Мудрый Юрист

Ответственность за совместно причиненный вред

Епихина Дарьяна Олеговна, магистр частного права (МГУ им. М.В. Ломоносова).

В статье рассматриваются условия привлечения к ответственности нескольких лиц, причинивших один и тот же вред, бремя и стандарт доказывания причинно-следственной связи, а также способы выхода из ситуаций с осложненной (альтернативной, кумулятивной, опережающей) причинностью в Англии, Франции, Германии, Швейцарии. Анализируются развитие нормы и доктрины об ответственности сопричинителей, практика судов касательно вопроса, где заканчивается солидарная ответственность нескольких лиц за один и тот же вред и начинается долевая. По мнению автора, ст. 1080 ГК РФ должна распространяться не только на соучастников, но и на случаи причинения одного и того же вреда несколькими лицами, действовавшими (бездействовавшими) независимо друг от друга. Автор предлагает в определенных ситуациях использовать доктрину "смягченной" солидарности для соблюдения баланса интересов и рисков как потерпевшего, так и делинквентов. Она предполагает возможность индивидуализации размера солидарности с учетом размера ответственности, который каждый из делинквентов нес бы, если бы был единственным причинителем вреда. Это помогает избежать долевой ответственности в случае, когда независимый делинквент мог причинить весь вред и не знал, что действует не один. Это также представляется справедливым для делинквента, который один не мог причинить весь вред, потому что ему не приходится отвечать за действия другого и нести риск его неплатежеспособности как при солидарной ответственности.

Ключевые слова: деликт, солидарная ответственность, причинно-следственная связь, статья 1080 ГК РФ.

Liability for Jointly Caused Damage

D. Epikhina

Epikhina Dariana, Master of Private Law (Lomonosov Moscow State University).

This article considers the conditions of liability for the same damage caused by multiple tortfeasors, the burden and standard of proof of causation and the ways out of situations with complicated (alternative, cumulative, or overtaking) causality in England, France, Germany, and Switzerland. The author analyses the evolution of norms and doctrines regarding the liability of joint tortfeasors and judicial practice dealing with the question of where joint and several liability of multiple tortfeasors for the same damage ends and their proportional liability begins. According to the author, the scope of art. 1080 of the Civil Code of the Russian Federation covers not only cases of intentional complicity, but also actions (or inaction) of independent tortfeasors. The author suggests that in certain situations a doctrine of "softened" solidarity be used in order to balance the interests and risks of both the injured person and the tortfeasors. It assumes the possibility of individualizing the amount of solidarity, taking into account the amount of liability that each of the tortfeasors would carry if he were the sole tortfeasor. This helps to avoid proportional liability when an independent tortfeasor could have caused all the harm and did not know that he was not acting alone. It also seems fair for a tortfeasor who alone could not have caused all harm, because he bears no liability for the actions of another party and does not bear the risk of the latter's insolvency as with joint and several liability.

Key words: tort, joint and several liability, causation, article 1080 of the Civil Code of the Russian Federation.

Гражданский кодекс РФ содержит очень лаконичное регулирование ответственности за совместно причиненный вред. Однако в доктрине и судебной практике отсутствует единое понимание нормы, закрепленной в его ст. 1080.

Ситуации причинения вреда несколькими лицами изначально представляются сложными для разрешения. Однако они становятся еще более затруднительными, когда причинно-следственную связь невозможно точно установить при наличии нескольких альтернативных причин. Должен ли потерпевший лишиться из-за этого компенсации полностью или следует в его интересах накладывать солидарную ответственность на всех потенциальных делинквентов, только один из которых причинил вред? Или стоит рассматривать вариант их ответственности в долях в зависимости от степени вероятности причинения каждым соответствующего вреда, оставляя риск их неплатежеспособности на потерпевшем? Мыслимы случаи, когда несколько независимых делинквентов причиняют один и тот же ущерб потерпевшему, но невозможно определить, кто в какой степени. У причинителей вреда появляется возможность перекладывать ответственность друг на друга, так как и без участия одного из них вред был бы причинен и требование conditio sine qua non не выполняется. Также возникают вопросы о наложении ответственности на делинквента за вред, который все равно был бы вызван позднее другим делинквентом, независимым от первого. Что здесь является наиболее верным решением - солидарная, долевая или ответственность только кого-то одного из них?

1. Ответственность множественности делинквентов за рубежом

Основаниями для привлечения к ответственности нескольких делинквентов за один и тот же вред, причиненный потерпевшему, являются по общему правилу согласованность их действий и общее намерение причинить вред, а также причинно-следственная связь между их действиями и вредом.

1.1. Ответственность множественности делинквентов в Англии

В праве Англии существует три варианта ответственности нескольких делинквентов перед одним потерпевшим: 1) в качестве сопричинителей (joint tortfeasors), ответственных за один и тот же вред, причиненный их согласованными действиями; 2) как несколько параллельных делинквентов (several concurrent tortfeasors), несущих ответственность за один и тот же вред вследствие их независимых друг от друга вкладов в причинно-следственную связь; 3) в случае неодновременного причинения несколькими делинквентами потерпевшему разных видов вреда <1>. В последнем варианте множественности делинквентов в отношении одного и того же вреда не возникает, поэтому вопрос о совместной ответственности не ставится.

<1> См.: Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law // Oliphant K. (ed.) Aggregation and Divisibility of Damage. Wien - New York, 2009. P. 111.

Ответственность сопричинителей может возникнуть в следующих случаях: когда оба делинквента являются соисполнителями; когда один делинквент позволяет (authorises) или подстрекает (induces) другого совершить деликт; при пособничестве в причинении вреда <2>. Также ответственность за совместно причиненный вред в английском праве <3> может быть результатом определенных правоотношений, например ответственность принципала и агента <4>.

<2> См.: Davies P.S. Accessory Liability. Oxford & Portland, Oregon, 2015. P. 178. Подробнее о понимании терминов combination, authorisation, inducement и assistance и связанных с этим сложностей в английском деликтном праве см.: Ibid. P. 188 - 202.
<3> Здесь и далее под английским правом подразумевается право Англии и Уэльса.
<4> См.: Davies P.S. Op. cit. P. 178. Автор ссылается на: Carty H. Joint Tortfeasance and Assistance Liability // Legal Studies. 1999. Vol. 19. P. 489; Dietrich J. Accessorial Liability in the Law of Torts // Legal Studies. 2011. Vol. 31. P. 231.

Касательно совместных причинителей не нужно доказывать, что каждый из них лично причинил ущерб, так как ответственность налагается за согласованность их действий и не зависит от причинно-следственной связи между поведением каждого делинквента и причиненным вредом, хотя последний, конечно, должен находиться в причинно-следственной связи с поведением одного из сопричинителей <5>.

<5> См.: Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth // Koziol H. (ed.) Basic Questions of Tort Law from a Comparative Perspective. Wien, 2015. P. 397. См. также: Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. The Hague, 2004. P. 65 - 66.

Для иллюстрации вышеизложенного тезиса приведем следующий казус. Ф. - фермер, выращивающий экспериментальную генетически модифицированную культуру. П. является членом экологической группы, выступающей против подобных экспериментов. В то время как 20 других членов этой группы в поле уничтожают урожай Ф., П. у обочины дает интервью представителям средств массовой информации о происходящем. Будет ли П., не причинивший непосредственно вред фермеру, признан делинквентом?

В Англии было рассмотрено дело <6> с аналогичными фактами, в котором П., назначивший заранее встречу с прессой в установленном месте для фотографирования протестной акции и разъяснения ее целей, был признан сопричинителем и нес ответственность наравне с теми, кто выкорчевывал растения в поле <7>.

<6> См.: Monsanto Plc. v. Tilly and others: Court of Appeal, 30.11.1999.
<7> См.: Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. P. 79.

Стоит отметить, что если при причинении вреда в рамках заранее согласованного плана один причиняет вред, выходящий за них, то остальные делинквенты не несут за это ответственность как сопричинители. Например, трое грабителей (один ждет в машине, другой с пистолетом отнимает деньги у парня, третий снимает драгоценности с девушки) заранее договорились использовать силу при необходимости. Молодой человек оказал сопротивление при нападении и вследствие этого получил пулевое ранение. Если под применением силы при согласовании плана подразумевалась только физическая сила (а не использование оружия), то выстреливший будет один нести ответственность за вред здоровью потерпевшего, так как это выходит за рамки совместных действий делинквентов. Однако если грабители заранее договорились, что не будут использовать силу при любых обстоятельствах, но выстрел все-таки произошел, то должен применяться использующийся в уголовном праве субъективный тест на предвидение такого результата остальными делинквентами (а не объективный тест с оглядкой на "разумного человека") <8>.

<8> См.: Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 112.

Если в ходе ограбления драгоценности девушки были случайно повреждены, то обязанность по компенсации расходов на их ремонт будет возлагаться на всех троих грабителей, так как один из них непосредственно причинил вред, а два остальных позволили такое поведение первого <9>.

<9> Ibid.

1.1.1. Бремя и стандарт доказывания причинно-следственной связи в праве Англии и Уэльса

Ответственность множественности делинквентов неизбежно связана с причинно-следственной связью. В английском праве для установления фактической причинности в качестве общего правила используется but-for тест, заключающийся в доказывании истцом того, что вред потерпевшему не был бы причинен, если бы не противоправное поведение делинквента <10>.

<10> См.: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales // Gilead T., Green M.D., Koch B.A., eds. Proportional liability: analytical and comparative perspectives. Berlin - Boston, 2013. P. 122 - 123. См. также: Cork v. Kirby Maclean Ltd [1952] 2 All English Law Reports 402, 407; Hotson v. East Berkshire Area Health Authority [1987] AC 750, 788.

В английском праве истец должен доказать, что с вероятностью 51% и более противоправное поведение ответчика является причиной его вреда (balance of probabilities), т.е. при возможности судей сказать, что "это более вероятно, чем нет" <11>, бремя доказывания снимается и причинно-следственная связь считается установленной <12>. Однако существуют исключения из общего стандарта доказывания при наличии нескольких возможных причин возникновения одного и того же вреда <13>.

<11> Цит. по: Miller v. Minister of Pensions [1947] 2 ALL ER 372 per Denning J.
<12> См.: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 123. См. также: Dam C., van. European Tort Law. 2nd ed. Oxford, 2013. P. 324.
<13> См.: Rogers W.V.H. Causation under English law // Spier J. (ed.) Unification of Tort Law: Causation. The Hague - London - Boston, 2000. P. 39.

Во-первых, это тест "существенного вклада в ущерб" (material contribution to the damage) <14> в ситуациях, когда несколько причин привели к возникновению одного и того же вреда, но непонятно, в какой степени. Классическим примером является дело Bonnington Castings Ltd v. Wardlaw <15>, в котором истец заболел пневмокониозом, явившимся результатом вдыхания им пыли (диоксида кремния), исходящей из двух источников на его рабочем месте: от его молотка (меры предосторожности работодатель соблюдал) и других работающих поблизости машин (нарушение законодательства со стороны работодателя было). Палата лордов утверждала, что истцу не нужно было доказывать, какой источник являлся более вероятной причиной его болезни. Достаточно было доказать, что противоправное воздействие внесло существенный вклад в развитие болезни.

<14> См.: Dam C., van. Op. cit. P. 327.
<15> См.: Bonnington Castings v. Wardlaw [1956] AC 613.

В подобных делах степень ответственности зависит от разграничения между делимым и неделимым вредом <16>. При неделимом вреде будет солидарная ответственность <17>, при делимом - долевая ответственность в зависимости от материального вклада делинквента <18>. При отсутствии доказательств связи между поведением каждого делинквента и отдельных частей вреда суд может сделать каждого ответчика ответственным в равных долях за общий вред <19>. Например, когда овцы истца были атакованы двумя собаками, принадлежащими разным владельцам, и некоторые овцы были убиты или повреждены, то каждый владелец собаки отвечал за 1/2 общего вреда истца <20>. Но если собаки действовали совместно, то ответчики могут нести солидарную ответственность <21>, <22>.

<16> О сложностях при разграничении делимого и неделимого вреда см.: Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 113.
<17> См.: Bank View Mills Ltd v. Nelson Corp. [1942] 2 All ER 477, 483 per Stable J.
<18> См.: Holtby v. Brigham & Cowan Ltd [2000] 3 All ER 421 (истец подвергался воздействию асбеста в течение работы с несколькими работодателями, и каждое из этих воздействий, вероятно, внесло определенный вклад в развитие асбестоза (считается делимым вредом). Апелляционный суд постановил, что ответчик несет ответственность только в той мере, в какой он внес вклад в нетрудоспособность, и что по фактам было разумно возложить ответственность на основе продолжительности времени, в течение которого истец работал на ответчика).
<19> См.: Bank View Mills Ltd v. Nelson Corp. [1942] 2 All ER 477, 483 per Stable J.
<20> См.: Piper v. Winnifrith (1911) 34 Times Law Reports 108 (Atkin J.).
<21> См.: Arneil v. Paterson [1931] AC 560.
<22> См.: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 135.

Во-вторых, был разработан тест "существенного вклада в риск возникновения вреда" (material contribution to the risk) <23>. Первым делом, в котором он был применен <24>, стало McGhee v. National Coal Board <25>. Истец весь день работал с жаркой и пыльной печью для обжига кирпичей (работодатель обеспечил меры безопасности), после, не приняв душ, которого не было на работе, он поехал домой на велосипеде. Несколько дней спустя у него развился дерматит. Работодатель утверждал, что даже при предоставлении ему возможности помыться на работе, это, скорее всего, не предотвратило бы появление болезни. Однако Палата лордов признала причинно-следственную связь установленной в связи с внесением ответчиком существенного вклада в риск возникновения болезни <26>.

<23> Подробнее см.: Dam C., van. Op. cit. P. 321 - 328.
<24> Термин был разработан позднее в деле Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd & Others [2002] 3 All ER 305, которое будет рассмотрено ниже.
<25> См.: McGhee v. National Coal Board [1913] 1 WLR 1, [1912] 3 All ER 1008 (HL).
<26> Подробнее см.: Thomson J. Delictual Liability. 5th ed. London, 2014. P. 148 - 149.

Некоторое время это правило оставалось дремлющим, пока не было снова озвучено в 2002 г. в деле Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd & Others <27>. Дело касалось работников, которые подвергались воздействию асбестовой пыли в течение срока своей трудовой деятельности у сменяющих друг друга работодателей. В результате у них развилась мезотелиома <28>. Истцы не смогли доказать с наибольшей степенью вероятности, кто именно из работодателей является причиной развития их заболевания, поэтому Апелляционный суд отказал в удовлетворении их исков. Однако Палата лордов удовлетворила иски, обосновав это внесением каждым работодателем существенного вклада в риск развития мезотелиомы. Судьи признали такой подход к установлению причинно-следственной связи исключительным и ограничили сферу его применения ссылкой на конкретные обстоятельства дела, а именно: 1) научную (а не доказательственную) неопределенность причин сложившейся ситуации; 2) то, что положение истцов являлось результатом одних и тех же (по крайней мере похожих) рисков, которым они был подвержены. В данном деле Палата лордов не решала вопрос о виде и размере ответственности работодателей <29>.

