Мудрый Юрист

Правовое обеспечение профилактики пенитенциарных правонарушений в дореволюционной России

Самойлова Анастасия Андреевна, научный сотрудник НИЦ-1 Научно-исследовательского института ФСИН России.

В статье обобщен опыт правового обеспечения профилактики пенитенциарных правонарушений в дореволюционной России. Анализируются тенденции развития, обусловленные процессом государственно-правового совершенствования царской России, которые определили систему профилактических мероприятий, направленных на привитие у заключенных законопослушного поведения.

Ключевые слова: пенитенциарные учреждения, профилактика правонарушений, заключенные, профилактический учет, обеспечение безопасности, побеги.

Legal Support of the Penitentiary Offense Prevention in the Pre-Revolutionary Russia

A.A. Samoylova

Samoylova Anastasia A., Research Scientist of Research Center No. 1 of the Research Institute of the Federal Penitentiary Service of Russia.

The article summarizes the experience of legal support for the prevention of penitentiary offenses in prerevolutionary Russia. The author analyzes trends in development caused by the process of state and legal development of tsarist Russia, which determined the system of preventive measures aimed at inculcating law-abiding behavior among prisoners.

Key words: penitentiary institutions, prevention of offenses, prisoners, preventive registration, security, shoots.

Во все времена профилактика пенитенциарных правонарушений являлась важной задачей учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, где под профилактикой понимается создание условий, при которых отсутствует возможность совершения противоправных действий, что, в свою очередь, является достижением первоочередной цели - исправления осужденных <1>. Проанализировав периоды истории становления тюремной системы России, можно с уверенностью сказать, что нормативное закрепление профилактический учет и, соответственно, мероприятия, связанные с профилактикой пенитенциарных правонарушений и преступлений, получили сравнительно недавно.

<1> Андреев С.Н. Некоторые вопросы совершенствования нормативно-правового обеспечения работы с лицами, поставленными на профилактический учет в учреждениях уголовно-исполнительной системы России // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2016. N 3. С. 5 - 7.

В то время, как и в настоящее время, самым распространенным уголовным наказанием было лишение свободы. Как известно, уголовное наказание как социальный институт "вырастает" из института мести. В XI - XIII вв. преступников заключали в погреба и ямы, заковывали в кандалы. Дополнительно к заключению применялись телесные наказания. В обозначенном периоде речи о предупреждении пенитенциарных преступлений не могло и быть. Прежде всего это определено условиями, в которых содержался арестант, которому было тяжело передвигаться, не говоря о совершении (или намерении) противоправного действия.

Ни Псковская (1467 г.), ни Новгородская (1471 г.) судные грамоты, ни другие законодательные акты рассматриваемого периода не содержали сведений о назначении и исполнении наказания в виде лишения свободы <2>. Построенные в указанный промежуток времени при дворах крупных феодалов темницы выполняли роль строгой изоляции лиц, выступающих их противниками по политическим мотивам. О содержании в них других категорий преступников этнографические источники информации не содержат. Такие темницы отличались от аналогичных государственных учреждений, следовательно, и содержание заключенных в них было весьма суровым.

<2> Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. Т. 1 / Под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1984. С. 304 - 308, 331 - 342. Однако применение тюремного заключения как предварительной меры встречается в Договорах Руси с немцами 1195 г. (ст. 13) и 1229 г. (ст. 8, 9), а также в Двинской уставной грамоте 1397 г.

Нормативные положения об уголовных наказаниях и условиях их исполнения приобрели дальнейшее развитие в период централизации и укрепления государственной власти. Основными их источниками выступили Судебники 1497 и 1550 гг., основанные на предписаниях Русской Правды, судебно-прецедентной практики и обычного права. Отсутствие в данных Судебниках норм, напрямую регламентирующих вопросы профилактики пенитенциарных правонарушений, компенсировалось содержанием в них положений, раскрывающих обязанности тюремного персонала в этом направлении. Особое внимание в них уделялось вопросам недопущения и пресечения побегов из мест заключения.

С расширением практики применения наказания в виде заключения в тюрьму вопросы содержания и устройства этих мест изоляции от общества, а также условия отбывания наказания в них стали регулироваться законодательством. Так, например, согласно гл. XXI Соборного уложения 1649 г. контролирование режима отбывания наказания в тюрьме было возложено на так называемых целовальников и тюремных сторожей. Эти лица выбирались сошными людьми, которые несли за них поручительство. Необходимо отметить повышенные требования к данным лицам со стороны государства, поскольку в случае побега тюремного узника они несли не только имущественную, но и уголовную ответственность <3>.

<3> Никитин В.Н. Тюрьма и ссылка: историческое, законодательное, административное и бытовое положение заключенных, пересыльных, их детей и освобожденных из-под стражи со времени возникновения русской тюрьмы и до наших дней (1560 - 1880). СПб., 1880. С. 6.

Городские тюрьмы в то время находились под управлением так называемых губных старост, должностные обязанности которых предусматривали принятие мер по наблюдению за внутренним и внешним состоянием тюремной инфраструктуры, а также обеспечением условий содержания в них арестантов. Законодатель того периода времени возлагал на данных старост разработку и принятие всех допустимых мер, направленных на пресечение всевозможных попыток побега, предпринимаемых арестантами. Главную причину побегов законодатель видел в недостаточном контроле за поведением узников. На основании изложенного можно заключить, что предупреждение побегов арестантов из тюрем де-факто стало первым мероприятием превентивного характера, разработанным российским законодателем и отраженным в нормативных документах, регламентирующих деятельность пенитенциарных учреждений <4>.

