of the cryptocurrency sphere should come from the "obligation of the ruble as the only legal means of payment in the Russian Federation". However, in the author's view, this does not necessarily imply that there is no legislative solution to the issue at hand.

Key words: cryptocurrency, means of payment, currency regulation, currency control, monetary surrogates, legal means of payment.

В настоящее время наличие законодательного запрета оборота денежных суррогатов на самом деле не означает, что на территории Российской Федерации абсолютно исключается использование каких-либо платежных средств, отличных от рубля. Действительно, в узком своем значении категория денежных средств применительно к тому или иному государству фактически сводится к совокупности находящихся в обращении на его территории законных платежных средств. Однако в более широкой трактовке денег, которая исходит из возможности причисления к ним и других предметов и средств, которые могут выполнять те или иные денежные функции, состав их видится уже не таким однообразным. С учетом этого, наряду с законными платежными средствами, выделяются и другие правовые формы денежных средств. В частности, в этой связи во всяком случае можно упомянуть так называемые специальные платежные средства, хорошо известные правовой теории денежного обращения.

Идея выделения в составе денег специальных законных платежных средств в свое время сформулирована и введена в научный оборот Л.А. Лунцем, который, в частности, относил к таковым платежные средства, ограниченно используемые в определенных законодательством случаях. При этом в качестве подобных платежных средств им в первую очередь рассматривались валюты иностранных государств. Относительно последних известный правовед писал: "Иностранная валюта по общему правилу не относится к денежным знакам в юридическом смысле: она не является нормальным орудием обращения страны. Однако экономическое значение иностранной валюты как средства исполнения международных денежных обязательств имеет существенное юридическое значение" <1>. Особенностью иностранных валют является то, что государство, которое по отношению к ним не является эмитентом, может не признавать таковые в качестве платежных средств на своей территории. Ведь законодательное санкционирование тем или иным государством даже ограниченного использования иностранных валют в качестве платежных средств на своей территории является делом хотя и распространенным, но не таким однозначным. Ведь в этом случае иностранные валюты начинают составлять прямую конкуренцию национальной валюте, что предполагает известное сокращение сферы применения законных платежных средств. Как правило, незыблемым является установление, что национальная валюта в любом случае сохраняет главенствующее положение в денежном обращении по отношению к валютам других государств.

<1> См.: Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. М.: Статут; КонсультантПлюс, 2004. С. 94 - 95, 134.

Тем не менее довольно распространенной является практика, когда допускается использование подобных платежных средств наряду с законными платежными средствами, но с учетом ограничений, предусмотренных соответствующим национальным валютно-правовым режимом. Наиболее типичным является подход, при котором использование иностранных валют наряду с законными платежными средствами официально допускается, но в строго определенных законом случаях, например, для расчетов по внешнеэкономическим контрактам, при уплате таможенных пошлин и сборов, при покупке товаров в магазинах беспошлинной торговли и т.п. В подобных случаях использование иностранной валюты, как правило, подчиняется особому порядку осуществления валютных операций, в силу чего и приобретает специальный характер.

В принципе государство, реализуя свой валютный суверенитет, может наделить платежной силой любой документ или знак, который в специальном правовом режиме может использоваться наряду с национальной валютой. Еще не так давно в Российской Федерации иностранная валюта служила средством платежа, кроме того, была легализована практика денежных зачетов и расчетов с использованием казначейских обязательств и казначейских налоговых освобождений. Однако позднее в целях нормализации расчетных отношений и повышения финансовой дисциплины государством взят курс на прекращение использования в денежном обращении подобных платежных средств. В настоящее время рубль является единственной узаконенной денежной единицей, которая обеспечивает потребности денежного обращения на территории нашей страны, однако разрешено использование иностранной валюты в качестве платежного средства во внешнеэкономической деятельности.