<27> См.: Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd & Others [2002] 3 All ER 305.
<28> Мезотелиома - это тяжелая форма рака легких, обычно вызывающая смерть пациента в течение года после постановки диагноза. Известно, что заболевание вызвано вдыханием асбестовых волокон; период инкубации составляет от 20 до 40 лет. Существует научная неопределенность относительно того, возникает ли болезнь в результате воздействия одного асбестового волокна, или от какого-то числа волокон, или от совокупного воздействия.
<29> См.: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 124 - 125; Dam C., van. Op. cit. P. 331; Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 114 - 115; Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. P. 68.

В деле Barker v. Corus (UK) Ltd <30>, касавшемся работника, заболевшего мезотелиомой, причиной которой могло быть воздействие асбеста при работе либо на одного работодателя (долгое время), либо на другого (в момент подачи иска он был банкротом) или при самозанятости. Палата лордов решила, что подход Fairchild не исключается, когда истец несет ответственность за часть воздействия вредного вещества (единогласно), и каждый ответчик несет ответственность только за долю, соответствующую его вкладу в создание риска возникновения вреда (четыре к одному) <31>. Не имело значения, что мезотелиома является неделимым вредом, так как "риски делимы до бесконечности" <32>.

<30> См.: Barker v. Corus (UK) Ltd [2006] 2 AC 572 (HL).
<31> См.: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 125 - 126.
<32> См.: Barker v. Corus (UK) Ltd [2006] 2 AC 572 at [35] per Lord Hoffmann. Цит. по: Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 115 ("chances are infinitely divisible").

С одной стороны, если бы использовался стандартный тест доказывания "с наибольшей степенью вероятности", то истец не получил бы никакой компенсации за недоказанностью причинно-следственной связи, несмотря на противоправное поведение его работодателей. С другой стороны, было бы несправедливо возлагать солидарную ответственность на ответчиков, ответственность которых основана только на создании риска возникновения вреда, а не на установленной причинно-следственной связи между их противоправным поведением и болезнью <33>.

<33> Подробнее см.: Dam C., van. Op. cit. P. 332; Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth. P. 397; Idem. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 115.

Вскоре результат дела Barker v. Corus (UK) Ltd был нивелирован законодательным положением, возвращавшим солидарную ответственность работодателей в случаях заболевания работников мезотелиомой, мотивируя это потенциальным отсутствием полной компенсации потерпевшим из-за риска неплатежеспособности истцов или их ликвидации <34>. Однако долевая ответственность применяется во всех случаях, не связанных с мезотелиомой и подпадающих под применение теста "существенного вклада в риск возникновения вреда" <35>.

<34> См.: Sec. 3 Compensation Act (2006). См. также: Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 126.
<35> См.: Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth. P. 397; Dam C., van. Op. cit. P. 332; Oliphant K. Aggregation and Divisibility of Damage in England and Wales: Tort Law. P. 115.

Однако в 2011 г. Верховный суд Великобритании применил тест "существенного вклада в риск возникновения вреда" в деле Sienkiewicz v. Greif (UK) Ltd [2011] UKSC 10, которое было связано с возникновением мезотелиомы только на 15% из-за работодателя, а на 85% - из-за загрязнения атмосферы в городе. Подробнее см.: Hopkins C., Olswang LLP. Case Comment: Sienkiewicz v. Greif (UK) Ltd. URL: http://ukscblog.com/case-comment-sienkiewicz-administratrix-of-the-estate-of-enid-costello-deceased-respondent-v-greif-uk-limited-appellant-knowsley-metropolitan-borough-council-appellant-v-willmore-responde/; Knowsley MBC v. Willmore [2011] UKSC 10; Oliphant K. Causal uncertainty and proportional liability in England and Wales. P. 127.

1.1.2. Осложненные случаи причинно-следственной связи и их решения в английском праве Альтернативная причинность

Когда существуют два и более потенциальных делинквента, но невозможно установить, кто именно причинил вред потерпевшему, то традиционный but-for тест не работает. Классическим примером является случай с охотниками, которые по неосторожности выстрелили в прохожего, приняв его шорох за движение птицы, но только одна пуля попала в него. Потерпевший подает иск против всех, допустим троих, охотников. По мнению К. Олифанта, на охотников должна быть возложена солидарная ответственность, а в случаях, связанных с мезотелиомой, - долевая <36>. Однако В.В. Хортон Роджерс считал, что солидарную ответственность охотников можно представить, только если они вместе стреляли в прохожего, чтобы, к примеру, напугать его. В остальных случаях стандарт доказывания (вероятность более 51%) не будет соблюден в отношении ни одного охотника, поэтому иск потерпевшего, скорее всего, не удовлетворят <37>.

<36> См.: Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth. P. 402. О правиле, выработанном в Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd., см. ранее.
<37> См.: Rogers W.V.H. Causation under English law. P. 50.

Еще более сложной представляется ситуация, в которой существует множественность не только потенциальных делинквентов, но и потенциальных потерпевших, при этом установить, какой именно делинквент причинил вред какому именно потерпевшему, не представляется возможным. Это так называемые DES-дела <38>. В некоторых штатах США в таких случаях обращаются к доктрине market-share liability (ответственность, размер которой соответствует доле на рынке) <39>. Однако ее применение возлагает на потерпевшего бремя подачи исков к каждому производителю, доля которого не всегда может быть беспроблемно определена, а также риск неплатежеспособности или отсутствия (в связи с ликвидацией и т.п.) ответчика через много лет после причинения вреда. В английском праве доктрина market-share liability не используется. Представляется интересным аргумент против ее использования, высказанный В.В. Хортоном Роджерсом: "Людей с карими глазами больше, чем с голубыми. Если на тебя напали ночью, я сомневаюсь, что ты придешь к выводу, что нападавший был кареглазым" <40>.

<38> DES (диэтилстильбэстрол) был лекарством, предназначавшимся для предупреждения преждевременных родов и использовавшимся беременными женщинами в 1940 - 1960-х гг. Лекарство выпускали многие производители. Только впоследствии выяснилось, что элемент, входивший в состав DES, был опасен для здоровья. У детей принимавших препарат женщин позднее были проблемы с репродуктивными способностями, а у их дочерей был высокий риск рака шейки матки. Истцы не смогли доказать, кто был производителем принимавшихся их матерями лекарств. Голландский судья Hoge Raad, вдохновившись ст. 6:99 ГК Нидерландов, признал солидарную ответственность ответчиков. Подробнее см.: Dam C., van. Op. cit. P. 333 - 334; Rongen L.D., van. Product Liability in the Netherlands; HR 9 October 1992, NJ 1994 535. URL: https://www.google.ru/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=2&ved=0ahUKEwjL1Ov_jtrYAhUpiaYKHT50C10QFggtMAE&url=https%3A%2F%2Fwww.biicl.org%2Fdocuments%2F444_overview_netherlands_-_nov.doc%3Fshowdocument%3D1&usg=AOvVaw2V3oO_DCP4WxRHl2AtS5MU.
<39> См., напр.: Sindell v. Abbott Laboratories, 607 P.2d 924 (1980). Аналогичное решение закреплено в п. 2 ст. 3:103 Принципов европейского деликтного права: "Если при нескольких потерпевших остается невыясненным, повлекли ли за собой действия причинителя вред для каждого из них, поскольку сохраняется вероятность того, что эти действия не были причиной вреда всех потерпевших, то эти действия тем не менее рассматриваются в качестве причины вреда, подлежащего возмещению всем потерпевшим, соразмерно предполагаемому вреду, который мог бы быть причинен каждому из них". URL: http://civil.udg.edu/php/index.php?id=129&idioma=EN.
<40> Rogers W.V.H. Causation under English law. P. 50.

Лорд Hoffmann в деле Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd утверждал, что DES-дело не подпадает под тест "существенного вклада в риск причинения вреда", так как существование других производителей лекарства существенно не увеличивало риск болезни. См.: Fairchild v. Glenhaven Funeral Services Ltd. [2003] 1 AC 32 at [74].

Кумулятивная причинность

Если A и B независимо друг от друга своими действиями в совокупности по неосторожности создают опасность, которая становится причиной одного и того же вреда V, то они несут ответственность как несколько параллельно действующих делинквентов <41>. В английском праве такая ситуация рассматривается судом с использованием теста "существенного вклада в ущерб" <42>. Если вред, причиненный потерпевшему, является делимым (например, болезнь, прогрессирующая пропорционально токсическому воздействию (асбестоз)), то устанавливается долевая ответственность пропорционально вкладу делинквента во вред <43>. При неделимом вреде (например, загрязнение реки отходами, смерть) ответчики несут солидарную ответственность <44>.

<41> См.: Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. P. 66 - 67.
<42> См.: Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth in: Koziol H. (ed.) Op. cit. P. 399 - 400.
<43> См., напр.: Holtby v. Brigham & Cowan (Hull) Ltd [2000] 3 All ER 421.
<44> См.: Bailey v. Ministry of Defence [2008] EWCA Civ. 883, [2009] 1 WLR 1052.

Опережающая причинность

В ранее рассмотренных случаях делинквенты действовали параллельно, но бывают ситуации, когда события происходят одно за другим, при этом последующее событие способно принести тот же самый ущерб, что и предыдущее.

В английском праве случай, в котором оба события являются противоправными действиями делинквентов, был разрешен в деле Baker v. Willoughby <45>. В результате дорожно-транспортного происшествия нога потерпевшего перестала сгибаться. В промежуток времени между этим инцидентом и подачей иска в суд он подвергся нападению, в ходе которого ему выстрелили в ту же ногу, и ее пришлось ампутировать. Потерпевший подал иск против первого делинквента. Последний считал, что выстрел в ту же самую ногу стал novus actus interveniens, причинно-следственная связь между его противоправными действиями и вредом потерпевшего разорвана, поэтому он не должен нести ответственность. Палата лордов не согласилась с таким аргументом, указав, что уже после первого события потерпевший утратил возможность свободно передвигаться на обеих ногах и получать соответствующий заработок, поэтому второе событие не повлияло на причинно-следственную связь, а первый делинквент несет ответственность в полном размере <46>.

<45> См.: Baker v. Willoughby [1970] AC 467.
<46> Подход английского права в случаях, когда последующее событие не является противоправным (например, болезнь потерпевшего, возникновение которой не связано с первым событием), см., напр.: Jobling v. Associated Dairies Ltd [1982] AC 794; Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth. P. 400 - 401; Dam C., van. Op. cit. P. 335.

Делинквент, совершивший противоправные действия позднее, несет ответственность только за дополнительный (при наличии) вред, причиненный потерпевшему. Например, если автомобиль потерпевшего в течение нескольких недель попадает в два ДТП, вызванных соответственно D1 и D2, и покраска автомобилю потерпевшего требуется уже после первого столкновения, то D2 не будет возмещать этот вред (это должен компенсировать D1) <47>.

<47> См.: Performance Cars v. Abraham [1962] 1 QB 33, Oliphant K. Basic Questions of Tort Law from the Perspective of England and the Commonwealth. P. 401.

Рассмотрим следующий казус: X дал коню медленно действующий яд. Y, действовавший независимо от X и не знавший о его действиях, поджег конюшню. Животное умерло от пожара, а не от яда. Кто же будет компенсировать владельцу лошади ее гибель? Если бы владелец сам застрелил отравленного коня, то способ его смерти был бы только разновидностью намерения X. В английском праве ответственность будет возлагаться на X, который, отравив коня, снизил его ценность почти до нуля. Если рассматривать этот вред как кристаллизовавшийся в момент действий X, то последующие события не имеют значения <48>, действия Y не будут приниматься в расчет.

<48> Критику данного подхода см.: Rogers W.V.H. Causation under English law. P. 42.

1.2. Ответственность множественности делинквентов во Франции

Несколько делинквентов, причинивших один и тот же вред потерпевшему, несут по общему правилу солидарную ответственность <49>. Не считается необходимым, чтобы их действия были согласованными. Неважно, являются ли их действия одновременными или последовательными <50>.

<49> См., напр.: Moreteau O. Basic Questions of Tort Law from a French Perspective // Koziol H., ed. Basic Questions of Tort Law from a Comparative Perspective. Wien, 2015. P. 54.
<50> См.: Galand-Carval S. Aggregation and Divisibility of Damage in France: Tort Law and Insurance // Oliphant K., ed. Aggregation and Divisibility of Damage. Wien - New York, 2009. P. 152.

Долевая ответственность делинквентов во Франции возможна, когда они причинили разные виды вреда (например, один причинил вред ноге, а другой - руке) или отдельные части одного делимого вреда (к примеру, шум происходит из разных источников) <51>.

<51> Ibid.

Во французском праве используется концепция общей вины (faute commune) для наложения солидарной ответственности <52>. В качестве примера С. Галанд-Карваль приводит следующее дело <53>. Между двумя группами молодых людей произошла потасовка на дискотеке. Один парень был застрелен в ходе драки. Его родители подали иск ко всем участникам противоположной группировки. Суд признал, что при невозможности установления конкретного лица, убившего молодого человека, смерть была вызвана общей волей участников группировки, принесших с собой оружие и патроны и устроивших потасовку из-за желания мести и агрессивных намерений, поэтому они несут солидарную ответственность <54>. Если вспомнить казус про троих грабителей и пистолет, рассмотренный ранее, то во Франции это как раз случай применения faute commune: все трое грабителей будут нести солидарную ответственность за весь причиненный вред потерпевшим, в том числе вред здоровью, несмотря на изначальные договоренности не использовать оружие (все трое грабителей виновны в грабеже под дулом пистолета) <55>.

<52> См., напр.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France // Gilead T., Green M.D., Koch B.A., eds. Proportional liability: analytical and comparative perspectives. Berlin - Boston, 2013. P. 144; Dam C., van. Op. cit. P. 331.
<53> См.: Cass. Civ. 2, 2 April 1997, No. 95-14428, Bull. Civ. II no. 112.
<54> См.: Galand-Carval S. Aggregation and Divisibility of Damage in France: Tort Law and Insurance. P. 152 - 153.
<55> Подробнее см.: Ibid. P. 153 - 154.

1.2.1. Бремя и стандарт доказывания причинно-следственной связи во Франции

По общему правилу во французском праве применяется принцип actori incumbit onus probandi ("бремя доказывания лежит на истце"). Причинно-следственная связь считается установленной, когда у суда не остается в этом сомнений <56> (т.е. требуется почти определенность, а не баланс вероятностей, как в английском праве). Для уменьшения бремени доказывания французы предпочитают прибегать к опровержимым презумпциям. Например, в случае заражения вирусом после переливания крови, когда потерпевшему удалось продемонстрировать отсутствие других возможных причин болезни, ответчик должен доказать, что перелитая им кровь была качественной <57>.

<56> См.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France. P. 142.
<57> Подробнее см.: Galand-Carval S. Aggregation and Divisibility of Damage in France: Tort Law and Insurance. P. 154 - 155; Dam C., van. Op. cit. P. 324.