<4> Предупреждение пенитенциарных правонарушений / Под общ. ред. зам. директора ФСИН России генерал-лейтенанта внутренней службы В.В. Цатурова. М.: ОУ ФСИН России; ФКУ НИИ ФСИН России, 2014. С. 10.

В период правления Петра I организация профилактики правонарушений в тюрьмах регламентировалась именными и сенатскими указами, однако основной задачей все равно оставалось недопущение побегов заключенных, за которые предусматривались суровые телесные наказания. В данный период времени стали появляться и другие режимные мероприятия, направленные на профилактику пенитенциарных правонарушений, которые выражались в организации и проведении обысковых мероприятий с периодичностью один раз в сутки с целью выявления у арестантов орудий совершения побега. Кроме того, тюремные здания стали подвергаться тщательному осмотру для обнаружения следов побегов.

Одним из первых нормативных документов, в котором была предпринята попытка систематизации режимных требований в местах заключения, можно назвать принятую в 1799 г. Инструкцию для офицера военного караула Петербургской тюрьмы. В этом документе впервые были регламентированы вопросы поступления арестантов в тюрьму, их последующее разделение по признакам принадлежности к полу, возрасту, сословному положению, а также видам и характеру совершенных преступных деяний. Согласно этому документу условия отбывания наказания в тюрьмах приводились в еще более строгие рамки. Так, например, предусматривалась утренняя и вечерняя перекличка арестантов; в комнате свиданий с родственниками требовалось обязательное присутствие караульного офицера; устанавливался запрет на одновременное свидание нескольких лиц с заключенными; строго контролировалось поступление арестантам передач и различных подаяний <5>.

<5> Акимова Н.В. Сущностные характеристики криминального поведения // Юридическая психология. 2016. N 2. С. 23 - 25.

Положение о должности смотрителя тюремного замка в Москве и о должности караульного офицера в тюремном замке (1804 г.) предусматривало дифференциацию арестантов по половозрастным признакам, характеру совершенных ими преступлений. При этом запрещалось одновременное нахождение в камерах представителей разных сословий. Данное Положение продолжило практику дисциплинарных наказаний, связанных с физическим воздействием на арестантов. Вместе с тем определение вида налагаемого взыскания зависело от внутреннего убеждения смотрителя тюремного замка. Сохранялся сословный подход к выбору дисциплинарных взысканий. Например, "посажение на хлеб и воду", привлечение к грязным работам не назначались арестантам из привилегированных сословий.

Изданный в 1832 г. Устав о содержании под стражей и прилагаемая к нему тюремная инструкция 1831 г. имели огромное значение для развития института наказания в виде лишения свободы. Для предотвращения правонарушений в местах заключения Устав предусматривал дисциплинарные взыскания в виде заковывания в кандалы или обручи (определялся максимальный вес кандалов, запрещалось накладывать ножные кандалы на женщин и наказывать данным взысканием дворян и малолетних преступников), бритья головы, "посажения на хлеб и воду", телесных наказаний (самый распространенный вид взыскания, отменен лишь в 1863 г.) и помещения в карцер. Позднее в этот перечень были внесены и другие меры усмирения арестантов: выговор, лишение права переписки и свиданий, лишение части или всего заработка и пр. Нарушение установленного порядка отбывания наказания в тюрьмах влекло за собой не только дисциплинарную, но и уголовную ответственность.

Созданное в 1879 г. Главное тюремное управление (далее - ГТУ) наряду с принятыми мерами поощрения ужесточило режим и условия содержания в тюрьмах. Так, в одном из циркуляров ГТУ отмечалось, что в случае совершения преступления во время заключения, несмотря на необходимость гуманного отношения к личности виновного, уважения его достоинства, это лицо должно претерпеть строгие меры дисциплинарного воздействия <6>.

<6> Государственный архив Российской Федерации. Ф. 7420. Оп. 1. Д. 122. Л. 14.

Подводя итог рассматриваемому периоду развития пенитенциарной системы в рамках нормативной регламентации деятельности по профилактике пенитенциарных правонарушений, можно сделать вывод, что в Российской империи не существовало специального законодательства, непосредственно регулирующего вопросы предупреждения данных преступлений. Нормы, регулирующие данный вид деятельности, имели общий характер и были закреплены в иных положениях нормативных документов, регламентирующих функционирование пенитенциарных учреждений. Конкретное внимание законодателем было уделено только пресечению и предупреждению побегов.

Литература

  1. Акимова Н.В. Сущностные характеристики криминального поведения / Н.В. Акимова // Юридическая психология. 2016. N 2. С. 23 - 25.
  2. Андреев С.Н. Некоторые вопросы совершенствования нормативно-правового обеспечения работы с лицами, поставленными на профилактический учет в учреждениях уголовно-исполнительной системы России / С.Н. Андреев // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2016. N 3. С. 5 - 7.
  3. Государственный архив Российской Федерации. Ф. 7420. Оп. 1. Д. 122. Л. 14.
  4. Никитин В.Н. Тюрьма и ссылка: историческое, законодательное, административное и бытовое положение заключенных, пересыльных, их детей и освобожденных из-под стражи со времени возникновения русской тюрьмы и до наших дней (1560 - 1880) / В.Н. Никитин. СПб., 1880. 674 с.
  5. Предупреждение пенитенциарных правонарушений / Под общ. ред. зам. директора ФСИН России генерал-лейтенанта внутренней службы В.В. Цатурова. М.: ОУ ФСИН России; ФКУ НИИ ФСИН России, 2014. 98 с.
  6. Российское законодательство X - XX веков: В 9 т. Т. I. Законодательство Древней Руси / Под общ. ред. О.И. Чистякова. М.: Юрид. лит., 1984. 432 с.