В связи с вышеизложенным следует дать ответ на вопрос относительно возможности придания криптовалюте статуса платежного средства на территории Российской Федерации. В принципе автор не исключает подобный вариант легитимации рассматриваемых альтернативных платежных средств, поскольку, как уже установлено, криптовалюты по целому ряду правовых и других признаков проявляют значительное сходство с электронными денежными средствами и в целом институционально готовы к использованию в денежном обращении. Вместе с тем принятие соответствующего властного решения лежит в области высокой денежно-кредитной политики, ведь прежде всего необходимо определиться относительно самой возможности существования в рамках национальной платежной системы частного платежного элемента в какой бы то ни было правовой форме. При этом на сегодняшний день как в Российской Федерации, так и во многих других странах мира уже по факту (но не по закону) сложились мультивалютные денежные системы, включающие в себя такой элемент. Данностью является ситуация, при которой наряду с легальными платежными системами, основанными на использовании национальных валют, вне правового поля пользователями также активно эксплуатируются криптовалютные платежные системы.

Возникновение альтернативных платежных систем, основанных на использовании технологии распределенного реестра, первоначально породило некоторую растерянность в рядах государственных регуляторов денежно-кредитной сферы, поскольку обозначились явные пробелы в системе правового регулирования. Ведь существовавшее до этого право денежного обращения повсеместно допускало использование при переводах лишь законных платежных средств. Возникла настоятельная потребность в выработке официального отношения к криптовалютам и в определении направлений соответствующего правового регулирования. Например, в письме Министерства финансов Российской Федерации от 2 октября 2017 г. N 03-11-11/63996 "О регулировании выпуска и оборота криптовалют" <2> отмечалось, что виртуальные валюты (криптовалюты) не имеют централизованного эмитента, единого центра контроля за транзакциями и характеризуются анонимностью платежей. Правовое определение криптовалют, а также их сущность в законодательстве Российской Федерации не определены. С учетом вышеизложенного в настоящее время федеральными органами исполнительной власти и Банком России осуществляется мониторинг обращения денежных суррогатов (в том числе криптовалют), а также с учетом зарубежного опыта проводится дополнительный анализ рисков их возможного использования в противоправных (преступных) целях. В этой связи вопрос возможного регулирования выпуска и оборота криптовалют может быть рассмотрен после анализа результатов указанного мониторинга.

<2> СПС "КонсультантПлюс".

На сегодняшний день процесс законодательного оформления во многих странах еще не начат и лишь отдельные юрисдикции непосредственно приступили к правовому регулированию криптосреды. Автор убежден, что рано или поздно общественные отношения, которые возникают по поводу использования криптовалют, обретут свое правовое регулирование, вопрос лишь в том, какие подходы будут положены в его основание.

В интересующей нас связи видится четыре основных подхода, которые могут быть использованы национальными регуляторами.

Наиболее консервативным видится подход, в соответствии с которым устанавливается полный запрет на использование криптовалюты в качестве платежного средства с исключением возможности ее приобретения и отчуждения на законных основаниях. Подобный подход в настоящее время исповедуют некоторые страны мира, в том числе такие, как Бангладеш, Боливия, Вьетнам, Египет, Исландия, Киргизия и Эквадор <3>. Таким образом, государства пытаются нейтрализовать угрозу стабильности национальной валюты, которую несут в себе альтернативные платежные средства, исключить риски финансовых потерь для пользователей, не допустить использование криптовалюты для незаконного вывоза капитала, отмывания денег и финансирования терроризма <4>. При установлении подобных запретов абсолютизируются риски, связанные с использованием криптовалют, и игнорируются их полезные функции, которые могли бы быть использованы в интересах развития расчетных отношений. По мнению автора, установление подобного жесткого запрета видится излишним и нецелесообразным, поскольку его реализация крайне затруднительна, ведь пресечь осуществление криптовалютных транзакций технически практически невозможно. Кроме того, в этом случае оборот криптовалют полностью обретает теневой характер и осуществляется с использованием юрисдикций, которые предоставляют более благоприятный правовой режим.

<3> См.: Деньги, которые не любят тишину. Урегулирование не успевает за ростом криптовалютного рынка. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3407834 (дата обращения: 02.05.2018).
<4> Печегин Д.А. Крипториски // Российский журнал правовых исследований. 2017. N 3. С. 151 - 157.