Также для преодоления трудностей доказывания причинно-следственной связи истцом может использоваться доктрина упущенного шанса. Во Франции она широко применяется, например, в делах, связанных с упущенным шансом победить на скачках, выиграть дело в суде из-за некомпетентности юриста, медицинской халатности и т.д. <58> Суды используют эту доктрину, когда считают, что деятельность ответчика лишила потерпевшего возможности благоприятного события и истец уже ничего не может сделать для исправления ситуации. Потеря шанса избежать вреда во Франции считается отдельным, самостоятельным видом вреда, подлежащим компенсации. Таким образом, суд обходит вопрос о причинно-следственной связи и оценивает вред <59>.

<58> См.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France. P. 144.
<59> Подробнее см.: Ibid. P. 143 - 144.

В качестве примера применения доктрины упущенного шанса рассмотрим следующее дело <60>. В клинике родился ребенок с множеством тяжелых недостатков, вызванных неврологическим расстройством. Его родители подали в суд на врача общей практики, гинеколога, клинику и акушерку, принимавших участие в наблюдении за ее беременностью и родах. В суде было доказано, что первоначальное состояние здоровья матери, о котором не было известно докторам, оказало решающее, но не поддающееся измерению значение на развитие у ребенка дефектов. Однако Кассационный суд наложил на всех ответчиков солидарную ответственность за их неосторожность во время беременности и родов, которая привела к потере шанса ребенка на проявление меньшей степени инвалидности. Истцам присудили 75% компенсации <61>.

<60> См.: Cass Civ. 1, 28 January 2010, Bull I, no 19, D 2010, 947. См. также: Moreteau O. Basic Questions of Tort Law from a French Perspective. P. 55 - 56.
<61> Также французские суды используют теорию "подверженности риску". В 2008 г. суд в одном деле признал, что здоровье людей, проживающих вблизи ретрансляционной антенны, подвергается риску. Существование последнего при настоящем уровне научных знаний не может быть ни подтверждено, ни исключено с уверенностью. Однако суд обязал ответчика, корпорацию Bouygues Telephone, демонтировать антенну и присудил незначительную компенсацию за предыдущий вред здоровью. См.: TGI Nanterre, 8eme chambre, 18 Septembre 2008, N.R.G.: 07/02173; Galand-Carval S. Aggregation and Divisibility of Damage in France: Tort Law and Insurance. P. 156.

1.2.2. Осложненные случаи причинно-следственной связи и их решения во французском праве Альтернативная причинность

Казус с охотниками во Франции будет решаться следующим образом. Несколько выстреливших одновременно охотников могут нести солидарную ответственность по разным основаниям: 1) faute commune, если они охотились группой; 2) владение пулями, когда было два выстрела одновременно и две пули ранили потерпевшего; 3) коллективное или совместное владение пулями, вызывающее строгую ответственность за вещь. Охотник сможет не нести ответственность, если докажет, что его выстрел был в другом направлении, или он использовал другой тип пуль, или это было в другое время. Позиция истца усиливается тем, что ему не нужно устанавливать всех возможных делинквентов, а достаточно подать иск против наиболее платежеспособного. Если будет установлен только один охотник, а остальные нет, то он, скорее всего, будет нести ответственность в полном размере, но это не будет восприниматься несправедливо, так как по закону он обязан быть застрахованным. Если потерпевший не может установить личность ни одного из охотников или они оказались незастрахованными и банкротами, то ему возместит вред компенсационный фонд <62>.

<62> См.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France. P. 144 - 145; Dam C., van. Op. cit. P. 331. Мнение об отсутствии ответственности охотников по причине неустановленной причинно-следственной связи при их независимой друг от друга охоте см.: Galand-Carval S. Causation under French law // Spier J., ed. Unification of Tort Law: Causation. The Hague - London - Boston, 2000. P. 61.

Для разрешения ситуации с несколькими делинквентами, причинившими вред множеству потерпевших, если неизвестно, кто кому именно и в какой степени, во Франции не используют доктрину market-share liability. В 2009 г. судом было рассмотрено дело Distilbene (DES) <63>. Истец страдала от рака шейки матки из-за того, что ее мать во время беременности принимала DES. Потерпевшая подала иск против двух компаний - UCB Pharma и Novartis, в то время производивших и выпускавших на рынок DES во Франции. Потерпевшая не могла доказать, какая из двух компаний производила лекарство, которое принимала ее мать. Возможно, что она сначала принимала препарат одной фирмы, а потом другой. Установить это было невозможно. Суд низшей инстанции отклонил иск в связи с недоказанностью причинно-следственной связи. Кассационный суд установил опровержимую презумпцию причинности, указав, что каждый из ответчиков должен доказать, что не его препарат стал причиной вреда. Фактически это означало солидарную ответственность ответчиков. В то время доля UCB Pharma на рынке составляла 80 - 90%, а доля Novartis - 10 - 20%. По мнению О. Морето, это не должно было исключать солидарную ответственность, но при распределении ответственности на стадии регресса доля Novartis не должна превышать 20% (а не 50% согласно размеру вероятности наличия причинно-следственной связи) <64>.

<63> См.: Civ. 1ere, 24 sept. 2009 n° 08-16.305, Bull. Civ. I, n° 187.
<64> См.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France. P. 145 - 146. См. также: Dam C., van. Op. cit. P. 334; Moreteau O. Basic Questions of Tort Law from a French Perspective. P. 53 - 54; Marion F., Fontenille M. La causalite alternative: vers une nouvelle immixtion de l'equite en responsabilite civile? URL: https://www.lepetitjuriste.fr/droit-civil/la-causalite-alternative-vers-une-nouvelle-immixtion-de-lequite-en-responsabilite-civile/.

Кумулятивная причинность

В случаях, когда несколько независимых делинквентов причиняют один и тот же вред потерпевшему, но невозможно определить, в какой степени это сделал каждый из них, французские суды возлагают на них солидарную ответственность (при регрессе их доли будут равными). Например, если истца покусали три собаки, принадлежащие разным владельцам, то все трое будут солидарными ответчиками, если только кто-то не докажет, что его собака слишком маленького размера, чтобы причинить такой вред <65>. В казусе про одновременно спускаемые независимыми делинквентами отходы в реку ответственность также будет солидарной <66>.

<65> См.: Moreteau O. Causal Uncertainty and Proportional Liability in France. Op. cit. P. 148.
<66> См.: Galand-Carval S. Causation under French law in: Spier J. (ed.) Op. cit. P. 60.

Опережающая причинность

В ситуации, когда второе противоправное событие причиняет тот же вред, ответственность первого делинквента не прекращается, так как причинно-следственная связь не разрывается. Даже если второе событие не является противоправным (например, утрата трудоспособности в результате инсульта), после его наступления ответственность делинквента не прекращается <67>.

<67> См.: Dam C., van. Op. cit. P. 335.

В казусе про коня (X дал лошади медленно действующий яд, Y независимо от X совершил поджог, конь погиб от пожара) Y, скорее всего, будет нести ответственность, так как лошадь умерла от огня. Однако возможно, что иск к X (в той степени, в которой он уменьшил стоимость коня до пожара) будет удовлетворен, если Y окажется, например, неплатежеспособным <68>.

<68> См.: Galand-Carval S. Causation under French law. P. 56.

Когда второе событие (при условии, что оно может быть отнесено к первому) не наносит такого же вреда, что и первое, но усугубляет его, ответственность делинквентов будет солидарной. Например, французским судом было рассмотрено следующее дело. Человек пострадал в дорожно-транспортном происшествии, поэтому ему пришлось сделать переливание крови, в результате которого он заразился ВИЧ. Второй делинквент возместил вред потерпевшему и получил право регресса против водителя, виновного в ДТП <69>.

<69> См.: Dam C., van. Op. cit. P. 336.

1.3. Ответственность множественности делинквентов в Германии

Ситуации, связанные с несколькими делинквентами, регулируются § 830, 840 Германского гражданского уложения (ГГУ). Предложение 1 п. 1 § 830 ГГУ устанавливает солидарную ответственность для сопричинителей, которые действовали в соответствии с общим планом, общей волей. Это положение касается не только соисполнителей, но и подстрекателей и пособников (п. 2 § 830 ГГУ). При сознательном и намеренном сотрудничестве нет необходимости в том, чтобы делинквент лично и физически причинил вред, достаточно только психологической или интеллектуальной помощи (например, как действия П., рассказывавшего прессе о целях протестной акции, в то время как другие участники группы уничтожали урожай) <70>. Исключением являются случаи крупномасштабных демонстраций, когда предл. 1 п. 1 § 830 распространяется только на участников, применивших насилие или активно поддержавших его. Сам факт того, что лица участвовали в демонстрации, недостаточен для наложения солидарной ответственности <71>. Сопричинители также не несут ответственности за эксцесс другого делинквента <72>.

<70> См.: Magnus U. Multiple tortfeasors under German law // Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. The Hague, 2004. P. 88, 99 - 100.
<71> Ibid. См. также: Dam C., van. Op. cit. P. 330.
<72> См.: Magnus U. Multiple tortfeasors under German law. P. 90; Wagner G. Aggregation and Divisibility of Damage in Germany: Tort Law and Insurance // Oliphant K., ed. Aggregation and Divisibility of Damage. Wien - New York, 2009. P. 194.

Согласно предл. 2 п. 1 § 830 ГГУ солидарная ответственность налагается и на делинквентов, которые действовали независимо друг от друга, но причинили (неизвестно, кто в какой степени) один и тот же неделимый вред или вред, в отношении которого невозможно установить, кто именно из них его причинил <73>. При этом действия каждого из делинквентов было достаточно для причинения вреда. Таким образом, предл. 2 п. 1 § 830 покрывает случаи альтернативной и кумулятивной причинности <74>.

<73> О понимании "одного и того же вреда" в немецком праве см.: Magnus U. Multiple tortfeasors under German law. P. 93. О сфере применения предл. 2 п. 1 § 830 ГГУ см. также: Dam C., van. Op. cit. P. 330 - 331.
<74> См.: Magnus U. Multiple tortfeasors under German law. P. 88. Автор ссылается на Schiemann G. (supra fn.1) § 830 no. 5; Belling D.W., Eberl-Borges C. in v. Staudinger, Kommentar zum Burgerlichen Gesetzbuch mit Einfuhrungsgesetz und Nebengesetzen (2002) § 830 no. 67 et seq.

Долевая ответственность может быть возложена на нескольких делинквентов в случае, когда один или каждый из них причинил четко отделимую часть вреда, за которую и будет отвечать <75>.

<75> Ibid. P. 90.

1.3.1. Бремя и стандарт доказывания причинно-следственной связи в немецком праве

В немецком суде истец должен доказать причинно-следственную связь до определенной степени вероятности, которая ближе к определенности (почти 100%), чтобы у суда не оставалось никаких разумных сомнений в ее наличии. Если истец не может этого сделать, то он проигрывает дело. Таким образом, ответчик находится в более удобном положении, так как ему достаточно просто отрицать, что он являлся причиной вреда. Однако существуют определенные процессуально-правовые инструменты (в том числе презумпции причинности в определенных сферах деятельности) <76>, которые устанавливают баланс между бременем истца и ответчика по доказыванию или опровержению причинно-следственной связи <77>.

<76> См.: sect. 84a Arzneimittelgesetz (Medicinal Products Act, AMG). URL: http://www.gesetze-im-internet.de/englisch_amg/englisch_amg.html#p1826; sect. 6, 7 Umwelthaftungsgesetz (Environmental Liability Act). URL: https://www.gesetze-im-internet.de/englisch_umwelthg/index.html; § 34 Gesetz zur Regelung der Gentechnik (Genetic Technique Act). URL: https://www.gesetze-im-internet.de/gentg/.
<77> Подробнее см.: Magnus U. Causal uncertainty and proportional liability in Germany // Gilead T., Green M.D., Koch B.A., eds. Proportional liability: analytical and comparative perspectives. Berlin - Boston, 2013. P. 155, 158 - 160; Dam C., van. Op. cit. P. 324 - 325.

В отношении ответственности нескольких делинквентов немецкое право делает исключение из теста conditio sine qua non (обстоятельство является причиной результата, если без него последний исчезает) и допускает рассмотрение потенциальной причинно-следственной связи в качестве достаточной <78>. В случае умышленных совместных действий делинквентов их ответственность обосновывается фактической причинно-следственной связью на основе их общей воли. По мнению Ф. Быдлински, намерения редко могут быть установлены ретроспективно, поэтому делается лишь предположение относительно причинно-следственной связи. Однако ее ослабление в этом случае компенсируется тем, что необходимо продемонстрировать серьезную степень вины, конкретное намерение <79>. Х. Коциоль в качестве оправдания допустимости наличия только потенциальной причинно-следственной связи называет также тот факт, что поведение каждого из сопричинителей было противоправным и с большой долей вероятности вызывало ущерб, т.е. было опасно <80>. У. Магнус считает, что интенсивность использования политических соображений (какое распределение рисков и возможностей в обществе считается справедливым и разумным) должна возрастать по мере усложнения вопроса о причинности <81>.

<78> См.: Koziol H. Basic Questions of Tort Law from a Germanic Perspective. Wien, 2012. P. 139.
<79> Ibid. P. 140. Автор ссылается на: Bydlinski F. Haftung bei alternativer Kausalitat, JBl 1959, 10 f.
<80> Ibid.
<81> См.: Magnus U. Causation in German Tort law // Spier J., ed. Unification of Tort Law: Causation. The Hague - London - Boston, 2000. P. 67 - 68.

1.3.2. Осложненные случаи причинно-следственной связи и их решения в Германии Альтернативная причинность

Предложение 2 п. 1 § 830 ГГУ регулирует случаи альтернативной причинности, когда вред причинен либо делинквентом А, либо делинквентом В, но нет возможности точно определить, кем именно. Федеральный Верховный суд Германии для установления солидарной ответственности требует, чтобы все основания ответственности (за исключением причинно-следственной связи) каждого потенциального делинквента были установлены; без сомнений, один из них фактически причинил вред потерпевшему, но неясно, кто именно из них; поведение каждого из делинквентов было достаточным для причинения вреда <82>. Таким образом, для признания лица ответственным необходимо не только, чтобы ответчик создавал конкретный риск причинения вреда, но и строгая пространственно-временная связь между противоправным поведением делинквента и вредом потерпевшего <83>.

<82> См.: Wagner G. Op. cit. P. 195. Автор ссылается на: BGHZ 72, 355, 358; BGHZ 101, 106, 108; MunchKomm-Wagner (fn. 37) § 830 BGB para. 36.
<83> Подробнее см.: Koziol H. Op. cit. P. 141 - 144; Wagner G. Op. cit. P. 153.

По немецкому праву охотники в соответствующем казусе будут нести солидарную ответственность по предл. 2 п. 1 § 830 ГГУ. Для его применения надо будет установить, что истец имеет право на компенсацию в отношении каждого потенциального делинквента, поскольку каждый из них действовал неправомерно и небрежно и мог причинить вред, пусть и неясно, кто именно это сделал в итоге. Если один из делинквентов возмещает вред в полном размере потерпевшему, то он имеет право регресса к другим должникам, что в итоге приводит к окончательной долевой ответственности всех делинквентов. Однако именно ответчики, а не потерпевший в таком случае несет риск неплатежеспособности кого-то из делинквентов. По мнению У. Магнуса, такое регулирование справедливо в "охотничьих" делах, так как потерпевший получает полную компенсацию причиненного ему вреда, а потенциальные делинквенты в конечном счете несут ответственность за часть вреда и риск неплатежеспособности друг друга <84>.

<84> См.: Magnus U. Causation in German Tort law. P. 160 - 161.

Вред, вызванный воздействием асбеста, в Германии компенсируется по праву социального обеспечения, тем самым не подпадая под нормы деликтного права <85>. Если бы этого законодательного исключения ответственности работодателей не было, то рассматривался бы вопрос о применении предл. 2 п. 1 § 830 ГГУ, которое требует от каждой возможной причины достаточности для причинения всего вреда. Однако сложность в отношении мезотелиомы состоит в том, что научно не определено, является ли воздействие одного асбестового волокна достаточным для возникновения болезни. Основываясь на этом, Г. Вагнер делает предположение о том, что немецкий суд отклонил бы солидарную ответственность работодателей <86>.

<85> См.: § 104 (1) Sozialgesetzbuch Buch VII (Social Security Code Book VII, SGB VII). URL: https://www.gesetze-im-internet.de/sgb_7/.
<86> См.: Wagner G. Op. cit. P. 196.

В DES-делах, в отличие от казуса с охотниками, каждый из делинквентов точно причинил вред кому-то из потерпевших, но невозможно установить, кто кому именно. В связи с тем что истец не может доказать, какой конкретно ответчик был причиной его вреда, производители не будут нести ответственность <87>. В DES-делах производители, чьи лекарства фактически не были потреблены, не вторглись в сферу потерпевшего и прямо не угрожали его защищенным правам (в отличие от охотников). Они только создавали отдаленную опасность тем, что эти лекарства были на рынке и их можно было купить. Это трактуется аналогично случаю, когда один неизвестный болельщик на полном стадионе бросает файер и ранит людей, и, хотя каждый мог это сделать, ответственность всех отрицается <88>.

<87> Большинство расходов потерпевшего покроется системой социального обеспечения.
<88> См.: Magnus U. Causal uncertainty and proportional liability in Germany. P. 161 - 162.

Доктрина market-share liability в Германии не применяется <89>.

<89> Об обсуждении возможности применения в подобных случаях долевой ответственности и доктрины упущенного шанса см.: Wagner G. Op. cit. P. 196 - 197; Koziol H. Op. cit. P. 159 - 162.

Кумулятивная причинность

Если действия каждого делинквента достаточно для причинения вреда потерпевшему, то они будут отвечать солидарно по предл. 2 п. 1 § 830 ГГУ. При спуске токсичных отходов в пруд не знающими друг о друге делинквентами и смерти всей рыбы из-за этого каждый из них будет отвечать в полном размере <90>. Аналогично разрешается ситуация, когда невозможно определить степень вреда, причиненную каждым из независимых делинквентов. Например, все трое владельцев собак, покусавших потерпевшего, будут нести солидарную ответственность <91>.

<90> См.: Magnus U. Causation in German Tort law. P. 72.
<91> См.: Wagner G. Op. cit. P. 154, 163.

Опережающая причинность

Когда первый делинквент причиняет вред, который все равно был бы вызван позднее вторым делинквентом, ответственность первого не исключается <92>. В казусе про погибшую лошадь X (который дал яд) будет нести ответственность в полном размере, а Y (который поджег конюшню) - только за вред (при наличии) от более ранней смерти лошади <93>.

<92> См.: Dam C., van. Op. cit. P. 335. Ответственность второго лица не имеет отношения к установлению или прекращению ответственности первого лица; вопрос о том, существует ли еще один делинквент, несущий ответственность, находится в сфере риска первого делинквента, а не потерпевшего. Подробнее см.: Koziol H. Op. cit. P. 163 - 168; Назариков С.В. Некоторые теоретические и практические аспекты причинно-следственной связи в контексте деликтной ответственности // Вестник гражданского права. 2016. N 6. Т. 16. С. 190 - 193.
<93> Подробнее см.: Magnus U. Causation in German Tort law. P. 69.

Если второе событие не могло нанести такой же вред, но усугубило вред потерпевшего, то первый делинквент будет нести солидарную ответственность со вторым, если последующее событие может быть отнесено к первому событию и не является слишком удаленным по времени (в противоположном случае ответственность будет нести только второй делинквент) <94>. В качестве примера можно привести дело с немцем, которому в 1937 г. вследствие дорожно-транспортного происшествия ампутировали ногу. В 1945 г. из-за этого он не смог вовремя добраться до бункера и был ранен. Федеральный Верховный суд Германии отрицал причинно-следственную связь между первым и вторым событиями, и первый делинквент не отвечал за усугубленный ущерб истца <95>.

<94> См.: Dam C., van. Op. cit. P. 336.
<95> См.: BGH 24 April 1952, Az.: III ZR 100/51 NJW 1952, 1010 - 1011.

1.4. Ответственность множественности делинквентов в Швейцарии

В Швейцарии несколько делинквентов, причинивших вред потерпевшему, несут солидарную ответственность. Различается два вида солидарности: совершенная (solidarite parfaite) и несовершенная (solidarite imparfaite).

Статья 50 Швейцарского обязательственного закона (ШОЗ) <96>, в соответствии с которой налагается совершенная солидарность, применяется, когда делинквенты, действуя совместно и виновно, причинили один и тот же вред. При этом понятие солидарности в швейцарском законодательстве в определенном смысле является гибридным. В одном случае делинквенты действуют вместе, используя один и тот же инструмент, и действия каждого достаточно для причинения всего вреда. Например, мальчики играют со спичками, одна из которых поджигает чей-то дом. Аналогично при игре с луком, в результате которой один из детей лишается глаза. Солидарная ответственность будет основываться на том факте, что они вместе спровоцировали один и тот же вред. В другом случае делинквенты действуют сообща, но каждый из них в отдельности не мог бы вызвать совокупный вред, причиненный потерпевшему <97>. Для примера можно вспомнить казус с фермером, рассматриваемый в предыдущих разделах. В одиночку никто из них не смог бы уничтожить такое же количество урожая, сколько погибло от рук двадцати человек. П., дававший интервью, также будет нести солидарную ответственность с остальными по ст. 50 ШОЗ, так как она распространяется не только на исполнителей, но и на пособников с подстрекателями. В результате ответственность будет налагаться на них не из-за того, что они причинили один и тот же ущерб, а потому что у них была общая воля на совместные действия <98>. За эксцесс одного из участников остальные не отвечают <99>.

<96> См.: Federal Act on the Amendment of the Swiss Civil Code (Part Five: The Code of Obligations) of 30 March 1911 (status as of 1 January 2017).
<97> См.: Chappuis C., Petitpierre G., Winiger B. Multiple tortfeasors under Swiss law // Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. The Hague, 2004. P. 233 - 234.
<98> См.: Chappuis C., Petitpierre G., Winiger B. Op. cit. P. 234 - 235, 255.
<99> Ibid. P. 237.

Так называемая несовершенная солидарная ответственность налагается в соответствии со ст. 51 ШОЗ на независимых друг от друга делинквентов, причинивших своими противоправными действиями один и тот же вред <100>. Одно из главных практических последствий разграничения совершенной и несовершенной солидарности (а возможно, и единственное) касается срока исковой давности. При совершенной солидарности прерывание срока исковой давности по отношению к одному из сопричинителей прерывает его и в отношении других. В случае несовершенной солидарности потерпевший должен прервать срок исковой давности отдельно в отношении каждого должника <101>.

<100> Ibid. P. 233, 237 - 239, 241, 249.
<101> Ibid. P. 241 - 242.

Судебная практика в случае совершенной солидарности придерживается принципа абсолютной солидарности, т.е. делинквент не может ссылаться на какие-то личные исключения перед потерпевшим для снижения степени своей ответственности, а будет отвечать за 100% вреда (естественно, при отсутствии вины потерпевшего и других факторов, которые могут повлиять на размер возмещения) <102>.

<102> См., напр.: ATF 97 II 403 S. 415. Впрочем, указывает, что данный подход критикуется большинством правоведов (см.: Chappuis C., Petitpierre G., Winiger B. Op. cit. P. 234 - 235, 239, 250. В частности, они ссылаются на: Brehm R. Solidarity "absolue" on solidarity "relative" en responsabilite civile? [2002] REAS, 86 no. 8).

При несовершенной солидарности Федеральный суд Швейцарии также придерживается общего правила, но в некоторых случаях допускает исключения <103>. Он дал понять, что личные аргументы делинквента для уменьшения размера его солидарной ответственности должны приниматься с особой осторожностью и в исключительных случаях, например таких, когда вина одного настолько мала, что было бы шокирующим наложение на него солидарной ответственности за весь ущерб <104>. В доктрине не сложилось определенного мнения по этому вопросу, но большинство правоведов одобряют подобную индивидуализированную оценку <105>.

<103> См.: ATF 97 II 339; ATF 93 II 317; ATF 89 II 118.
<104> См.: Chappuis C., Petitpierre G., Winiger B. Op. cit. P. 238.
<105> Ibid. P. 251.

В проекте, предусматривающем внесение поправок и унификацию швейцарского законодательства о деликтах <106>, предлагается отменить деление солидарности на совершенную и несовершенную, а взамен ввести новое положение, регулирующее ответственность нескольких делинквентов (и совместных, и независимых). Статья 53b проекта предусматривает, что при причинении вреда третьему лицу несколькими делинквентами последние несут солидарную ответственность. Однако ее максимальный размер для каждого из них определяется суммой, которую каждый из них должен был бы выплатить, если бы он один нес ответственность <107>. Это не означает, что во внешних отношениях между делинквентами и потерпевшим ответственность будет разделена по долям. Если три грабителя нападут на лицо и причинят вред, то каждый из них будет отвечать солидарно в полном размере. Однако если пешеход попадет в ДТП, в котором примут участие не примерно одинаковые по мощности машины, а грузовик, автомобиль и велосипедист, то солидарность велосипедиста, возможно, достигнет 25%, автомобилиста - 75%, а водителя грузовика - и всех 100% <108>. Авторы проекта оправдывают свой подход отсутствием причин ставить ответчика в менее выгодное положение только потому, что существует солидарная ответственность, согласно которой он должен отвечать не просто вместе с другими, но и за действия других. Также отмечается, что суд не обеспечивает достаточную защиту солидарного должника, так как при абсолютной солидарности он несет риск неплатежеспособности остальных делинквентов <109>, в то время как формула относительной, или "смягченной", солидарности в определенной степени позволяет уменьшить суровые последствия чистой солидарности <110>.

<106> См.: Widmer P., Wessner P. Vorentwurf eines Bundesgesetzes uber die Revision und Vereinheitlichung des Haftpflichtrechts (the Preliminary Draft for the Revision and Unification of Swiss Tort Law). URL: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ve-d.pdf. См. также пояснительную записку к проекту: URL: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ber-d.pdf.
<107> Статья 53b проекта: "1. Where several persons are answerable for the damage suffered by a third person, they are jointly and severally liable for compensation. 2. For each person thus answerable, the maximum extent of such joint and several liability is the amount this person would have owed if she alone were liable" (цит. по: Widmer P., Winiger B. Causal uncertainty and proportional liability in Switzerland // Gilead T., Green M.D., Koch B.A., eds. Proportional liability: analytical and comparative perspectives. Berlin - Boston, 2013. P. 327). См.: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ve-d.pdf.
<108> См.: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 327 - 328.
<109> См.: Widmer P., Wessner P. Erlauternder Bericht. URL: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ber-d.pdf. P. 169.
<110> Данные аргументы критикуются теми, кто поддерживает широкую защиту потерпевшего. По замечанию некоторых авторов, спор об абсолютной и относительной солидарности почти такой же старый, как и Швейцарский обязательственный закон. См.: Chappuis C., Petitpierre G., Winiger B. Op. cit. P. 251.

Предлагается также другой способ взглянуть на проблему ответственности множественности делинквентов. Сначала рассмотреть вопрос о размере ответственности каждого из них, как если бы он действовал один. Только потом решить, является ли их ответственность солидарной или нет. В качестве примера приводится случай ДТП с участием A, B и потерпевшего, которому причинен вред в размере 100. A действовал с грубой неосторожностью и несет ответственность за 90, тогда как B имеет меньшую степень вины и отвечает только за 30. После того как это было определено, можно сказать, что существует солидарная ответственность A и B относительно 30 <111>.

<111> Ibid. P. 251 - 252.

1.4.1. Бремя и стандарт доказывания причинно-следственной связи в Швейцарии

Швейцарское право не придерживается принципа "все или ничего", а закрепляет промежуточное решение, предоставляя судье широкую свободу усмотрения в размере присуждаемой компенсации в зависимости от доказанности причинно-следственной связи.

В отношении стандарта доказывания нет нормативного правила. Различается два нижних порога доказывания. "Преобладающая вероятность" означает, что у судьи больше нет разумных сомнений относительно представленных фактов (существуют объективно веские причины в пользу конкретного хода событий, другие варианты не должны рассматриваться). "Простой вероятности" достаточно, когда истец находится в таком положении, что у него нет разумной возможности представить доказательства. Тогда может быть достаточно подтверждения достоверности факта, даже если суд не может исключить другие варианты причинности. Уровень доказывания должен быть тем выше, чем более маловероятной кажется причинно-следственная связь ("переменный стандарт доказательства" не применяется). В отличие от принятого в английском праве стандарта "баланса вероятности", 50% будет слишком мало для установления причинности, так как это не позволит швейцарскому суду игнорировать другие варианты <112>. По мнению П. Видмера и Б. Винигера, при вероятности доказывания выше 50% потерпевшему, вероятно, будет присуждаться компенсация за вред, но ее размер во многом не будет зависеть от степени вероятности доказывания <113>. Это может быть от 1 до 100% возмещения, потому что суд имеет широкую свободу усмотрения.

<112> См.: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 328 - 330.
<113> Ibid. P. 333.

1.4.2. Осложненные случаи причинно-следственной связи и их решения в швейцарском праве Альтернативная причинность

Казус с охотниками в Швейцарии будет рассматриваться как проблема альтернативной причинно-следственной связи. В связи с тем что истец не сможет доказать, кто из нескольких потенциальных делинквентов действительно причинил ему вред, в компенсации будет отказано полностью <114>. Исключением будут являться только совместные и преднамеренные действия охотников, которые в таком случае будут нести солидарную ответственность по ст. 50 ШОЗ.

<114> См.: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 330 - 331; Widmer P. Causation under Swiss law // Spier J., ed. Unification of Tort Law: Causation. The Hague - London - Boston, 2000. P. 120.

П. Видмер и Б. Винигер выступают за солидарную ответственность и при действиях независимых делинквентов, так как считают несправедливым ставить охотников в более выгодное положение только потому, что их несколько и невозможно установить определенную причинно-следственную связь, в то время как они по крайней мере создали риск причинения вреда прохожему, который никому не угрожал <115>.

<115> См.: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 331.