Более мягким вариантом обозначенного выше подхода может служить юридическая конструкция, сочетающая в себе запрет на использование криптовалют в качестве платежных средств, но с предоставлением физическим лицам права приобретать и отчуждать их, в том числе за национальную валюту. Подобный подход, в частности, воспринят в Китае, где установлен запрет на совершение сделок с криптовалютами для хозяйствующих субъектов, но при этом отсутствуют ограничения по использованию альтернативных платежных средств гражданами. Этот подход по умолчанию установился также в целом ряде других государств в силу того, что их законодательства изначально не предусматривали соответствующих запретов, а физические лица по общему правилу вольны совершать сделки со всем тем имуществом, которое в соответствии с законодательством не ограничено в гражданском обороте.

Следующий подход, в отличие от предыдущего, исходит из возможности расширения круга пользователей криптовалюты за счет включения в него юридических лиц, которым предоставляется право приобретать и отчуждать ее на законных основаниях за национальную валюту.

На сегодняшний день подобный вариант правового регулирования установился в Республике Беларусь и предусматривает задействование парка высоких технологий, функционирующего на основе принципа экстерриториальности. Так, согласно п. 2 Декрета Президента Республики Беларусь от 21 декабря 2017 г. N 8 "О развитии цифровой экономики" <5> физические лица вправе владеть цифровыми знаками (токенами) и совершать с ними такие операции, как майнинг, хранение в виртуальных кошельках, обмен одних цифровых знаков на другие, приобретать и отчуждать их за белорусские рубли, иностранную валюту, электронные деньги, а также дарить и завещать. В свою очередь, юридическим лицам предоставлено право владеть цифровыми знаками и через резидента парка высоких технологий создавать и размещать собственные токены в Республике Беларусь и за рубежом, хранить токены в виртуальных кошельках. Кроме того, им предоставлено право через операторов криптоплатформ, операторов обмена криптовалют, иных резидентов парка высоких технологий, осуществляющих соответствующий вид деятельности, приобретать, отчуждать токены, совершать с ними иные сделки (операции). Совершение последних связывается с моментом отражения подтвержденной операции по передаче цифрового знака адресату в реестре блоков транзакций (блокчейне), иной распределенной информационной системе согласно действующим в них правилам (протоколам). Как мы видим, в данном случае криптовалютные транзакции связываются с определенной локацией, а их совершение предполагает обязательное посредничество при совершении сделок и операций резидентов парка высоких технологий. Существенным недостатком этого подхода является то, что платежная функция криптовалюты при этом все еще не реализуется. Новые виртуальные сущности вовлекаются в оборот лишь как некий товар или финансовый актив, хотя, как мы уже установили, криптовалюты имеют достаточно высокий потенциал для использования в недрах цифровой экономики именно как платежные средства.

<5> URL: http://president.gov.by/ru/official_documents_ru/view/dekret-8-ot-21-dekabrja-2017-g-17716/ (дата обращения: 27.04.2018).

Наконец, четвертый из возможных вариантов основывается на полной легализации криптовалюты с предоставлением права физическим лицам и организациям не только приобретать и отчуждать электронные знаки стоимости на законных основаниях за национальную валюту, но и использовать в качестве платежного средства в случаях и порядке, определяемом законодательством. Данный подход позволяет всецело реализовать платежную функцию криптовалюты на основе придания ей статуса специального платежного средства. На законодательном уровне признание платежной функции криптовалюты впервые состоялось в Японии. Национальная Ассамблея этой страны 25 мая 2016 г. приняла законодательный акт, регулирующий деятельность операторов криптовалютных бирж, согласно которому на них возложена обязанность регистрации деятельности в Агентстве финансовых услуг, которое, в свою очередь, уполномочено осуществлять администрирование соответствующих торговых площадок. Банкам предоставлена возможность осуществления расчетов с использованием криптовалют, которые определены как платежные средства <6>.

<6> Япония приняла Закон о регулировании криптовалютных бирж. URL: https://forklog.com/yaponiya-prinyala-zakon-o-regulirovanii-kriptovalyutnyh-birzh/ (дата обращения: 29.04.2018).