В Швейцарии не рассматривались DES-дела, однако предлагаются разные варианты решения подобных случаев. Применение доктрины market-share liability считается возможным при принятии проекта, § 2 ст. 56d которого предусматривает возможность суда присудить компенсацию в зависимости от степени вероятности причинно-следственной связи <116>. Выбор солидарной ответственности при разрешении этого дела обеспечил перенос распределения долей во внутренние отношения между делинквентами, на которых тоже бы лег риск неплатежеспособности других ответчиков. Также предлагается вариант создания системы, в соответствии с которой потерпевшие должны были бы подавать иски в центральный офис в определенный срок (для установления конкретных временных рамок и сокращения административных расходов). Наконец, существует вариант создания частного или публичного фонда <117>.

<116> § 2 ст. 56d проекта: "If conclusive proof is not possible or if it cannot be reasonably required from the person bearing the burden of proof to provide such proof, the court may be satisfied with a convincing probability; the court may also assess compensation according to the degree of probability" (цит. по: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 330). URL: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ve-d.pdf. См. также: Widmer P. Op. cit. P. 111.
<117> См.: Widmer P., Winiger B. Op. cit. P. 332.

Кумулятивная причинность

Когда несколько делинквентов причиняют вред потерпевшему и действия каждого было бы достаточно, общепринятым решением является солидарная ответственность ответчиков по ст. 51 ШОЗ <118>.

<118> Ibid. P. 336; Widmer P. Op. cit. P. 111.

Опережающая причинность

В таких ситуациях не срабатывает тест conditio sine qua non в отношении обеих причин, потому что всегда есть другая причина, которая вызвала бы вред в любом случае. Четкого решения этой проблемы пока нет. Однако П. Видмер в казусе про смерть коня считает наиболее подходящей солидарную ответственность обоих делинквентов (и отравителя, и поджигателя), так как причинность является лишь ограничением, а не условием их ответственности <119>.

<119> См.: Widmer P. Op. cit. P. 112.

2. Ответственность за совместное причинение вреда в России 2.1. Ответственность нескольких лиц за причинение вреда в Российской империи, РСФСР и СССР

Ответственность множественности лиц за причиненный вред не была предметом детального рассмотрения в трудах дореволюционных и советских правоведов. Чаще всего ученые ограничивались упоминанием о существовании солидарной ответственности, возникающей на основе совместного причинения вреда, ее содержании и взаимоотношениях между содолжниками после удовлетворения требования потерпевшего в полном объеме (праве обратного требования, регресса).

К.П. Победоносцев в "Курсе гражданского права" разграничивал ответственность нескольких лиц в зависимости от наличия или отсутствия предварительного согласия на совершение преступления. В первом случае устанавливается солидарная ответственность как исполнителей, так и сообщников, подстрекателей, попустителей. При отсутствии общего умысла каждый делинквент отвечает только за вред, причиненный его действиями <120>.

<120> См.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства. М., 2003.

В проекте Гражданского уложения была предусмотрена ст. 1076, устанавливающая совокупную ответственность для лиц, совместно причинивших вред <121>. Под совместным деянием согласно пояснительной записке понималось причинение вреда в результате "совместного деяния (действия или упущения, умышленного или неосторожного) независимо от того, было ли деяние основано на предварительном соглашении или нет" <122>. В качестве примера приводится возникновение пожара в доме из-за того, что один жилец держал у себя большое количество пороха, а другой неосторожно обращался с огнем. Оба будут нести совокупную ответственность за неосторожное причинение вреда <123>.

<121> "Если деяние, причинившее вред, совершено двумя или несколькими лицами совместно, то все они отвечают как совокупные должники. Такой же ответственности подлежат вместе с совершившими деяние и те, которые склонили их к этому деянию или помогали им" (Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения с объяснениями. Кн. 5. Т. 5. СПб., 1899. С. 511).
<122> См. также: Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. III. Права обязательственные. 2-е изд., пересмотр. и доп. СПб., 1901. С. 41 - 55; Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. 9-е изд. М., 1911. С. 584; Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. IV. Отдельные обязательства. СПб., 1912. С. 428 - 434; Гуляев А.М. Русское гражданское право. Обзор действующего законодательства, кассационной практики Правительствующего сената и проекта Гражданского уложения. 4-е изд., пересмотр. и доп. СПб., 1913. С. 324 - 327.
<123> См.: Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения с объяснениями. С. 514; см. также: Канторович Я.А. Основные идеи гражданского права. Харьков, 1928. С. 159.

Разработчики проекта Гражданского уложения не исключали ответственность соучастников за эксцесс исполнителя в связи с затруднительностью для потерпевшего доказать, что причиненный ему вред был результатом предварительного соглашения всех соучастников. Все делинквенты будут нести солидарную ответственность по правилам ст. 1076, но те, кто не соглашался на причинение вреда, возникшего в результате эксцесса, смогут получить право регресса к лицам, совершившим такое деяние <124>.

<124> См.: Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения с объяснениями. С. 516.

Статья 1076 проекта Гражданского уложения предполагала также наложение совокупной ответственности не только на непосредственных причинителей вреда, но и на тех, кто имел лишь косвенное отношение к причиненному вреду (подстрекателей и пособников). В связи с этим разработчики проекта не считали необходимым явно закреплять правило о солидарной ответственности лиц, которые действовали одновременно или последовательно, но нельзя определить, чье именно действие причинило вред (случай с охотниками), так как это подразумевалось в упомянутой статье <125>. Проект Гражданского уложения предполагал также распространение совокупной ответственности (вместо ранее установленной субсидиарной) на недоносителей и попустителей преступлений в целях большей защиты интересов потерпевшего <126>. Гражданская ответственность укрывателей за вред, причиненный преступлением другого лица, исключалась по мотивам отсутствия причинной связи между их противоправным деянием и вредом потерпевшего <127>.

<125> См.: Там же. С. 514 - 515.
<126> См.: Там же. С. 516 - 517; см. также: Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. IV. Отдельные обязательства. С. 435 - 438.
<127> См.: Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения с объяснениями. С. 517 - 518; см. также: Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. IV. Отдельные обязательства. С. 435 - 438.


Статья 1076 проекта Гражданского уложения предоставляла право обратного требования (регресса) к остальным соучастникам должнику, возместившему вред потерпевшего <128>. Пояснительная записка указывала на возможность учета судом в каждом отдельном случае степени вины (умысла или неосторожности) и меры участия (совет, приказание, исполнение, пособничество и т.п.), имущественного положения каждого из соучастников для справедливого распределения уплаченного вознаграждения между ними <129>.

<128> См. также: Анненков К.Н. Система русского гражданского права. Т. IV. Отдельные обязательства. С. 70.
<129> См.: Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения с объяснениями. С. 520.

В 1922 г. был принят Гражданский кодекс РСФСР, ст. 408 которого закрепляла солидарную ответственность для лиц, совместно причинивших вред <130>. К.М. Варшавский отмечал, что с догматической точки зрения возложение солидарной ответственности в данном случае обосновывается участием первого лица в создании той обстановки, которая привела к причинению вреда потерпевшему, а не обусловленностью вреда исключительно его действиями, поэтому конкурирующая вина другого лица сама по себе не снимает с первого ответственности <131>. Необходимость лишить нескольких лиц при причинении вреда возможности перелагать ответственность друг на друга и желание обеспечить потерпевшему более полное возмещение вреда являлись политико-правовым обоснованием солидарной ответственности по ст. 408 ГК РСФСР 1922 г. <132>

<130> "Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно".
<131> Если же второе лицо уже возместило полностью вред, то первый не должен больше ничего платить потерпевшему, но обязан возместить часть от выплаченного в порядке регресса. См.: Варшавский К.М. Обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда. М., 1929. С. 164.

Я.А. Канторович писал: "Согласно ст. 408 солидарная ответственность распространяется на всех лиц, совместно причинивших вред, независимо от различной степени вины каждого и различной степени влияния действия каждого на факт причинения вреда; все одинаково отвечают, хотя бы кто-нибудь из них принимал меры к предотвращению вреда и хотя бы его действие само по себе, без действий других, не причинило бы вреда. Понятие совместности определяется по совокупности звеньев причинной связи, а не по непосредственному влиянию действия данного лица на получение вреда. Не требуется также, чтобы действия, служившие общей причиной последовавшего вреда, были основаны на предварительном соглашении лиц, совершивших эти действия, а достаточно самое отдаленное косвенное отношение каждого из этих действий к причиненному вреду" (Канторович Я.А. Указ. соч. С. 158 - 159).

<132> См.: Варшавский К.М. Указ. соч. С. 164.

По мнению К.М. Варшавского, совместное причинение вреда налицо везде, где есть причинно-следственная связь между действиями каждого из причинителей и всем возникшим вредом <133>. Наиболее очевидным является случай, когда делинквенты действовали сообща. Для признания вреда совместно причиненным не требуется взаимозависимости или единства действий участников (вор и торговец краденым будут нести солидарную ответственность, даже если они не действовали сообща; крушение поезда при столкновении по вине двух стрелочников будет влечь солидарность, так как вред причинен совместно, хотя эти лица действовали самостоятельно и независимо друг от друга), не нужна общность цели делинквентов и неопределимость меры участия каждого <134>. В учебнике 1944 г. под редакцией М.М. Агаркова и Д.М. Генкина при рассмотрении понятия "совместный вред" акцент был сделан на причинении неделимого вреда потерпевшему двумя или более лицами <135>.

<133> П.И. Стучка приводит в качестве примера приговор, по которому осуждены вор, укравший 10 тыс. руб., и скупщик заведомо краденого имущества на 200 руб. Пленум Верховного суда от 1926 г. 19/VII установил, что в таких случаях скупщик отвечает солидарно лишь в сумме 200 руб. Если же каждый ответствен за причиненный вред полностью, то они отвечают солидарно. См.: Стучка П.И. Курс советского гражданского права. Т. 3. Особенная часть. М., Л., 1931. С. 158; Он же. Курс советского гражданского права. Т. 2. М., 1929. С. 60.
<134> См.: Варшавский К.М. Указ. соч. С. 164 - 167. Е.А. Флейшиц придерживалась аналогичной позиции, см.: Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. М., 1951. С. 153 - 154. См. также: Останина Е.А. Некоторые аспекты возложения ответственности за совместно причиненный вред. М., 2010; Тололаева Н.В. Пассивные солидарные обязательства: российский подход и континентально-европейская традиция: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2017. С. 89; Она же. Тенденции российской судебной практики в контексте европейской дискуссии о "настоящих" солидарных обязательствах // Вестник гражданского права. 2016. Т. 16. N 3. С. 80 - 106.
<135> См.: Гражданское право: Учеб. для юрид. институтов / Под ред. М.М. Агаркова, Д.М. Генкина. М., 1944. Т. 1. С. 343.

Внутренние отношения солидарных должников ст. 408 ГК РСФСР не регулировались, поэтому предлагалось использовать правила ст. 115 ГК РСФСР, устанавливающей право регрессного требования возместившего вред должника к остальным в равных долях <136>. Однако отмечалась возможная несправедливость данной нормы при разном имущественном положении сторон и различных фактических ролях каждого из делинквентов в причинении вреда, из чего следовало предположение о праве суда раскладывать ответственность между ними по своему усмотрению, а не в равных долях <137>.

<136> П.И. Стучка отмечал, что "по существу и при солидарной ответственности обязательство всех должников является долевым (равное или иное - это определяется по обстоятельствам дела, если имеются данные о полученном эквиваленте, причем предполагается равное); только кредитор этим не связан и может с любого содолжника взыскать либо только его долю, либо свыше этой доли, взыскивая остальное с других, либо все с одного". Немного дальше автор пишет, что взаимоотношения содолжников долевые и по общему правилу в равных долях, если иное не определено законом или договором (см.: Стучка П.И. Курс советского гражданского права. Т. 2. С. 61).
<137> См.: Варшавский К.М. Указ. соч. С. 168 - 169; см. также: Иоффе О.С. Обязательства по возмещению вреда. Л., 1951. С. 66 - 67.

О.С. Иоффе выделял два условия для признания вреда совместно причиненным. Во-первых, нахождение виновных действий нескольких лиц в причинной связи с наступившими вредными последствиями (снова приводился пример про ответственность скупщика краденого, который отвечал за самостоятельное преступление и только в пределах стоимости приобретенного имущества). Во-вторых, причиненный несколькими лицами вред должен быть нераздельным, единым целым, а не просто механическим соединением в одну общую сумму последствий, вызванных самостоятельными действиями каждого делинквента (например, солидарная ответственность за ущерб, причиненный хищениями нескольких лиц, налагается на них только при наличии общего умысла на совершение данного преступления) <138>.

<138> См.: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 64 - 65.

И.Б. Новицкий видел основной смысл солидарной ответственности в увеличении шансов потерпевшего на возмещение вреда, так как риск неплатежеспособности должника перекладывается на плечи сопричинителей при их внутренних взаиморасчетах <139>. Однако после полного возмещения вреда потерпевшему кем-либо из делинквентов распределение ответственности в соответствующих долях между содолжниками необходимо, по мнению О.С. Иоффе, для "оказания должного воспитательного воздействия на лиц, привлекаемых к гражданской ответственности, для устранения какой бы то ни было возможности постановки в равное положение лиц, сыгравших фактически различные роли в причинении вредных последствий" <140>. Согласно Постановлению Пленума ВС СССР от 21.06.1935 N 51 "О солидарной ответственности осужденных за причиненный материальный ущерб" к солидарной ответственности за вред, причиненный преступлением, должны привлекаться непосредственные исполнители (например, хищения или растраты), а также их подстрекатели и пособники, а не те, кто осужден по тому же уголовному делу за халатность, не связанную с корыстными целями <141>.

<139> См.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Курс советского гражданского права. Общее учение об обязательстве. М., 1950. С. 203, 208.
<140> См.: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 67.
<141> См.: Там же. С. 68; Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Указ. соч. С. 207.


В ГК РСФСР 1964 г. формулировка ст. 455, касающейся солидарной ответственности за совместно причиненный вред, была идентична ст. 408 ГК РСФСР 1922 г. <142> Однако отдельно было закреплено право регресса к делинквенту при возмещении вреда потерпевшему другим лицом <143>.

<142> "Лица, совместно причинившие вред, несут солидарную ответственность перед потерпевшим".
<143> "Лицо, возместившее причиненный другим лицом вред, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом" (ст. 456 ГК РСФСР 1964 г.).

В.П. Грибанов в своем труде "Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей" отмечал, что сущность солидарной ответственности близка к девизу "Один за всех и все за одного". Автор отмечал возможность возникновения солидарной ответственности при совместном причинении вреда и указывал на п. 4 Постановления Пленума ВС СССР от 28.05.1954 N 6 "О судебной практике по взысканию материального ущерба, причиненного преступлением", содержавший разъяснение аналогичной позиции, занятой Верховным Судом еще в 1935 г. <144> О.А. Красавчиков также не уделял особого внимания проблеме ответственности сопричинителей, ссылаясь лишь на особенности возложения ответственности за вред, причиненный преступными действиями нескольких лиц, закрепленные Постановлением Пленума ВС СССР от 23.03.1979 N 1 "О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением" (оно заменило Постановление Пленума ВС СССР от 28.05.1954), действующим до сих пор <145>.

<144> См.: Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей: Пособие для слушателей. М., 1973.
<145> См.: Советское гражданское право: Учеб. Т. 1 / Под ред. О.А. Красавчикова. М., 1985. С. 509.

Пункт 12 Постановления Пленума ВС СССР от 23.03.1979 N 1 "О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением" (с изм. и доп.): "Солидарную ответственность по возмещению ущерба несут все лица, причинившие ущерб совместными преступными действиями. При этом судам следует иметь в виду: при совершении преступления несколькими лицами они несут солидарную ответственность за причиненный ущерб по эпизодам преступления, в которых установлено их совместное участие; солидарная материальная ответственность не возлагается на лиц, которые осуждены хотя и по одному делу, но за самостоятельные преступления, не связанные общим намерением, а также на лиц, когда одни из них осуждены за корыстные преступления, например за хищение, а другие - за халатность, хотя бы действия последних объективно в какой-то мере и способствовали первым совершить преступление..."

В числе авторов, которые более подробно осветили проблему совместного причинения вреда в СССР, можно назвать В.А. Тархова. Он отмечал затруднительность установления причинной связи между поведением делинквентов и возникшим вредом в случаях, когда один создал условия, способствовавшие причинению вреда, а другой являлся непосредственным его причинителем. В таком случае автор считал, что действия обоих включаются в причинную связь и влекут за собой их солидарную ответственность <146>. В.А. Тархов также пытался объяснить возложение долевой, а не солидарной ответственности на родителей разных малолетних лиц, совместно причинивших вред. Солидарная ответственность налагается на совершеннолетних сопричинителей за их совместные противоправные и виновные действия, которые состоят в причинной связи с вредом потерпевшего. Родители же малолетних делинквентов не участвуют ни в какой совместной деятельности, имеющей непосредственную причинную связь с вредом. Их поведение причинно связано с действиями детей, действия которых, в свою очередь, находятся в причинно-следственной связи с вредом. Таким образом, ответственность родителей разных детей может быть только долевой <147>.

<146> См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов, 1973. С. 352. Интересна критика автором Постановления Пленума ВС СССР по делу Караулова и Ширшова, являющегося отечественным аналогом казуса с охотниками. Названные лица были осуждены за неосторожное убийство человека, совершенное в ходе охоты. Увидев колебания кустов и предполагая нахождение в них медведя, они выстрелили одновременно из одинаковых ружей одинаковыми патронами. Одна пуля стала причиной смерти прохожего. Пленум отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение для установления конкретного лица, виновного в совершении преступления. Это случай альтернативной причинности, разрешенный судом путем отказа в возложении солидарной или долевой ответственности на потенциальных делинквентов из-за недоказанности причинно-следственной связи и освобождения от ответственности обоих. В.А. Тархов считает, что никакой предположительности причинности здесь нет, а участие обоих причинителей в убийстве доказано. "Совершенно очевидно, что смерть потерпевшего являлась необходимым результатом действий обоих обвиняемых, а то, что не причинила вреда пуля, попавшая в нагрудный карман Копылова, - это чистая случайность" (Там же. С. 353 - 354). См. также: Тархов В.А. Гражданское право. Общая часть. Курс лекций. Чебоксары, 1997. С. 320.
<147> Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 357 - 358.

2.2. Ответственность за совместное причинение вреда в Российской Федерации

Ответственность за совместно причиненный вред в России регулируется ст. 1080 ГК РФ, содержащей аналогичное советским кодексам правило о солидарной ответственности. Абзац 2 ст. 1080 ГК РФ устанавливает возможность возложения на сопричинителей долевой ответственности по заявлению потерпевшего и в его интересах (доли, в отличие от общего правила, закрепленного ст. 321 ГК РФ, изначально не предполагаются равными, а устанавливаются в зависимости от степени вины каждого в соответствии с п. 2 ст. 1081 ГК РФ) <148>.

<148> Замена солидарной ответственности сопричинителей долевой не соответствует интересам потерпевшего, в частности из-за переложения риска неплатежеспособности одного из делинквентов на самого потерпевшего. См.: Останина Е.А. Указ. соч.; Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй: В 3 т. / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., 2011. Т. 3 (автор комментария к ст. 1080 ГК РФ - Б.М. Гонгало).

Впрочем, не до конца ясно, что же понимается под совместным причинением вреда современной доктриной и судами.

С одной стороны, слово "совместно" в ст. 1080 ГК РФ толкуется как совместность действий нескольких делинквентов <149>. Пункт 14 информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 N 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами" (далее - письмо N 145) приводит в качестве признаков совместного характера действий их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения <150>, <151>.

<149> См., напр.: Российское гражданское право: Учеб. в 2 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд. М., 2011. Т. 2 (автор главы 55 - С.М. Корнеев); Гражданское право: Учеб. / Под ред. О.Н. Садикова. М., 2007. Т. 2 (автор главы 51 - И.Ш. Файзутдинов).
<150> При этом в п. 14 письма N 145 отмечается общий характер ст. 1080 ГК РФ, подлежащей применению "во всех случаях совместного причинения вреда, в том числе когда гражданским законодательством определен специальный субъект деликтной ответственности (статьи 1069 - 1079 ГК РФ) или установлены специальные правила о возмещении того или иного вида вреда (вред жизни или здоровью, моральный вред)". Это разъяснение подтверждает возможность возложения солидарной ответственности на лиц, совершивших разные деликты. В деле, приведенном в качестве примера Президиумом ВАС РФ в данном информационном письме, вред был причинен совместными действиями сотрудника налогового органа, незаконно изменившего сведения об участниках общества в Едином государственном реестре юридических лиц, и граждан Л., Е. и К., которые в результате этого вывели активы общества с ограниченной ответственностью.
<151> Эти признаки совместности причинения вреда довольно широко используются в судебных актах. См., напр.: Постановление Президиума Ивановского областного суда от 31.07.2015 по делу N 4Г-391/2015: "В силу положений ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. <...> Данная норма права в качестве основания для возложения солидарной ответственности называет юридически значимое обстоятельство - совместное причинение вреда, то есть совместное участие (совместные действия) в причинении вреда. Таким образом, при причинении вреда несколькими лицами они несут солидарную ответственность за причиненный вред лишь в тех случаях, когда установлено их совместное участие. О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения (здесь и далее в цитатах выделено нами. - Д.Е.). Кроме того, условием ответственности за совместно причиненный вред также является наличие прямой причинной связи между действиями каждого из причинителей и наступившим вредом". См. также: Апелляционные определения Судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда от 16.05.2016 по делу N 33-3406/2016; Судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 09.02.2016 по делу N 33-124/2016; Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 26.03.2015 по делу N 33-4749/2015; Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Коми от 20.04.2015 по делу N 33-1800/2015.


Аналогичные индикаторы для определения совместности действий нескольких делинквентов приводились и в п. 43 Постановления Пленума ВС РФ от 18.10.2012 N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования". В п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде" (далее - Постановление N 49) после перечисления упомянутых признаков совместного характера действий причинителей вреда добавлен интересный пример: "Так, к солидарной ответственности могут быть привлечены заказчик, поручивший выполнение работ, которые причиняют вред окружающей среде, и подрядчик, фактически их выполнивший. Заказчик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что подрядчик при выполнении работ вышел за пределы данного ему заказчиком задания".

Представляется верным возложение солидарной ответственности на заказчика и подрядчика, в результате действий которых причинен вред. Показательной является история судебного процесса по делу АО "Управление перспективных технологий", с одной стороны, и ПАО "Ростелеком" (заказчик), ООО "Медитон Телеком" (подрядчик), с другой стороны, по распространенной категории дел о возмещении вреда, вызванного повреждением кабеля. На первом круге рассмотрения дела суд удовлетворил требования истца только к подрядчику как непосредственному причинителю вреда <152>. Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменения. Однако Арбитражный суд Московского округа иначе подошел к рассмотрению дела и, отменяя акты нижестоящих судов в части отказа возложения солидарной ответственности на ответчиков, указал на совместный характер действий подрядчика, непосредственно повредившего кабельные линии, и заказчика, осуществлявшего функции по руководству, организации и контролю за выполнением работ <153>. Таким образом, суд кассационной инстанции направил дело по правильному пути, и Арбитражный суд г. Москвы при новом рассмотрении дела возложил солидарную ответственность по ст. 1080 ГК РФ на подрядчика и заказчика <154>.

<152> См.: решение АС г. Москвы от 14.07.2016 по делу N А40-209161/2015. Интересно, что суд в мотивировочной части написал, что он понимает под причинно-следственной связью: "Таким образом, как и любая форма гражданско-правовой ответственности, возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора. Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. То есть для взыскания убытков, лицо, чье право нарушено, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками в размере убытков".
<153> При этом как у подрядчика, так и у заказчика имелась предположительная информация о месте нахождения кабельной линии. См.: Постановление АС Московского округа от 25.01.2017 N Ф05-21167/2016 по делу N А40-209161/2015.
<154> См.: решение АС г. Москвы от 22.06.2017 (оставлено без изменения Постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2017 и АС Московского округа от 25.01.2018); см. также: Постановления АС Дальневосточного округа от 21.12.2015 N Ф03-5529/2015; Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2014 N 09АП-50713/2014.

Вместе с тем можно выделить подход, объясняющий солидарную ответственность по ст. 1080 ГК РФ неделимостью вреда, возникшего у потерпевшего в результате действий (бездействия) нескольких лиц <155>. А.П. Сергеев отмечает, что нераздельность вреда в таком случае указывает на наличие причинной связи между действиями всех делинквентов и наступившим результатом <156>. Данный подход нашел широкое распространение и в судебной практике <157>.

<155> См., напр.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. 5-е изд., испр. и доп. М., 2006 (авторы комментария - И.Ш. Файзутдинов, В.В. Глянцев); Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. М., 2004 (автор комментария к ст. 1080 ГК РФ - Е.Н. Васильева); Останина Е.А. Указ. соч.; Богданов Д.Е. Солидарная деликтная ответственность с позиций справедливости // Цивилист. 2013. N 3. С. 47 - 55.
<156> Но при причинении вреда преступлением необходим и субъективный признак - общее намерение сопричинителей. См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть 2: Учеб.-практ. комментарий / Под ред. А.П. Сергеева. М., 2010 (автор комментария к ст. 1080 ГК РФ - А.П. Сергеев).
<157> Стоит отметить, что суды, указывая на необходимость наличия неделимого вреда, требуют также и совместных действий делинквентов. По судебным актам практически без изменений кочует фраза: "Для возникновения ответственности по статье 1080 ГК РФ за причиненный вред необходимо, чтобы вред являлся нераздельным результатом совместных действий (бездействия) нескольких лиц. Только такой признак указывает на наличие причинной связи между действиями всех причинителей вреда и наступившим результатом" (см., напр.: Апелляционные определения Судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 28.04.2017 по делу N 33-2807/2017; Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 14.02.2017 по делу N 33-1413/2017; Судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 20.10.2016 по делу N 33-13451/2016; Судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 16.08.2016 по делу N 33-21026/2016; Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 20.01.2016 по делу N 33-257/2016; Московского городского суда от 10.07.2015 N 33-24148/15).

Некоторые авторы, не акцентируя внимания на делимости или неделимости вреда, указывают лишь на необходимость причинно-следственной связи между действиями делинквентов и наступившим вредом. Б.М. Гонгало, комментируя ст. 1080 ГК РФ, отмечает, что для ее применения не имеет значения, были ли действия лиц согласованными и направленными на достижение общей цели (у них могут быть противоположные цели или они вообще могут отсутствовать). Имеет значение только то, что действия лиц "в совокупности (потому они и совместные)" являются причиной вреда <158>. Н.В. Тололаева наряду с возможностью возникновения солидарных обязательств из разных оснований подчеркивает, что ст. 1080 ГК РФ требует совместного вреда, а не совместности действий делинквентов, которые могут даже не знать о существовании друг друга <159>. В качестве яркой иллюстрации данного утверждения можно привести случай, описанный Е.А. Флейшиц. Стрелочник вследствие невнимательности не перевел стрелки, машинист, не заметивший его ошибки и не затормозивший, повел поезд на путь, занятый другим составом. Каждый из них действовал независимо друг от друга, но вред в виде крушения поезда причинен ими совместно, поэтому они должны нести солидарную ответственность <160>. В реальной практике было рассмотрено дело о параллельных, независимых причинителях вреда. Буровые установки и скважины, принадлежащие разным юридическим лицам, располагались на землях охотничьего хозяйства таким образом, что невозможно было определить размер вреда, причиняемого окружающей среде каждым из делинквентов. Суд, руководствуясь ст. 1080 ГК РФ, наложил солидарную ответственность за совместно причиненный вред <161>.

<158> См.: Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй: В 3 т. Т. 3 (автор комментария к ст. 1080 ГК РФ - Б.М. Гонгало); см. также: Обязательства вследствие причинения вреда: Постатейный комментарий главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., 2009 (автор комментария к ст. 1080 ГК РФ - Б.М. Гонгало); Зуева М.В., Климович А.В., Корнеева О.В. Комментарий к главе 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) от 26 января 1996 г. N 14-ФЗ (постатейный) (подготовлен для СПС "КонсультантПлюс").
<159> См.: Тололаева Н.В. Тенденции российской судебной практики в контексте европейской дискуссии о "настоящих" солидарных обязательствах.
<160> См.: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 153 - 154.
<161> См.: Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 23.10.2002 N Ф08-4000/02 по делу N А53-12639/01.

Вред может признаваться совместно причиненным не только в результате поведения параллельных делинквентов, но и в случае последовательных действий (бездействия) независимых причинителей вреда.

Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ было рассмотрено следующее дело. В преддверии своего банкротства общество с ограниченной ответственностью произвело отчуждение своего ликвидного актива по многократно заниженной цене. Первый конкурсный управляющий данного общества (A) не стал оспаривать эту сделку. Второй конкурсный управляющий (B) поступил аналогичным образом, несмотря на соответствующее требование конкурсного кредитора. Когда же третий конкурсный управляющий предпринял попытки по возвращению имущества в конкурсную массу, срок исковой давности был уже пропущен. Суд первой инстанции наложил солидарную ответственность на A и B за причиненные конкурсному кредитору убытки. Суд апелляционной инстанции своим постановлением, оставленным без изменения окружным судом, отменил это решение и отказал в удовлетворении иска, сославшись на отсутствие причинно-следственной связи между поведением A и B и фактом причинения убытков в заявленном истцом размере. ВС РФ отменил все акты судов нижестоящих инстанций и отправил дело на новое рассмотрение, в том числе указав, что солидарная ответственность на A и B согласно ст. 1080 ГК РФ может быть возложена, если поведения каждого из них было достаточно для причинения убытков (A и B имели возможность своевременно оспорить каждую из сделок, но в отсутствие объективных препятствий не сделали этого) <162>. Таким образом, независимые и последовательно действующие (бездействующие) делинквенты, если поведение каждого из них противоправно и достаточно для причинения вреда, могут быть привлечены к солидарной ответственности как сопричинители <163>.