Аналогичный подход возобладал в Германии. Так, в Циркуляре Министерства финансов этой страны от 27 февраля 2018 г. воспринята правовая позиция Европейского суда от 22 октября 2015 г., согласно которой для целей налогообложения транзакции с использованием криптовалют определены как платежные услуги, соответственно, не должны облагаться налогом на добавленную стоимость. С учетом этого криптовалюта определяется как эквивалент законных средств платежа, а криптовалютные транзакции позиционируются как основанный на договоре альтернативный способ оплаты <7>. Как мы видим, в основание этого подхода положено официальное признание того, что наряду с национальной валютой и валютами иностранных государств при расчетах, основанных на договоре, в качестве платежных средств могут также использоваться и криптовалюты.

<7> Германия признала биткоин законным платежным средством. URL: https://forklog.com/germaniya-priznala-bitkoin-zakonnym-platezhnym-sredstvom/ (дата обращения: 29.04.2018).

Применительно к Российской Федерации узаконение платежной функции криптовалют предполагает решение нескольких взаимосвязанных нормотворческих задач. И в первую очередь необходимо решить вопрос относительно возможности категорирования перевода криптовалюты (в авторском представлении - электронных расчетных знаков) в качестве самостоятельной формы безналичных расчетов. Согласно ст. 82.3 Федерального закона от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" формы и стандарты безналичных расчетов устанавливаются Банком России. В п. 1.1 Положения о правилах осуществления перевода денежных средств (утв. Банком России 19.06.2012 N 383-П) <8> определено, что формы безналичных расчетов избираются плательщиками, получателями средств самостоятельно и могут предусматриваться договорами, заключаемыми ими со своими контрагентами. Соответствующий выбор включает расчеты платежными поручениями, инкассовыми поручениями, чеками, расчеты по аккредитиву, расчеты в форме перевода денежных средств по требованию получателя средств (прямое дебетование), а также - в форме перевода электронных денежных средств. В настоящее время кредитные организации осуществляют перевод денежных средств по банковским счетам и без открытия банковских счетов в рамках применяемых форм безналичных расчетов на основании распоряжений о переводе денежных средств, составляемых плательщиками.

<8> Вестник Банка России. 2012. N 34.

С учетом проведенного выше анализа, который позволил нам сделать вывод об известном сходстве электронных денежных средств и криптовалют, представляется возможным дополнить существующий состав форм безналичных расчетов расчетами в форме перевода электронных расчетных знаков. При этом следует предусмотреть, что перевод таких знаков, так же как и электронных денежных средств, должен осуществляться в соответствии с законодательством, которое определяет основание и порядок их использования в качестве платежного средства.

Необходимым также видится причисление переводов электронных расчетных знаков к платежным услугам, оказываемым субъектами национальной платежной системы в соответствии с положениями Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе". В предыдущем изложении нами уже подробно рассматривались организационно-правовые аспекты построения национальной платежной системы, и, как мы уже знаем, эта система представляет собой совокупность операторов по переводу денежных средств - организаций, которые в соответствии с законодательством вправе осуществлять соответствующую деятельность. Как уже отмечалось, в составе операторов по переводу денежных средств выделяются операторы электронных денежных средств - кредитные организации, в том числе небанковские кредитные организации, имеющие право на осуществление таких переводов без открытия банковских счетов, и иных связанных с ними банковских операций. С учетом этого необходимо определить состав субъектов, которым может быть предоставлено право осуществления переводов электронных расчетных знаков. Наряду с банками, иными кредитными организациями, по мнению автора, это могут быть отдельные профессиональные участники рынка ценных бумаг, например биржи и форекс-дилеры. Кроме того, необходимо рассмотреть возможность узаконивания деятельности криптовалютных банков и бирж.

В целях осуществления перевода денежных средств допускается создание в рамках национальной платежной системы отдельных платежных систем. Это положение, по мнению автора, предоставляет возможность включения платежных систем, основанных на использовании криптовалюты, в качестве составных частей национальной платежной системы, призванных обеспечивать перевод электронных расчетных знаков.

Литература

  1. Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве / Л.А. Лунц. М.: Статут; КонсультантПлюс, 2004. 348 с.
  2. Печегин Д.А. Крипториски / Д.А. Печегин // Российский журнал правовых исследований. 2017. N 3. С. 151 - 157.