<162> См.: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.10.2017 N 305-ЭС17-8225.
<163> См.: абз. 2 п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; см. также: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 29.05.2016 N 309-ЭС15-18344. В данном деле из-за бездействия пяти конкурсных управляющих (отсутствия запроса в органы Росреестра о наличии у должника недвижимого имущества и отказа от проведения новой инвентаризации имущества) по подложным документам в период действия полномочий третьего управляющего Костромина была осуществлена регистрация перехода права собственности на гараж, который впоследствии перешел по наследству супруге приобретателя, продавшей его третьему лицу. Судебная коллегия ВС РФ указала, что все конкурсные управляющие своим бездействием причинили вред обществу, в том числе те, кто был назначен после Костромина. Определением АС Свердловской области от 05.12.2016 причиненный вред был взыскан с четырех арбитражных управляющих солидарно (в отношении одного из них производство было прекращено в связи со смертью).


В связи с этим нельзя не упомянуть казус о причинении вреда собственнику в результате угона и последующей кражи неустановленным лицом автомобиля, который так и не был найден. КС РФ, рассматривая этот случай, отметил, что ст. 1064 ГК РФ не препятствует потерпевшему требовать возмещения имущественного вреда с угонщика, если в результате противоправного поведения последнего автомобиль был поврежден или похищен неустановленным лицом. По мнению КС РФ, угонщик лишает собственника контроля над своим имуществом (в том числе возможности обеспечивать его сохранность), чем создает объективные условия для его последующей кражи третьими лицами, поэтому "необходимо исходить из того, что виновный в угоне ipso facto принимает на себя ответственность за последующую судьбу данного имущества - вплоть до фактического возвращения автомобиля собственнику или до привлечения к ответственности лица, совершившего кражу данного автомобиля, если не докажет, что в результате его действий (бездействия) не были созданы условия для последующей утраты собственником его автомобиля" <164>. Однако положения п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ и п. "а" ч. 2 ст. 166 УК РФ в их взаимосвязи по смыслу, придаваемому им судебным толкованием, не позволяют взыскать имущественный вред с угонщика, если автомобиль стал предметом двух последовательно совершенных, но самостоятельных преступлений (угона и кражи неустановленным лицом), что не соответствует Конституции РФ.

<164> Пункт 3.1 Постановления КС РФ от 07.04.2015 N 7-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта "а" части второй статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. Кряжева".

Законодатель, выполняя указание КС РФ по усовершенствованию правового механизма реализации потерпевшим права на возмещение вреда, причиненного в связи с угоном и последующей кражей принадлежащего ему автомобиля, принял в первом чтении проект Федерального закона N 897448-6 "О внесении изменения в статью 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - проект N 897448-6). Он предусматривает дополнение ст. 1080 ГК РФ следующим положением: "Лицо, неправомерно завладевшее чужим имуществом, которое впоследствии было повреждено либо утрачено вследствие действий другого лица, действовавшего независимо от первого лица, отвечает за причиненный вред (пункт 2 статьи 1104), если не докажет, что вред причинен не по его вине. После возмещения вреда потерпевшему такое лицо имеет право регресса к причинителю вреда в размере выплаченного возмещения". В пояснительной записке к проекту N 897448-6 указано, что ст. 1080 ГК РФ в действующей редакции позволяет потерпевшему взыскать с лица, совершившего угон транспортного средства, вред, причиненный его последующим хищением, в полном объеме в порядке солидарного возмещения, в том числе и в случаях, когда лицо, похитившее транспортное средство, еще не установлено.

Однако, несмотря на констатацию достаточности ст. 1080 ГК РФ в существующем виде для возложения солидарной ответственности за причиненный вред на лиц, последовательно совершивших разные преступления, предлагается все-таки дополнить ее. Проект во втором чтении выглядит иначе: "Лицо, неправомерно завладевшее чужим имуществом, которое впоследствии было повреждено либо утрачено вследствие действий другого лица, действовавшего независимо от первого лица, отвечает за причиненный вред (статья 1103 и пункт 2 статьи 1104). Указанное правило не лишает лицо, чье имущество было повреждено или утрачено, права на предъявление иска о возмещении вреда непосредственно к лицу, причинившему вред". В экспертном заключении Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства указывается, что необходимо исключить ссылки на ст. 1103, 1104 ГК РФ, и рекомендуется переформулировать последнее предложение следующим образом: "Указанное правило не освобождает непосредственного причинителя вреда от его возмещения" <165>. Стоит заметить, что толкование ст. 1080 ГК РФ как требующей исключительно совместности действий делинквентов, а не совместного причинения вреда, привело к запуску длительной и дорогостоящей процедуры по реформированию законодательства там, где в этом нет никакой нужды и можно обойтись нормами в существующем виде <166>.

<165> Экспертное заключение по проекту Федерального закона N 897448-6 "О внесении изменения в статью 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации", принятое на заседании Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 06.06.2016 N 154-6/2016.
<166> См. также: Тололаева Н.В. Тенденции российской судебной практики в контексте европейской дискуссии о "настоящих" солидарных обязательствах; Она же. Пассивные солидарные обязательства: российский подход и континентально-европейская традиция: Дис. ... канд. юрид. наук. С. 86 - 89.

Частным случаем сопричинения является вред, возникший у третьего лица в результате взаимодействия источников повышенной опасности (абз. 1 п. 3 ст. 1079 ГК РФ) <167>. Владельцы причинивших вред источников повышенной опасности отвечают перед третьим лицом солидарно, при этом возможность возложения на них долевой ответственности не предусмотрена. Самым распространенным применением этой нормы на практике является возмещение вреда пешеходу или потерпевшему в результате дорожно-транспортного происшествия с участием нескольких транспортных средств. В п. 10 Постановления N 49 в качестве примера приведена солидарная ответственность владельца нефтепровода и владельца строительной техники, в результате эксплуатации которой произошел разлив нефтепродуктов.

<167> См.: п. 25 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина": "При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ". См. также: Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй: В 3 т. / Под ред. П.В. Крашенинникова. Т. 3 (автор комментария к ст. 1079 ГК РФ - Б.М. Гонгало); Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина (автор комментария к ст. 1079 ГК РФ - Е.Н. Васильева).

При делимом вреде, причиненном несколькими лицами, судебная практика возлагает ответственность на делинквентов в долях. Например, в п. 12 письма N 145 приводится следующий случай. В результате предписания администрации муниципального образования, в дальнейшем признанного недействительным, муниципальным унитарным предприятием была демонтирована рекламная конструкция истца. В ходе работ рекламная конструкция и ограждение земельного участка истца были повреждены. Суд постановил, что вред, причиненный исполнением незаконного предписания органа местного самоуправления (расходы на установку рекламной конструкции на прежнем месте и ее транспортировку, дополнительные расходы на размещение рекламы), подлежит возмещению муниципальным образованием (предприятие не знало и не должно было знать о незаконности предписания), а вред, причиненный в результате действий предприятия, выходящих за рамки исполнения предписания (расходы на ремонт рекламной конструкции и забора), - муниципальным унитарным предприятием.

Однако наряду с правильным применением долевой ответственности существуют необъяснимые с догматической точки зрения исключения из солидарной ответственности.

Во-первых, странная история произошла с возмещением морального вреда, причиненного в результате преступления. До 2010 г. Верховный Суд РФ считал, что соисполнители преступления должны нести солидарную ответственность за причиненный моральный вред. Данная позиция нашла отражение в формате ответа на вопрос в Обзоре судебной практики ВС РФ за III квартал 2005 года, утв. Президиумом ВС РФ от 23.11.2005. Судебная практика и доктрина придерживались аналогичной позиции <168>. Однако в 2010 г. ситуация кардинально изменилась. В п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 29.06.2010 N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве" без какого-либо обоснования была выбрана долевая ответственность за моральный вред, причиненный преступными действиями нескольких лиц. Эта позиция повторно была высказана в п. 40 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре". Соответственно, и судебная практика пошла по указанному Верховным Судом пути <169>.

<168> См., напр.: надзорное Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 10.04.2008 N 67-Д07-52; Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 13.10.2009 N 50-О09-40; Кузнецова О.В. Возмещение морального вреда: Практ. пособ. М., 2009; Владимирова В.В. Компенсация морального вреда - мера реабилитации потерпевшего в российском уголовном процессе. М., 2007.
<169> См.: Постановления Московского городского суда от 11.05.2016 N 4у/3-731/16; Президиума Хабаровского краевого суда от 31.10.2016 по делу N 4У-987/2016; Обобщение судебной практики Челябинского областного суда за I квартал 2016 г., утв. Постановлением Президиума Челябинского областного суда от 11.05.2016; Обзор судебной практики по уголовным делам кассационной инстанции Московского городского суда за 2015 г.; Обобщение кассационной практики Амурского областного суда по рассмотрению уголовных дел за 2015 г., утв. Президиумом Амурского областного суда 25.01.2016; Обзор апелляционной и кассационной практики по уголовным делам Пермского краевого суда за II полугодие 2014 г., утв. на заседании Президиума Пермского краевого суда 13.03.2015.


Данное изменение подхода судов к взысканию морального вреда, причиненного в результате преступления, доктрина и не заметила <170>. Однако нет никакого догматического обоснования долевой ответственности за моральный вред, причиненный преступными действиями нескольких лиц. В тексте ст. 1080 ГК РФ, устанавливающей солидарную ответственность, нет деления совместно причиненного вреда на имущественный и моральный. Также очевидно, что моральный вред является неделимым. При этом солидарная ответственность лиц, причинивших моральный вред третьему лицу в результате взаимодействия их источников повышенной опасности, не вызывает у судов каких-то сомнений <171>.

<170> В качестве исключения можно назвать только А.М. Эрделевского, отмечающего недостаточную ясность и непоследовательность судебной практики по вопросу возмещения морального вреда, причиненного преступными действиями нескольких лиц, и выступающего за солидарную ответственность соучастников в этом случае. См.: Эрделевский А.М. О некоторых вопросах компенсации морального вреда в судебной практике (доступно в СПС "КонсультантПлюс").
<171> См., напр.: Определения Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 30.01.2017 N 24-КГ16-25, от 26.09.2016 N 18-КГ16-93, от 29.08.2016 N 24-КГ16-4; Постановление Президиума Тверского областного суда от 16.05.2016 по делу N 4Г-237/2016.

Во-вторых, есть следующая судебная практика относительно причинения имущественного вреда совместными преступными действиями совершеннолетнего и несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет. Совершеннолетнего A и несовершеннолетнего B привлекли к уголовной ответственности за разбойное нападение на C и его убийство. B не имел заработка и имущества, достаточного для возмещения причиненного вреда, поэтому приговором суда на A и родителей B в солидарном порядке была возложена обязанность возместить материальный вред гражданскому истцу. Однако ВС РФ, сославшись на ст. 1080 ГК РФ, отметил, что родители B не являлись непосредственными причинителями вреда, следовательно, могут нести ответственность с A только в долевом порядке <172>. Таким образом, согласно логике ВС РФ солидарная ответственность лиц, совместно причинивших вред, при появлении несовершеннолетнего соучастника в возрасте от 14 до 18 лет и несущего ответственность на общих основаниях, у которого недостаточно имущества для возмещения вреда, автоматически превращается в долевую. В результате такой пертурбации потерпевший может взыскать только определенную долю с совершеннолетнего преступника (это, безусловно, выгодно для последнего), хотя до того, как выяснилось, что у несовершеннолетнего соучастника недостаточно имущества для покрытия причиненного вреда, он мог получить все 100% ущерба с любого из них. Подобная ситуация представляется нарушающей интересы пострадавшего в результате преступления.

<172> См.: Апелляционное определение ВС РФ от 16.02.2017 N 4-АПУ17/1. Заметим, что долевую ответственность родителей (попечителей) при совместном причинении вреда несколькими несовершеннолетними, имеющими разных родителей или находящимися под попечительством разных лиц, можно обосновать двухзвенной причинной связью, рассмотренной выше, и ответственностью только за действия своих детей, а не чужих (см., напр.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. С. 357 - 358; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть 2: Учеб.-практ. комментарий (автор комментария к ст. 1073, 1074 ГК РФ - А.П. Сергеев); Шевченко А.С., Шевченко Г.Н. Деликтные обязательства в российском гражданском праве: Учеб. пособие. М., 2013).

Одним из возможных решений является определение доли вреда, за которую отвечает только совершеннолетний преступник, с учетом степени его вины и иных обстоятельств, а в оставшейся части он и родители несовершеннолетнего несут ответственность солидарно. В результате такого подхода потерпевший не лишается изначально предоставленной ему законом (ст. 1080, п. 1 ст. 1074, п. 1 ст. 322, ст. 323 ГК РФ) возможности взыскать в полном размере вред с совершеннолетнего преступника.

В-третьих, это выбор долевой ответственности владельца источника повышенной опасности, выбывшего по его вине из его обладания, и лица, противоправно изъявшего такой источник и причинившего им вред. В п. 2 ст. 1079 ГК РФ не говорится о виде ответственности, возлагающейся на таких лиц. Именно п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" закрепил долевую ответственность в такой ситуации: "При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него)". Пункт 8 Постановления N 49 приводит в качестве примера ответственность владельца нефтепровода за вред окружающей среде, причиненный вследствие осуществления третьими лицами незаконной врезки в нефтепровод <173>. При этом не указывается, отвечают ли такие третьи лица с владельцем источника повышенной опасности в долях или солидарно. В доктрине отсутствует на этот счет какая-либо дискуссия, что позволяет сложиться впечатлению о единодушном принятии долевой ответственности в подобных ситуациях <174>. Можно было бы предположить, что ВС РФ в Постановлении от 26.01.2010 N 1 сказал об ответственности в долях, руководствуясь требованиями ст. 322 ГК РФ о необходимости закрепления солидарности законом. Следуя подобной логике, надо было бы допустить, что норма всегда должна прямо содержать указание на солидарность. Однако Н.В. Тололаева убедительно показала, что ГК РФ не содержит формальных препятствий для признания обязательств, возникших из разных оснований и даже оснований разного вида, солидарными <175>.

<173> Иллюстрацией наличия вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии из его обладания такого источника являются существование (предоставление) доступа к нему третьих лиц и отсутствие надлежащей охраны.
<174> В качестве обоснования долевой ответственности приводится аргумент о том, что солидарная ответственность по ст. 1080 ГК РФ допускается лишь при совместном причинении вреда. См., напр.: Ярошенко К.Б. Защита граждан, пострадавших в результате дорожно-транспортных происшествий (состояние законодательства и перспективы его совершенствования) // Журнал российского права. 2015. N 12. С. 39 - 48.
<175> См.: Тололаева Н.В. Пассивные солидарные обязательства: российский подход и континентально-европейская традиция: Дис. ... канд. юрид. наук. С. 78 - 91.

В-четвертых, следует обратить внимание на совсем свежее Постановление N 49, которое в п. 11 установило для лиц, действовавших независимо друг от друга, долевую ответственность за причинение вреда окружающей среде: "На размер доли каждого из причинителей вреда может влиять, в частности, опасность деятельности каждого из них, ее интенсивность и др. Так, на двух лиц, осуществляющих независимо друг от друга складирование твердых бытовых отходов на не предназначенном для этих целей земельном участке, может быть возложена ответственность в долях пропорционально объему отходов, определяемому, например, по количеству используемых транспортных средств для вывоза отходов, их вместительности, классу опасности отходов, образующихся от деятельности указанных лиц, и иных факторов. Когда долю в причинении вреда каждого из названных лиц установить невозможно, они отвечают в равных долях (статья 321 ГК РФ)".

Можно было бы согласиться с долевой ответственностью за очевидно делимый экологический вред, причиненный независимыми делинквентами. Например, когда вырубают не полностью лес с двух сторон не знающие друг о друге браконьеры. Однако если эти независимые делинквенты вырубят лес полностью, возлагать на них долевую ответственность и налагать тем самым риск неплатежеспособности одного из них на потерпевшего представляется не самым верным решением. Возможным выходом из такой ситуации видится возложение солидарной ответственности на них как на сопричинителей вреда по ст. 1080 ГК РФ. Также не исключается вариант определения с помощью факторов, приведенных в Постановлении N 49, части вреда, за которую отвечает только один из делинквентов (например, человек с топором не смог бы вырубить за определенный период самостоятельно весь лес, а тот, кто использовал бригаду людей с определенной техникой, мог), а в остальной части (той, которую способен был причинить каждый из них) независимые причинители вреда отвечают солидарно. Таким образом, с браконьера, обладающего большими техническими возможностями, можно будет взыскать весь вред, а с лесоруба с топором - только ту часть вреда, которую он мог причинить.

Можно сказать, что это является разновидностью применения "смягченной" солидарности, рассматриваемой в качестве решения в исключительных случаях в Швейцарии. Это представляется справедливым, так как в обратном случае лицу, которое самостоятельно могло причинить весь вред и не знало, что наряду с ним действует еще кто-то, улыбается небывалая удача в виде долевой ответственности. В свою очередь, делинквенту, который один не мог причинить весь вред, не приходится отвечать за действия другого и нести риск его неплатежеспособности.

* * *

Исследованные зарубежные правопорядки накладывают солидарную ответственность на лиц, причинивших один и тот же вред, в двух случаях: 1) если они действовали согласованно; 2) если они независимо друг от друга одновременно или последовательно внесли свои вклады в причинно-следственную связь.

Представляется верным, что ст. 1080 ГК РФ должна распространяться не только на соучастников, но и на случаи причинения одного и того же вреда несколькими лицами, действовавшими (бездействовавшими) независимо друг от друга как параллельно, так и неодновременно. В связи с этим отсутствует необходимость внесения изменений в действующую редакцию ст. 1080 ГК РФ, а необходимо единообразное толкование закрепленной в ней нормы.

References

Abova T.E., Kabalkin A.Yu., eds. Comment to the Civil Code of the Russian Federation, Part Two (Article-by-Article) [Kommentariy k Grazhdanskomu kodeksu Rossiiskoi Federatsii, chasti vtoroi (postateinyi)]. Moscow: Yurait, 2004. 976 p.

Agarkov M.M., Genkin D.M., eds. Civil Law. A Textbook for Law Institutes [Grazhdanskoe pravo: Uchebnik dlya yuridicheskikh institutov]. Moscow: Yuridicheskoe izdatelstvo NKYu RSFSR, 1944. Vol. 1. 419 p.

Annenkov K.N. System of Russian Civil Law. Vol. III. Law of Obligations [Sistema russkogo grazhdanskogo prava. T. III. Prava obyazatel'stvennye]. 2nd ed., rev. Saint Petersburg: Tipografia M.M. Stasyulevicha, 1901. 495 p.

Annenkov K.N. System of Russian Civil Law. Vol. IV. Specific Obligations [Sistema russkogo grazhdanskogo prava. T. IV. Otdel'nye obyazatel'stva]. 2nd ed., rev. Saint Petersburg: Tipografia M.M. Stasyulevicha, 1912. 667 p.

Bogdanov D.E. Joint and Several Tort Liability from the Point of View of Justice [Solidarnaya deliktnaya otvetstvennost' s pozitsiy spravedlivosti]. Civilian [Tsivilist]. 2013. No. 3. P. 47 - 55.

Dam C., van. European Tort Law. 2nd ed. Oxford, OUP, 2013. 654 p.

Davies P.S. Accessory Liability. Oxford and Portland, Oregon: Hart Publishing Ltd, 2015. 330 p.

Erdelevskiy A.M. Concerning Some Issues of Compensation of Psychological Damage in Court Practice [O nekotorykh voprosakh kompensatsii moral'nogo vreda v sudebnoi praktike]. Available at ConsultantPlus.

Fleishits E.A. Damages in Tort and Obligations Arising from Unjust Enrichment [Obyazatel'stva iz prichineniya vreda i neosnovatel'nogo obogascheniya]. Moscow: Gosyurizdat, 1951. 239 p.

Gilead T., Green M.D., Koch B.A., eds. Proportional Liability: Analytical and Comparative Perspectives. Berlin - Boston, Walter de Gruyter GmbH, 2013. 376 p.

Gribanov V.P. Liability for Violations of Civil Rights and Obligations: A Textbook for Students [Otvetstvennost' za narushenie grazhdanskikh prav i obyazannostey: Posobie dlya slushatelei]. Moscow: Znanie, 1973. 96 p.

Gulyaev A.M. Russian Civil Law. Overview of the Current Legislation, Cassational Practice of the Governing Senate and Draft Civil Code [Russkoe grazhdanskoe pravo. Obzor deistvuyuschego zakonodatel'stva, kassatsionnoi praktiki Pravitel'stvuyuschego senata i proekta Grazhdanskogo ulozheniya]. 4th ed., rev. Saint Petersburg: Tipografia M.M. Stasyulevicha, 1913. 500 p.

Hopkins C., Olswang LLP. Case Comment: Sienkiewicz v. Greif (UK) Ltd, Knowsley MBC v. Willmore [2011] UKSC 10. Available at: http://ukscblog.com/case-comment-sienkiewicz-administratrix-of-the-estate-of-enid-costello-deceased-respondent-v-greif-uk-limited-appellant-knowsley-metropolitan-borough-council-appellant-v-willmore-responde/ (Accessed 10 July 2018).

Ioffe O.S. Obligations to Compensate Damages [Obyazatel'stva po vozmescheniyu vreda]. Leningrad: Izdatel'stvo Leningradskogo gosudarstvennogo universiteta, 1951. 126 p.

Kantorovich Ya.A. Main Ideas of Civil Law [Osnovnye idei grazhdanskogo prava]. Kharkov: Yuridicheskoe izdatel'stvo NKYu USSR, 1928. 504 p.

Koziol H. Basic Questions of Tort Law from a Germanic Perspective. Wien, Jan Sramek Verlag KG, 2012. 382 p.

Koziol H., ed. Basic Questions of Tort Law from a Comparative Perspective. Wien, Jan Sramek Verlag KG, 2015. 867 p.

Krasavchikov O.A., ed. Soviet Civil Law: A Textbook [Sovetskoe grazhdanskoe pravo: Uchebnik]. Vol. 1. Moscow: Vysshaya shkola, 1985. 516 p.

Krasheninnikov P.V., ed. Tort Liability: Article-by-Article Commentary to Article 59 of the Civil Code of the Russian Federation [Obyazatel'stva vsledstvie prichineniya vreda: postateinyi kommentariy glavy 59 Grazhdanskogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii]. Moscow: Statut, 2009. 255 p.

Krasheninnikov P.V., ed. Article-by-Article Comment to the Civil Code of the Russian Federation, Part Two [Postateinyi kommentariy k Grazhdanskomu kodeksu Rossiiskoi Federatsii, chasti vtoroi]. 3 vols. Vol. 3. Moscow: Statut, 2011. 574 p.

Kuznetsova O.V. Redress for the Psychological Damage: A Practical Guide [Vozmeschenie moral'nogo vreda: Prakt. posobie]. Moscow: Yustitsinform, 2009. 152 p.

Marion F., Fontenille M. La causalite alternative: vers une nouvelle immixtion de l'equite en responsabilite civile? Available at: https://www.lepetitjuriste.fr/droit-civil/la-causalite-alternative-vers-une-nouvelle-immixtion-de-lequite-en-responsabilite-civile/ (Accessed 10 July 2018).

Nazarikov S.V. Some Theoretical and Practical Aspects of Causation in the Context of Tort Liability [Nekotorye teoreticheskie i prakticheskie aspekty prichinno-sledstvennoi svyazi v kontekste deliktnoi otvetstvennosti]. Civil Law Review [Vestnik grazhdanskogo prava]. 2016. Vol. 16. No. 6. P. 170 - 245.

Novitskiy I.B., Lunts L.A. Course of Soviet Civil Law. General Study Theory of Liability [Kurs sovetskogo grazhdanskogo prava. Obschee uchenie ob obyazatel'stve]. Moscow: Gosyurizdat, 1950. 416 p.

Oliphant K., ed. Aggregation and Divisibility of Damage. Wien - New York, Springer, 2009. 568 p.

Ostanina E.A. Some Aspects of Imposing Liability for Jointly Caused Damage [Nekotorye aspekty vozlozheniya otvetstvennosti za sovmestno prichinennyi vred], in: Security Measures and Liability in the Civil Law: A Collection of Essays [Mery obespecheniya i mery otvetstvennosti v grazhdanskom prave: Sb. st.]. Moscow: Statut, 2010. P. 374 - 385.

Pobedonostsev K.P. Course of Civil Law. Part Three: Contracts and Obligations [Kurs grazhdanskogo prava. Chast' tret'ya: dogovory i obyazatel'stva]. Moscow: Statut, 2003. 622 p.

Rogers W.V.H. Unification of Tort Law: Multiple tortfeasors. The Hague, Kluwer Law International, 2004. 313 p.

Rongen L.D., van. Product Liability in the Netherlands. Available at: goo.gl/Fufmas (Accessed 10 July 2018).

Sadikov O.N., ed. Civil Law: A Textbook [Grazhdanskoe pravo: Uchebnik]. Moscow: Kontrakt; Infra-M, 2007. Vol. 2. 608 p.

Sadikov O.N., ed. Comment to the Civil Code of the Russian Federation, Part Two (Article-by-Article) [Kommentariy k Grazhdanskomu kodeksu Rossiiskoi Federatsii, chasti vtoroi (postateinyi)]. Moscow: Kontrakt; Infra-M, 2006. 780 p.

Sergeev A.P., ed. Comment to the Civil Code of the Russian Federation. Part Two: An Educational and Practical Comment [Kommentariy k Grazhdanskomu kodeksu Rossiiskoi Federatsii. Chast' vtoraya: Uchebno-prakticheskiy kommentariy]. Moscow: Prospekt, 2010. 976 p.

Shershenevich G.F. Russian Civil Law Textbook [Uchebnik russkogo grazhdanskogo prava]. 9th ed. Moscow: Izdanie br. Bashmakovykh, 1911. 858 p.

Shevchenko A.S., Shevchenko G.N. Tort Liability in the Russian Civil Law: A Textbook [Deliktnye obyazatel'stva v rossiiskom grazhdanskom prave: Uchebnoe posobie]. Moscow: Statut, 2013. 133 p.

Spier J., ed. Unification of Tort Law: Causation. The Hague - London - Boston, Kluwer Law International, 2000. 176 p.

Stuchka P.I. Course of the Soviet Civil Law [Kurs sovetskogo grazhdanskogo prava]. Vol. 2. Moscow: Izdatel'stvo kommunisticheskoi akademii, 1929. 376 p.

Stuchka P.I. Course of the Soviet Civil Law. Vol. 3. Special Part [Kurs sovetskogo grazhdanskogo prava. Vol. 3. Osobennaya chast']. Moscow - Leningrad, Gosudarstvennoe sotsial'no-ekonomicheskoe izdatel'stvo, 1931. 206 p.

Sukhanov E.A., ed. Russian Civil Law: A Textbook in 2 Vols [Rossiiskoe grazhdanskoe pravo: Uchebnik v 2 t.]. Vol. 2. 2nd ed. Moscow: Statut, 2011. 1208 p.

Tarkhov V.A. Civil Law. General Part. Course of Lectures [Grazhdanskoe pravo. Obschaya chast'. Kurs lektsiy]. Cheboksary: Chuvashskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1997. 331 p.

Tarkhov V.A. Liability According to the Soviet Civil Law [Otvetstvennost' po sovetskomu grazhdanskomu pravu]. Saratov: Izdatel'stvo Saratovskogo universiteta, 1973. 456 p.

Thomson J. Delictual Liability. 5th ed. London: Bloomsbury Professional Ltd, 2014. 378 p.

Tololaeva N.V. Passive Joint Obligations: Russian Approach and the Continental-European Tradition: A PhD Thesis in Law [Passivnye solidarnye obyazatel'stva: rossiiskii podkhod i kontinental'no-evropeiskaya traditsiya: Dis. ... kand. yurid. nauk]. Moscow, 2017. 174 p.

Tololaeva N.V. Trends of Russian Court Practice in the Context of the European Discussion on the "Real" Joint Obligations [Tendentsii rossiiskoi sudebnoi praktiki v kontekste evropeiskoi diskussii o "nastoyaschikh" solidarnykh obyazatel'stvakh]. Civil Law Review [Vestnik grazhdanskogo prava], 2016. Vol. 16. No. 3. P. 80 - 106.

Varshavskiy K.M. Tort Liability [Obyazatel'stva, voznikayuschie vsledstvie prichineniya drugomu vreda]. Moscow: Yuridicheskoe izdatel'stvo NKYu RSFSR, 1929. 228 p.

Vladimirova V.V. Compensation of Psychological Damage: Injured Person Rehabilitation Measure in the Russian Criminal Process [Kompensatsiya moral'nogo vreda - mera reabilitatsii poterpevshego v rossiiskom ugolovnom protsesse]. Moscow: Wolters Kluwer, 2007. 176 p.

Widmer P., Wessner P. Erlaeuternder Bericht: Revision und Vereinheitlichung des Haftpflichtrechts. Available at: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ber-d.pdf (Accessed 10 July 2018).

Widmer P., Wessner P. Vorentwurf eines Bundesgesetzes ueber die Revision und Vereinheitlichung des Haftpflichtrechts. Available at: https://www.bj.admin.ch/dam/data/bj/wirtschaft/gesetzgebung/archiv/haftpflicht/vn-ve-d.pdf (Accessed 10 July 2018).

Yaroshenko K.B. Protection of Citizens Injured in the Road Accidents (the State of the Legislation and the Prospects of Its Improvement) [Zaschita grazhdan, postradavshikh v rezul'tate dorozhno-transportnykh proishestvii (sostoyanie zakonodatel'stva i perspektivy ego sovershenstvovaniya)]. Russian Law Journal [Zhurnal rossiiskogo prava]. 2015. No. 12. P. 39 - 48.

Zueva M.V., Klimovich A.V., Korneeva O.V., et al. Comment to Chapter 59 Tort Liability of the Civil Code of the Russian Federation (Part Two) No. 14-FZ dated January 26, 1996 (Article-by-Article) [Kommentariy k glave 59 "Obyazatel'stva vsledstvie prichineniya vreda" Grazhdanskogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii (chast' vtoraya) ot 26 yanvarya 1996 g. No. 14-FZ (postateinyi)]. Available at ConsultantPlus.